Мой личный бог

Локи спешно сунул цветок обратно в руки Эмили и отдал приказ: — Седлайте коня. Парень мигом кинулся выполнять сказанное. Бог коварства тем временем быстрым шагом отправился прочь из сада. Опомнившись, Джонсон поспешила за ним. — Что ты собираешься делать? — Отправлюсь туда, где доставка была прервана. Попробую узнать, что произошло, — сухо пояснил трикстер, отстукивая твердым шагом по каменной дорожке. Целительница рвано выдохнула. — Это может быть опасно. Останься здесь, пошли кого-нибудь другого. Бог коварства усмехнулся самым уголком рта, его лицо было по-прежнему напряжено. — Перестань беспокоиться обо мне. Как я тебе уже говорил, раздражает, — бросил трикстер и, спустя несколько секунд, уже мягче добавил: — Никто не разведает произошедшее лучше меня. — Тогда возьми меня с собой, — закусив губу, выпалила Эмили. Локи хмуро обернулся на нее, окинув внимательным взглядом. Девушка была полна решимости. — Нет. — Возьми! — тверже воскликнула целительница непоколебимым тоном. Бог обмана быстро сообразил, что она делает. В груди тут же поднялось то знакомое, щекочущее чувство покорности, поползло вверх по горлу, едва не заставив выдать положительный ответ. Сын Одина совсем остановился и схватил девушку за плечи. Эмили смело взглянула ему в глаза. Локи наклонился ближе к лицу Джонсон, затем, чтобы она смутилась, напряглась. — Не доставляй еще больше проблем, прошу тебя. Будет проще, если ты останешься здесь, в безопасности. А я вернусь, выяснив, в чем дело. Изумрудные глаза смотрели на Эмили, глубоко, голос стелился бархатом, убеждая. Целительница колебалась, но затем сдалась, опустив голову. — Хорошо. Тогда я останусь во дворце. — Вот и умница. Локи отпустил девушку и быстро отправился к конюшням. Эмили так и осталась стоять на месте, напряженно глядя ему вслед. Ее сердце сжалось, предчувствуя какую-то необъяснимую тревогу, опасность. Что-то страшное настигало их. Стремительно и необратимо. Джонсон взглянула на небо. Оно было тяжелым от фиолетово-синих туч, что скопились слишком плотно. Казалось, на горизонте они оседали прямо на землю. Дождь собирался снова. — Быть грозе, — сказала служанка, которая неслышно подошла к Эмили. Она легонько поклонилась. — Идемте во дворец. Джонсон рассеянно кивнула и пошла вслед за девушкой, не в силах избавиться от мыслей, что тревожили сознание. Конь был хорош и мчался во весь опор, легко, грациозно, несмотря на то, что земля стала сырой и скользкой от проливного дождя. Его черная шерсть блестела от воды, брызги грязи вырывались из-под копыт. Локи, слегка пригнувшись к шее лошади, изредка подгонял ее. Местность сменилась на широкую дорогу в лесу. Они давно покинули пределы центра Асгарда. Бог обмана тоже предчувствовал нечто недоброе. Конечно, он знал, что на трактах иногда разбойничают, нападают и обворовывают обозы, но кому нужны были обычные книги? Был шанс, что увидев содержимое повозки, напавшие просто побросали всё и покинули это место. Но не было никаких оснований полагать, что это было нечто иное. Предположения в голову не шли. Поэтому Локи собирался добраться до пункта, где прервалась доставка, и всё выяснить. Времени терять много не стоило, поэтому трикстером было принято решение воспользоваться более коротким, но небезопасным путем. Младший принц чувствовал тревогу Эмили. Она ползла холодком по спине подобно каплям, что стекали за шиворот. Ему оставалось лишь надеяться, что девушка не растревожится сильнее, мешая. Их зависимость друг от друга слишком сильна, а от увеличивающегося расстояния между их телами возникла легкая боль в грудине. С каменным лицом бог переносил ее, мчась по лесу вперед. Из-за этого физического ощущения мысли о ней не оставляли Локи. Начали появляться новые вопросы, требующие решения. Действительно, стоит разобраться в себе и понять, какие чувства вызывает проклятие, а какие нет. Связь с Эмили лишь укрепляется, и уже совсем трудно сопротивляться. Но и поддаваться опасно. Что это будет? Мимолетное увлечение, которое рухнет, как только спасительное заклинание отыщется? Или же продолжительный эффект и настоящие чувства? Второе вызовет гораздо больше трудностей и проблем. Да и Локи совсем не хотел этого. Целительница была не той, в которой он бы видел свою спутницу. Но в последнее время она становится все более притягательной. Конь начал нестись по открытому полю. Высокая трава хлестнула по щекам. Локи не останавливался, лишь подгоняя, всматриваясь вдаль. Он знал, куда следовать, и безошибочно направил лошадь глубже в поле. Со стороны можно было бы увидеть, как черный всадник несется среди травы и вдруг исчезает. Бесследно пропадает, словно его