Мой личный бог

В Ванахейме быстро смеркалось. На город опустился прекрасный прохладный и звездный вечер. Однако во дворце была шумиха. Народ подготавливался к празднику. Всюду носились служанки, что-то неся с собой в руках или просто перебегая с места на место. В огромных залах и в главной появились чудесные благоухающие гирлянды с цветами, множество зажженных свечей, и конечно же богато накрытых столов. Все практически было готово к вечернему торжеству. Гости уже начинали собираться, являясь к воротам дворца в роскошных каретах. Эмили шустро направлялась к своим покоям, то и дело обеспокоенно озираясь вокруг, в надежде не застать Аона. Почему-то после разговора с Локи в девушке поселился некий страх по отношению к нему. Где-то в глубине души она соглашалась с богом обмана, но все же собственные мысли не давали этому чувству разрастись. Джонсон считала, что умеет разбираться в людях, и Аон вполне хороший и доброжелательный человек. Рассеянно кивнув страже, что безмолвно отворила двери, целительница вошла в свои покои и устало облокотилась на круглый стол, глубоко вдохнув. — Где ты ходишь так долго? — раздался вдруг знакомый строгий голос. Джонсон подскочила на месте от неожиданности и, поперхнувшись воздухом, быстро обернулась. Локи хмуро разглядывал девушку, стоя на расстоянии в три шага. Эмили не ответила, лишь пожав плечами. Трикстер покачал головой, а затем протянул ей что-то, бережно обернутое в хрустящую бумагу. — Что это? — полюбопытствовала Джонсон, медленно принимая предложенное. — Подарок? — лукаво добавила она, прищурив глаза. Локи фыркнул. В темно-зеленых глазах на секунду мелькнула насмешливость, заставив девушку смутиться. — Можешь считать и так, — снисходительным баритоном разрешил он. — Жду тебя у окна в конце коридора через десять минут. И, произнеся эти слова, бог буквально растаял в воздухе. Эмили так и осталась стоять на месте с открытым ртом, и, лишь спустя несколько минут опомнившись, стала осторожно разворачивать сверток, уже догадываясь о его содержимом. Тихое шуршание скользящей ткани подтвердило ее догадки. Вниз опало идеальное платье в пол насыщенного изумрудного оттенка. Юбка была летящей с едва заметными складками, а вместо лямок были тонкие полоски ткани, пересекающие открытую спину. Джонсон задержала дыхание от этого великолепия. Даже лучше, чем прошлое. Без изысков, легкое, но вместе с тем и прекрасное. Идеальное. Такое, какое она бы выбрала сама. Целительница переоделась, обула туфли, присутствующие в комплекте, где так же обнаружилась маленькая заколка в волосы в виде птицы с глазами, которые были сделаны из камушков-изумрудов. Джонсон аккуратно собрала волосы, пытаясь соорудить некое подобие утренней прически, которая уже растрепалась, но в конце-концов сдалась и просто убрала локоны заколкой с одной стороны, открыв шею. Напоследок бросив на себя оценивающий взгляд в зеркало, Эмили вздохнула и вышла из покоев. Сердце ускорило свой ритм, когда глаза тут же отыскали темную фигуру в конце коридора. Джонсон невольно замедлила шаг, нервничая. Разволновавшись, она стала чаще дышать, от чего грудь тяжело вздымалась, выдавая. Локи, заслышав легкие шаги, медленно обернулся, созерцая девушку. Та замерла, исподлобья уставившись на трикстера. Тот одобрительно кивнул, с удовлетворением рассматривая, как его платье сидит на целительнице. Похоже, он не прогадал с выбором. — Идем, — бросил младший принц, тенью следуя прочь из коридора. Эмили поспешила за ним, подобрав полы платья. — Мы сразу явимся на торжество? — полушепотом поинтересовалась Джонсон, выровняв свой шаг. — Да. Девушка покорно кивнула, решив больше не задавать лишних вопросов и просто следовать к главной зале, откуда уже вовсю слышался гул и играла музыка. Перед входом трикстер вдруг замедлил шаг, а затем и вовсе остановился, обернувшись к Эмили и ухватив ее за локоть. Джонсон вопросительно моргнула, слегка покраснев от приятного прикосновения к оголенной коже. Изумрудный взгляд внимательно буравил растерянное лицо. — Ни в коем случае не отходи от меня на торжестве, тем более к принцу Аону, — сухо потребовал Локи. Целительница хотела было возмутиться, но бог обмана перебил: — Я знаю, что ты хочешь сказать. Нет. Тебе следует послушаться меня, Эмили. Так ты останешься целее. Проглотив негодование через силу, Джонсон покорно кивнула. В конце-концов, если Аон сам к ней подойдет, это не будет считаться нарушением правила Локи. — Хорошо, — удовлетворительно заключил бог и спокойно взял девушку под локоть, следуя в залу. Яркий ворох одежд тут же заставил глаза разбежаться. Все вокруг буквально дышало великолепием и помпезностью. Эмили внимательно осмотрелась вокруг, но Аона так и не заметила. Тогда девушка прекратила оглядываться и сосредоточилась на Локи, который с абсолютно невозмутимым лицом вел ее к накрытому столу, за которым уже расположились некоторые гости, веселясь и вовсю распивая хмельные напитки. Осторожно усевшись, чтобы не помять красивое платье, Джонсон наблюдала, как трикстер садится рядом, соблюдая достаточное расстояние. Целительница глубоко вздохнула и протянула руку к нетронутому бокалу, наполненному темно-розовой жидкостью. — Не советую, — полушепотом сказал младший принц, наклонившись ближе. Эмили недоуменно нахмурилась, так и не взяв кубок, и обернулась к богу обмана. — Почему же? — На торжествах всегда следует оставаться трезвой. В противном случае могут быть совсем неприятные последствия. — Кто сказал, что я собираюсь напиваться? — возмутилась девушка, поджав губы. Локи тихо усмехнулся. — Это вино очень крепкое, давней выдержки. Не советую, — повторил бог обмана, внимательно смотря на Эмили зелено-голубыми глазами, в которых танцевали отблески света люстр. Джонсон вдруг смутилась, покраснев, и одернула руку, положив ее себе на колени в полном молчании. Музыка становилась ярче и веселее. Некоторые гости начали танцевать. Зала моментально оживилась. Торжество было в самом разгаре. Праздник знаменовал окончание войны и поражение чужеземцев. Планета была спасена. Эмили лениво оглядывалась по сторонам. Ей уже быстро стало скучно, ведь толком ничего не происходило. Локи все так же сидел рядом, делая вид, будто бы он не с ней пришел, но на самом деле бог бдительно следил, не рядом ли где-нибудь Аон. На скамью шлепнулся грузный развеселившийся мужчина, вынудивший Джонсон резко двинуться в сторону. Эмили сдавленно охнула, когда оказалась слишком близко к Локи. Их плечи соприкоснулись, а ее рука случайно схватилась за его ладонь в попытке удержаться на месте. Совсем близко над ухом послышался легкий смешок. Целительница сильно покраснела и поспешила отодвинуться, однако сделать ей этого бог не дал. Он вдруг крепче перехватил нежные пальцы, а другой рукой обхватил ее спину, тем самым не давая возможности обернуться к нему. Эмили так и застыла на месте, не до конца вдохнув теплый воздух приоткрытыми губами. Такая близость заставила все мысли вмиг рассыпаться в пыль, а сердце бешено лупить по стенкам грудной клетки. Низ живота начало тянуть. Джонсон попыталась обернуться к трикстеру и возмутиться, но все было тщетно. Локи держал слишком крепко. Эмили напряглась, абсолютно ничего не понимая. Зачем он это сделал? Тем временем сильная ладонь, не отпустившая ее руки, пришла в движение. А затем на костяшках пальцев почувствовался приятный холод губ. Внутри будто вспыхнули и рассыпались ярким маревом искры. Казалось, все вокруг на секунду застыло. Джонсон окончательно перестала понимать, что происходит. А затем, медленно моргнув, бросила взгляд туда, где по ту сторону стола была толпа. Неужели это спектакль для кого-то? Однако, нет. Никто и не думал смотреть в их сторону. — Что ты делаешь? — едва слышно, с запинками спросила девушка, низко опустив голову. Ответа не последовало. Вместо этого его руки медленно исчезли, оставив невидимые ожоги на коже. Получив свободу движения, Джонсон наконец быстро обернулась, смерив растерянным взглядом трикстера. Тот с едва заметной усмешкой смотрел в абсолютно противоположную сторону, играясь остатками жидкости в бокале в руке. Расширив глаза от такой наглости, целительница уже собиралась выдать гневную тираду, однако ее сумбурно скачущие мысли, готовые вот-вот обратиться в слова, прервал чей-то звонкий голос. — Эмили! Джонсон быстро обернулась, внутри все дрогнуло от знакомой интонации. Целительница скользнула взглядом по аккуратным косичкам и милому круглому лицу с веснушками, а затем подорвалась с места. — Сия! — обрадованно вскрикнула целительница, быстро позабыв, где и с кем находится, кидаясь к девочке и обнимая ее. Та выглядела совершенно счастливой. — Все спаслись. Война закончилась. — Именно, — подтвердила Эмили радостные слова Сии. Девочка восторженно сверкнула светло-серыми глазами, а затем дернулась. Заиграла другая