Теневая сторона королевского двора

      — Фор?!       Возглас эхом прокатился по всему дому, будоража не так давно воцарившееся спокойствие. Заслышав возню в гостиной, Гаррет поспешил туда, едва не столкнувшись с учителем в двери.       — Ох, малыш, — облегчённо выдохнул жрец Сагота и крепко обнял ученика. — Я так боялся, что больше не увижу тебя. Или получу обратно по частям.       — Знаю, Фор. Я тоже.       Освободившись из объятий, Танцующий с тенями пронаблюдал, как Защитник Рук со вздохом разворачивается и бредёт к тумбе у кушетки. Обернувшись, Гаррет отрешённо осмотрел коридор и издалека мазнул взглядом по открытой взору части кухни. Многие опрокинутые в процессе побега вещи уже вернулись на свои места. Переломленный пополам маленький круглый столик и несколько хрупких, а оттого ныне разбитых предметов интерьера лежали неаккуратными кучками, чтобы их было удобнее собирать и выкидывать. Разглядев среди осколков покрытую трещинами вазу в виде перевёрнутого белого сосуда с широким горлом и узким основанием, мастер-вор огорчённо цокнул языком.       «Жаль. Она была ценной и как вещь, и как память. Фор украл её во время своего «Задания на имя» от Гильдии воров Авендума, — посетовал Гаррет. — Впрочем, истоптанный, запачканный уже въевшейся грязью с собачьих лап и залитый затхлой водой палас тоже не вернуть».       Всё же пройдя в гостиную, мастер замер, учуяв стойкий запах крудра. Служитель поперхнулся, на физическом уровне ощутив поднимающееся негодование ученика, и поставил стопку обратно на поднос к поблёскивающему под светом свечи прозрачному графину.       — Не ты ли учил меня, что притуплять свои чувства опасно?       — Я уже стар, малыш, — протянул мастер и сел в любимое кресло. — Мне не так легко переносить разного рода потрясения, как тебе. К тому же, чего скрывать, у меня и так уже вся могучая «пятёрка» притупилась, разве только «шестёрка» — интуиция — подросла.       Промолчав, но мысленно выдумав десятки упрёков, Гаррет опустился на кушетку, закинув руки на невысокую спинку.       Тишина продлилась недолго.       — Фор. Я — осёл.       — Почему? — без удивления откликнулся Защитник Рук Сагота.       — «Подписал» договор. Ищейки схватили меня, приволокли к герцогу. У того был Заказ, и я взялся.       — То есть ты в деле? — переспросил старый мастер-вор в надежде, что ослышался.       — То есть да.       Чувствуя, как всё отчётливее начинает дёргаться глаз, жрец выдал:       — Даже не хочу знать, что за навоз прилип к подошвам твоих сапог в этот раз. Но надо. Выкладывай.       Расписав всё в подробностях, Гаррет замолк, ожидая реакции. К его изумлению сегодня она оказалась скудна.       — Иди к себе, малыш. Поспи. Бодрость вернётся, голова прояснится.       Танцующий не стал навязываться и задавать неуместные в нынешний момент вопросы, зная — учитель поддержит его несмотря ни на что. Просто ему нужно время.       Отведённая комната встретила молодого вора скромной, но уютной обстановкой и тонким слоем пыли, скопившимся, пока Гаррет мотался по нервным «миссиям». Раздевшись, мужчина с удовольствием растянулся в кровати, ощущая, как сладко заныли потихоньку расслабляющиеся мышцы, и на удивление быстро заснул, откинув на задворки сознания мешанину различных мыслей, хоть и предполагал, что ещё пару часов провозится, перекатываясь с бока на бок.       Но провести остаток ночи без происшествий Танцующему с тенями помешали вернувшиеся вещие сны, ранее оставившие его в покое на целых четыре месяца.       Он стоял в полном воровском обмундировании в пустующем внутреннем дворе гарракского королевского замка. Тёмно-серая махина со всполохами витражных стёкол и прожилками каких-то чёрных магических камней, складывающихся в гигантские семиугольники на стенах всех строений, выглядела зловеще, растеряв всю величественность, присущую дворцу в реальности.       