Солнце нещадно палило

Сурана терся рядом, почти на грани опушки. В глазах плескалось безграничное любопытство. Эльф был похож на своего пса. Тот крутился тут же, весело виляя хвостом-обрубком. Как и хозяин, семенил он из стороны в сторону, склоняя мохнатую морду к плечу. - Мой Страж, почему бы не подойти и не послушать? Не думаю, что наши Соловушка и Солдатик тебя выгонят, - Зевран поднял голову, оторвавшись от склянок. - Я не слушаю, - он отрицательно покачал головой. - Подслушивать - нехорошо. Ворон поднял голову, повернувшись в сторону костра, над которым весело булькал котелок. Лелиана помешивала будущий ужин, а Алистер что-то неустанно болтал под звонкий девичий смех. Никакой смысловой нагрузки, как заметил Зевран. - Что же ты тогда следишь, как пес, взявший след? Сурана неопределенно пожал плечами. - Просто. Здорово, что ещё есть такая безмятежность. Убийца удивлённо поднял взгляд. Смех звенел над лагерем серебристой трелью, пламя костра теплыми бликами плясало на лицах, путалось в рыжих локонах, очерчивало плавные линии лиц, улыбок. - Да. Здорово, - тихо согласился убийца. *** В этот день Зевран оставался в лагере. Сурана ушел с утра, взяв с собой пса, Винн и Алистера. Ушел по делам Морриган. Убить ее мамашу, если точнее. Делов-то… Ага… Подумать только. Сама-то ведьма не дура, сидит в лагере, варит отвары в котелке. Зевран искоса бросил на нее взгляд, тут же возвращаясь к своим кинжалам. На лезвиях новеньких сильверитовых кинжалов плясали блики. В зеркальной поверхности отражались лесные кроны, кусочек неба и сам Зевран. Он задумчиво покрутил оружие в руке. Подмывало взмыть с насиженного места и броситься за давным-давно ушедшим отрядом. Злые предчувствия грызли, не давая покоя. И псу понятно, что ничего хорошего не жди от Ведьмы Диких Земель. Зевран отложил точильный камень. В голове всплыли слова Морриган. Мол, де Ворон подмазывается к нашему командиру. А он что? Зевран никого не просил для него убивать. По чести говоря, он вообще ничего не просил. Но все равно получил в подарок точильный камень, давным-давно упомянутые, но чудом запомнившиеся сапоги из лучшей кожи, да складной нож с рукоятью из драконьей кости. Но такое отношение Страж проявлял ко всем. Зевран тихо фыркнул. Хитрая ведьма. - Все в порядке, Зевран? – прервал тишину нежный певчий голосок. Лелиана сидела поодаль, у пламени костра, перебирая струны лютни. Лютни, подаренной Стражем. Так-то, ведьма. Ворон улыбнулся, подмигивая девушке. - Было бы еще лучше, если бы ты разрешила… - Нет. Зря я спросила. Лучница отвернулась, игнорируя хихиканье Зеврана. Он вернулся к своему занятию, ухмылка слетела с губ. «Все в порядке, Зевран?» - внутренний голос крутился в голове единственным вопросом. «Нет. Я слишком привязался», - столь очевиден был ответ. Он не оставлял мысли выполнить контракт, а теперь зачем-то бесится и переживает. Мысли нависли тяжелыми тучами. Мелькнула мимолетная, совсем слабая, но такая приятная сердцу надежда: может, я уйду? Вороны, они ведь не ручные. Разве, нет? Птицы не управляют птицами. Мысли спешно оборвал шум и гул. Зевран вскинул голову, Лелиана подошла к границе отбрасываемого костром света. На поляну вывалился их потрепанный, но живой отряд. Ворон облегченно вздохнул, но тут же напрягся. Сурана был явно зол. Ассасин не видел этого хрупкого эльфа таким озлобленным даже во время битв и сражений, даже во время жутких рассказов из