Неожиданное путешествие: версия 2046

Утро наступило с молниеносной быстротой, если учесть, как поздно мы легли. Гномы шевелились и выкарабкивались из-под одеял. Вместе с первыми лучами солнца явился Кили. - А вы еще спите? – натурально удивился он, подтягивая штаны. - Кили, ну, как тебе не стыдно! - проникновенно начала я, спать хотелось ужасно, а нотации бодрят. - Как же Тауриэль? - Так же. - сказал Кили, широко раскрывая глаза. Гномы взвыли. Скабрезный диалог, отрада мужского сердца. Нет, денек начинался совсем не дурно. Я тоже, не удержавшись, хихикнула, но сразу же восстановила на лице серьезность. - Кили, так нельзя. Девушка ради тебя принца бросила, а ты… - Так его, подлеца! – одобрительно крякнул Торин. - А то его авторы любят, потворствуют его похождениям. Он совсем свихнулся, уже не знает, на кого вскарабкаться. (Что за язык!...) - Да им здесь скучно! – возмутился Кили в мой адрес. – Я вношу свет и радость в их монотонное существование. Со мной они чувствуют себя любимыми и желанными. Ты что, против своих, против того, чтоб в их жизнь вошли свет и радость? Вообще-то я не против света и радости. А уж на Кили любовь оказала прямое положительное воздействие. Он был помыт и причесан, и на диво благодушен. Куда только делась его мрачность. Он вдруг схватил меня в охапку и запечатлел на щеке пылкий поцелуй. - Она прелесть, ребята! – сообщил он во всеуслышание, держа меня в объятиях. – Правда, она прелесть? Она всегда на нашей стороне. Обожаю таких авторов. Никогда ничего аморального не предложит… Прекрасные женщины, вино, а сейчас еще и подеремся. Да мы в сказку попали… Я бы предложила что-нибудь аморальное и Торину, и Кили и, может быть, даже Фили, но они взяли со мной такой крутой тон, так отчетливо демонстрировали, что я им никто, что у меня никаких надежд не осталось. - Я не всегда на вашей стороне… - уныло начала я, и принюхалась. Опять разочарование. От Кили ощутимо пахло причиной его благодушия. Ничего удивительного, что он сейчас весь белый свет готов обнять, не только меня. Надо же, в самом деле любят его в Раздоле, если наливают с утра пораньше. - Торин! – донесла я до высокого руководства. – Твой племянник с утра уже хорошенький. - А это твое влияние. – отозвался Торин. – Фанфик твой, вот ты мне и ответь. А ты, Килька или моментально трезвеешь, так чтоб я ничего не увидел, не учуял и даже не заподозрил, или остаешься здесь навеки. Люди у Элронда есть, эльфы есть, хоббит будет, а от меня ему гном в коллекцию достанется. Король жутко захохотал, до того его развеселила эта картина. Кили тут же с отвращением меня отпихнул и умчался трезветь. А мне тем временем принесли новую одежду, на диво красивую и добротную, а также впору и к лицу. Что значит, эльфийская работа и, кстати, эльфийское зрение. Стежки были крохотные и точные, словно работали на машинке, а ведь девушкам пришлось шить при свечах. Конечно, мне больше пришлось бы по душе красивое платье, а не штаны и сапоги. В конце концов, чем я не диснеевская принцесса? Живу в сказке, окружена гномами, за мной бегает симпатичный говорящий зверек. Захочу, и гномы тоже будут прыгать по лугам, осыпая друг друга ромашками. Я хихикнула и выглянула из-за кустов, где примеряла одежду. Торин с Двалином ругались из-за потерянного кисета Торина, который в последний раз был замечен в руках у Двалина. А как мило они смотрелись бы, если бы вместо этого спели дуэтом в венках из ромашек. Но эту казнь я приберегу на случай большой обиды. Я от души поблагодарила эльфийских девушек и вернулась к гномам. Мое появление было встречено бурей восторгов: - Ребята, да это эльф! – заорал Двалин. – Не берем! Девушка, мы тебя не знаем, вали к остроухим! - Цыц! – с большим достоинством сказала я. Вместе с одеждой девушки принесли и небольшое зеркало, так что я знала, что выгляжу отлично. Я с надеждой покосилась на Торина. Тот обрел свой кисет и прятал куда-то в недра меховой накидки, подальше от хищных рук приятелей. На меня он даже не взглянул. Видимо я совершенно не в гномском вкусе. Прибежал Эстель поздоровался со всеми, включая Торина (обиды он не держал) и сразу же принялся помогать Фили и Кили седлать пони. Счастливый Лаплап закрутился вокруг него. Я боялась, что какой-нибудь пони ударит его копытом, но у браконенка с ними установились прочные