здесь и не было. Но никто этого не видел и не мог бы знать, что бог обмана проскочил в хорошо ему знакомую тайную тропу. Секунда — и она вывела его на тракт. Тропа открывала дверь в Альвхейм. Именно по ней должны были проследовать книги, чего так и не случилось. Локи немного сбавил темп, внимательно осматриваясь. На этой планете было другое время суток — стоял глубокий вечер. Младший принц щелкнул пальцами, образовав над собой освещающую сферу. Путешествовать в такое время было опасно, но выбора не было. Бог лжи и коварства не боялся, но его настораживало то, что книги исчезли по неизвестным причинам. Лафейсон пытался отследить, где конкретно прервалась переправа. Это произошло относительно недавно, должны были остаться какие-то следы. Лес по краям широкой дороги пугающе темнел. Он таил в себе мертвую тишину, словно стоял неживой. Лишь изредка ухали совы, бесшумно летающие по дебрям в поисках добычи. Особо смелые ночные птицы шустро мелькали перед сферой трикстера, заставляя искусственное пламя дрожать. Бог обмана с каменным лицом следовал дальше. Он прошептал заклинание усиления зрения, и его глаза полыхнули ярким зеленым огнем. Небо мутнело где-то у горизонта, над верхушками елей раскинулась синеющая глубина. Едва виднелись проблески звезд, скрываемые легкой пеленой облаков. Ночь стояла теплая, немного душная, очевидно, перед дождем. Тишина продолжала стоять, обволакивая всё вокруг. Локи вдруг слегка притормозил, огляделся. Конь топнул задним копытом и глухо фыркнул. Трикстер внимательно посмотрел на него, заметил, как тот ведет ушами. Значит, не послышалось. Совсем рядом послышался шорох, но за считанные секунды бог соскочил с седла, вытащил клинок, приставил к чьему-то горлу. Сфера осветила незнакомое лицо. Девушка в лохмотьях презрительно прищурилась, слегка отступив от лезвия. Рядом обнаружились еще две фигуры. Локи шумно выдохнул, напрягшись всем телом. Грабители, что выжидают на трактах легкой добычи. — Вы зря высунулись, вряд ли у меня найдется чем поживиться, — холодно сказал бог, окидывая девушку и двух мужчин внимательным взглядом. Она усмехнулась. — Королевский конь, добротный. Да и твоя одежонка хороша. Такие как мы всегда найдем, что взять, — оскалила незнакомка зубы. — За это придется отдать жизнь, — без тени насмешки парировал трикстер, угрожающие сверкнув глазами. Девушка сделала еще шаг назад, с сомнением смотря на клинок, который Локи держал с уверенностью. Один из мужчин попытался было напасть, так же обнажив сталь, но сравниться с ловкостью бога обмана не мог никто. Он взвыл, выронив оружие и отступая назад, зажимая рану. Остальные замялись, напрягшись каждым мускулом тела. Локи плотно сжал челюсти, не сводя с них взгляда. — Я дам вам уйти, если поделитесь необходимой мне информацией. — Что же ты надеешься узнать от таких, как мы? — вновь осклабилась девчонка. Бог обмана шагнул, возвышаясь над ней на добрых две головы. — Полагаю, вы знаете этот тракт как свои пять пальцев. Здесь пару часов назад должны были перевозить книги. — Мы ничего не знаем об этом, — быстро отрезала девушка. Локи нахмурил брови. В свете сферы его лицо выглядело пугающе. — Ты сказала, вы всегда найдете, чем поживиться. Полагаю, пропустить эту повозку вы не могли. — Мы не трогали ее, — подал хриплый голос другой мужчина, отступивший на безопасное расстояние. Другой молча зажимал порез на руке, затравленно смотря на трикстера. Локи обернулся, улыбнувшись. — Значит, вы ее видели. Где? — В паре минут езды отсюда, — тихо ответила девчонка, внимательно глядя на бога. — Ты знаешь, что там произошло? — Я лишь видела эту повозку. Видела, что на ней. Книги нам не были полезны, поэтому мы ее не трогали и отступили, — холодно сказала она. — Больше мы не знаем ничего. Локи заглянул в ее зрачки, прищурился. Поняв, что это правда, он отступил и, не опуская клинка, запрыгнул обратно на коня. Поправил плащ и, обернувшись, смерил троицу снисходительным взглядом. — Последуете за мной, ограничитесь не только одним порезом. Незнакомка на его слова гневно усмехнулась, но ничего не ответила. Бог обмана, после этого потеряв всякий интерес к небольшой группе, поскакал дальше, рассеивая мрак светом своей сферы. Совсем скоро пришлось снова затормозить. Локи заставил коня пойти медленнее, внимательно осматриваясь вокруг. Он пытался уловить следы магии или ещё чего-либо подобного, но этого не было. Складывалось впечатление, что книги просто исчезли, растворились в воздухе. Но этого просто не могло было быть. Значит чьё-то мощное искусное заклинание скрывало всё. Бог коварства не мог разглядеть ни плетения, ни рун. На какой бы максимум он ни использовал