Неожиданное путешествие: версия 2046

Мы выскочили на солнечный свет и бросились прочь от ворот. После гоблинских подземелий мир был прекрасен, как первый день творения. Кое-как, спотыкаясь, пошатываясь и задыхаясь, мы пробежали еще пару километров и остановились на опушке небольшой рощи. Наш отряд имел плачевный вид. Все растерзанные, грязные, пыльные. На Кили остались одни штаны. Перехватив мой взгляд, он отодвинулся за спину Бомбура и проворчал: - Не смотри на меня. Героя-любовника было не узнать. Фили отдал ему рубашку, а Бофур куртку. Балин вопросительно поглядел на Торина, но тот на его взгляд не отреагироал. Тогда Балин откашлялся и с легким поклоном произнес, обращаясь к Гэндальфу: - Приветствуем тебя, Митрандир Серый странник. Я вижу, наши пути скрестились в самый подходящий момент. - Для кого это он подходящий? – брюзгливо спросил Гэндальф. - Назовем это обоюдной удачей. Если бы не наше появление, то тебе пришлось бы выстоять неравный бой против полчищ орков, а мы … - Не болтай, о чем не знаешь. – отрезал Гэндальф. – Ни у меня, ни у вас нет времени. Как я вижу, у вас нет продовольствия, вы беззащитны перед полчищами орков, которых вовремя упомянул Балин. - Совершенно верно, - скромно подтвердил старый гном, который всегда играл в отряде роль дипломата, - поэтому мы очень нуждаемся в помощи или совете, где мы можем получить эту помощь. - Ну что ж, - сказал Гэндальф, – единственное место, где вы можете получить помощь – это Лориэн. Лица гномов выразили все оттенки изумления. Бофур присвистнул. - Да что ты врешь! – вскипел Торин. – Лориэн! Еще скажи, Валинор! Отсюда до Одинокой горы рукой подать. - Отсюда до Одинокой Горы долгий путь через опасный лес, - отрезал Гэндальф, - попробуйте преодолеть его без припасов. Пожалуйста! Дорогу вы знаете. Он сделал широкий приглашающий жест рукой. Гномы в растерянности смотрели друг на друга. - Ну, ты! - рявкнул на меня Торин. - Что нам надо в Лориэне? У меня прямо слезы на глаза выступили от этого крика. Фили положил мне руку на плечо и укоризненно проговорил: - Дядя… - Что, дядя? Ей эльфов подавай, а мы должны за ней таскаться вместо того, чтоб прямо идти в Эребор. - Это неправда!!! - заорала я. - Не интересуюсь я Лориэном!!! Мне больше нравится Трандуил! - Кстати, Трандуил, - задумчиво проговорил Фили. Его задумчивость была понятна. Короля Трандуила смело можно было причислить к опасностям Лихолесья. Он уж постарается на этот раз гномов из рук не упустить. - Балин, куда нам идти? - Торин резко оборвал разговор с нами и повернулся к советнику. Балин был главным специалистом по географии в отряде, но и без него все догадывались, что ближайшая населенная точка здесь – дом Беора. - Беор вас сожрет. - кротко посулил Гэндальф. – Он вас ждет с большим нетерпением. - А что мы забыли в Лориэне? – сверкая глазами, наступал на Гэндальфа Торин. - Ничего. И Лориэн вам не обрадуется, просто мне туда нужно, а вас я хочу держать под рукой. - Прощай! – коротко сказал Торин и, подняв голову, двинулся вперед. Гномы потянулись вслед за предводителем. - Извини, - сказал Гэндальфу Фили. - Извините, - поддержала я молодого гнома. Гэндальф не стал нас уговаривать или проклинать. Он просто стоял в сторонке и даже не смотрел, как мы уходим. Лаплап, которого маг чем-то глубоко поразил, то и дело оборачивался взглянуть на него. - Торин, это не умно. – сказал Белег, – До дома Беора миль пятьдесят. Как мы их преодолеем без еды? Уже не говоря о том, что мы будем делать, если Беор нас не примет? Торин отмахнулся. - Ты же дунадан, тебе не привыкать добывать пищу в безлюдных местах. - Не на пятнадцать человек. - Тебя лично я не держу. Можешь возвращаться к Гэндальфу. Я тебе благодарен за труды, хотя ты не выполнил того, что обещал, мы все равно попались оркам. Но, принимая во внимание сложность задачи, обещаю, если мне суждено вернуть богатства Эребора я щедро вознагражу тебя. Пока все. - Видимо, мне следует поступить именно так, - сердито ответил Белег. - Белег, - испугалась я, - не уходите. Не