Любовь нечаянно нагрянет

      Ритка предстала пред их очи во всей своей немеркнущей кустодиевской красе: румянец во всю щёку, грудью полк можно вскормить, бедра пышные, коса русая, и вся она, как яблочко наливное, спелое. Так и хотелось приобнять и погреться, да вот Феликс еще хорошо помнил, чем закончилось для недавнего знакомца более тесное общение с этой красоткой. И хоть не грешил тягой к алкоголю, но решил не экспериментировать. Ему своя внешность нравилась. Корректировать ее при помощи Риткиных кулаков было бы крайне неразумно. Да и поглядывала бойкая девица на него довольно сурово, словно оценивала, что за птица, и не стоит ли ей сразу пёрышки пощипать?       Не успел Колян рта открыть, как Ритка сама, четко и по-военному, начала выкладывать сводки последних событий: - Хлеб привезли. Вот накладные. Звонили с базы, просили составить заказ. К трем доставят кондитерку и напитки. Председатель на завтра сходку наметил. Вон, объявление на доске повесили. У Касьяновых двойня родилась. Никита примчался за водкой, сыновей обмывать, а я не дала, пока Настю с детишками в роддоме не проведает. Полетел к ним. Вечером будет гудеть... - Ты зачем Антошку отметелила? - перебил ее мужчина. - Он и раньше на пугало огородное был похож, а теперь хоть в фильмах ужасов снимай. - Нехрен бухать! - отрезала девица, тут же становясь в позу. - Я его предупредила? Предупредила. Он не послушался? Не послушался. А за то, что настучал, еще люлей получит! - Но-но! Не особо-то злобствуй. Дай ему осознать всю степень своего заблуждения. - Дам! Обязательно дам, - пообещала Ритка столь зловещим тоном, что Феликс тут же проникся сочувствием к несчастному алкоголику.       - Ремонтники послов засылали. Хотели ящиком водки затариться, - продолжила она отчёт. - Видать, решили и дальше праздновать. Федор Сергеич-то на морях. Приглядывать за ними некому. - Дала? - Щаз! Сказала, чтоб не раньше вечера заглядывали. А ежели опять у Семеновны самогоном разживутся, я им устрою праздник. Будут месяц всухую вкалывать.       - Ремонтники, это не с СТО? - вмешался в их разговор Феликс. - Откуда ж еще? - уставилась на него Ритка, а Колян подтвердил, лишь кивнув головой, в это время что-то сосредоточенно изучая в куче накладных. - Мне нужен их номер, вызвать эвакуатор. Пусть бумер посмотрят, - он оглянулся на занятого мужчину, так и не уловившего суть просьбы, потом на Ритку, которая вздохнула, но номер продиктовала, и отошел в сторону, чтобы позвонить.       Коляна заставил вернуться к действительности его вопрос: - Название улицы я запомнил, а какой у нас номер дома? Ритка чутко уловила это его "у нас" и стала в стойку, как охотничья-сторожевая. - Семнадцать, - машинально ответил мужчина, поднимая голову и наконец прислушавшись к разговору парня с кем-то из автосервиса: - ... через полчаса? А раньше никак? Хорошо. Жду! - он повернулся к Коляну. - Придется идти домой. Сейчас приедут за машиной. Ты со мной, или здесь останешься?       Мужчина машинально отметил, как естественно и даже как-то уютно прозвучало из уст Феньки "домой". Он с радостью бы закинул все дела, но вновь посмотрел на бумаги и с огорчением понял, что придется задержаться. - Сам найдешь дорогу... домой? - мужчина выделил последнее слово, смакуя новые для себя ощущения. Феликс отчего-то поёжился, махнул рукой: - Найду. Занимайся своими делами, - и вышел вон. Колян проводил его задумчивым взглядом, обернулся к Ритке, которая явно готовилась провести допрос с пристрастием, и быстренько смылся в подсобку, как щитом прикрываясь кипой накладных.       Домой он смог вырваться только через час. Ребят из автосервиса не застал, но по дороге перезвонил им и попросил, чтоб как следует подшаманили бэху его хорошего знакомого. Те сообщили, что нефиг делать - поломка оказалась незначительной: сгорела обмотка на катушке зажигания, и не позднее завтрашнего обеда все будет готово. Это известие почему-то расстроило Коляна. Выходит, завтра постоялец может спокойно отправляться в дорогу? Значит, у них остался всего лишь день. И провести его нужно так, чтобы не было обидно.       Феликс стоял у плиты и помешивал в кастрюльке что-то очень вкусно пахнущее. Колян подошел сзади, обнял, чмокнул в шею прямо у линии роста волос и спросил, через плечо заглядывая в кастрюлю: - Чем сегодня кормят голодных предпринимателей? - Крем-суп с шампиньонами их устроит? - повернул голову Феликс. - Вполне. А на десерт? - мужчина провел носом по его скуле. - На десерт - я, - сверкнул улыбкой кулинар. - Тогда четыре десерта, и спать, спать, спать, - вспомнил старый бородатый анекдот Колян.       Феликс отложил ложку, выключил плиту и повернулся в кольце обнимающих его рук: - Обещаешь? - спросил с неприкрытым азартом в глазах. Колян на секунду даже растерялся от такого напора, а потом послал к чертям всякую нерешительность и с не меньшим азартом принялся исполнять обещанное.       