Теневая сторона королевского двора

      Знакомые апартаменты встретили мастера-вора дорогостоящим уютом и девичьим возгласом, выбивающимся из общего спокойного фона. Помахав рукой перед лицом, дабы скорее разогнать магический смог, скрывающий за собой окружающее пространство, Гаррет разглядел приложившую ладонь к сердцу Руну.       — Не пугайте меня так больше, мастер. Едва чувств не лишилась, — пролепетала горничная, нервно перекинув с плеча на плечо забранные в косу тёмные волосы. — Собирающийся по частям человек — то ещё зрелище. Страшно.       Получив искреннее извинение Танцующего, служанка с облегчением выдохнула, вернувшись к прерванному занятию: она меняла постельное бельё в спальне младшего ван Арглад Даса.       — Руна, твой господин уже на балу? — уточнил вор, сбрасывая в нагрудный карман практически полностью развалившийся шарик, подходя ближе. Получив утвердительный ответ, пробурчал: — Х'сан'кор! Милорд нужен мне немедленно! Вопрос его жизни и смерти.       Девушка побледнела.       — Что мы можем сделать? Прямо сейчас. Чернослив — не помощник, мелкий пакостник где-то гуляет. Ну же! — мужчина схватил Руну за плечи и грубовато, но легко встряхнул. Полы чёрной юбки до середины голени и светлый передник с оборкой из рюшек слегка всколыхнулись; на белой ткани узких рукавов остались бледно-серые следы от подушечек пальцев вора, прощупывающего всё и вся в комнатах графа ван Гордона, не гнушаясь ни позабытых углов, ни пыльных щелей за шкафом, стеллажами.       Это вывело горничную из какого-то подобия оцепенения.       — Мы... знаю! Я переоденусь в одежду официанта. Занесу в зал закуски, передам вашу записку, — решительно взглянула та на собеседника.       — Просто скажи, что я в замке и мне необходимо срочно увидеться с милордом, — Гаррет отпустил служанку. — Где-нибудь недалеко от празднества есть место для уединения?       Руна задумчиво прикусила нижнюю губу.       — Да. По правую руку от бального зала, после галереи, тянутся комнаты отдыха для гостей. Вы сможете переговорить в одной из них, но предварительно придётся отвлечь стражу. Тут гвардейцы. И здесь, — тихонько бормотала она, вспоминая расстановку королевских воинов. — Внутри комнат солдат нет, а вот в коридоре полно.       Вор нахмурился. Сама горничная явно не могла быть «отвлекающим манёвром», а кто-то иной вряд ли согласился бы на подобное добровольно. Впрочем, Танцующему на ум пришла кое-какая идейка.       — Ты не в курсе, где я могу найти двух очаровательных гончих? — полюбопытствовал он, припомнив ночь, ознаменовавшую получение нынешнего Заказа.       — На псарне, конечно, — вопрос несколько удивил служанку. — И далеко не двух.       — Тем лучше, — улыбнулся мастер. — Будь добра подробно описать, как туда добраться, а потом попасть к гостевым комнатам. Остальное — мои проблемы.

***

      В центре огромного бального зала плавно кружились пары танцующих. Занимая пространство за колоннами, на террасе, балкончиках, стояли, лениво потягивая игристое вино и переговариваясь, дворяне, не пожелавшие участвовать в ритмичном зрелище.       Увидев с высоты занятой лоджии наследника «зуба Дракона», уверенно ведущего в вальсе обворожительную женщину в серебристом платье, Эрнест ван Гордон, принарядившийся в особо любимую мантию, усыпанную жемчугом, самодовольно улыбнулся и кивнул находящимся рядом Севастьяну ан Гарлейну и новому иностранному другу. Те сразу же растворились в толпе; пора было действовать. Вновь переведя взгляд на Анри, граф свёл лохматые брови к переносице.       «Так вот куда они делись. Прыткий мальчишка, — заворчал он, разглядывая вернувшие прежний блеск клинки рода ван Арглад Дас, висящие на поясе молодого человека. — Ничего, недолго тебе осталось. И мечи здесь не помогут, а лишь навредят».