оставляйте меня. Торин кого угодно может вывести из себя. Тогда этого красавца-мужчину хочется просто искусать. - Я не уйду. - смягчился дунадан. – Сначала доберемся до какого-нибудь жилья и устроим ваши дела. Я не представляла, как нам удастся это сделать. - Торин! – крикнула я. – Ночью из-под гор выйдут орки и варги. Как ты собираешься отбиваться от них? Эстель коснулся моей руки и тихо сказал: - Рита, Гэндальф нас не бросит. Белег усмехнулся и так же тихо добавил: - Что верно, то верно, Серый странник упрямей любого дунадана, он от своего не отступится. Вот увидите. Гномы неутомимо шагали вперед. Лаплап на свежем воздухе приободрился, принялся скакать туда-сюда и приставать к Эстелю с болтавней. Кажется, это был единственный член отряда, которому наше путешествие пришлось по душе. Прошло не меньше часа нашего целеустремленного и безнадежного пути, когда на меня упала широкая тень. Я подняла голову и увидела безмолвно и страшно снижающуюся огромную птицу. Лаплап заверещал и ринулся прочь. - Орлы! – заорал кто-то из гномов. Огромные птицы кидались на них сверху. В воздухе мелькнули ноги Кили. Другая птичка с легкостью оторвала от земли толстяка Бомбура. Я успела увидеть фигуру в островерхой шляпе на спине одного из орлов. Потом птичьи когти сомкнулись вокруг моего тела, ноги оторвались от земли. В груди и желудке ухнуло. Я завизжала не хуже Лаплапа. Земля стремительно убывала. Подняв меня повыше, орел разжал когти, и я упала на жесткую спину другой птицы. Я покатилась к мерно поднимающемуся крылу, от ужаса вцепилась в перья и заорала, и тут на меня упало что-то тяжелое. Дыхание выбило из груди, спину мучительно заломило. - Извини, это я! – услышала я озабоченный голос Эстеля. Я вцепилась в перья и кое-как уселась верхом, чувствуя, что юный Арагорн нравится мне сегодня меньше, чем обычно. Проклятые дунаданы, здоровенный он что-то для своих десяти лет. Мальчик обнял меня за талию и прижался ко мне. - Где Лаплап? – крикнула я в пространство. Фили со спины летящего рядом орла показал мне Лаплапа. Гном держал его за шкирку. Он упрятал Лаплапа под куртку, но браконенок немедленно протолкался наружу и принялся с интересом оглядываться. Полет ему нравился. Он истошно визжал, но на этот раз от удовольствия. Ничего удивительного, все-таки его дальние родственники – летающие драконы. К счастью, орла эти вопли не раздражали. Напротив, гигантская птица как будто разделяла восторг браконенка. Она покачивалась из стороны в стороны, делала легкие повороты туда-сюда и планировала, широко распахнув крылья. А Торина укачивало. Свет не видывал более недовольного орла, чем тот, что нес короля на спине. В конце концов, он попросту скинул его, на вираже подхватил когтями и нес, брезгливо держа за шкирку. Жуткое зрелище. Мы летели на юг. Под нами проплывали вершины Мглистых гор. Слева блистала широкая лента Андуина. Я смотрела вокруг сквозь слезы, стоявшие в глазах от холода и ветра. Сейчас я снова с обостренным чувством поняла, что нахожусь в Средиземье. Вон черная тень Лихолесья, вон далекое-далекое устье Андуина. Там море, пиратский Умбар и загадочный Харад. Мне чужд европоцентризм профессора Толкина. В моем Хараде не одни только «злые люди с юга - слуги Саурона». Там премудрые звездочеты, благородные воины в тонких золотых кольчугах и девушки, закрывающие покрывалами прекрасные лица. А Гондор мы разъясним. Но какое же счастье быть здесь, как прекрасен этот мир. Между тем Торину стало совсем худо. Гэндальф крикнул своему орлу: - Снижаемся. Надо отдохнуть! Огромные птицы, скользя среди воздушных течений, начали спуск. Наш отряд совершил мягкую посадку на обширном плато. Здесь было что-то вроде альпийского луга, с ближайшего скального склона стекал ручеек. Торин лег лицом на траву и замер неподвижно. Он даже стонать не мог. Фили и Кили взялись за дядю. Кили принес ему водички, Фили стащил запачканную куртку и унес замывать под струей родничка. Орлы отдыхали в сторонке и смотрели на нас, как на продукты питания. Кстати, о