мелодия, очевидно, знакомая ей. Сия восторженно захлопала в ладоши и требовательно схватила Эмили за руку. — Пойдем танцевать! — Но… — попыталась было возразить целительница, растерявшись, однако было уже поздно. Сия вытащила ее в центр зала, где уже выстроились в ряд девушки напротив мужчин. Девочка убежала в самый конец, к другой группе ее возраста. Эмили осталась стоять совершенно одна, лихорадочно рассматривая стоящих рядом с опущенными глазами девушек. Танец начался. Все, абсолютно синхронно, слегка отошли назад и склонили головы. Целительница поспешила сделать то же самое, стараясь точь-в-точь следовать движениям стоящей рядом с ней белокурой незнакомки. Пары начали сходиться. Эмили бросила короткий взгляд на своего партнера, который молчаливо протянул вперед руку, полусогнутую в локте. Джонсон повторила жест, едва коснувшись ладони в перчатке, а затем, как требовал танец, отвела ее назад. После чего девушки неторопливо сделали круг под завораживающую музыку вокруг партнеров, а затем снова начали движения с полу-прикосновениями. Это выглядело красиво и придавало танцу какую-то загадочность. Рука незнакомца легла на талию. Эмили быстро положила ладонь ему на плечо. Таким образом они покружились вперед, но совсем немного, и вновь разошлись. Все танцующие образовали два круга, состоящие из ряда мужчин и девушек. Все прекрасные особы в одно мгновение обернулись спиной к партнерам. Эмили, сделав то же самое, растерянно моргнула. И что же дальше? Тихое шуршание слышится за спиной, а затем поворот. Джонсон удивляется, созерцая перед собой уже другого партнера — невысокого мужчину с длинными светлыми волосами, собранными в хвост. Он лукаво улыбается, но молчит, протягивая руку. Эмили, как велено танцем, отводит ногу назад в изящном жесте, наклоняя голову, а затем едва касается его ладони. Музыка вспыхивает ярче, партнер ловко кружит ее, в какой-то момент приподнимая над полом, словно она ничего не весила. Целительница даже запыхалась от неожиданности, напоследок сделав изящный поворот. Девушки вновь отвернулись. Эмили глубоко вздохнула, в попытке отдышаться. Поворот. Взгляд сталкивается со знакомыми ярко-зелеными глазами. Джонсон теряется. Разве Локи танцевал? Их руки слегка соприкасаются. Эмили неотрывно смотрит на бога, слегка сбиваясь в движениях от его близости. Но когда происходит новый элемент танца, в котором младший принц едва ощутимо проводит ладонью по ее щеке, практически сразу убирая пальцы, целительница едва не лишается дыхания. Это было похоже на какую-то завораживающую опасную игру. Возможно, в этом и заключалась цель танца — показать через прекрасное, что подобные, осторожные и неполные прикосновения могут принести гораздо больше эффекта, чем полноценные. Локи хитро улыбается, когда берет Эмили за талию, причем гораздо смелее, чем остальные партнеры. В зеленых глазах танцуют бесенята. Джонсон поджимает губы, а затем дергается от внезапно пришедших мыслей, едва не сбивая танец. — Зачем ты поцеловал мою руку за столом? — возмущенно шепчет девушка, разрумянившись от танца. Бог коварства пожимает плечами, кружа ее вокруг собственной оси. Эмили покорно подчиняется, ожидая, что через секунду снова окажется к нему лицом, но вместо этого девушки снова отворачиваются. Целительница разочарованно вздыхает. Похоже, поговорить больше не удастся. Однако при обороте обратно Эмили непонимающе хмурится, снова созерцая перед собой невозмутимого трикстера. У всех остальных девушек партнеры поменялись, а Локи так и остался тут. Пожав плечами и решив, что так лучше, целительница уже автоматически касается его руки и продолжает: — Что это было? Для Аона? Он видел нас? — Уверяю тебя, нас никто не видел, — уклончиво отвечает бог, сохраняя на своем лице абсолютную невозмутимость. Джонсон в который раз сбивается с ритма, когда его руки обвивают талию и требовательно тянут назад, прижимая к себе. Холодное дыхание щекочет шею. Целительница тщетно старается сосредоточиться на мыслях. — Тогда зачем? — все тем же шепотом спрашивает девушка спустя несколько секунд, когда снова оказывается к нему лицом. Локи щурится. — Ты хочешь услышать правду? — Конечно! — восклицает Эмили и тут же умолкает, словив на себе несколько пристальных взглядов. Краснея, Джонсон сосредотачивается на танце, кладя ладонь на плечо трикстера и невольно приподнимая голову. Он ловко ведет ее по кругу. — Я поступил так, как мне хочется, — спустя некоторое время молчания отвечает бог коварства уверенным тоном, медленно ведя по спине девушки рукой, будто бы нарочно задерживаясь на открытой коже. Эмили тяжело дышит, неотрывно смотря на Локи, а затем прищуривается. — Тебе хочется целовать мне руки? Бог обмана на секунду скривился ее нелепой остроте, резко отстраняя от себя, а затем так же быстро привлекая обратно. — Близость — уникальная вещь, Эмили Джонсон. Она способна на многое. Разрушить все правила и морали человека. Стереть все его границы в один миг. Сорвать маски, — низким баритоном неторопливо произносит он, и девушка вдруг замечает, что они не повторяют движений танца. — С каких пор ты изъявляешь желание близости со мной? — Проклятие, — коротко бросает бог, неожиданно возобновляя танец и крутя Эмили как ему вздумается. Джонсон лишь покорно следовала его движениям, расслабив мышцы, чтобы не сбиваться. В воздухе то и дело метался подол летящего изумрудного платья, образуя легкий яркий вихрь. — Ты ведь можешь сопротивляться ему, поскольку ненавидишь меня, — язвительно бросила Эмили, но голос дрогнул. Целительница напряженно раздумывала над словами трикстера, прикусив губу. Что это? Локи снова хитрит? Но что именно он задумал? Но если это правда, то дело принимает совершенно иной оборот.. — Подумай, что бы ты выбрала — боль или сладость? — тем временем вернул ее в реальность голос Локи. Эмили растерянно вскинула голубые глаза на принца. Тем временем девушки вновь отошли назад, развернувшись, и Джонсон ничего не оставалось, как сделать то же самое. От его вопроса по телу пробежались мурашки. Целительница знала, что она выбрала бы. Неужели Локи сделал то же самое? Вопрос выбил ее из колеи, но когда она развернулась и вновь подошла к трикстеру, он взглянул на нее и без лишних вопросов понял, что бы она выбрала.  — Именно. Ты вполне недурна собой и, смею предположить, не глупа, — с иронией заметил Локи, касаясь ее ладони пальцами. Джонсон возмущенно вздернула брови, по велению танца слишком не вовремя разворачиваясь вокруг своей оси. — Следовательно, это означает, что ты имеешь право обладать мной, как тебе вздумается? Девушка быстро повернулась к Локи и внимательно уставилась в его сверкающие изумрудные глаза. — Возможно, — хитро произнес бог, наблюдая, как Эмили отходит назад. — Разве партнеры не должны меняться? — Только если я этого захочу. Джонсон укоризненно покачала головой, вновь отворачиваясь от трикстера. И какого же было ее удивление когда, обернувшись, она столкнулась с внимательным ярко-серым взглядом. Незаметно вздрогнув, Эмили быстро осмотрелась вокруг, но Локи словно сквозь землю провалился. Целительнице ничего не оставалось, как подойти к Аону и склонить голову. — Прекрасно выглядишь, Эмили, — поприветствовал ее комплиментом принц, улыбнувшись, но девушке показалось, что Аон напряжен. Юноша явно был чем-то обеспокоен, возможно, даже рассержен. — Спасибо, — тихо ответила Джонсон, покорно принимая его руку. — Великолепный праздник. После обмена любезностями повисло недолгое молчание. Каждому хотелось что-то сказать, но оба не решались. Танец несколько минут продолжался в безмолвии. — С кем ты пришла на бал? Я заходил за тобой в покои, — вдруг тихо проговорил Аон, вопросительно смотря на девушку. Та растерялась, опустив глаза и раздумывая над ответом. — Пришла одна, — ляпнула Джонсон, почему-то решив умолчать о Локи. Юноша нахмурился, но ничего не сказал. — Кажется, вы скоро покинете нас? Эмили недоуменно взглянула на Аона, а затем, подумав, утвердительно кивнула. Действительно. Народ был спасен, следовательно можно было возвращаться в Асгард. К тому же рана Локи так и не затянулась… — Не желаешь остаться здесь? — Нет, — слишком быстро выпалила девушка, даже не подумав над ответом, а затем покраснела, заметив растерянный взгляд принца. — То есть, не могу… — Отчего же? — вдруг резко поинтересовался Аон, хватая ее за руку и слишком быстро кружа. Эмили едва не запнулась, поперхнувшись воздухом. — Обстоятельства. — Дело в Локи? Джонсон оступилась от неожиданности, и они с Аоном едва не столкнулись носами. Их лица оказались в непозволительной близости. Эмили быстро отстранилась, жадно схватив губами воздух и лихорадочно пытаясь сообразить, что сказать в ответ. — Дело не в нем. В Асгарде у меня имеются важные дела. Я должна следить за розами, — наспех выпалила девушка, следуя в танце движениям принца. Его