прошлого. Весь в крови, Страж прихрамывал, стремительно, насколько это было возможно, вышагивая к своей палатке. Возмущенные нравоучения не менее гневной Винн неслись ему в спину. Алистер глупо хлопал глазами, кривясь, словно воина что-то мучило. Он придерживал целительницу за плечи, помогая ступать. Перекрикивая возгласы женщины, эльф бросил через весь лагерь: - Покончено с твоей мамашей, «спасибо» не надо. И скрылся за брезентовым пологом. - Подумать только! Вернитесь немедленно, молодой человек! Разговор еще не закончен! - Винн, - помогая сесть на импровизированный табурет из полена, Алистер успокаивающе положил ладонь на плечо магессы, - кажется, нам всем стоит немного успокоиться. Вокруг старушки собралась толпа, она все еще ругалась, выкрикивая какие-то неясные обвинения. Лелиана суетилась вокруг раненых, а Морриган уже тащила свои зелья. Оглядев эту картину, Зевран попятился к палатке Стража. Этой толпе он нужен меньше всего. Ворон тихонько шмыгнул мимо и, оставшийся незамеченным, скользнул в палатку, плотно задернув за собой полог. Сурана сидел в углу, на спальном мешке, кусал губы, съежившись словно ребенок, и упрямо шипел сквозь стиснутые зубы. Ворон без слов прошел и сел рядом. Он с интересом глядел на эльфа, но ничего не спрашивал. Он ждал. Если Страж захочет, он сам расскажет, незачем его донимать. Крики снаружи стихли, они сидели вдвоем в безмолвии. Сурана не гнал, и Зевран покорно ждал. Наконец эльф поднял на него глаза. В них сияла стальная решимость. Он верил в себя. Он верил в свою правоту. Зевран улыбнулся. И Сурану прорвало. - Винн узнала, что я маг крови. Зевран удивленно разглядывал Сурану. - Не хочу показаться невежливым, но я вот тоже только что узнал, что ты маг крови. Надо же. Эльф покачал головой. Скривился словно от боли. - Ты не понимаешь. Он замолчал, прикусив губу до крови. - Мой Страж, - Зевран мягко позвал, едва-едва тронув пальцем чужие губы, - пока ты не начнешь говорить, я не начну понимать, - он раздосадованно покачал головой. Эльф замер, сверля глазами Ворона. - Что тут объяснять? Он снова скривился, подтянул к себе больную ногу, откинулся на спину. - Там был дракон. А Алистер был под ударом. Тварь пришибла бы его хвостом. Что плохого в том, что я воспользовался магией? Я ведь спас его. Он обиженно взглянул на Зеврана, словно это он обвинял его во всех бедах и ругал, как нашкодившего мальчишку. - А теперь она говорит, что я, я, - он возмущенно вскинулся, гневно ударив костяшками об пол, - был заодно с этим Ульдредом! Что Грегор не ошибался на мой счет! Он покачал головой. - Но я ведь Страж! Они пользуются всем, чем сочтут нужным воспользоваться. Эта сила поможет мне справиться с Мором. А она смотрит на меня так, словно я режу эльфийских младенцев для кровавых ритуалов! Он горячо выплюнул последние слова. Сгорбившись, эльф поглаживал покалеченную ногу, пытаясь унять гнев и дрожь. Он обратил к Зеврану свое бледное изможденное лицо. И Зевран попытался представить, сколько крови потерял этот маленький храбрый юноша от ран и запретной магии во имя спасение других. - Разве это плохо? – голос прозвучал совсем тихо и повис в воздухе каким-то отчаянным вопросом. Ворон сглотнул. Попытался нацепить на лицо привычную улыбку, но вышло из рук вон плохо. Вздохнув, он притянул Сурану к себе за плечи. Страж не сопротивлялся, покорно позволив привлечь себя к теплой груди. - Вовсе нет. Вовсе не плохо.