С того места, где очутился Гаррет, открывался отличный вид на одну из двух башен, выполняющих функции сторожевых укреплений. На самой верхней площадке сооружения, непринуждённо облокотившись о толстые перила, разговаривали два человека в модной дорогой одежде, за плечами которых под едва заметным ветром колыхались длинные плащи — дворяне. Вскоре их беседа приняла неприятный оборот, потому как аристократы выпрямились и значительно повысили тон, хотя слов нельзя было разобрать. Внезапно каждый из людей сделал по выпаду, будто они схватились в поединке, но Гаррету не удалось рассмотреть металлических отблесков от оружия в их руках. Спустя пару секунд человек слева покачнулся и упал на пол, второй — замер, потом скрылся за оградой, показался вновь и заметался по площадке. Он стучался в дверь, но так и не открыл её, видимо, та была заперта.       В груди Гаррета всё похолодело, зашевелилось мерзко скользящее по животу плохое предчувствие. Мужчина наверху башни, оперевшись ладонями о перила, смотрел вниз. Не зная, правильно ли поступает, вор всё-таки решил подойти к постройке, но его приближающаяся фигура только подстегнула бездействующего дворянина. Спустя миг тот наклонился вперёд и перегнулся через ограду.       Сердце мастера-вора пропустило удар.       Заторможено пронаблюдав за падающим человеком, за тем, как его тело с хрустом касается вымощенной камнем площадки, Танцующий забыл сделать вдох. Кое-как, с хрипом втянув воздух, на негнущихся ногах Гаррет добрался до изломанного, разбившегося аристократа и встал перед ним на колени, с ужасом смотря, как окровавленный лик с широко открытыми стеклянными глазами сменяет очертания лица Угря, совсем ещё юнца, на Анри и обратно. Казалось, метаморфозы продолжались бесконечно, показывая такие похожие и такие разные обличья. Дико закричав, вор проснулся.       Сев на постели, Танцующий дрожащими пальцами стёр скатывающиеся по вискам капли пота и постарался успокоиться, постепенно приводя дыхание в порядок.       «Судя по яркому солнцу и шумному гомону за окном, утро уже миновало. Удивительно долго спал».       Тряхнув головой и взлохматив влажные волосы, мастер наткнулся взглядом на сложенный пополам лист бумаги на прикроватном столике.       «Эта привычка учителя неискоренима», — усмехнулся Гаррет, пытаясь отвлечься от всё ещё тяготящего сердце сна и бушующих после него эмоций, и взял записку.       Размашистый почерк возвещал молодого мастера-вора о каких-то непонятных ему именах и прозвищах, а также о более менее известных адресах, где как раз таки можно было пересечься с обозначенными типами. В конце краткого списка притаился комментарий Фора: «Думаю, они смогут помочь тебе».       Улыбнувшись, Гаррет попросил Сагота донести до учителя искреннюю благодарность ученика и поднялся с кровати.

***

      Стоя посреди светлого коридора, пестрящего полупрозрачными мозаичными картинами в оконных рамах, Анри сложил руки на груди и окинул вытянувшихся по струнке гвардейцев грозным взглядом. Те загораживали не только своими спинами, но и скрещенными протазанами двери, ведущие в небольшую комнату, где король предпочитал в неформальной обстановке обсуждать со своими советниками и близкими различные вопросы, которые никогда бы с лёгкостью не поднял при дворе.       — И как это понимать?       — Его величество приказал никого не впускать. Даже вас, — отчеканил солдат «Дракона».       — Очень интересно. Хотя бы потому, что король распорядился вызвать меня на аудиенцию.       К счастью, гвардейцу удалось избежать дальнейших разбирательств с постепенно закипающим герцогом, так как позади послышался слабый шорох, и королевским воинам пришлось отступить, освобождая место для распахивающихся створок. Из помещения вышли двое мужчин, уже разменявших полвека жизни на бурную деятельность.       «Зуб Дракона», не останавливаясь, прошёл мимо сына, чуть сжав его плечо в ободряющем жесте, и удалился, так ничего и не сказав.       Второй показавшийся был чуть ниже Марледа, но не уступал своему кузену в подтянутости и жилистости. Вольдемар ван Арглад Дас — всегда настойчивый, невероятно целеустремлённый и способный очень на многое человек, не терпящий даже малейшего давления со стороны; прагматик по своей натуре, которому тем не менее всегда было достаточно трудно сходиться с посторонними людьми.       