лицо изменилось после ее слов. — Что ж, в таком случае я не имею права вас задерживать здесь, — тепло улыбнулся Аон, касаясь ее ладони и ведя по ней пальцами. Эмили весело наморщила нос от мурашек. — Но все же мы должны остаться на некоторое время. Здесь, в дворцовой библиотеке, мы хотели бы найти некоторые сведения… — пробормотала девушка, тут же запнувшись, осознавая, что не может более ничего сказать, чтобы не выдать секрет о проклятии. К счастью, Аон об этом расспрашивать не стал. — Библиотека моего отца в вашем распоряжении, — с улыбкой сказал принц, отпуская целительницу, чтобы та отошла и вновь развернулась спиной. Эмили успела напоследок поблагодарить Аона, а затем отвернулась, замерев в ожидании нужного музыкального мотива для поворота. Оголенной спины неожиданно коснулись чьи-то пальцы, даря прохладу в прикосновениях. Джонсон вздрогнула, бросив взгляд в сторону соседней девушки. Кажется, это элемент танца. Ладонь нежно скользнула вниз, между лопаток, а затем провела по плечу, вынуждая повернуться лицом. Эмили медленно моргнула от удивления, вновь созерцая перед собой спокойное лицо трикстера. Тот подхватил ее и закружил в танце. — О чем ты говорила с Аоном? — спустя некоторое время молчания спросил Локи, наклонившись к девушке. Эмили пожала плечами. — Перекинулись парой слов о том, какая сегодня хорошая погода. Трикстер сморщился. — В умении язвить ты явно не сильна. Правду, Эмили. Целительница внимательно посмотрела ему в глаза, касаясь его плеча своими пальцами. — Локи, правда, мы всего лишь безобидно поговорили. Ничего существенного. Бог коварства промолчал, отведя взгляд, но продолжая уверенно вести Эмили. Все танцующие распались на быстро кружащиеся пары. Вскоре Джонсон ощутила всю усталость от танца. Он оказался слишком долгим. Заметив, что девушка чуть ослабла в его руках, трикстер ловко и незаметно вывел ее из танцевального круга в толпу. Эмили облегченно выдохнула и в благодарность кивнула. Джонсон, собралась было идти по направлению к балкону, однако Локи ее перехватил, вопросительно и требовательно взглянув в глаза. — Подышу свежим воздухом, — устало бросила Эмили и сделала шаг вперед. Удерживать ее трикстер не стал, чему целительница была лишь рада. Быстро пробравшись через толпу, сгребая в руках изумрудное платье, Эмили облегченно и глубоко выдохнула, оказавшись на широком пустом балконе. Свежий воздух ударил в лицо, приятно защекотав ноздри. Это взбодрило и позволило избавиться от духоты зала. Джонсон прикрыла глаза, облокотившись о перила. Хоть она и была рада победе над иллуйцами, но все же успела устать от праздника. Яркие наряды, шумные толпы, танцы — все это очень быстро истощило. А здесь было гораздо тише и спокойнее. Открывался прекрасный вид на ночные окрестности центрального города Ванахейма и на чернеющее небо с россыпью звезд. Все светило, мерцало и мягко переливалось, завораживая своей красотой. Девушка расслабилась, с наслаждением вкушая виднеющиеся пейзажи, пока что-то не заставило дернуться. Прикосновение ткани к оголенным плечам. Эмили быстро обернулась и едва не столкнулась носом с Аоном, который вовремя удержал едва не спавший с ее рук черный плащ. — Здесь холодно, — с улыбкой аргументировал он свой жест, наблюдая, как целительница отходит от его неожиданного появления, а затем робко принимает ткань, укутываясь. От плаща пахло приятным, но, на вкус Эмили, слишком резким ароматом. Кончик языка начал зудеть. — Устала? — спустя некоторое время поинтересовался принц, смотря на Джонсон. Эмили, задумавшись, медленно кивнула, а затем повернулась к Аону лицом. — Может быть, проводить тебя в покои? — Нет, я думаю, что Локи… — Его Высочеству я уже сообщил, — сухо прервал ее Аон, предлагая руку. — Идем. Эмили смутилась, но его обезоруживающая улыбка заставила согласиться. Целительница взяла принца под локоть, и они покинули балкон, но вот только почему-то не через зал, а другую комнату, которая соединялась этим балконом. Однако девушка, слишком усталая и обессиленная, не обратила на это особого внимания. Коридоры были пусты. Некоторые факелы погасли, никто за ними не следил в этот вечер — все были на гулянье. Даже стража у покоев пустовала. От этого становилось немного жутко и неприятно. Эмили сама не заметила, как сильнее укуталась в чужой плащ и постоянно озиралась по сторонам, словно боясь кого-нибудь невидимого. Аон же шел абсолютно невозмутимо, уже привыкший к подобному. Джонсон нахмурилась, когда заметила незнакомые коридоры. Странно, почему она их не помнит? Сердце заколотилось быстрее, словно предчувствуя тревогу. — Мы точно идем тем путем? — тихо осведомилась девушка у принца. Тот коротко хмыкнул, сильнее сжав ее локоть. — Тем, Эмили Джонсон. Тело внезапно толкнуло назад, заставив врезаться в прохладную стену коридора, а хватка Аона стала железной. Эмили сдавленно пискнула от неожиданности, полоснувшей по грудной клетке. Ярко-голубые глаза внимательно взглянули на принца, который с невозмутимым лицом вжимал девушку в стену. — Останься здесь, целительница, и забудь о Локи. Он принесет тебе много боли, — тихо, но четко проговорил Аон. Серые глаза стали пугающе-темными, в них появилось нечто доныне незнакомое девушке. Эмили вздрогнула, съежившись под его пристальным взглядом. — О чем ты говоришь? Я не понимаю. Аон жестко усмехнулся, пугая Джонсон еще больше. Он будто бы превратился в голодного жадного зверя из доброго дружелюбного принца. — Может он и считает, что ты принадлежишь ему, но на самом деле это не так. — Принадлежу ему? — срывающимся голосом переспросила Эмили, ощущая, как спина начинает ныть от давления на стену. Дыхание сбилось от страха. Локи был прав, а девушка не поверила ему! Аон действительно не тот, за кого себя выдает. Он и есть самая главная опасность. — Не хочу тебя разочаровать, но это не красивая сказка, — ровным тоном проговорил Аон, сильнее сжимая ее руку. — Мне надоело твое упрямство. Его ладонь схватила Эмили за подбородок, заставив ее глухо всхлипнуть, и сжала, вздернув вверх. Аону предоставилось в полной мере насладиться распахнутым беззащитным голубым взглядом. Джонсон смотрела на него с нескрываемым ужасом и страхом, все больше ослабевая от собственных догадок дальнейших действий. Изумрудный свет отразился в темном серебре глаз юноши, заставив обоих вздрогнуть. А в следующую секунду хватка принца исчезла. Он повалился на пол, корчась от невидимой боли. Локи вышел из темной глубины коридора, держа одну руку вытянутой по направлению к Аону. Один щелчок пальцев его другой ладони — и все факелы послушно вспыхнули огнем, осветив пространство. Эмили содрогнулась, увидев его безжалостное суровое выражение лица. Ноги вдруг перестали держать ее, и девушка медленно сползла по стенке, обхватив себя руками. — Явись ты чуть позже… — ядовито начал Аон, но Локи не дал ему закончить, добавив новую порцию боли. Магия трикстера корежила, резала стальной болью, но принц кое-как ослаблял ее собственными заклинаниями. Однако все же боль была достаточно сильной, чтобы не давать подняться. — Думаешь, я стал бы ее брать сам? Она без единого слова отдалась мне, — врал в лицо трикстеру Аон, и ничто не выдавало его лжи. Поэтому Локи сурово сжал пальцы, насладившись коротким вскриком юноши, а затем отпустил свою магию, обернувшись к Эмили и поначалу несколько секунд стоя на месте, словно сомневаясь. Однако когда он расслышал едва заметный всхлип с ее стороны, подошел и присел рядом с целительницей, которая съежилась в комок, обхватив руками колени. Локи молча откинул в сторону черный плащ, а затем легко поднял девушку на руки, словно она ничего не весила. Та лишь слабо обвила его шею руками, изо всех сил стараясь сдерживать слезы, но выходило плохо. Они так и просились наружу вместе с горьким разочарованием Аоном. Сердце было глубоко ранено обидой и страхом, что он принес. Бог коварства понес ее по направлению к гостевым покоям, однако в какой-то момент девушка тихо попросила поставить ее. Локи выполнил просьбу и лишь тогда заметил, что Эмили сильно дрожит. И так же дрогнуло его сердце. Проклятие не позволяло не помогать Джонсон, игнорировать ее или бросать посреди беды. Младшего принца тянуло к ней, и вряд ли только из-за связи. Было еще что-то, неуловимое, но сильное, чего надо остерегаться, но это было невозможно. — Ты был прав, — тихо произнесла девушка, шмыгая носом и низко опуская голову. — Он обманул меня. — Почему ты пошла с ним? То, что он сказал — правда? — твердо спросил у Эмили Локи, требовательно заглядывая во влажные голубые глаза. Через секунду в них блеснула злоба, и девушка отшатнулась от бога. — Как ты можешь ему верить? Срывающийся голос эхом отскочил от стен, пропав в глубине пустынного коридора. Локи поморщился, осознав свою ошибку. Так сильно поддался чувствам, что они затуманили рассудок. — Ты права. Извини. Эмили махнула рукой, глубоко выдыхая. Было холодно. Ее тело до сих пор трясло, но уже не так сильно. Шок от недавней ситуации проходил. — Ляжешь спать? — безэмоционально поинтересовался Локи спустя несколько секунд. Джонсон быстро помотала головой, тщетно пытаясь разгладить складки на красивом платье. — Нет… — Что ты будешь делать?  — Что угодно, только… — Девушка вскинула глаза на младшего принца. В них светилась просьба. — Не оставляй меня… Трикстер помолчал, будто сомневался, следовать ее прошению или нет, а затем обогнул Эмили, направившись в перед и бросив ей: — Отправимся в библиотеку и продолжим искать заклинание. Целительница облегченно выдохнула и поспешила за ним. Они бесшумно вошли в огромную залу, и Джонсон уже было поспешила к полкам, на каких остановилась в прошлый раз, но бог коварства вдруг ухватил ее за плечо: — Стой. Это подождет. — Что? Почему? — удивилась девушка, обернувшись к наследнику. Тот медленно подошел к столу, запуская к потолку несколько мерцающих светом сфер. Взяв небольшую книгу, Локи пролистал ее, открывая на нужной странице. Эмили подошла ближе, с любопытством рассматривая написанное. — Тебя надо научить защищаться. Ты можешь управлять растениями, значит какая-никакая магия тебе подвластна. Возможно, ты окажешься способна чертить руны или плести заклинания, — пояснил свои действия Локи, ведя пальцем по строчкам, словно отыскивая что-то. Девушка вдруг потупилась. — Не смогу. — Почему ты так уверена? — Локи внимательно посмотрел на замершую Эмили. Та замялась, словно не зная, говорить или нет. — У меня не получилось, когда я… — В комнате с секретом управлять саррами не так-то просто, — холодно прервал ее бог лжи и обмана, догадавшись о ее словах. Девушка тут же вздрогнула. — Эта магия для тебя еще сложна. Начнем с простого. — А если не получится? — колеблясь, спросила целительница и прикусила губу. Локи усмехнулся. — Это плохо. Значит ты окажешься еще более никудышной, чем я себе предполагал. Джонсон надула губы и сжала кулаки, испытывая непреодолимое желание ответить чем-нибудь таким же колким, но, как назло, слова на ум не приходили. А тем временем Локи начал говорить, держа палец на рисунке: — Внимательно посмотри на этот знак. Это руна природы. Если ты хочешь вызвать что-то легкое и не притягательное ни к чему, черти рисунок в воздухе рукой. Если хочешь оказать на что-то воздействие или создать нечто тяжелое и приземленное, черти на поверхности. — Локи обернулся к внимательно слушающей девушке, заставляя ее взгляд остановиться на его лице. — Думаю, стоит начать с первого варианта. Представь, что именно ты хочешь получить, а затем черти знак. Чтобы наверняка сработало, проговори имя этой руны. Эмили склонилась над книгой, внимательно разглядывая рисунок, а затем отстранилась от стола, медленно поднимая руку. Робея, целительница сбивчиво принялась чертить нужный символ, а затем дрожащим шепотом выговорила название. Несколько секунд ничего не происходило, поселив в груди Джонсон разочарование, однако затем в пустом пространстве ярко вспыхнул зеленый знак, а потом на пол упала белая роза. Локи и Эмили молча смотрели на нее, замерев. Казалось, они даже думали об одном и том же. Символ начала всего, что произошло между ними. Символ появления близости и бездны. Друга и врага. Всего. Оба перестали на секунду дышать, рассматривая нежные белые лепестки. Виновато закусив губу, целительница медленно наклонилась, поднимая бутон и откладывая его на столешницу, пытаясь спрятать среди небрежно сложенных стопок книг. — Отлично. Значит рунами ты владеть способна. Посмотрим, подвластны ли тебе другие стихии, — ровно произнес Локи, совладав с собой. — Начерти воду, огонь и воздух. Эмили Джонсон послушно кивнула, всматриваясь в следующий рисунок, начерченный бледно-голубым цветом, взглянула на название, а затем повторила те же самые действия, только уже более уверенно. В воздухе вспыхнул маленький фонтан ледяных водных брызг. Целительница взвизгнула, когда холодные капли окатили лицо и руки, отскакивая назад и торопливо вытирая все. На губах Локи незаметно мелькнула насмешливая улыбка. — Дальше. Под властью воздуха в библиотеке пронесся ветер, правда совсем слабый. Он лишь слегка всколыхнул пламя свечей, тронул сферы и стих, напоследок потрепав раскрытые книги страницы. Эмили обрадованно улыбнулась, с восхищением смотря на свои руки, а затем принялась чертить руну огня. Секунда за секундой, но ничего не происходило. Нахмурившись, девушка повторила название, но тщетно. Огня не было. Не чувствовалось даже капли тепла. — Я знал, что огонь совершенно не твоя стихия, — подытожил трикстер. Эмили повернулась к нему, вопросительно вскинув бровь. — А как он работает? Локи коротко взглянул на нее, а затем очень быстро начертил давно заученный знак. Тонкие губы не шевельнулись, ничего не произнося. Руна послушно вспыхнула в пыльном воздухе ярким оранжевым пламенем, а затем взорвалась множеством тлеющих искр. Они брызнули в разные стороны, охватывая все пространство и начиная медленно осыпаться на пол, впрочем, не задевая ни одну из книг и сгорая дотла до того момента, как коснулись чего-либо. — Ого… — с восхищением проговорила Джонсон, задрав голову вверх и ловя этот прекрасный момент. Локи внимательно смотрел на нее, наблюдая, как девушка весело морщит нос, кружится, а в ее глазах светится счастье. Отлично, она уже и помнить забыла об Аоне. Беспокойство от проклятия в груди окончательно утихло. Эмили наблюдала, как искры, не касаясь ее тела, сгорают в воздухе. И так до самой последней стойкой крошки пламени. Она померцала в воздухе, а затем растворилась, так и не опустившись на плечо целительницы. — Пожалуй, довольно. Я займусь твоим обучением по возвращению в Асгард. А сейчас иди искать книги. Джонсон глубоко выдохнула, все еще находящаяся под впечатлением от магии, а затем послушно закивала и молча отправилась к полкам. Локи что-то прошептал ей вслед, накладывая защитное заклинание от сильных ударов, на случай, если она вновь попадет в нелепую опасность. Затем принц забрал книгу с рунами и исчез в противоположной стороне. Сферы разлетелись пополам в двух направлениях, погружая эту часть комнаты во тьму. Эмили разыскивала книги и медленно листала страницы, прочитывая каждые подсвечиваемые, но разум вновь обратился к недавнему происшествию. Девушка не могла поверить, что Аон оказался таким. Жестоким, беспощадным. А поначалу казалось, что он самый добрый и светлый человек. Показывал ей сарры. Джонсон стиснула зубы и затрясла головой, сосредотачиваясь на тексте. Хватит думать об этом гнусном человеке. Локи спас тебя, так будь же благодарна этому. Вот и все. Открыв следующую страницу, Эмили стала вдумчиво вчитываться в текст. «…И если воля твоя владеть поступками человека другого, если связь сердец ваших незрима, но сильна, то есть проклятие древнего вымершего, темного рода и снять его невозможно, однако ослабить возможность есть.» Эмили не поверила своим глазам. Сердце пропустило удар. Девушка внимательно перечитала текст, а затем лихорадочно принялась читать дальше, задыхаясь от нетерпения. «…Из их же рода было создано заклинание, ослабляющее темное проклятие и растягивающее нити связи между двумя сердцами. Сработает оно, если оба не желают чувствовать друг друга.» Дальше шли слова необходимого заклинания на языке, который не перевелся, но Джонсон облегченно выдохнула, а затем замерла. Вот то, что они искали. Нашли. Но что дальше? Так ли хочет она отказаться от этих чувств? Сердце ускорило свой ритм, беспокойно ударяясь о грудь. Колеблясь, девушка прижала к груди книгу. Мысли лихорадочно крутились в голове. Нет, все правильно. Все так, как и должно быть. Они должны разрушить проклятие, и на этом все. Локи ненавидит Эмили. Значит, все правильно. Целительница часто заморгала, опустив глаза, а затем быстро направилась к центру библиотеки, следуя меж высоких стеллажей. Сферы, пущенные за ней трикстером, едва успевали освещать ей путь. Девушка почти бежала, желая знать, что же скажет сам Локи. Дыхание перехватило. Что-то накрыло губы, не дав до конца вдохнуть. Джонсон сдавленно пискнула. Сильные руки сгребли в охапку, не позволяя ни закричать, ни убежать, а затем рывком развернули. Эмили едва не выронила книгу, прижатую к груди, когда увидела перед собой Аона. Тот расплылся в хищной улыбке. — Тише. Как погляжу, ты что-то нашла. Целительница дернулась, пытаясь укусить его за ладонь, но принц не выпускал ее и не давал кричать, ослабляя ее силы своей магией. Девушка еще пару раз рванулась из его хватки, а затем сдалась, обмякнув. В голубых глазах засветился страх. Аон наклонился к ней, выдыхая каждое слово в лицо: — Твоя власть над принцем Локи еще понадобится. Не отказывайся от нее. Тебе ведь открывается так много преимуществ. Девушка захныкала