Voir.

На следующий день оба по-больному молчаливы. Смотрят в сторону друг друга как нельзя аккуратно и боятся произнести лишнее слово. Не зная их маленького секрета — всю соль ситуации не поймешь. Но есть третий лишний, и он как никто понимает, давя внутри себя гаденькие усмешки. Парни из класса Кима с одобрением рассматривают в спортивной раздевалке синяки по телу Сокджина, про себя завидуя. Сокджин нагло врет о случайной симпатичной иностранке в кафе — и все ему безоговорочно верят с открытыми ртами, а девушки ревниво перешептываются на переменках и со скоростью света обмениваются СМСками, как только Ким отворачивается. Чимин не касается его «случайно» при любой возможности, как раньше, и лишь жаждет приближающегося вечера, чтобы всё прояснить и извиниться. Но не всегда всё бывает именно так, как мы хотим, и зачастую понимаешь это лишь в последний момент.

***

Чимин неторопливо и задумчиво прогуливается по коридору, когда натыкается на приоткрытую дверь в библиотеку. В перерыв она обычно закрыта, но… Он заглядывает без какого-либо интереса. Заходит внутрь и слышит странные звуки из конца помещения. Решает по-тихому выяснить, что там происходит… И не то, чтобы жалеет об этом решении, но в шок впадает полнейший. Как это назвать — он не знает. То есть, знает, но язык не поворачивается. У шкафа, того самого, где они трахались с Сокджином, ползает небезызвестный жучара. Вокруг него валяются разные книги и учебники. Чимин помнит эти книги, ведь ему собственноручно пришлось расставлять их по алфавиту. Но жучара… Он нюхает их. Трогает корешки кончиками пальцев, потом тянет к лицу, с какой-то своей определенной выборкой касается языком некоторых… И постанывает. Что он там вынюхивает в прямом смысле слова? .. У Чимина покалывает в животе. От Тэхена явно исходит аура сумасшедшего и веет ароматом тревоги. Спутанные волосы, мнимая худощавость, странные черты лица и безумные глаза — в этом мало чего особенного, но почему тогда Пак не может оторвать беспокойный взгляд? Тэхен что-то находит. Кладет перед собой книгу и садится на пол. И внезапно поднимает глаза на Чимина. Пак дергается и прячется за шкаф, но тут же на всю библиотеку раздается басовитое: — Чимин? Чимин задерживает дыхание. Сердце неистово колотит по внутренним органам до тошноты. Почему так страшно? Или стыдно? «Зачем вообще было сюда соваться?!» — укоряет он сам себя, бесшумно переставляя ступни в попытке уйти подальше. Но Тэхен и так больше не пытается его дозваться. Через минуту шуршание и постанывания продолжаются. Чимин сломя голову бросается прочь от дверей библиотеки.

***

На уроке мысли не могут собраться в единую кучу. Губы уже в хлам искусаны от нервов, карандаш исписан и поля тетради напрочь изрисованы геометрическими фигурами. Учитель в который раз не добивается от Чимина дельного ответа на вопрос, помечая в журнале рассеянность подростка и проставляя «неудовлетворительно». В памяти всплывают ненавязчивые картинки. Как Чимин хватался за «эти» учебники руками и неаккуратно сваливал на пол в страстной схватке с чувствами, вызываемыми Сокджином. Как Ким вдавливал его спиной в книжный шкаф — чуть выступающие полки неприятно давили в лопатки и поясницу. Чимин будто возвращается физически в тот момент — становится душно и легкие не пускают воздух в себя, как врага. Какой-то блаженный страх и адское возбуждение. А потом эти глаза… И всё пропадает. Страх перестает быть блаженным — становится просто страхом. И глаза. Кажется, что в помещении намного больше шума, чем до этого, в голову ударяет тупой болью. И глаза. За шкафом. Чимин помнит, что заметил руку жучары в области штанов, но только сейчас осознал, что тот мастурбировал. Пак тревожно поднимает глаза на доску и понимает, что урок закончился. Одноклассницы провожают его беспокойными взглядами, но не решаются выяснить причину странного поведения. «Нюхал книги, к которым… я прикасался» — в голове Чимина такие факты не могут адекватно уложиться. Он опять идет в библиотеку. Библиотекарь на месте и встречает его улыбкой. Чимин здоровается и улыбается в ответ. — Тебе помочь с чем-то? — интересуется она. Парень мотает головой и без промедления идет в конец помещения. К тому шкафу. Все книги выставлены в правильном порядке, как и были. Отчего-то Пак думал, что жучара не соизволит убрать их. Ошибся. Всё идеально. Чимин вытаскивает одну из книг и осторожно нюхает её. Сначала обложку с названием, потом — корешок. «Ничем не пахнет. Придурок!», — злится он непроизвольно. Берет ту, которую жучара на прошлой перемене обособил и положил перед собой. Большая синяя книга, «Словарь французского языка». Перед обонятельным исследованием он крутит её в руках, ищет какие-нибудь «следы». Но… обычная книга. Он так же принюхивается. И вновь ничего не чувствует, кроме запаха очень старых листов, затхлого дерева и чуть-чуть аромата едких чернил. — Там стоят очень старые учебники. Поищи лучше в правых шкафах! — доносится из-за стойки. Чимин не отвечает. Ставит словарь на место и молча уходит под удивленным взглядом библиотекаря. Он не помнит, чтобы чье-то странное поведение заставляло его так же муторно и долго думать. Чимин думает буквально часами, проваливаясь в черные безвыходные дыры. Обычно на предпоследней перемене они неизменно общаются с Сокджином, планируя встречи и личное время каждого. Забыл. Сегодня он впервые забыл.