питании они позаботились. Притащили нескольких убитых баранов. Их разделали двумя ножами, которые Дори и Фили ухитрились спрятать и сохранить после всех обысков. Мясо запекли, завернув в куски шкуры. - Соли нет, - сказал Дори, вручая мне мою порцию. - Переживу. - после долгих дней заточения еда на свежем воздухе была вкусна и без приправ. Ели молча. - Недалеко отсюда Келед Зарам. – вдруг сказал Торин. Король настолько пришел в себя, что даже согласился поесть. Хотя вид у него был бледный и глаза тусклые. - Что ж, - сказал Балин, поглаживая бороду, - возможно, благородные птицы отнесут нас туда? В эти мрачные времена редко, когда гном может поклониться вещим водам. Это была бы для нас драгоценная удача и благодарность за это никогда не оставила бы наши сердца. Не переговоришь ли ты с орлами, мудрый Митрандир? Гэндальф вместе со всеми жевал свою порцию мяса. В вопросах еды и комфорта эта гордая птичка никогда не отрывалась от коллектива. - Хорошо, - сказал он, подумав. - Мы сделаем остановку у озера. Гномы заулыбались. Даже у Торина лицо прояснилось. Балин от имени всей компании забормотал слова благодарности. Гэндальф выслушал их благосклонно. Я заметила, что после еды он поделился с Белегом своим табаком. Все ж таки добрый он волшебник. Орлы, услышав об озере, категорически заявили, что это будет конечная станция. В Лориэн они нас уже не понесут. Это никого не смутило. От Келед Зарам до Лориэна рукой подать. Еще один стремительный перелет, и вот под нами сверкнула изумительная синева легендарного озера. Орлы высадили нас на берегу, невнимательно выслушали слова благодарности и тут же улетели. Торин уже шел вперед. Следом за ним потянулись гномы, завершали шествие мы с дунаданами. Гэндальф нас сопровождать не пожелал. Он заявил, что день на исходе, жизнь ему дорога, и он пойдет вперед, подальше от морийских ворот. Мы, если останемся в живых после нашей экскурсии, легко найдем его на берегу Келебранта. Мы подошли к легендарному озеру, когда солнце ушло за Мглистые горы, и мир у их подножия был окутан глубокой тенью. Воды Келед Зарам стояли перед нами. Озерная гладь была тиха, лишь легкие волны выбегали на песок. Торин отошел в сторону и опустился на колени у края вод. Мы все молча ждали. Наконец Торин поднялся. - Эстель, - звучным голосом позвал он, - подойди ко мне. Мальчик приблизился и склонился над водами озера. Торин, опустившись на одно колено, приблизил свое лицо к лицу Эстеля и о чем-то долго говорил с ним. Потом ласково поцеловал мальчика в лоб и поднялся. Два еще не короля вернулись к нам. Все склонились перед ними, как если бы над их головами сияли настоящие короны. На ночлег расположились на берегу озера. Лаплап попил озерной водички и пришел в восторг от ее вкуса. - Как это орки не затоптали тут все? – спросила я. – Или они не выбираются на поверхность? - Орки не смеют подойти к озеру. - важно ответил Балин. – Это место полно чудесных сил и ограждено от любых злых тварей. Разожгли огромный костер и зажарили остаток баранины. - А Гэндальфу плохо, - сказал неунывающий Бофур. – Сидит там один. Я сидела возле нашего костра, укрывшись плащом, смотрела на звезды и чувствовала себя совершенно счастливой. Кили запел песню о давних днях, о странствиях Дарина и возведении Казад-Дума. Гномы хором подтягивали ему. Их пение звучало мерно и приглушенно, точно из-под земли. Прислушиваясь к нему, я уснула, и снилось мне золото под горами и чертоги подгорных королей. Утро было чудное. Над озером стояла стена тумана, через весь мир протянулись ясные лучи занимающегося солнца. Только есть хотелось ужасно. Я решила не поддаваться атавистическим желаниям и пошла к озеру умыться. Вода была до того холодна, что мне пришлось собрать всю решимость, чтоб плеснуть ею в лицо. Рядом умывался Кили. Он упал плашмя в позиции для отжимания и размеренно макал лицо в воду. Вдруг он приостановился и заорал: - Ого! Я тебя вижу! Какая ты красивая, у тебя корона с алмазами! Допускаю, что это была веселая шутка. Я рванулась, чтоб скорей