в его руку, до побеления костяшек пальцев сжимая книгу в руках. Принц усмехнулся, зная, что она догадалась, и вырвал том из пальцев Джонсон, все так же не отпуская ее. — Ты просила показать огонь? Так смотри. Целительница рванулась из его рук, вытягивая ладонь. Девушка быстро начертила заученный знак на груди Аона, не сказав название, но руна сработала. Откуда ни возьмись Аона оплели толстые стебли растения, заставив принца выпустить Джонсон и зарычать от злобы, пытаясь разорвать путы. Эмили, долго не раздумывая, кинулась прочь, в глубину библиотеки, даже не оборачиваясь. И лишь потом вспомнила, что книга осталась у Аона. Девушка, задыхаясь от бега, разыскивала Локи. Скорее, как можно скорее. Он должен помочь. Впереди показался знакомый свет его сфер. Сжимаясь от внутреннего страха и нервов, целительница кинулась туда. — Локи! Локи! Бог коварства отложил книгу, оборачиваясь на отчаянный голос девушки, а затем закатил глаза. Неужели опять что-то произошло с этой неумелой девчонкой? Из темноты показалась она, растрепанная и запыхавшаяся. Явно бежала. Ее щеки раскраснелись, а грудь тяжело вздымалась, лишь подтверждая это. Локи замер, когда ощутил беспокойство. Проклятие сработало. Ее эмоции забрались к нему под кожу, обличаясь в его собственные. — В чем дело? — быстро спросил бог, подходя к целительнице. Та издала отчаянный возглас, потянув его за рукав обратно вглубь библиотеки. — Он сожжет ее! — Кто и что сожжет? — требовательно спросил Локи и выдернул свою руку из ее хватки, рассердившись. Словив на себе распахнутый взгляд Эмили, он вдруг замер. — Заклинание, я нашла ослабляющее заклинание, а Аон… Он забрал у меня книгу и сожжет ее! Оба, не сговариваясь, в следующую же секунду ринулись туда. Эмили, запомнив дорогу, вела трикстера, задыхаясь от быстро угасающей надежды. Девушка понимала, что скорее всего книги уже нет, и лишь пепел остался от заклинания. У того самого стеллажа никого не было. Целительница замедлила шаг, а затем и вовсе остановилась, встав около полок. В воздухе чувствовался горьковатый запах чего-то сгоревшего. Вокруг кое-где метались догорающие искры. Пепел был хаотично рассыпан по полу. Эмили понимающе вздрогнула и схватилась за голову руками. Локи внимательно осмотрел все вокруг, а затем резко взмахнул рукой. Остатки пепла и искры исчезли. Бог коварства сжал и разжал кулаки. Какой-никакой, а шанс был, и он оказался утерян благодаря козням принца. Чего он добивается? Почему не хочет, чтобы их союз ослаб? — Ты успела прочесть написанное? Джонсон внимательно посмотрела на наследника, нахмурившись. — Да, но я не знаю этого языка… — Тебе это и не потребуется, — сказал Локи, подходя к ней. — Закрой глаза. — Что ты хочешь сделать? — дрогнувшим голосом спросила девушка, но осталась стоять на месте. Взгляд Локи был пугающим. Джонсон понимала, что он злился на Аона. — Я посмотрю твои воспоминания. Это безболезненный процесс. Джонсон не успела ничего ответить, как бог обмана уже подошел к ней вплотную и обхватил ладонями ее лицо. — Закрывай глаза. Эмили послушно зажмурила веки. Повисла тишина. Девушка сосредоточилась на его прохладном прикосновении, пытаясь расслабиться. — Впусти меня к себе в сознание, — потребовал низкий баритон. — Как мне это сделать? — полушепотом спросила девушка. — Доверься. Думай о том, что я не причиню тебе вреда. Эмили приоткрыла губы, глубоко вдохнув, а затем начала ослабевать, обхватив запястья трикстера своими руками. — Я тебе верю… — практически неслышно пробормотала Джонсон. В сознании разорвалась яркая вспышка. Оно открылось для Локи. Бог коварства быстро проник в ее воспоминания, отыскивая нужное. Вот оно. Перед внутренней сетчаткой глаза открылась страница. Весь текст был как на ладони. Локи медленно вынырнул из сознания девушки, придерживая ее ослабшее тело. Первое проникновение в разум всегда лишает сил, особенно человека. Спустя несколько секунд Эмили очнулась. Затуманенные голубые глаза распахнулись, воззрившись на трикстера. Тот терпеливо выжидал, пока девушка окончательно придет в себя, и только после этого отпустил целительницу. — Получилось? — тихо спросила Эмили и, получив утвердительный ответ, расслабилась. Значит, все в порядке. Но только вот сердце этому не радовалось. — Когда мы используем его? Локи потер подбородок рукой: — Не сразу. Для начала я изучу его. Бог обмана еще раз воззвал к этому воспоминанию в своем разуме. «Сработает оно, если оба не желают чувствовать друг друга…» Трикстер мысленно чертыхнулся и посмотрел на девушку, которая вопросительно разглядывала его. Значит, не придала этому предложению значения. Или же притворяется? — Все в порядке? Нет. Она не знает. Но именно девчонка и является здесь помехой! Чтобы заклинание сработало, надо заставить ее противиться желанию чувствовать его. — На этом мы остановим здесь поиски. Отправляйся спать. Я запечатаю твои покои защитным заклинанием. *** В окна гостевых покоев уже вовсю брезжило утро. Несмотря на вчерашние насыщенные события, Эмили поднялась очень рано и, насидевшись в душной комнате, отправилась гулять по балконам дворца. День обещал быть хорошим. Солнце хорошо прогревало землю. Стояла безветренная ясная погода. Джонсон, облачившись в одежду, в которой прибыла сюда, неторопливо прогуливалась по замку. Странная, неприятная тревога копошилась в душе, не давая наслаждаться утром и быть спокойной. Девушка постоянно хмурилась, задумчиво мерила шагами коридоры, страдая от собственных мыслей. Все произошедшее уже абсолютно вымотало и истощило его. Эмили хотелось просто вернуться в Асгард. Целительница попыталась отыскать Тора, но лишь заблудилась. Девушка обнаружила только служанку, которая едва не прошмыгнула мимо нее. — Вам чем-нибудь помочь, леди Эмили? — вежливо поинтересовалась незнакомка, приветливо улыбаясь. Джонсон даже не удивилась тому, что ее знают. — Где здесь можно отдохнуть на свежем воздухе до завтрака? — для интереса спросила девушка у служанки. Та понимающе кивнула. — Неподалеку от дворца есть одно место. Целебное озеро. — Озеро? — удивленно переспросила Эмили, не предполагая подобного. — Да. Вода в нем позволяет успокоиться и позабыть обо всех тревогах. Это прекрасное место для отдыха. Однако вход на озеро разрешен лишь тем, кому дозволяет правитель. Эмили задумалась. Наверняка Ньялл разрешил допуск своим гостям — Локи, Тору и ей. В конце-концов, почему бы не попробовать? Любопытство и интерес не позволяли отказаться. — С удовольствием отправлюсь туда, если вы укажете путь, — улыбнулась Эмили служанке. Та согласно кивнула, расплывшись в улыбке. Путь до озера был совсем коротким. Девушка очень быстро привела Джонсон к нужному месту. Это и вправду оказалось небольшое озеро, скрытое огромными камнями и густыми кронами деревьев. Место было поистине спокойным и живописным. — Я оставлю вас, леди Эмили, — попрощалась служанка с целительницей и исчезла, оставляя ее наедине с собой. Джонсон глубоко вдохнула, расслабляясь. Внимательно оглядевшись вокруг, Эмили медленно разделась и начала входить в ласковую теплую воду. Поколебавшись, девушка набрала в легкие побольше воздуха и нырнула. Озеро окутало ее, вода обволокла, заставляя все тревоги уйти куда-то на задний план. Джонсон с наслаждением проплыла небольшой круг под водой, а затем вынырнула, втягивая закончившийся кислород в легкие и распахивая слипающиеся из-за мокрых ресниц глаза. Как же хорошо! Вода и вправду была целебной, расслабляя и забирая все напряжение. Целительница снова нырнула, с наслаждением вкушая приятную теплоту воды, а затем опять всплыла на поверхность. — Отличный вид, Эмили Джонсон. Девушка вскрикнула, узнав голос, и спряталась по шею в воде, выискивая взглядом пришедшего. Локи обнаружился на том самом берегу, где была сложена ее одежда. — Какого черта ты здесь делаешь? — возмущенно выпалила покрасневшая Джонсон. Бог обмана пожал плечами. — Ты в курсе, что можно было искупаться и одетой? — Локи кивнул на ее нижнее белье, небрежно спрятанное под остальной одеждой. Уши Эмили запылали. Девушка гневно засверкала глазами. — Уходи отсюда, Локи! — Знаешь, в чем заключается секрет озера? — спросил Локи, даже не собираясь уходить. Наоборот, принц немного зашел в воду, и лишь тогда девушка заметила, что у него сняты сапоги. — На самом деле оно практически не целебное. По большей части на твое расслабление влияет то, насколько ты поверишь в его силу. Не желая больше слушать трикстера, Эмили быстро нырнула под воду, уплывая на другой конец берега, к камням. Когда кислород кончился, девушка вынырнула и первым делом принялась высматривать Локи. Тот уже стоял по пояс в воде, и мокрая рубашка липла к сливочной коже. Целительница с ужасом тряхнула головой. — Не смей заходить в воду! — Не моя вина, что ты полностью обнажена, — невозмутимо заключил бог, продолжая погружаться в воду