***

      Пришлось попотеть — ещё мягко сказано. Вездесущие гвардейцы знатно потрепали нервы, даже несмотря на то, что по возможности любимец Бога Хитрости и Плутовства передвигался по балкам под потолком и пользовался «кошкой». Охрана дворца действительно была усилена, однако несколько ненавязчиво, потому приходилось глядеть в оба.       Забравшись в помещение на втором этаже, забитое горшками с высоченными папоротниками, Гаррет пробрался к витражному окну, приоткрыл его. Убедился, хорошо ли видно оконные проёмы псарни. Достав из-за спины «Шершень», Танцующий с тенями зарядил арбалет обычным болтом, а рядом положил его близнеца с примотанным пузырьком, внутри которого то пульсировала, то клубилась светло-серая неопознаваемая субстанция.       Улучшив момент, дождавшись, когда страж, бродивший неподалёку от входа в обособленную собачью постройку, отойдёт, мастер-вор выстрелил. Насторожившийся воин, не мешкая, метнулся на звук сбитого дверного замка, однако в ближайшее окошко, расколов стекло, уже залетел второй болт; пузырёк разбился, выпустив наружу пахучий клок. Тот мигом принял форму неаккуратного клубка и покатился к отметке, оставленной вором во дворце. Сдуревшие от источаемого субстанцией запаха собаки подняли невообразимый лай, начали всем весом наваливаться на дверцы своих вольеров-клеток; некоторым удалось вырваться.       Комок, на время распавшийся, просочился в щель, оказавшись в малом дворе, и принял облик, походивший на крысу. Освободившиеся гончие и пара титанически крупных «имперцев», числящихся на охране дворцовой территории, вынеся входную дверь, словно её и не существовало, а также попутно повалив наземь встревоженного гвардейца, во всю прыть понеслись за бодро подскакивающим «раздражителем» в холл и дальше по коридорам, не прекращая устрашающе гавкать, не слыша свиста и команд встречающихся на пути солдат.       Гаррет мысленно отпраздновал маленькую победу, пропустил торопящихся на шум смотрителей порядка, вынырнул из ненадёжного убежища и был таков.       Замерев на угловой балке в обозначенном Руной коридоре, специально затушив пол-люстры, чтобы сгустить царящий под высоким потолком полумрак, Танцующий всматривался в дворян-гвардейцев, за холку выводивших достигших пункта назначения псов, и еле слышно хмыкал — четвероногие друзья человека обеспечили ему практически безопасную дорогу до сюда. Путешествуя по замку до воплощения плана, мастеру приходилось подолгу выжидать, мгновенно застывать, примечая глазастых стражей. В безвыходных ситуациях вор применял «отводящие взгляд» зелья, чей запас катастрофически быстро иссякал, несмотря на экономное использование.       Ещё двумя несомненными плюсами присутствия собак, задравших в клочья несносную «крысу», выступали, во-первых, поднятый ими шум, на который из комнат высунулись любопытствующие гости, обозначившие, какие помещения заняты, и, во-вторых, безоговорочное внимание окружения, прикованное исключительно к мохнатым любимцам. Данное обстоятельство давало фавориту Сагота возможность незамеченным проскользнуть вслед за герцогом в помещение, что займёт гарракец. Анри ван Арглад Дас как раз стоял рядом с двумя напыщенными парочками дворян возле выхода из галереи, неодобрительно следя за происходящим, и непозволительно медлил, сокращая шансы своего партнёра на успех кампании. Потихоньку вскипая, Гаррет напряжённо наблюдал за бездействием нанимателя.       Когда королевский племянник соизволил развернуться в нужную сторону, к нему подскочил парнишка с графским орлом на груди, представил подошедшего сразу за ним мужчину. Мастер-вор осыпал всех трёх засранцев горкой проклятий — из-за них он упустил шанс: по коридору вновь начала прогуливаться аристократия, прислушиваясь к слабому шёпоту доносившейся из бального зала музыки; гвардейцы, разрешив ситуацию с вырвавшимися на волю собаками, вернулись на свои посты. Гаррету от переизбытка досады пришлось потешить воровскую душу рассматриванием изысканных украшений на статных особах в пышных платьях. Ему весьма приглянулись серьги одной дворянки, однако необузданный порыв свистнуть их пришлось задушить на корню.       Разговор высокородного трио длился несколько минут. Из приглушённых расстоянием и другими звуками слов любимец Бога Хитрости и Плутовства разобрал исключительно резкую фразу Анри: «Я отказываюсь понимать вашу позицию». Спустя ещё какое-то время младший ван Арглад Дас небрежным жестом отослал прочь юного графа.       Беседа всё накалялась. Из-за манеры будущего «зуба Дракона» держаться на людях нельзя было сказать, что он напряжён, собран, готов ко всему, но вор интуитивно чувствовал состояние герцога. Таким мастер уже видел Угря.       Внезапно глаза Анри оскорблённо блеснули; на какое-то предложение собеседника — кудрявого посла в плаще с дорогой пряжкой в виде эмблемы Приозёрной Империи — гарракец холодно поклонился, после чего они оба куда-то направились.       Танцующий с тенями чертыхнулся.       «Только этого не хватало», — представитель ночного братства живо вообразил грядущие неприятности.