заклинание обнаружения — результатом стало лишь истощение сил. Младший принц озлобленно нахмурился. Он не любил, когда что-то скрывали от его взора, особенно нечто важное. Оставался ещё один шанс. Локи знал, куда направляться. И конечно же надеялся там хоть что-то обнаружить. Копыта коня снова начали рассыпать пыль по пустынному тракту. Эмили не находила себе места. Она расхаживала по своим покоям в ночной сорочке туда-сюда и не могла уснуть. Тревога ледяными пальцами стискивала сердце девушки. Джонсон взволнованно глядела на мрачные тучи за балконом и хлещущий дождь, обхватывала себя руками и глубоко вздыхала. Эмили знала, что нужно сдерживать свои переживания, чтобы Локи не ощущал этого и не сбивался с пути. Но она не могла взять себя под контроль. Кое-как найдя в себе силы присесть на кровать, девушка прислушалась к своим собственным ощущениям. Она боялась случайно использовать свою власть над Локи, но пыталась угадать, что происходит с ним. Никаких особо острых тревог не пронзало сердце. Значит, всё было более менее в порядке. Внезапно раздался стук в дверь. От неожиданности целительница вздрогнула, вцепившись пальцами в холодное покрывало, а затем опомнилась и негромко произнесла: — Войдите. Дверь распахнулась. Показалась большая массивная фигура. Кто-то держал подсвечник, яркое пламя мешало разглядеть посетителя. Джонсон прищурилась и облегченно выдохнула, когда свеча слегка опустилась вниз, позволяя увидеть Тора. Тот немного напряженно улыбнулся. — Тоже не спишь? — Не могу заснуть, — констатировала факт Эмили, наблюдая, как бог грома ставит подсвечник на стол и присаживается напротив кровати на небольшой диван. Голубые глаза внимательно воззрились на девушку. — Беспокоишься за него? Джонсон слегка покраснела и отвернулась к окну, наблюдая за хлещущими потоками дождя. — Да. Мне нужно знать, что он вернется целым и невредимым. — Вряд ли с Локи что-то может случиться, — подбодрил девушку бог грома, обнажив зубы в широкой улыбке. Целительница слегка расслабилась и поблагодарила Тора коротким кивком. — Не переживай. Всё будет в порядке. Девушка обхватила руками плечи, почувствовав, как начинает мерзнуть, в мыслях прокрутила слова громовержца и практически одними губами ответила: — Конечно… Комната пустовала. Всё было прибрано и прямо-таки излучало идеальный порядок. Казалось, даже ни единой пылинки не витало в воздухе. Вместо этого висел густой, плотный неприятный запах. Стояла мертвая тишина, сфера парила под потолком, медленно проплывая вдоль стен. Локи внимательно огляделся, сделал еще пару шагов. Пол неприятно заскрипел под ногами. Бог коварства был насторожен: дверь в дом была незаперта. А это означало одно: здесь произошло явно что-то неладное. Именно отсюда к ним отправили книги, в которых содержались наводки на разрушение связывающего проклятия и вспомогательные материалы. Алвис всегда мог что-то отыскать. Локи очень хорошо знал его и не преминул обратиться за помощью. Но планам суждено было не сбыться. Младший принц надеялся у него обнаружить хотя бы какие-то заметки или записи вручную. Алвис всегда был очень внимательным и предусмотрительным. Наследник быстро проник в следующую небольшую комнату, направил сферу к свечам, которые застывшим воском стояли в подсвечниках и просто на подставках. Комната озарилась неярким теплым светом, заставляя предметы отбросить длинные тени. Тщательно оглядываться здесь не было смысла. Локи бросил взгляд сразу же практически в нужную сторону. И не смог сдержать глубокого выдоха. Кровь застыла густым и огромным пятном на полу, частично впиталась в лежащий рядом ковер, окрасив его в неприятный грязный цвет. Тело лежало на спине, невидящий и пустой взгляд старика был устремлен куда-то в пустоту. Неестественная поза его была пугающей. Была всего одна, но очень глубокая рана. Идеальное попадание. Алвиса пронзили чем-то длинным и острым. По хаосу, отодвинутому дивану и разбросанным книгам можно было понять, что здесь была борьба. Которую Алвис проиграл. Локи вышел из оцепенения и медленно подошел к нему. Присел рядом, рассматривая неживое, остывшее тело. Изумрудные глаза изучали это медленно, словно бы неверяще. Бог обмана почувствовал, как в груди наливается тяжесть. Ладонь с длинными пальцами тихо легла на лицо Алвиса, опуская ему веки. Эмили дернулась и подорвалась, широко раскрыв глаза и уставившись на дождь за окном. Тор обеспокоенно наблюдал за ней. — Что случилось? Джонсон не ответила, но начала дрожать. Она не могла понять, то ли от холода, то ли от страха. Но ее всю будто пронзили тысячи иголок. Каждый мускул был напряжен, а сердце забилось намного чаще, выявляя пульс где-то в