по направлению к ней. Зеленые глаза смеялись, в них танцевали бесенята. Джонсон испуганно поплыла вперед, стремясь отдалиться от Локи на наиболее дальнее расстояние, а затем обогнуть. Младший принц быстро нырнул в воду, практически не оставляя брызг. Девушка испуганно забарахталась в воде, снижая скорость. Тогда Эмили тоже нырнула и с быстро колотящимся сердцем принялась высматривать бога обмана. Однако повсюду была лишь голубая лазурь чистой воды. Оголенного плеча что-то коснулось. Целительница дернулась и вынырнула, жадно схватив мокрыми губами воздух и очень вовремя закрывая руками груди. Сзади остро ощутилось тепло чужого тела, а затем и прикосновение. Эмили застыла всем своим есстеством, перестав дышать и ощутив, как мокрая рубашка теперь липнет и к ее оголенной спине. — Озеро успокоило тебя? — поинтересовался Локи у Джонсон прямо на ухо, заставив ту содрогнуться от приятного касания его дыхания и иногда губ. Бог обмана медленно отодвинул ее мокрые потяжелевшие пряди в стороны, открывая нежную шею. — Зачем ты это делаешь? — свистящим шепотом едва выговорила девушка, прикрыв небесно-голубые глаза. Сердце ее едва не вылетало из груди, а внутри все затянулось в тугой пульсирующий узел. — Твоя спина очень красивая, — вместо ответа пробормотал Локи, ведя самыми кончиками пальцев по ее бледной коже плеч, соскальзывая к шее и ключицам. Трикстер почти обнимал ее, соприкасая спину Джонсон со своей грудью. А Эмили не могла поверить своим ушам, застыв подобно статуе и боясь снова вдохнуть, приоткрыв влажные губы. В ответ девушка не могла выговорить ни слова. — Обернись, — требовательно попросил Локи, обхватив ее плечи. Целительница испуганно распахнула веки и замотала головой, упираясь. Тогда наследник применил силу, безболезненно повернув Эмили к себе. Та наконец встретилась с ним взглядом, с волнением закрывая грудь. Оба замерли, внимательно смотря друг на друга. И тут девушка ощутила эту приятную тяжесть проклятия. Оно усиливало чувство в разы, пульсируя и разливаясь по всему телу, отключая разум и оставляя лишь желания. Ровно то же самое чувствовал и трикстер, и противиться этому было очень и очень сложно. Целительница знала, что, стоя обнаженной так близко к принцу, лишь способствует сложившейся ситуации. Эмили низко опустила голову, сгорая от стыда. Локи сжал губы. Он не любил, когда от него прятались или закрывались. Его ладонь уверенно обхватила подбородок девушки и требовательно вздернула вверх, вынуждая голубые глаза снова посмотреть на него. Целительница медленно вздохнула, не шелохнувшись более. — Скажи мне, почему этому надо противиться? — Это неправильно, — слабо проговорила Эмили, все больше и больше теряясь под напором проклятия. Трикстер усмехнулся, убирая руку от ее лица. — А что правильно? — Правильно — следовать чувствам без вмешательства чего-либо иного… Локи вскинул одну бровь. — Разве ты так не поступаешь? — А ты? — вдруг резко спросила Эмили, сверкнув глазами. Бог коварства помолчал, неподвижно стоя в теплой воде. — Возможно, — в конце-концов произнес он, наклонившись к девушке чуть ближе. У той перехватило дыхание. — Но если тебе нужен точный ответ… То пусть он будет положительным. Сердце Эмили заколотилось еще быстрее, гоняя кровь по венам. Джонсон стало жарко. Эмили сильнее вжала руки в кожу, тряхнув мокрой головой, но наваждение не проходило. Его слова окутывали, дурманили, успокаивали. Реальность укрывала, как пуховое одеяло. Локи удовлетворенно хмыкнул, пристально рассматривая нежные тонкие руки, поднятые плечи и четко выступающие ключицы, обтянутые белоснежной кожей. Проклятие взыграло еще пуще, отбивая сердцем неровный ритм. Младший наследник положил ладони на руки девушки и едва заметно надавил, призывая отстранить их. Эмили вздрогнула, ощутив, как мурашки рассыпались на коже наравне с боязнью. Девушка слабо затрясла головой, пытаясь отстраниться. — Не обязательно для этого любить, Эмили, — усмехнулся бог, не ослабляя хватки. — А если я не хочу без любви? — срывающимся голосом проговорила девушка, внимательно смотря в изумрудные глаза. В них мелькнуло смятение. — Любовь — это красивая глупая сказка. — Сказка, без которой не существует реальность, — уверенно возразила Джонсон. Локи нахмурился. — Ты хочешь, чтобы я тебя полюбил? — как-то насмешливо переспросил бог. Девушка растерялась. — Ты должен сам хотеть любить. Проклятие отозвалось на эти слова. Локи почувствовал, как внутри все словно натягивается. Сопротивление вызывало боль, но смириться с этим было так сладко… Ничего не говоря, трикстер, следуя первичным плотским желаниям, сдался и убрал ладони с рук девушки, кладя их ей на спину. Локи притянул Эмили к себе, заставив ту уткнуться в его мокрую рубашку на груди в абсолютном молчании. Девушка так и застыла, охваченная невероятным оцепеняющим чувством. — Я хочу, чтобы проклятие было снято, — немного подумав и положив подбородок на макушку Эмили, заключил Локи. Целительница едва заметно вздрогнула, а затем кивнула. — Как и я. И вновь оба замолчали. Джонсон закрыла глаза, глубоко вздохнув и позволив себе просто насладиться моментом. Это была слабость, которую позволили себе оба. Слабость, которая заставила истинные чувства вспыхнуть и облачиться в слова. И оба в этом разговоре один раз соврали. Локи размышлял, прижимая девушку к себе. Его сердце было спокойно, проклятие не отзывалось. Значит, он действует правильно? Для чар может и да, но не для него самого. Его суть заключается в совсем ином. Бог коварства поклялся себе, что никогда не полюбит эту девчонку и будет бороться с влечением. Но пока что во втором он терпел полное поражение. Сопротивляться было невозможно. Чем дальше, тем больше. За обычными плотскими желаниями начинали возрождаться чувства - то, что Локи давно схоронил. И отталкивать Эмили теперь было больно не только от проклятия. Поскорей бы это все кончилось? Возможно. Да. И он отпустит ее. Эмили пойдет куда захочет. И оставит его в покое. А тем временем вода начинала холодеть. Солнце ненадолго скрылось за густыми облаками. Девушка начала дрожать, хоть и находилась в своеобразных объятиях трикстера. Наконец тот отстранился от Эмили и без единого слова вышел на берег, отойдя в сторону и поворачиваясь к ней спиной. Джонсон некоторое время недоуменно смотрела на него, а затем, все поняв, поторопилась тоже выйти из воды и, немного обсохнув, переодеться. Приятная истома окутала тело девушки. Эффект расслабления действовал. Девушка присела прямо на мягкую траву. Локи подошел и молча опустился рядом с ней, наколдовав плащ. Эмили откинулась назад, подставляя лицо вновь вышедшим теплым лучам солнца. И быстро задремала, сморенная спокойствием. Младший принц лениво игрался с водой озера, выстраивая замысловатые фигуры, а затем прекратил это, обернувшись к девушке. Та спокойно спала, вытянувшись на зеленом плаще. «Почему мне хочется тебя оберегать? Почему я принимаю это, как должное?» Локи осторожно коснулся ее щеки длинными пальцами, скользнул вниз и тронул пухлые губы. Та даже не шевельнулась. Бог коварства шумно вздохнул. Стояла небывалая тишина. «Если я впущу тебя в свое сердце, это уничтожит тебя.» Раздался протяжный и низкий звук. Во дворце трубили. Локи приподнял брови в немом удивлении, а Эмили тряхнула головой, резко просыпаясь и недоуменно озираясь вокруг. — Что это было? — Похоже, созывают на турнир, — пробормотал бог обмана, быстро поднимаясь. Девушка растерянно моргнула, сделав то же самое. — Турнир? — Принц Аон и Ньялл устроили в честь праздника массовые состязания. На арену может выйти кто захочет против кого угодно. От любого зверья до человека. — И мы пойдем на него? — поморщившись, спросила Эмили. — Не могу смотреть на подобное… — Как гости, мы обязаны быть там, — оповестил девушку Локи, заставив ту волей-неволей последовать за ним, огорченно вздохнув. Они быстро прибыли на арену, где уже собралась внушительная толпа желающих посмотреть. Эмили огляделась вокруг. Это было похоже на огромный стадион. Посередине пустовало круглое поле, усыпанное песком, а вокруг кольцом располагались ряды мест для зрителей. На самой высоте сидели правитель и принц Аон, чей холодный взгляд уже успела словить на себе девушка. Завидев его хищную улыбку, Эмили повела плечом и постаралась сосредоточиться на Локи, который уверенно направлялся в сторону обнаруженного Тора. — Доброе утро, — с улыбкой поприветствовала Эмили громовержца. Тот тепло кивнул ей в ответ. — Будешь сражаться? — поинтересовался Локи у Тора, и только тут девушка заметила, что он облачен в легкий камзол. — Еще бы, — хохотнул громовержец, потирая большие ручищи. — Удачи, — прошелестел бог обмана, уходя вместе с Эмили к свободным местам наверху. — А ты будешь? — тихо спросила Джонсон у Локи. — Что? — Сражаться, — уточнила девушка, осторожно присаживаясь на скамью. Бог