приятельские отношения. Будучи носителем разума, Лаплап чувствовал себя старшим в четвероногой компании, присматривал за тем, как седлают пони и строго рычал, когда те переступали копытами. Лошадки на это не обращали никакого внимания, только головы опускали, чтоб благодушно обнюхать браконенка. - А это мои сапоги, - сказал Эстель, указав мне на ноги, - подошли? А я-то изумлялась тому, что эльфы за ночь успели не только одежду сшить, но и сапоги стачать. Прямо как те самые эльфы, которых так не любил Толкин, трудолюбивые крошки из английских сказок. - Ага, отличные сапоги. - сказала я и в шутку добавила. - Я им покажу Средиземье. Эстель засмеялся. - Только не пускай их близко к дракону! - Эстель, - вдруг сказал Торин, подходя к мальчику со своим пони в поводу, - ну-ка покажи, что ты умеешь. Мальчик понимающе улыбнулся, одним прыжком подскочил к лошади, ухватился рукой за луку и разом оказался в седле. «Не вешать нос, гардемарины!» - запел у меня в ушах неистребимый Дмитрий Харатьян. Эстель крикнул что-то по-эльфийски, и вороной, огромный, как настоящая лошадь, пони Торина с места взял галопом. Да, мистер Бильбо своему двуногому прототипу соответствовал не вполне, я бы назвала его Гортхаур. Мальчик летел на нем вокруг нашего лагеря, не прикасаясь к узде, гордо подбоченившись, со смелой улыбкой на лице. - Фили дай мне свои кинжалы! - крикнул он, протягивая руки. Фили снял с пояса пару кинжалов, и, когда конь, сотрясая землю тяжелым галопом, поравнялся с ним, передал оружие Эстелю. Щит Двалина был прислонен к стволу дерева. Первый кинжал со звоном вонзился прямо в его центр, на следующем кругу к нему присоединился второй, вошедший чуть ниже. К нам подошел Кили и сел на землю. У него, не до конца протрезвевшего, закружилась голова. Гномы орали и аплодировали, вместе со всеми бил в ладоши даже Двалин, хотя и шмыгал огорченно носом, когда кинжалы вонзались в щит. Эстель перевел лошадь на рысь, подъехал к нам и спрыгнул на землю. Торин от полноты чувств хлопнул его по плечу и неожиданно привлек к себе: - Вот такой Эстель. - с гордостью, как будто мальчик был его собственным произведением, заявил он. – Настоящий король уже сейчас. В отваге с ним никому не сравниться, да и сил не занимать. А вообще-то мы братья по несчастью. Оба лишены своих королевств и не знаем, удастся ли нам вернуться на родину. Но Эстель-то своего добьется. Он еще будет великим королем. - Для меня честь удостоиться таких слов от прославленного героя. - учтиво ответил мальчик, а потом вдруг просительно добавил. - Торин, возьми меня с собой. Гном захохотал. - Ну!!? – обрушился он на меня. - Что я тебе говорил? А ты «Бедный мальчик, бедный мальчик…» - Протестую, «бедный мальчик» было только один раз. – и во внезапном приступе вдохновения я попросила. - Торин, возьмем Эстеля, а? Ну, пожалуйста! Я отвечаю. - За что ты отвечаешь? За судьбу Средиземья? Э, нет. Мой поход - дело серьезное, и так к нему какие-то женщины, звери прицепились, теперь еще ребенок. Надо мной смеяться будут. Нет, Эстель, вот расправимся с драконом, тогда переедешь ко мне, поживешь у дяди-гнома, я тебя научу жизни, а то здесь из тебя эльф какой-нибудь вырастет. Ставя окончательную точку в этом вопросе, Торин оставил Эстеля и пошел к столам, где эльфы уже накрывали завтрак. Я разочарованно посмотрела на Эстеля. - Ничего, - весело сказал мальчик, - я еще отправлюсь странствовать. - Это да. - согласилась я. Завтракать сели в хорошем настроении. Здесь же на костре эльфы жарили яичницу и пекли блинчики, и все это с пылу с жару подавалось на стол. Сказывалось сильное гномское влияние на культуру эльфийской кулинарии. Эдак они скоро огурцы солить начнут. Торину подали какой-то невообразимый омлет толщиной в добрый каравай, с ветчиной, грибами и сыром. Похоже, простая яичница из шести яиц короля уже не устраивала. Этот омлет Торин резал на куски, клал на хлеб и в таком виде отправлял в рот. Кили и Фили расправлялись с блинчиками. Одна из девушек-эльфов усердно подкладывала их на тарелку Кили. Тот под строгим присмотром дяди мог разве что глазки ей строить, но занимался этим так старательно, что делалось боязно, как бы ему не окосеть. Девушка ласково улыбалась. Где же вы, столетия эльфийско-гномьей вражды? Лаплап устроился на коленях у Эстеля и на своем браконьем языке