***

Сегодня Сокджин впервые решился. Они знакомы с Чимином не так уж мало, хотя и были в отношениях лишь один месяц с небольшим. Почему бы и нет? Ким очень нервничает и, если честно, впервые замечает за собой такое. Волнуется пуще девчонки, злится на себя за это, но считает, что это не идет в сравнение с тем, что может ожидать его в будущем, и, пожалуй, можно потерпеть. «Давай с этого момента… жить вместе? ..» — он в сотый раз репетирует эту фразу в мыслях и каждый раз кажется, будто слишком просто, слишком плохо. Он смотрит на часы. До конца перемены осталась минута. Чимина всё нет. Телефон Сокджин забыл сегодня дома, и даже не позвонить… Кончики пальцев очерёдной дробью атакуют подоконник, пока по коридору летит мерный перезвон колокольчика. Следующий урок начинается, друзья выглядывают из класса и шикают Киму, что нужно бы поторопиться, учитель сейчас придет… Сокджин не реагирует. Прожигает взглядом коридор. Ждет до последнего… Учитель подходит к двери. — Ким Сокджин, смотрели бы Вы так на доску — я бы ставил «отлично» не задумываясь. Но сейчас Вы рискуете быть выгнанным из класса, — бурчит старый преподаватель английского. — Не нарушайте дисциплину, займите свое место. Сокджин резко разворачивается, не дослушивая учителя, и быстрыми шагами проходит в класс, сжимая губы и напрягая плечи. Нет, ему совсем не обидно, что за глупости. А мысли Чимина, кажется, совсем не о нем.

***

Заключения никак не складывались в более-менее приличный коллаж в голове Чимина, но вот в голове Тэхена такой коллаж был уже давно завершен и лишь ждал подходящего момента. Хотя для Кима вряд ли существовали неподходящие моменты. Он не следил за Паком специально, но вот случайно наткнулся на него в туалете, это ли не подходящий момент? Патовая ситуация для Чимина — Тэхен загодя знает. Нет, уверен. Рассеянный взгляд, нечеткие движения — всё уже говорит об удаче. — Чимин, — раздается у дверей.