обмана опустился рядом и пожал плечами, так и не дав окончательный ответ. Вместо этого изумрудный взгляд обратился к Аону, который находился совсем недалеко. Тот словно почувствовал это и обернулся. Оба замерли, с вызовом разглядывая друг друга, пока наконец принц не расплылся в ухмылке. Локи отвернулся, равнодушно смотря на арену, куда уже вышел объявляющий. Протрубел рог, и состязания начались. Выходили все желающие и боролись на публику, разумеется, за победу получая после награды. Кто-то требовал не денег, а что-то иное, и условие выполнялось в зависимости от его социального статуса. Эмили напряженно следила за боями, иногда кося взгляд на Локи. Тот абсолютно спокойно наблюдал, словно делал уже это тысячу раз. А вот девушка никак не могла привыкнуть к происходящему, то и дело вздрагивая от ударов. Народ вокруг весело кричал и аплодировал. Однако затем раздались и вовсе громкие удивленные возгласы. Целительница, только отвлекшаяся, устремила взгляд на арену и обомлела. Посередине ее стоял принц Аон, ожидая, пока толпа затихнет. — Я вызываю в противники… Его Высочество Локи! Целительница ошарашенно моргнула, а толпа вокруг буквально взорвалась, устремляя взгляды на хладнокровного принца, который неторопливо поднялся. Эмили с быстро бьющимся сердцем схватила его за рукав камзола, вынуждая того посмотреть на нее. — Не ходи, — нервно попросила девушка. Бог коварства вскинул одну бровь. — Я не могу отказать, это будет считаться унижением для меня и оскорблением ванахеймской семьи. — Но твоя спина… — робея, произнесла Эмили, не желая отпускать Локи на опасное поле битвы, тем более против самого принца, который явно был уверен в себе, раз уж вызвал на поле боя трикстера. — Я в полном порядке, — сухо возразил Локи, требовательно отстраняя ее руку от своей и спускаясь к арене. Девушка испуганно затаила дыхание, следя за каждым его движением. — Чем будешь защищаться, Локи? — вместо приветствия произнес принц, разводя пустыми руками на многочисленные стенды оружия. Трикстер не сделал ни единого движения в их сторону, материализовав в руке длинный меч с острием из чистого серебра. Аон ухмыльнулся, подходя к стенду и выбирая подобное оружие. Принцы встали друг напротив друга, прожигая друг друга взглядами. — За что же мы боремся? — тихим и пугающим тоном поинтересовался Локи, медленно кланяясь в знак приветствия. После ответного поклона принц сказал. — Пусть этот приз будет нашей негласной тайной. Эмили Джонсон. Бог коварства стиснул челюсти, едва сдерживаясь от желания ударить его до начала боя. Изумрудные глаза потемнели. — Пусть будет так. Победителю достанется эта девушка, — не своим голосом ответил Локи, вставая в оборонительную позу. Аон расплылся в довольной ухмылке, направляя меч в его сторону. Короткий гудок — и их битва началась. Оба медлили, обнажив мечи друг напротив друга и начав ходить по кругу, который постепенно сужался. Лицо Локи было пугающе спокойным и безразличным, чему Аон как-то странно усмехнулся, очевидно все же занервничав. А затем, вскинув острие меча вверх в замахе, сделал короткий и быстрый рывок вперед, целясь на горло. Эмили вздрогнула, когда бог коварства ловко ушел от меча Аона, отразил удар и отскочил назад. Целительница осознавала, что они бьются не на жизнь, а на смерть. И это пугало, пробирало до самой глубины души, заставляя дрожать, едва приподнявшись со скамьи. Помедлив всего секунду, Локи сделал свой ход. Он быстро очертил знак в воздухе и нанес удар. Аон, сопротивляясь невидимой силе, каковой сковала его руна, гораздо медленнее поставил блок, отчего острие меча трикстера скользнуло чуть дальше и зацепило его грудину. Принц разорвал знак, самодовольно улыбнувшись. Похоже, он явно надеялся на успех. Бог коварства размышлял, не давая ему подобраться к себе слишком близко. Очевидно, что у Аона есть козырь в рукаве, но ведь и Локи не был их лишен. Неужели этот кроет все другие? Выпад. Удар. Люди, жадно наблюдавшие за боем принцев двух планет, одновременно скривились от скрежета и звона мечей, трущихся друг об дружку. Аон, скрипя зубами, сдерживал напор Локи, а затем резко отпрыгнул в сторону. Младший принц сделал по инерции шаг вперед, но уклонился от удара, на который рассчитывал Аон. В медленно закипающей ярости Локи ускорился, и мечи так и замерцали яркими стрелами в воздухе, отражая и нанося удары. Две фигуры без шума, как казалось на таком расстоянии, метались по бледно-желтому песку, поднимая в воздух пыль. Эмили следила за каждым движением Локи, страшно волнуясь. Она не успевала ловить его выпады и удары — настолько быстро все происходило под веселый шум толпы. А бог коварства тем временем, сохраняя напускное хладнокровие, с ярко блестящими зелено-голубыми глазами ловко и быстро обращался с мечом, стремясь зацепить Аона. Несколько раз ему это удалось, но совсем поверхностно. А исходом битвы должно было стать падение противника или просьба сдаться. Оба принца стояли твердо. Ни один не желал уступать другому приз, в качестве которого выступала ни о чем не подозревающая Эмили. Однако затем оборона трикстера начала слабеть, а его удары делаться более резкими и рваными. Целительница сразу это заметила и побледнела. Локи едва видимо морщился, когда на его спину ложилась слишком сильная нагрузка. Очевидно, до сих пор не затянувшаяся рана беспокоила. А что, если она открылась? Девушка заламывала пальцы в напряжении, а затем, осененная мыслью, подорвалась со скамьи и принялась пробираться к арене. Принцы уже слегка истощили свою магию, не желая использовать ее в полную силу. Наконец Аон решился бросить все свои силы на последний удар. Он описал в воздухе очень мощный знак. Локи тут же почувствовал, как тело наливается свинцом, голова тяжелеет, а колени подгибаются. Знакомое заклинание, только усиленное и кое-где подправленное. Но времени мыслить не было. Принц бросил все силы магии на спину трикстера. Бог обмана едва заметно скрипнул зубами, сопротивляясь тому, что его клонило к песку. По мраморной коже лба скатилась капля пота. Аон тоже был сильно напряжен, безмолвно и недвижно магией поражая Локи. Колени бога коварства врезались в песок, но он не падал. Он стоял на них, выпрямив голову и с непоколебимой гордостью, смелостью, яростью смотря на принца, все еще достойно сопротивляясь магии, хоть она и резала его по ране. Аон с ненавистью дернул рукой, занося меч над Локи, пока тот широко ухмыльнулся. — Нет! Принц вовремя остановил движение руки, едва не задев острием шустро метнувшееся напротив него чье-то худое тело. Эмили выскочила впереди Локи, раскинув руки в стороны и широко распахнутыми глазами созерцая лицо Аона. Тот опустил меч, от неожиданности разрушая знак, что позволило трикстеру практически сразу же подняться. — Что ты творишь? — прошипел принц Ванахейма. — Я вызываюсь продолжить бой за Локи Одинсона! — громко воскликнула целительница. Стадион затих. Люди настороженно переглядывались между собой и шептались, насмешливо и удивленно разглядывая хрупкую девушку, все еще заслонявшую собой Локи, пока тот не схватил ее за плечо, развернув к себе. — Ты рассудка лишилась? — пытливо спросил он, изучая взглядом ее пылающие глаза, покрасневшие щеки и судорожно вздымающуюся грудь. Джонсон нахмурилась. — Я не позволю тебе, — строго продолжил принц и протянул свободную от меча руку, чтобы взять девушку за ладонь и вывести с арены, но Эмили отошла назад, хладнокровно произнеся: — Уходи из битвы. Локи мигом ощутил в груди тяжесть, которая растекалась по всему телу, вынуждая сделать шаг назад. Изумрудные глаза в гневе потемнели. Проклятие. Эмили использовала его силу, чтобы заставить бога уйти. — Даже не думай… — Отдай мне меч, — все тем же тоном потребовала девушка, протягивая руку. Трикстер заиграл скулами, прожигая Эмили настолько злобным взглядом, что любой другой бы уже давно улепетывал со всех ног. Сила ее слова давила на него, подталкивала вперед руку с блестящим острием. Локи был в невероятной молчаливой ярости на девушку за подобный поступок, но сказать ничего не мог. Целительница приняла меч и повторила приказ слегка напряженным голосом: — Уходи. Локи в абсолютном безмолвии сделал шаг назад и развернулся, стремительно покидая поле битвы. Девушка дрогнула. Без присутствия трикстера сразу стало страшно. Но отступать было поздно. Целительница развернулась к Аону, который расплылся в растерянной улыбке. Сохраняя напускное спокойствие, Джонсон поинтересовалась: — Надеюсь, правила позволяют мне так поступить. — Конечно, не беспокойся. Для меня это большая честь. Похоже, битва будет недолгой, — ухмыльнулся принц, отвешивая поклон. Эмили не ответила, стоя с мечом подобно статуе. — Не недооценивай меня, — в гневе проговорила целительница, направляя острие в его сторону. — Ты поплатишься за все содеянное. — Выходит, ты действительно