горле. — Смерть… рядом с ним смерть. Бог грома тоже резко встал. Эмили обернулась к нему, бледная лицом. — Что это значит? Ты можешь сказать подробнее? — взволнованно поинтересовался он. — С ним всё в порядке… Но рядом с ним смерть. Кто-то погиб, важный для него… — девушка запнулась, задумалась на секунду. — Для нас. Локи, как он и предполагал, обнаружил некоторые выписки из книг на столе Алвиса. Бог быстро просмотрел их и отобрал нужные. Затем обошел дом, внимательно осмотрел остальные книги, записи и прочие вещи, которые могли быть ему нужны. Трикстер решил самостоятельно переправить это и использовал заклинание перемещения. На это потребовались время и силы, и Локи этого хватило. Закончив, бог обмана вновь вернулся к Алвису. Посмотрел на него и скрипнул зубами от бессильной злобы. — Я похороню тебя. Ты поплывешь на лодке, как когда-то мечтал, — тихо произнес маг. В зеленых глазах мелькнула горечь. Больше не сказав ни слова, Локи покинул дом, который остался без хозяина, и отправился в обратный путь.

***

— Эмили? — Я не знаю, я больше ничего не знаю, — заламывая пальцы, проговорила Джонсон. Девушка не находила себе места. Казалось, то чувство, что укололо, крепко-накрепко засело в груди, мешая дышать. Она начинала сильно переживать за Локи. Еще сильнее, чем раньше. — Ладно. Всё хорошо. Успокойся. — Сильные руки громовержца развернули к себе. Эмили замерла, уставившись в голубые глаза Тора. — Не паникуй. Локи приедет и всё нам расскажет. — Да, да… — выдохнула девушка, помотав головой. Она попыталась привести свои мысли в порядок. Тревога так и сжимала ледяными лапами сердце, но немного отступила, когда Джонсон взяла себя в руки. — Попробуй поспать. Когда Локи вернется, я сразу сообщу тебе, — сказал старший Одинсон. Эмили кивнула, смотря на него исподлобья. Она не понимала, как он может оставаться таким спокойным. Конечно, он тоже переживает. Но, наверное, просто держит в себе, как и все мужчины. Тор старается скрывать свои эмоции. Но всем известно, как сильно он любит брата и беспокоится за него. Бог грома направился к выходу. Перед тем, как закрыть дверь, он приостановился и улыбнулся Эмили: — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — тихо ответила Джонсон, присаживаясь на постель. Дверь закрылась, и воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом ливня за окном. Пламя свечи изредка дрожало, заставляя фиолетовые тени плясать в огромной комнате. Эмили чувствовала себя очень неуютно и продолжала мерзнуть. Спустя пару минут она поняла, что совсем не в силах уснуть. Вновь встав, девушка подошла к свече и протянула руки поближе к огню. Потерла друг о дружку замерзшие и дрожащие пальцы, пытаясь их согреть. Теплый воздух обдал лицо, когда Джонсон наклонилась к свече. Девушка прикрыла глаза и поджала губы. Ее лицо сделалось более сосредоточенным. А затем озарилось какой-то свежей мыслью. Целительница стянула с кровати покрывало и накинула его себе на плечи, прикрывая ночное платье. Бросила решительный взгляд на столик, подошла к нему и аккуратно взяла цветок, подаренный Идунн. Затем подхватила подсвечник и, стараясь не задуть пламя, бесшумно вышла из комнаты. Долго идти не пришлось. Эмили минула темные коридоры, едва не заплутав. Отыскав нужную дверь, она остановилась перед ней на некоторое время. Махнула головой, даже сделала шаг назад, но затем прикусила губу и положила ладонь на ручку двери. Вопреки всем ожиданиям, дверь покорно приоткрылась. Джонсон толкнула ее вперед. Дверь нашла на какое-то препятствие. Практически сразу же послышался грохот. Эмили вздрогнула, чуть не выронив подсвечник, испуганно отпрянула назад. Поток ветра случайно затушил свечу. Замерев, девушка услышала, как взволнованно бьется ее собственное сердце. Пришлось собраться с духом, прежде чем попробовать снова войти. Эмили открыла дверь еще больше, чувствуя, как она плохо поддается, подпираемая чем-то с тыльной стороны. И наконец вошла, не забыв закрыть за собой. Оглядевшись, целительница так и замерла, удивленно приоткрыв рот. Всюду располагались книги, некоторые лежали прямо на полу. Свитки и прочие листы одиноко были разбросаны на кровати, на креслах и столе. А прямо у двери были хаотично рассыпаны фолианты, которые Эмили и столкнула, когда открывала ее. Джонсон поставила потухший подсвечник на тумбочку и невольно поежилась. Здесь было еще холоднее, чем во всем дворце. Чем зажечь свечу еще раз не нашлось, поэтому Эмили пришлось довольствоваться лишь покрывалом, плотнее в него кутаясь. Девушка первым делом отыскала пустой сосуд на полках трикстера, наполнила его водой и опустила туда цветок. Она боялась, что он начнет вянуть и