***

      Сдерживая глухое недовольство, племянник Вольдемара подымался за послом на верхушку сторожевой башни. Гвардейцы на лестничных пролётах провожали мужчин внимательными взглядами. Они не догадывались — если те не договорятся, то над головами блюстителей порядка по обоюдному согласию будет проведена дуэль до первой крови — посол имел политическую неприкосновенность, убивать его категорически запрещалось.       Полуоткрытая площадка, окольцованная перилами, встретила мужчин сильным ветром и пустотой. Анри плотнее сжал губы, хмурясь — он помнил, что поставил сюда двоих солдат. Одновременно в памяти всплыло ещё и собственное обещание держаться от сторожевых вышек подальше. Вышеозначенное несколько отрезвило, но обдумать происходящее как следует не удалось — посол выплюнул краткую, надменную речь.

***

      Кляня всё на свете и тут же прося Богов о милости и толике удачи, Гаррет, кое-как собрав воедино разваливающийся металлический шарик, попробовал активировать портал, несмотря на возможную опасность от нестабильности магической вещи — мастер-вор не мог вслепую перемещаться по дворцу, все козыри в раскинувшейся партии оказались выложены. Шаманство не отозвалось ни на второй, ни на пятый, ни на десятый призыв.       Чувствуя подкатывающий к горлу ком паники, Танцующий с тенями, отложив бесполезные остатки шарика на балку, перерыл сумку с волшебными пузырьками. Ничто из её содержимого не могло помочь фавориту Сагота в данной ситуации.       «Я должен быть рядом с ним!» — от негодования мастер ударил кулаком по удерживающей его деревянной опоре.       Под костяшками пальцев треснул многострадальный дар эльфийской принцессы, рассыпаясь окончательно и бесповоротно, впиваясь в кожу перчаток острыми гранями. Отдёрнув кисть, вор болезненно шикнул, лишь потом заметив вылетевшую из металлической оболочки лиловую искру. Та мигнула, исчезая, дабы в следующий миг разгореться тёмно-фиолетовым пожаром, пожравшим и Танцующего, и балку, на которой он сидел, а также люстру, вдобавок оплавив на ней свечи.       Вакуум и темнота перед глазами быстро сменились невесомостью, каменной кладкой с прорывом неба, принявшего густо-синий цвет. Смекнув, что висит в воздухе, Гаррет нелепо взмахнул руками и рухнул на пол. Поперёк спины впилось нечто длинное и узкое; послышался чужеродный вскрик боли; перед лицом пронеслось искажённое изображение оборачивающегося Анри, вцепившегося в рукояти обнажённых «брата» и «сестры». Рядом с треском упала балка, частично укрыв любимца Бога Хитрости и Плутовства тканью гарракского знамени, сразу же сорвала её, по инерции подскочив ещё раз, сбивая с ног младшего ван Арглад Даса, не успевшего отпрыгнуть; чуть дальше загрохотала кованая люстра, нашедшая пристанище на пискнувшем имперском после.       Стараясь выровнять сбитое дыхание, вор кое-как принял вертикальное положение, морщась от саднивших ушибов и непрекращающегося завывания откуда-то сбоку. Последнюю проблему решил оклемавшийся королевский племянник — дворянин подскочил к наполовину высунувшемуся из стены человеку, баюкающему то ли вывихнутую, то ли сломанную руку, и, схватив того за волосы, существенно приложил головой о каменную кладку.       — Не подозревал о наличии такой ниши, — задумчиво изрёк будущий «зуб Дракона», проведя пальцами по шероховатому камню, и иронично фыркнул: — Иногда я желал уличить мерзавца в чём-либо, — указал на бессознательного ан Гарлейна. Криво усмехнулся: — Пожалуйста.       