имеешь над ним силу слова? — проигнорировав ее угрозу, заключил принц. Серые глаза предвкушающе сверкали. Девушка растерянно моргнула, а затем нахмурилась. — Это не касается тебя. — Скажи, ты хоть драться умеешь? — кивнув на ее меч, спросил Аон, но ответить не дал. Сразу после его слов последовал короткий удар. Эмили чудом уклонилась, позволяя мечу рассечь лишь воздух и, едва не потеряв равновесие, вскинула голову. — Он мне не понадобится, — усмехнулся наследник, отбрасывая меч в сторону. Целительница прикусила губу, но сделала то же самое. Сердце тут же нервно заколотилось, отбивая неровный ритм где-то в ребрах. Джонсон почувствовала себя уязвимой. Аон начертил совсем простой знак, но для Эмили он оказался сильным. Девушка попыталась ответить, и ей удалось начертить в воздухе совсем слабую руну земли. Из песка взмыли тонкие многочисленные стебельки, оплетая руки принца, но тот лишь усмехнулся и в мгновение ока разорвал их. Джонсон в растерянности отступила, вскидывая пальцы, чтобы сделать еще что-нибудь, но принц опередил ее. Сделав короткий взмах рукой, он послал ударную волну, которая заставила девушку бессильно рухнуть на песок. Эмили застонала, пытаясь приподняться, но Аон сам дернул ее за локоть и, встретившись с ней взглядом, победно улыбнулся. Джонсон в ярости попыталась освободиться, однако принц положил ледяные пальцы ей на висок, и девушка через пару секунд затихла, впав в беспамятство. Голубые глаза померкли и закрылись. Победа была за Аоном. Толпа одобрительно зааплодировала, хоть и слегка растеряно, ведь против самого принца боролась девушка, а тот атаковал ее поначалу мечом. Аон, оглядевшись вокруг, быстро поднял девушку с песка и унес с арены, торжествующе сжимая нечестную победу в своих руках. А бои продолжались, и среди громко ревущей толпы был лишь один, кто сидел практически неподвижно, а его глаза горели яростным изумрудным огнем.

***

Эмили резко очнулась от тихой головной боли, что медленно вкручивалась в мозг, не давая больше находиться в бессознательном состоянии. Девушка пошевелилась и распахнула туманные глаза, медленно оглядываясь вокруг. Было темно. Странно, ведь совсем недавно было только утро… Неужели уже вечер? Джонсон растерянно приподнялась на локтях, часто моргая. Она находилась в совершенно незнакомой, просторной и богато украшенной комнате, в которой царил полумрак, разбавляемый мягким оранжевым светом свечей и магических сфер. А в голове между тем всплывали воспоминания, все до единого, и когда в сознании мелькнула последняя картинка, девушка подорвалась с дивана и ринулась к двери. — Бесполезно, — прошелестел знакомый голос за ее спиной, но Джонсон содрогнулась так, словно это был крик. Эмили застыла, неестественно выпрямившись от напряжения, а затем обернулась. Аон стоял в противоположном конце комнаты, переодетый в обычную белую рубашку и черные штаны. Его светлые волосы были слегка растрепаны, а серые глаза буквально светились изнутри, торжествующе, предвкушающе. Целительница попятилась, едва не врезавшись в шкаф с книгами. Сердце пропустило удар, а затем подскочило к горлу, ударившись о корень языка. Девушке стало страшно от собственных фантазий и мыслей, которые закрутились в голове подобно стае напуганных птиц. — Что скажешь о моих покоях? Нравится? — расплылся Аон в неестественной дружелюбной улыбке, разведя руками. Эмили громко сглотнула, не отводя от него взгляда. — Выпусти меня отсюда. Принц коротко усмехнулся, проводя ладонью по письменному столу. — К сожалению, это невозможно. — Что еще за глупости? — рассердилась Джонсон. Аон пожал плечами. — Позволь разъяснить. Когда я пригласил Локи на бой, мы договорились о выигрыше. Выбор пал на тебя, Эмили. Девушка застыла, даже перестав дышать. По позвонкам прокатился холодок. Все внутри съежилось. — И поскольку ты заменила принца Асгарда, позволив мне победить тебя, — продолжал Аон, сделав к ней шаг. — Значит теперь ты принадлежишь мне. Целительница еще несколько секунд не двигалась, а затем осела на подлокотник дивана, издав короткий стон. Ее лицо побледнело, а губы задрожали. Девушка учащенно задышала от собственных эмоций, которые кипящим океаном всколыхнулись в груди. — В этом нет ничего страшного, — усмехнулся принц, но Эмили слышала по его голосу — ничего хорошего тоже не будет. Поэтому когда Аон приблизился к ней, девушка вскочила и неуклюже попятилась, выставив ладони. — Что это означает? — Практически ничего, Эмили, с той лишь разницей, что я смогу сделать с тобой все, что захочу. Целительница в ужасе закрыла лицо руками. Бежать не было смысла. Кричать тоже. И никто не поможет. Эмили сама связала своей силой слова Локи. Сама поставила себя в такое положение и проиграла. Проиграла саму себя. Его прикосновения были неприятны. Аон медленно отнял дрожащие ладони от ее лица. Девушка посмотрела в его глаза и глухо всхлипнула. Темная сталь пытливо изучала ее, жадно, с интересом. Эмили позволила принцу усадить ее на кровать, совершенно не сопротивляясь. Аон вручил ей стакан с водой, и Джонсон сделала лишь небольшой глоток. Стекло тревожно звякнуло об зубы. Принц подошел к окну, отодвинув шторы. Ночной свет тут же прорезался в комнату, разбавляя темноту. Эмили молчала, с ужасом ожидая своей участи. — Красивые здесь вечера. Впрочем, в родном доме всегда все красиво, — спокойным тоном проговорил Аон. Кажется, он улыбался, но Эмили не была в этом уверена, от волнения комкая синее покрывало на постели. — Чего ты хочешь от меня? — Ты задаешь правильные вопросы, — одобрительно кивнул принц, обернувшись. Целительница вздрогнула от холодных мурашек, пробежавшихся по ее телу от цепкого серого взгляда. Аон подошел к ней. — Мне нужно доказать, что ты моя. Эмили испуганно отстранилась назад, созерцая принца снизу вверх и конечно же догадавшись, о чем идет речь. Аон наклонился к ней, не давая девушке отстраниться еще дальше. Пальцы наследника сковали ее подбородок. Джонсон упрямо мотнула головой, сверкнув голубыми глазами, на дне которых искрился страх. — Чего же ты боишься? Процесс будет недолгим, безболезненным и даже приятным, уверяю тебя, — пугающим тоном произнес юноша. — Не надо… — К сожалению, это необходимо. Целительница вскрикнула, когда его руки перехватили ее талию, силой повалив поперек кровати. Наследник навис над ней, не давая подняться. Девушка испуганно забилась, но, осознав, что это бесполезно, отчаянно зажмурилась, готовясь смириться с этой участью. Рядом слышалось учащенное дыхание, которое резало слух и страшило еще больше. Эмили хотела бежать. Бежать отсюда, из дворца, с планеты. Как можно дальше. — Но есть одно обстоятельство, — совершенно другим тоном продолжил Аон, поморщившись. Девушка распахнула глаза. — Мне нужно твое согласие, — будто проглотив что-то кислое, с неохотой произнес наследник. Эмили дернулась, уловив в этом проблеск надежды. Можно будет потянуть время, чтобы дождаться… Чего? — Неужели без него нельзя? — для достоверности спросила девушка. Аон внимательно посмотрел на нее. — Ни один мужчина в наших краях не имеет права овладевать девушкой, пока она сама этого не захочет и не даст согласие. Целительница несколько секунд молчала, а затем расплылась в победной улыбке. Принц тихо выдохнул, злобно сверкнул глазами и несильно схватил ее за горло, но напугал. Радость в ее глазах мгновенно померкла. — Я предполагал, что ты не согласишься. После всех моих деяний, — прошипел Аон. — Поэтому ты будешь сидеть здесь днями и ночами напролет, пока не дашь согласие. Целительница равнодушно пожала плечами, с вызовом глядя ему в глаза. Юноша вдруг ухмыльнулся, сильнее вдавливая ее своим весом в постель. Девушка испуганно выдохнула. — Но я имею право на кое-что. Хоть сопротивляйся этому, хоть нет. Его губы оказались совсем близко. Эмили рванулась, затрясла головой. Но ее силы были не сопоставимы с силами принца. Ему не составило труда грубо подмять ее под себя, ограничив свободу движений. Холодная рука обхватила подбородок девушке мешая даже шевельнуться. Джонсон в ужасе застыла. Аон наклонился и коснулся ее губ своими, а затем мгновенно скользнул языком внутрь, легко разомкнув сопротивляющийся рот. Эмили издала сдавленный перепуганный стон, дернувшись от отвращения. Поцелуй был скользящий, неприятный, но к счастью короткий. Девушка жадно схватила губами воздух, с быстро колотящимся сердцем снова пытаясь вырваться. Хватка Аона чуть ослабла. Оглушенная его поступком, Эмили сразу не заметила, что поцелуй оборвался слишком резко. Девушка вскинула голову, созерцая недоумение на лице принца, который приподнялся от нее. Целительница проследила за траекторией его взгляда и в оцепенении застыла. Дверь в покои была широко распахнута, являя в проходе так вовремя пришедшего. Его фигура выделялась обрисованными черными очертаниями на фоне освещенного коридора. — Локи…