зачахнет. Это было бы самой глупой потерей, учитывая все его замечательные свойства, которых она не знала. Затем Эмили направилась к книгам и аккуратно стала собирать их, отставляя подальше от двери. Некоторые выглядели совсем старыми и потрепанными, даже в руки взять было боязно. Джонсон невольно задумалась об этих книгах. Неужели Локи оставил всё в таком беспорядке? Она никогда их не видела. Эти книги не могли быть из асгардской библиотеки, ведь они с Локи там ничего не нашли. Но и переправа не прошла удачно. Тогда откуда они взялись? Эмили медленно подошла к бумагам, беспорядочно валяющимся на кровати. Осторожно разгребла их. Они были написаны, казалось, совсем недавно, небрежно и не для книжного текста. Девушка попыталась разобрать почерк, но улавливала лишь отдельные слова. Ее глаза расширились, когда Джонсон поняла общий смысл того, о чём здесь говорилось. Дверь резко распахнулась. Сердце так и подскочило к горлу, затрудняя вдох. Целительница обернулась, сминая бумаги в руках. Локи стоял на пороге. Он выглядел уставшим и потрепанным. Его лицо не выражало толком ничего, даже когда бог увидел Эмили. В изумрудных глазах что-то мелькнуло, и они словно стали еще темнее. Девушка прямо-таки почувствовала исходящее от него напряжение. — Что ты здесь делаешь? — спросил трикстер без малейшего интереса в голосе, проходя внутрь. Целительница громко сглотнула, откладывая листы обратно на постель. С ее сердца словно камень упал, когда она увидела бога обмана целым и невредимым. Эмили предпочла не отвечать на заданный вопрос. Она лишь молча наблюдала, как Локи снимает свой вымокший плащ. — Что ты узнал? — тихо поинтересовалась Джонсон. Желание расспросить о том, что она почувствовала смерть, так и подмывало, но Эмили решила действовать постепенно и осторожно. Младший сын Одина молчал. Он расстегнул застежки на своем камзоле, снял его. Эмили невольно наблюдала за ним, не в силах оторвать взгляда. Когда Локи остался без верхней одежды, всё ее естесство подобралось и сжалось. Девушка едва нашла в себе силы оторвать глаза от бледной кожи и проступающих под ней мышц, когда почувствовала, как трикстер бросил на нее прямой взгляд. — Ты так и будешь стоять здесь, или может быть отправишься к себе и дашь мне переодеться? — укоризненно спросил Локи. Капли спадали с его волос и медленно стекали по шее, ключицам, груди… Эмили глубоко выдохнула, пытаясь сосредоточиться. — Я хочу узнать, что ты видел. — Это не подождет до утра? — хмуро сказал бог коварства, натягивая на себя черную рубашку. По телу Джонсон прокатилось облегчение. — Нет. Закончив переодеваться, Локи медленно опустился на край постели. Поколебавшись, девушка присела рядом с ним, отодвинув подальше свитки. Трикстер молчал, уставившись взглядом куда-то в пустоту. Его мышцы были напряжены. Было ясно, что он о чем-то переживал. Что-то хранил в себе. И Эмили догадывалась, что именно. — Я не узнал, кто прервал доставку и зачем, — в конце-концов признался бог. Девушка даже не шевельнулась, так как подсознательно знала об этом. — А книги? Локи отрицательно покачал головой. Эмили взволнованно прикусила губу, ощущая тяжесть в груди, что скручивалась тугим клубком. — Расскажи, что случилось, — тихо попросила девушка, внимательно разглядывая профиль бога обмана. Тот сложил руки перед собой, сплетя красивые длинные пальцы вместе. — Доставка была от Алвиса. Я упоминал, что он мой старый знакомый. Алвис очень хорошо разбирался в таких вещах и знал много заклинаний. Поэтому я не преминул обратиться к нему. Не обнаружив ничего на тракте, я отправился к нему в дом… Эмили слушала, затаив дыхание. Ее сердце учащенно билось в груди. — Я знаю его уже очень давно, — неожиданно заговорил о другом Локи. — Когда я был еще неопытным, молодым, меня так и тянуло на приключения. Уже тогда я знал, что умею обнаруживать бреши, чем любил пользоваться. Так я понемногу изведывал другие миры втайне ото всех. И в один из таких разов, проходя в Альвхейм и исследуя там местность, я наткнулся на него. Для меня поначалу Алвис показался очень скучным. Обычным стариком, ничего не смыслящим в этой жизни… Локи сделал паузу, погружаясь в воспоминания. Джонсон задумчиво теребила в руках покрывало. — Но он начал открывать мне множество интересных вещей. Погружал в науки, учил искусству магии, и я полюбил его больше, чем всех учителей Асгарда. Не за то, что он обладал умением учить. А за то, что он понимал меня. Лучше, чем каждый из тех скучных знатоков. Я приходил к нему каждый раз, когда было свободное время. Мне было интересно, и ничего не могло остановить меня. Большинству того, что я умею сейчас, научил меня именно Алвис.