Кронгерцог склонился перед правителем Гаррака, на мгновение зажмурившись от резко и сильно занывшего раненного бока.       — Анри, — подходя, покачал головой король. — Не сейчас. Пока не время для светских любезностей.       — Со мной всё в порядке, — будущему «зубу Дракона» уже начало надоедать, что с ним сюсюкаются все, кто только можно, но он скрыл настоящие эмоции.       — Неправдоподобные истории своему коню в гриву вплетай — я слишком опытен для таких уловок, племянник, — подмигнул самый старший из ныне живущих мужчин рода ван Арглад Дас. — Признай, ты всегда был ещё тем сорванцом, так что предоставил мне достаточно времени для изучения большинства фокусов вашей по-королевски шумной компании.       Анри не сдержал улыбки. Да, в детстве они с братом и принцем частенько ставили на уши по полдворца. И очень щедро получали за это.       Пройдя вместе с королём в ранее недоступную комнату, молодой дворянин сел в широкое мягкое кресло и вытянул ноги. Дождавшись, когда гвардейцы закроют двери, Вольдемар облокотился о бархатную спинку занятого родственником предмета мебели.       Помещение весьма компактно размещало в себе камин, узкий стол, пару кресел, два дивана и несколько постаментов и молодых деревьев в крупных горшках в качестве украшения. Её несомненным достоинством гарракский правитель считал большое окно, позволяющее обозревать практически всю территорию замка и частичку вечно оживлённого города вдалеке.       — Мы с моим кузеном наконец пришли к общему мнению относительно совершившегося на тебя покушения.       Анри вздрогнул, не ожидая, что Вольдемар сразу же перейдёт к делу. Ведь мужчина предпочитал сначала поговорить об «отвлечённой» теме, периферии проблемы, постепенно подводя собеседников к главной, к её ядру.       — Нами было принято решение, по которому это расследование полностью берёт на себя Марлед, а ты остаёшься во дворце и не смеешь и шагу ступить за порог.       — Но... — вскинул голову будущий «зуб Дракона».       — Ни шагу, Анри, — король был непреклонен. — Ситуация совсем нешуточная. Принцу тоже запрещено покидать замок. За вами будущее Гаррака, и мы не можем допустить, чтобы кто-нибудь из вас пострадал.       — А как же вы и отец?       Вольдемар оставил вопрос без ответа, и Анри уткнулся взглядом в пол, пытаясь сдержать клокочущий внутри комок чувств, не смея ослушаться.       — Марлед найдёт наглецов. Твоя честь будет восстановлена. Также этот плевок сотрётся с лица всего «Дракона», — продолжил старший ван Арглад Дас, заняв место на диване и перекинув через плечо заплетённые в низкий хвост длинные волосы.       Возвышающиеся на постаментах полные комплекты пластинчатых доспехов молчаливыми стражами взирали на беседующих.       «Даже постоять за самого себя самостоятельно не дают», — сжал зубы кронгерцог.       Завидев вздувающиеся желваки на скулах племянника, король возобновил разговор в ином русле:       — У меня есть для тебя поручение.       — Какое именно, ваше величество? — хрипловато произнёс Анри.       — Как тебе известно, близится праздник Восхождения. Давным-давно, в первой половине Эпохи Снов, по Сиале разошлась молва о некой сделке с драконом, после которой в первом же бою погибли как король Вастар, так и его наследники...       — ... и престол перешёл к династии ван Арглад Дас, — понимающе кивнул герцог. — Намечается ежегодный пышный бал.       — Твоя задача — усилить охрану в замке так, чтобы гости не догадались об этом. У тебя ещё достаточно времени, успеешь тщательно всё обдумать и осуществить свой план. Если уложишься задолго до дня празднования, то можешь отдыхать сколько захочешь — исключительно на территории дворца, ещё раз напоминаю — или помочь остальным в их приготовлениях, это уже на твоё усмотрение, — смягчился Вольдемар, видя покорность племянника.       — Будет сделано, дядя, — ответил молодой ван Арглад Дас, почувствовав благодушное настроение коронованного родственника.       Тот милостиво отмахнулся, размышляя о чём-то.       Покинув владыку гарракских земель и душ, будущий «зуб Дракона» быстро зашагал в свои покои — ему было необходимо срочно отправить письмо вместе со специально обученным вороном.