***

Чимин резко разворачивается у окна, тут же связывая знакомый голос со знакомым лицом. Жучара собственной персоной. В грязных ботинках — Чимин тут же про себя отмечает, будучи сам склонен к излишней аккуратности и чистоте. Волосы тоже грязные. Пак напрягается и не собирается никак отвечать. Тот улыбается. — Смотри, — он проводит пальцем по скуле, демонстративно обводя болячку. — Всё очень быстро заживает, здорово же? — Какая мне-то разница? — отрешенно кидает Пак и разворачивается обратно к окну, пристраивая локти на подоконнике. — Действительно, — хмыкает спустя некоторое время Тэхен и подходит ближе. Отгонять его сейчас и отгораживаться — себе дороже, поэтому Чимин просто не двигается, незаметно пытаясь не касаться нерадивого собеседника. Тэхен достает из кармана смятую пачку недорогих ароматизированных сигарет и спички. — Прошлый век, — грубо острит Пак и фыркает, наблюдая, как Тэхен не может зажечь сигарету с первой попытки. — В этом своя прелесть, — спокойно парирует Ким. — Как и в парнях, да? Чимин в мгновение ока становится бледнее белого. Почему-то боится поднять глаза выше руки с сигаретой. Но поднимает. Тэхен смотрит на него. Приподнимает брови. — Чего? От сигареты исходит дурно-приятный запах. Как и от самого Тэхена. Странный запах, незнакомый, вроде обычный, но… Чимин боится втянуть его в себя, чтобы лучше прочувствовать. Иначе тот заметит. — Недавно купил, — вдруг подается вперед Ким и подставляет шею. — Ты чего?! — вздрагивает и отодвигается назад Пак. — Ты разве не к духам принюхиваешься? Ну ладно, — он снова принимает незамысловатый вид и продолжает курить. Чимин не может понять, почему не уходит. Что-то держит рядом с этим неопрятным подростком. Какое-то волнение подступает снизу живота. Ким постукивает одним грязным ботинком о другой, чуть слышно карябает пальцем подоконник, шумно выдыхая дым. В голове Пака опять в тысячный раз проматываются кадры из библиотеки, запертый шкафчик, луч солнца под потолком, опять библиотека, синяя книга, синяя кровать, приоткрытое окно… — Он оставил на тебе много синяков? Чимин ошарашено уставляется на него. — Количество. — Уточняет форму интереса Ким. — Я тоже хочу насладиться, и будет не совсем приятно… — Ты охуел? — хрипит Пак. — …Не совсем приятно обозревать его следы. У Тэхена такой тон, будто так и надо. Словно ничего особенного в том, что он сейчас сказал, не было. «Я хочу потрахаться с тобой. Твой парень не сильно тебя замучил в прошлый раз?» — так это звучит, но неужели этот подонок не понимает? Реально не понимает?! — Ты был там? — напрямую задает вопрос Чимин. — Да, — с улыбкой Ким ловит моментальный испуг. — Но только до минета. Я не стал досматривать до конца… Ти-ихо… Чимин резко хватает его за ворот и бьет спиной об стену. — Что тебе нужно от меня, крыса? — с отвращением цедит он. — Не так много, как ты думаешь, - Ким напрягается — всё-таки не очень хочется повторно получать по лицу, к тому же, скоро оно ему должно пригодиться. — Сокджин требует от тебя больше… Тэхен успевает увидеть, что Пак собирает во рту слюну и зажмуривается до того, как её остервенело выплёвывают ему в лицо. — Я хочу переспать с тобой, — улыбается Тэхен, чувствуя, как холодные сгустки плывут вниз по коже. Он хочет поднять руку и вытереть их — не последний же он мудак, чтобы ему нравилось подобное, — но нужно без резких движений. Глаза Чимина горят — он закусывает нижнюю губу и начинает нервничать. Зрачки хаотично бегают по лицу Тэхена. — И ты избавишься от ощущения, что за вами подглядывают. — У меня и нет такого ощущения! Тэхен опять улыбается, а Чимин сейчас разорвет сам себя на части от злобы и отчаяния. — Это шантаж… — на глубоком вдохе запах Тэхена всё же проникает в легкие и голова почему-то начинает плыть. — Да, — незамедлительно подтверждает Ким. — Я планировал зайти дальше, но с тебя станется и этого. — Сука… Тэхен сверкает глазами и давит очередную улыбку. — Я хочу в доме твоего парня. На той самой кровати. — Многого хочешь, тварь. — Я же сказал, что не больше, чем Сокджин… — Не произноси его имя! — О'кей. — Тэхен аккуратно берет его за край пиджака. — Когда его не будет дома? — Еще слово — и от тебя мокрого места не останется. Слюна доползает до уголка губ — Тэхен высовывает кончик языка и слизывает чуть-чуть в рот. Чимин начинает чаще дышать — не может отвести взгляд. Ким приоткрывает пухлый рот — Пак не успевает собрать мысли и слегка закатывает глаза, на миллисекунду прикрывая веки. Такое чувство, что Чимин выпил пол-литровый стакан крепчайшего кофе, не спав перед этим несколько суток. Тупое возбуждение в голове, груди, чуть ниже. Какая-то одурь накатывает — пальцы не слушаются и дрожат. Горячий выдох вырывается из его губ прямо в лицо Тэхену. — Хочешь меня? .. — не то спрашивает, не то утверждает Ким. Он подается бедрами навстречу, но Чимин резко и сильно сжимает кулаки на вороте, до этого расслабленные. — Замри, тварь! — он определенно не успевает взять себя в руки. Тэхен выжидает несколько секунд и сбрасывает с себя его кулаки, хватает за шею и мокро мажет губами по щеке, широко проходясь языком к виску и завершая невесомым поцелуем в голубую венку. Чимин рвано выдыхает и чувствует, как по его лицу размазывается его же слюна со щеки Кима. Пак неосознанно касается пальцами его талии, а Тэхен спешит найти чужие губы, и когда уже Чимин в немой готовности приоткрывает рот — останавливается. — И кто из нас двоих тварь, Чимин? .. У Чимина сердце глухими ударами молота ломает рёбра, от пересыхающей слюны стягивает кожу, он не может отыскать должное объяснение ни в каких глубинах своего рассудка, просто… Тэхен сейчас держит его за шею и дышит в губы. И чем-то пахнет от него сейчас… От этого неухоженного подростка исходит несколько вагонов сексуальности и еще тележка в придачу, сознание Пака путается в дебрях, не находя необходимой связи между образом и чувствами от этого образа и человека перед ним, того, который не должен априори вызывать чего-либо, кроме отвращения. — Так когда, Чимин?.. — Что?.. — Когда его не будет дома? — Завтра… У него курсы завтра… До пяти вечера, — голос дрожит, Пак не знает, зачем говорит это, почему говорит это. — Я загляну к тебе, Чимин? — Тэхен смотрит в глаза. Дышит в лицо. Пак едва заметно кивает, выпадая из реальности. Сквозь туман он слышит странную фразу: — Это женские. С феромонами…

***

Очнулся он тогда, когда Тэхена уже не было в туалете. И то, что он собирается натворить… Вряд ли он в состоянии оценить здраво.