***

— Что мы будем изучать сегодня? — полюбопытствовал Локи, сложив руки за спиной и лениво изучая давно знакомую обстановку в доме. Солнечный свет мягко падал через окна в гостиную, отчего создавалось ощущение простора. Хотя здесь и выглядело всё так, словно лежало на своих местах, беспорядок присутствовал. Он выражался в узком проходе между диваном и стопками не разобранных книг рядом, в приоткрытых дверцах небольшого шкафа и даже в покосившейся статуэтке, вырезанной из дерева и одиноко стоящей на полке. Алвис ответил не сразу, лишь тогда, когда бог обмана и позабыл, что спрашивал, увлекшись изучением деталей комнаты. — Для этого нам не понадобятся ни книги, ни перо, — уклончиво сказал старик, поправляя полы своей рубашки. Локи вопросительно приподнял брови, смотря в голубые глаза Алвиса, словно пытаясь найти там ответ на своё недоумение. Но они ничего не выражали, как и всегда. Они были полны знаниями, глубокими и интересными, но ничего более конкретного разглядеть не удавалось. — Преподашь мне что-то устно? — Именно, Локи, — утвердил Алвис, направляясь к выходу из домика. Бог обмана не стал задавать лишних вопросов и покорно последовал за ним, напоследок оглянувшись на заинтересовавшие его книги. Трикстера пробрал легкий интерес. Алвис всегда учил его захватывающим вещам, и это было его главным умением. Именно он делал эти вещи интересными, даже когда, казалось бы, они такими быть совсем не могут. Они вышли в перелесок. Листва шумела, заслоняя своей зеленью небо и разрывая его на кусочки. Сегодня ветер усилился и раскачивал верхушки деревьев так, что они едва ли не сгибались напополам. Алвис, ни слова не говоря, направился по тропинке в лес. Локи пошел вслед, размышляя над этим. Раньше всё обучение проходило в доме старика, и лишь изредка они выбирались на улицу, чтобы практиковать опасные заклинания. Сейчас же они зачем-то следовали в лес, и пока что у бога обмана не было никаких догадок по этому поводу. Алвис вёл недолго, около пятнадцати минут. Тропка давно сузилась и совсем иссякла. Лишь мягкий мох пружинил под ногами, а стволы деревьев значительно сблизились друг с другом. Старик наконец остановился, внимательно оглядываясь вокруг у себя под ногами. Локи тоже присмотрелся и только сейчас заметил у него на поясе небольшой мешочек. Колдун наклонился, сузив глаза. Его крючковатые пальцы уверенно ухватили какой-то стебелек и вырвали его из земли с корешком. Алвис выпрямился и бросил прямой взгляд на бога обмана. — Мне нужно, чтобы ты набрал этих стеблей. — Зачем? Мы будем позже что-то практиковать с ними? — развел руками Локи, взирая на зеленое растеньице. Алвис покачал головой. — Это и есть обучение. Тебе нужно будет собрать немного, и всё. — Всё? — удивленно переспросил младший принц. Старик утвердительно кивнул и загадочно улыбнулся. Трикстер невольно подумал, что Алвис сошел с ума. Какой урок можно вынести, собирая обычные стебельки? Но, зная своего учителя, принц спорить не стал и покорно взял из его рук растение. Присмотрелся и наклонился, начав искать. Алвис занялся тем же. Солнце палило, но благодаря листве, что закрывала от его лучей, в лесу было свежо. Дело шло немного лениво и степенно. Локи подолгу выглядывал стебель, чтобы его сорвать. — Скажи мне, ты скучаешь по Фригг? — Что? — переспросил трикстер. Он прекрасно слышал вопрос, но он был слишком неожиданным. Длинные пальцы автоматически остановили своё движение в поисках стебелька. — Ты скучаешь по матери, — уже утвердительным тоном сказал Алвис. Локи на секунду опустил глаза, поддавшись порыву, но затем вновь натянул маску равнодушия. — Если ты знаешь это, то зачем спрашиваешь? — Помнишь ли ты все счастливые события, связанные с ней? — с прищуром спросил старик, тоже остановив сборы. — Конечно, — задумчиво ответил принц, отрешенно уставившись на стебель в своих руках и проводя подушечкой большого пальца по маленькому листку. — Когда они случались, ценил ли ты их так же сильно, как ценишь сейчас? Бог обмана задумался. Конечно, тогда казалось, что это будет длиться вечно. Что обязательно повторится еще раз. Можно будет почувствовать этот сладкий привкус, это щемящее радостное чувство в груди. Чувство покоя и безмятежности. Чего-то непомерно важного, от которого быстрее бьется сердце в груди. — Нет, — честно проговорил Локи. Старик неожиданно мягко улыбнулся. — Вот твой урок. На этом разговор закончился. Алвис и Локи, завершив работу, некоторое время сидели на упавшем стволе дерева. Они не произнесли ни слова, но их общение виделось в каждом жесте и взгляде. Тишина окутывала их, и шелест деревьев ласкал слух, а тепло послеполуденного солнца грело щёки.