посмотреть на себя, и рухнула в холодную воду. Одежда моментально намокла. Я сильно ушиблась локтями о камни на дне, а уж как была обижена, и говорить нечего. Я встала на ноги. С меня текли озерные воды, от боли слезы брызнули из глаз, а Кили хохотал, чуть пополам не сгибаясь. - Вот это да! – вопил он. - Ты что, поверила?!! Не, ты в озере была совсем другая, и глаза не такие вытаращенные! - Ну, все, Килька! - завопила я еще громче гнома, – Ты покойник! Я тебя в бараний рог согну, я тебе всех твоих баб ушастых припомню! «Ушастые бабы» пришли из очень глубокого подсознания. Мне было больно, мокро, холодно, надо мной хохотал красавец-мужчина, посвящающий другим женщинам серенады. В довершение моих несчастий к смеху Кили присоединился еще один голос. Торин стоял на берегу и хохотал, упираясь руками в бока. С первого дня пути я не слышала от него такого искреннего радостного смеха. Ко мне бросились со всех сторон, кое-как вытерли. Фили накинул на меня свою куртку. - Килька меня в воду кинул, - жаловалась я, прижатая в целях утешения к обширной груди Двалина. - Мы его сейчас сами в воду кинем, - великодушно обещал Двалин. – Кили, проси сейчас же прощения, а то хуже будет. - Да, попроси прощения, - простонал утирающий слезы Торин. – а если она уже высохла, можно еще раз в воду пихнуть, чтоб было за что. - Тетя Рита, - вытаращил глаза Кили, - ну, извини, ну, мы же друзья. Хочешь, я ради тебя в воду упаду? Я бы ни для кого этого не сделал, только для дяди и для тебя. Конечно, гномы разволновались, как автор я могла организовать Кили массу неприятностей, в том числе и с летальным исходом. А я к тому же на днях узнала, что Кили больше всего на свете боится сломать ногу. У всех свои страхи. Я боюсь замкнутых пространств, что поделать, мои предки веками спали в легких юртах. Фили боялся, что дядю убьет дракон, а ужасом Кили было лежать без движения месяц или больше и в результате остаться калекой. Но мне сейчас было плевать на его страхи. - Какая я тебе тетя?!! – вне себя от новой обиды вопила я. - Я моложе тебя!!! - Ладно, не тетя, сестра… двоюродная. На двоюродных можно жениться. Только не гномам, конечно. - Придурок. - Замечается. Особенно, когда дело доходит до женщин. - согласился Двалин. – Ладно, иди вон туда, за куст, раздевайся, будем все с тебя сушить. Разводите костер, ребята! Развели костер и устроили совет. Выходило так, что Лориэна нам все равно не избежать. Торин мгновенно скис. Ничего в нем не осталось от величавого короля, каким он стоял над водами Келед Зарам. Он витиевато выругался на языке гномов. - Торин, - укоризненно сказал Балин, показав на озеро за своей спиной, - в этом месте? - Ничего мы у эльфов просить не будем и в Лориэн не пойдем. - капризничал Торин, - Почему я все время натыкаюсь на каких-то эльфов? Мне твердят, что время эльфов на исходе, их в этом мире почти не осталось, а я шагу ступить не могу по поверхности, чтоб не наткнуться на каких-то эльфов. - Дядя, у нас нет другого выхода, - сочувственно проговорил Фили. – Никому из нас не хочется идти в Лориэн, но это значит, что нам придется умереть с голоду. Конечно, в руках гномов было оружие, отобранное у орков, кривые мечи, но добывать с их помощью пищу было невозможно, разве что по орочьему способу, грабежом. Но здесь и грабить-то было некого. - Напрасно вы боитесь встречи с правительницей золотого леса, - сказал Белег, - что бы не произошло там, это не будет вам во вред. Гномы недовольно зашумели. Белегу многословно объяснили, что никаких эльфов гномы не боятся, просто веры им нет – приводились многочисленные доводы. Делать было нечего. Белег заявил, что ближайшая после Лориэна обитаемая точка Дол Гулдур, Балин этот факт подтвердил – и это поставило точку в дискуссии. Мы затушили костер и двинулись туда, где ожидал нас Гэндальф. Волшебник обнаружился на живописном берегу Келебранта. Он сидел на поваленном дереве. Увидев наш потрепанный отряд, он коротко кивнул, как будто ничего другого и не ожидал, поднялся и невозмутимо зашагал впереди.