На площадке, на том месте, куда упал невольный работник Анри, лежал тонкий железный прут с наконечником в виде широкой рогатки. Кронгерцог подобрал странную вещь, рассматривая с интересом и толикой недоверчивости.       — Сообразили для чего эта штучка? — улыбнулся Гаррет, присев на корточки перед распластавшейся тушкой посла, приложил пару пальцев к шее иностранца. Того зашибло насмерть.       Почти оформившаяся мысль разбилась вдребезги, как только аристократ увидел лоб своего несостоявшегося противника в дуэли, а также лицевую часть подкладки его слетевшей шляпы с большим павлиньим пером. Подойдя к мертвецу, Анри опустился на одно колено, с силой провёл ладонью по открытой половине отнюдь не привлекательной физиономии мужчины — пылинки тёмной пудры стали откровением для дворянина.       Имперцы имеют очень смуглую кожу, их легко можно отличить от гарракцев, обладающих тем же смуглым кожным покровом, но больше уходящим к медовому или оливковому оттенкам.       — Уроженец Гаррака, а не Империи, — озвучил ставший очевидным факт Танцующий. Поймав взгляд нанимателя, ткнул пальцем в сторону бессознательного Севастьяна в нише: — Вас, милорд, насколько я понимаю, едва не подтолкнули рогаткой под локоть. Вы ведь стояли спиной к стене, держа «сестру» приподнятой, верно? Одно движение, и вашей рукой, вашим клинком продырявили бы чужой живот.       Анри безмолвствовал, прекрасно осознавая последствия. Если бы это в действительности был имперский посол, герцог единственным навязанным телодвижением спровоцировал бы начало войны между двумя королевствами, нанеся непоправимый ущерб международным отношениям.       «Где же тогда настоящий? — проскользнул напрашивающийся сам собой вопрос. — Убит кем-то? Зачем присылать переодетого гарракца? Или посол вообще не приезжал в страну?»       — … кто говорил про сторожевые башни, ваша светлость? Предупреждал же! — прервал размышления герцога вор.       — Да. Откуда ты узнал?       — Нашёл записи. Не успел передать, — наполовину солгал Гаррет, не став распространяться о своём сне, осознавая: племянник короля не поверит. Предвосхищая меткое замечание о том, что мастер взял с дворянина плату-действие раньше, чем полазал по богатым домам заговорщиков, продолжил развивать тему: — С вашим старшим братом приключилось то же самое. Данный вывод можно сделать даже после беглого просмотра содержимого записей, — Танцующий с тенями, не вставая, полез в холщовую сумку, перекинутую через плечо.       — Что? — Анри оторопел.       «С братом приключилось то же самое?» — не веря, повторил молодой человек.       — Я говорю, вашего брата подобным образом... подставили. Сначала пытались оклеветать, опорочить. Как вас. Не получилось. Принялись усиленно вызывать на дуэли, но наследник «зуба Дракона» всё время побеждал. Вот они и перешли к более решительным действиям.       Горло младшего мужчины рода ван Арглад Дас перехватило колючей стальной нитью — гарракец считал, Улис оступился самостоятельно. Члену королевской семьи очень хотелось сомневаться в заданном утверждении, однако у него не было аргументов обратного, ведь до сего дня все факты кричали о виновности его кровного родственника.       — Надо передать материалы королю. И показать вашим родителям. Пусть знают — их сын ни в чём не виновен, кроме собственной горячности и недальновидности, заставивших без остановки поддаваться на провокации, не замечая кружок ополчившихся на него недоброжелателей. Тут, кстати, про планы на вашу жизнь тоже есть, — вор протянул аристократу свитки, изъятые из тайника в особняке ван Гордона.       — Почему? — хрипло произнёс будущий «зуб Дракона». — Со мной всё предельно ясно, над тобой довлеет Заказ. Но почему ты пытаешься очистить покрытое грязью имя Улиса?       Гаррет промолчал.       — Ты знал моего брата? — не дождавшись хоть какой-то реплики, предположил дворянин.       — …       — Кем ты приходился Улису?       Вновь тишина.       — Хах, — горько усмехнулся кронгерцог, поднимаясь. — Что за властью я обладаю, раз не могу добиться ответа от какого-то вора.       Депрессивный настрой аристократа «кольнул» мастера, а слова задели ещё больше.       — Между прочим, я не «какая-то» там бесчувственная чернорукая тварь, — вскочил Танцующий. — У меня есть свои убеждения, привязанности, как и у вас. По-вашему, я не могу заступиться за друга? Думаете, лишь вы готовы за близких людей глотку перегрызть? К чему вообще эти нюни?! У вас есть доказательства заговора против короны, и вы пережили два покушения на вашу жизнь! — мужчина насильно сунул свитки и «спешное» письмо в руки собеседнику. — Вы в полном порядке, находитесь здесь, дома! А не вынуждены, точно ваш брат, скитаться в глубине чуждых земель, вдали от Родины и родных! — сердито бросил Гаррет и сию секунду прикусил язык, догадавшись, что именно сморозил.       Анри словно окаменел.       «А не вынуждены, точно ваш брат, скитаться в глубине чуждых земель, вдали от Родины и родных!» — набатом звенело в ушах.       — Чего ты сказал? — королевский племянник не узнал своего голоса, столь угрожающе-тих он стал.       Любимец Бога Хитрости и Плутовства замялся, и это решило всё.       — Этот трус жив?! — впервые на памяти мастера-вора заорал ван Арглад Дас.       — Трус?! — взбеленился Танцующий с тенями. — Считаете, решиться на самоубийство так уж несложно? У вас бы рука на себя поднялась?!       — Поднялась бы!       В следующее мгновение герцог едва не захлебнулся собственными чувствами, словами, эмоциями, мыслями, переживаниями. Будто в один миг на него обрушился ледяной водопад, бесследно исчезнув так же внезапно, как появился. Дворянин впервые в жизни получил пощёчину от простолюдина.       — Ну и жалок же ты! — окрысился Гаррет, захлёстываемый гневом. — Как ты смеешь осуждать его?! Улис — очень храбрый человек, выбравший тяжёлую жизнь вместо лёгкой смерти, ведь сдаются, сбегая во Тьму, только слабаки! А он несёт бремя жизни вдали от всего, что ему дорого, не смея вернуться, истязая себя каждым прожитым на чужбине днём. А не — оп! — и с облегчением подох! Улис взвалил на плечи ответственность за свои поступки, наверняка ежедневно встречая утро с мыслями о том, каким самоуверенным дураком был.       Исчерпав запасы воздуха, фаворит Сагота шумно вдохнул, нервно облизнулся. Лицо Анри не могло поведать, о чём думает молодой человек — казалось, к коже племянника короля кто-то приклеил прозрачную маску, сковавшую мышцы, навсегда запечатлев замкнутое выражение.       Досадливо поведя плечом, мастер-вор опомнился, похлопал себя по карманам куртки, достал перстень-печатку из белого золота и с отвращением швырнул под ноги кронгерцогу. Неопределённо цокнув языком, Танцующий достал «кошку».       Переполох незваный гость поднял знатный. Однако младшему ван Арглад Дасу не было до подобного обстоятельства никакого дела — чуя, как ноет сердце, гарракец до рези в тёмно-карих глазах вглядывался в небосвод, полностью укрытый звёздным одеялом.