***

— Алвис сказал мне, что нужно ценить каждый миг, что случается. Буквально каждую секунду. И не питать себя иллюзиями того, что это будет длиться вечно или повторится. Так не бывает. Эмили тихо сглотнула, смотря участливым взглядом на Локи. — И ты научился? — Слишком поздно, — выдохнул бог, расцепив пальцы. Девушка крепко зажмурилась, а затем осторожно протянула руку и накрыла ею ладонь Локи. Сжимать ее она побоялась, а бог обмана вдруг чуточку расслабился. Джонсон не знала, оттолкнул ли бы он ее, не случись бы этого рассказа. Возможно именно сейчас он ценит этот миг. А она ценила едва ли не с их первой встречи.

***

Пальцы уже увереннее держали древко — это был обычный длинный шест, заостренный на концах. Упрощенная версия секиры или копья, того, чем можно было защититься или оборониться с дальнего расстояния. У оружия такой длины была масса применений. Но пока что Эмили не знала и половины из них. Свежесть после ночной бури холодила руки. Сырой песок лип к башмакам, слегка стесняя движения, но зато не было пыли. Джонсон медленно передвинулась в сторону, нагнув спину вперед и крепче стиснув шест. Голубые глаза неотрывно следили за противником. Огун был молчалив. Его движения были быстрыми, бесшумными, обманчиво мягкими. Мужчина не выказывал своих эмоций в отличии от Сиф. И не был так же нежен, как она. Мог лишний раз ударить, не больно, но очень неприятно, подстегнуть, обрушить шест на бедро, когда целительница уже лежала пораженная на песке. Это подогревало в ней страсть к следующему раунду, желание отомстить хоть одним ударом. Но Огун даже не поддавался. С ним Эмили ощущала прогресс. Она практиковалась с Фандралом, но там вышло мало чего путного. Тот любил заигрывать, шутить, вихлять. Ему не хватало серьезности. Здесь ее было хоть отбавляй. Огун казался противником, желающим учинить зло. И это было правильно, потому что в настоящей битве враг не будет жалеть. Волосы неприятно липли к коже, песок скрипел на зубах. Целительница обрадованно вздохнула, когда Огун устроил перерыв. Она так и осталась стоять посередине арены, оперевшись на шест всем телом. Грозовые тучи темнели где-то далеко на горизонте, продолжая отступать. Воздух тяжелел от сырости, пахло мокрой землей и листьями. Джонсон задумчиво терла ногтем дерево, рассматривая блестящие золотые своды дворца. Она тщетно пыталась предположить, где же находится балкон Локи. Занятие быстро наскучило, и девушка обернулась к друзьям. Огун расслабился и послал ей ободряющую улыбку. Эмили направилась было к ним. Движение остановили чьи-то холодные пальцы, легшие на плечо. Джонсон застыла всем телом и повернула голову, не в силах угадать хватку. Тело пронзила волна мурашек, когда она встретилась с лицом красивой девушки. Глаза глубокого янтарного цвета будто смотрели прямо в душу, длинные белые волосы обрамляли маленькое лицо. В ней было что-то отталкивающее, пугающее. Эмили невольно перехватила шест в более удобное положение. — Здравствуй, Джонсон, — наигранно-вежливым тоном проговорила беловолосая, отпуская ее. Целительница напряженно прищурилась. К ним со стороны уже спешила Сиф. — Вер? Что ты здесь делаешь? — тут же спросила воительница, встав рядом с Эмили. Джонсон наклонила голову и заметила, что девушка облачена в боевой наряд. — А по мне не видно? Пришла тренироваться, — улыбнулась Вер, встряхивая идеальными локонами. — Одна? — Я надеялась, кто-то из вас составит мне компанию. Янтарные глаза заискивающе прищурились и, не мигая, уставились на Эмили. Та удивленно моргнула. — Я могу сразиться с тобой, — холодно вклинилась в эту тягучую атмосферу Сиф. Вер сделала озабоченное лицо. — Боюсь, мой уровень не настолько высок… Но я знаю, кто идеально мне подойдет. — Вер, Эмили еще только учится, — тут же возразила воительница. Джонсон вдруг дернулась. Догадка вспыхнула, как молния в небе. Вер, та самая, которая хотела, по