клялся ему в вечной любви. Явился Элронд и присоединился к застолью. - Каким путем пойдете через горы? - спросил он. Торин, глотая из кружки молоко, показал рукой, как он пойдет - все прямо, да и прямо. - Гоблины настороже. - сказал Элронд. - В горах вас ожидают засады. - Предположения... - проворчал Торин. - На этот раз нет. У меня есть надежные сведения от орлов. - Может быть, перелетим Мглистые горы на орлах? - предложила я. Этот сюжет использовался уже не раз, но ведь это самый надежный способ перебраться через горы. - Я не могу призвать орлов. - покачал головой Элронд, - Они прилетают в Раздол по доброй воле, но это бывает не часто. Может быть, их придется ждать несколько месяцев, да и если они прилетят, согласятся ли нести вас? - Никаких орлов, - нахмурился Торин, - пойдем пешком. Меня укачивает. - Давайте хоть карты посмотрим, - предложила я. - Я помню, что если идти отсюда прямо на запад, то как раз упрешься в город гоблинов. Хорошо бы это место обойти. Достали карты. - Прямо вам не пройти. - сказал Элронд. – Выйдя из Раздола, поверните к северу, или к югу. - А далеко надо обходить гоблинские засады? - спросила я. - Этого я не могу указать точно. Балин, вооруженный очками, изучал карту, почти касаясь ее носом. - Нам лучше идти на юг. - сказал он. – К северу путь был бы короче, но там Гундабад. Опасные места, кишащие волками и орками. Нам не выжить там. - Возьмите мой отряд. - сказал Элронд. - Я без отряда никуда не пойду, - поддержала его я, - я боюсь орков. - Останешься здесь. - очень просто сообщил Торин. - Напишешь вместо фанфика стишок про эльфов. - Чтоб тебе облезть! Торин почесался в волосах и сказал, что согласен. Ему жарко. - Значит на юг? - Фили, тихо стоявший над нашими головами, вернул разговор в деловое русло. - Мория. - Кишащая орками. - подхватил Балин. - Правда, тамошние орки про нас не знают, но риск примерно равный, что на севере, что на юге. - Если вы пойдете торными тропами, да, - вдруг сказал Эстель. - Следопыты! - вырвалось у меня. - Наш Белег говорил мне, что знает тропы в Мглистых горах. - сказал Эстель. - По ним могут пройти разве что горные козы или следопыты, но и гномы, думаю, справятся. - Как это дунадан может знать горы лучше гнома? - скривился Торин. - Торин, - сказал Элронд, - дунаданы странствуют по земле, гномы же знают подземелья. Наверху дунаданы осведомленней их. Не позвать ли Белега? Торин вопросительно посмотрел на Балина, потом на Двалина, потом, задрав голову, на Фили, и кивнул. На наше счастье, Белег оказался в Раздоле, и явился скоро. Это оказался совсем не угрюмый странник лет под пятьдесят, а высокий, красивый молодой человек с веселыми серыми глазами, и улыбкой, совершенно как у Гагарина. Он поздоровался, сел рядом с Эстелем и быстро все растолковал. Он объяснил, что около года назад совершил путешествие на восток, пытаясь достичь границ Лориэна, и ему это удалось. Он не видел по пути ни одного орка, хотя сам путь был тяжел и утомителен. - Знай я о твоей затее, - покачал головой Элронд, - я не отпустил бы тебя из Раздола. - Нет худа без добра. - пробормотала я. Белег заявил, что хорошо помнит дорогу и может быть проводником. - А мы пройдем? - опасливо спросила я. - Я в горах была конечно пару раз, но большими талантами в скалолазании не отличаюсь. - Тебя потащим, - сказал Двалин, - что в тебе весу-то. - Элронд, - подытожил Торин, - ты отпустишь с нами Белега? Владыка Раздола кивнул. - Торин, - просительно обратился к королю Эстель, - может быть, вы все-таки возьмете меня с собой? Мы с Белегом переведем вас через Мглистые горы, и вернемся. Торин в безмолвном изумлении развел руками. Вся его фигура сообщала, что этот разговор был окончен раз и навсегда. - Торин, ну, давай. - попросила я. - Это опасный поход, а не увеселительная прогулка, - напомнил Торин. - А я не уверена. - настояла я. - Мои фанфики как правило бывают увеселительными прогулками. Считайте, что вы на каникулах. - Я не буду в тягость, - сказал Эстель. - Дядя, я тоже прошу тебя, - подал голос Фили. - Эстель и Белег только переведут нас через горы и вернутся. - Я прямо чувствую, что не вернутся они. - проворчал Торин и поднял глаза на Элронда. - Ты как? Элронд посмотрел на Эстеля и сказал: - Ну, что ж, Эстель. Я тебя отпускаю. Лаплап взвыл и бросился мальчику на грудь.