Утро вновь встретило их уже привычным ором голодной живности, скрипом дверных петель и руганью материализовавшейся неизвестно откуда теть Иры: - Вот охальники! Хозяйство не кормлено, не поено, а они тут лежат, развалились, черти голозадые! Вот я вам!.. Парни подскочили, как ужаленные, пытаясь прикрыть наготу (уснули, не рассчитывая на непрошеных зрителей), не в состоянии сообразить, как тут тетка оказалась, и до какой границы быстрее добежать, ибо скандал обещал быть нешуточным. Но тетка почему-то не спешила с казнью: присела на стул у стола, уткнув кулаки в колени, и с усмешкой наблюдала за их тщетными потугами слиться с диваном. - Я... Мы... - начал оправдательную речь Колян, но так и не закончил, понимая, что и без слов все ясно. - Вижу, что вы, только вот не пойму, почему дверь не прикрыли? А если б дед Кузьма заглянул за чем? Да его б тут кондратий хватил! Подымайтесь-ка, голубки! - стукнула широкой ладонью по столу так, что Феликс нервно дернулся, а у Коляна засосало под ложечкой. - Будем из вас человеков делать.       Что она имела ввиду, парни не поняли, но послушно встали, прикрывая телеса одной на двоих простыней. - Штаны-то наденьте, а то несподручно слушать, как вы тут бубенцами гремите, - прилетело от тетки. Они краснели, синели и зеленели пока под ее неусыпным надзором изображали сиамских близнецов, подбирая разбросанные по комнате детали одежды. Потом так же неловко пытались натянуть на себя все это богатство, по очереди закрываясь от тетки той же злосчастной простынкой. Ни один не сообразил скрыться в спальне, а тетка и не рвалась подсказать им такой простой выход из щекотливой ситуации.       В одежде Колян почувствовал себя более уверенным и приготовился защищать их с Фенькой честь и достоинство, отвоевывая право на свободное волеизъявление, но был сослан к почуявшей хозяйку живности, которая по-прежнему истошно орала, требуя комплексный завтрак в качестве компенсации за их вынужденную голодовку. Дернувшийся за ним Феликс был остановлен грозным окриком: - А вас, молодой человек, я попрошу остаться!       Отказать даме в такой настоятельной просьбе парень не решился и скромно присел на угол дивана, напустив на себя самый похуистический вид, какой только водился в его арсенале. Лишь дрожащая коленка выдавала истинную степень волнения, накрывшего Феньку. Колян показал ему кулак, сжатый в интернациональном жесте "No pasarán", и отправился затыкать рты галдящему хозяйству, попутно размышляя о странностях в поведении тетки. Его незапланированный каминг-аут воспринят ею слишком спокойно, словно она была готова к этому. И с Феликсом она разговаривала довольно культурно: в приоткрытое окно не доносилось ни криков, ни ругани - Колян специально постоял под ним, пытаясь что-либо услышать.       О сути беседы, и как Феликс выстоял на допросе, Коляну не суждено было узнать, потому что иуда Фрол по-партизански подкрался с тыла и громко оповестил хозяйку о месте его дислокации, за что тут же огреб. Разведчику, правда, тоже досталось. Высунувшись из окна на призыв индюка теть Ира застала Коляна за неблаговидным занятием: он как раз отвешивал предателю совершенно не дружеского пенделя, за что ему и прилетел щедрый подзатыльник от сердитой хозяйки наглой твари, после чего Колян, почёсывая тыковку отправился выполнять поручение, а индюк, тоже почёсываясь, двинул вслед за ним, видимо, решив, что без его ценных указаний мужчина не справится с поставленной задачей.       Может и закончилась бы их эпопея скандалом, но стоило Коляну войти в дом, как с улицы донесся шум подъехавшей машины и последовавший за этим сигнал. Парни из техсервиса пригнали отремонтированный бумер. Вручая владельцу ключи, Сашка, молодой, но головастый слесарь с золотыми руками, сказал, что пришлось заменить не только катушку зажигания, но и свечи. Правда на этих бумер поездит не долго: нужны оригинальные, а где их в такой глуши взять? Потому лучше заменить их, как только Феликс доберется до цивилизации. Тот рассеянно слушал, прокручивая на пальце брелок с ключами и поглядывая на стоящего рядом Коляна, молча расплатился и так же молча проводил взглядом жигуленок, в котором уехали ремонтники.       - Вот и все, - произнес он, когда за ними улеглась пыль. - Мне можно ехать дальше. - Можно, - эхом повторил Колян, лихорадочно пытаясь придумать причину, чтобы задержать его. Причина все еще не придумывалась, мужчина так и остался стоять у калитки, а Феликс уже пошел за вещами в дом. Собирался не долго, благо чемодан стоял не разобранным. Вышедшая вслед за ним теть Ира вдруг наклонила к себе его голову и поцеловала в лоб, словно благословляя в дорогу, вновь удивив Коляна таким отношением к парню. Феликс бросил вещи в багажник и протянул мужчине руку.       - Будете у нас, на Колыме, милости прошу, - Колян попытался скрыть горечь расставания за старой, как мир, шуткой. Феликс криво усмехнулся в ответ, спрятал глаза за очками, махнул рукой и ударил по газам. Прощелканная возможность развеялась, как та пыль за машиной, увозящей в себе призрачную надежду на счастье. Недовольное тёткино сопение позади явно говорило, что Колян - дурак. Мог бы хоть телефончик спросить. И просто... спросить. Но чего уж там. - Почему приехала раньше? Я должен был завтра тебя встретить, - спросил ее просто чтобы не молчать, все еще глядя на дорогу. - Даты перепутала. Маша уже в Египте догляделась, - со вздохом ответила тетка и потопала в дом. Но не выдержала, остановилась на полпути: - Почему не остановил? - Так будет лучше для всех, - ответил почти не задумываясь.