словам Локи, расправиться с ней в библиотеке. — Всё нормально, Сиф. Думаю, мне не помешает набраться опыта с новым противником, — сказала девушка, напрягшись каждым мускулом тела. Богиня знаний подбоченилась, подошла к стенду и взяла такой же деревянный шест. — Ты уверена? — спросила черноволосая, внимательно разглядывая целительницу. Та утвердительно закивала. — Тогда будь осторожней. Вер гораздо опытней тебя. Воительница ушла с арены к Огуну. Эмили плотно стиснула зубы и встала в позицию, наблюдая, как Вер держит шест. Легко и непринужденно. Словно и не собирается сражаться. Атмосфера вокруг них сгустилась и уплотнилась. Две пары глаз прожигали друг друга, они не торопились двигаться ближе. — Боишься? — усмехнулась богиня, видя, как нервничает Эмили. Та без лишних слов вскинулась и яростно дернулась вперед, выбрасывая шест острым концом на шею Вер. Удар оказался легко отражен. Древко повело назад, и Джонсон пришлось отступить. Ступня врезалась в песок, тело на секунду потеряло равновесие. Пока Эмили переставляла ноги, закрепляя свое положение, Вер не долго думая напала. Колено больно врезалось в песок. Целительница только и успела сдавленно выдохнуть. Она помнила, что при падении важно тут же быстро подняться, пока противник не начал забивать тебя. Каким-то чудом уклонившись от шеста, что готов был обрушиться на нее, Эмили поднырнула под Вер и крутанула шест так, что он непременно должен был задеть ее. Дерево врезалось во что-то твердое. Джонсон успела краем глаза заметить, что попала в левую руку. Толку от этого было мало. Но зато Вер рассвирепела. Не успела Эмили только подняться, как уже богиня знаний неслась на нее, раскручивая шест. Первый удар пришелся по шесту. Тот не выдержал и треснул. После следующего разломился пополам, упав в песок. Эмили бросилась было уклоняться, но скорость Вер была быстрее. Удар по плечу подогнул колени. Следующий повалил в песок. Целительница выдохнула, оставив попытку подняться, потому что шест ударил по запястьям, когда они уперлись в песок. Боль была не сильной. Но Вер не останавливалась. Шест прошелся по бокам и спине, прежде чем Сиф успела вмешаться. — Ты что, решила до смерти ее забить?! — воскликнула она, отталкивая Вер. Та холодно усмехнулась, ничего не ответив. Беловолосая бросила шест и удалилась с гордо поднятой головой, напоследок бросив ледяной взгляд на лежащую Эмили. Воительница участливо склонилась над девушкой. — Ты как? Сильно досталось? Джонсон неуклюже присела и вытряхнула песок из волос. — Нет. Всё нормально. Сиф обеспокоенно наблюдала за ней, но когда Эмили поднялась и принялась довольно энергично отряхиваться от песка, более менее успокоилась. — Вер всегда достаточно агрессивна. Будь с ней осторожней. Целительница сухо кивнула, рассматривая сломанный шест. — Думаю, стоит на сегодня закончить, — сказал Огун, поднимаясь с бревна. — Отдыхай. Места ударов ныли неприятной, тупой болью. Но Эмили почти забыла об этом, стоя на балконе. Покрывало, накинутое на плечи, не сильно спасало от ночной прохлады. Девушка не шевелилась и не спешила уходить, напряженно рассматривая кромку воды у самого берега. Прекрасное и безмолвное небо раскинулось над Асгардом, поражая многообразием звезд и созвездий. Словно кто-то рассыпал блестки на синюю ткань. Зрелище завораживало, играя бликами в застывшей, словно зеркальная гладь, воде. Ее прорезала лодка. Тихо и медленно, держа идеально прямую траекторию. Джонсон невольно задержала дыхание, прижав руки к груди. На берегу чернела фигура Локи. Если бы она не знала, что трикстер там, то вряд ли бы заметила его. Бог обмана стоял совсем неподвижно. Лодка набирала скорость, отдаляясь от берега, одинокая среди огромной воды. Когда прошла еще пара минут, младший принц поднял лук с горящей стрелой наготове. Теперь целительница и вовсе замерла. Яркий оранжевый луч прорезал небо, описав красивую дугу. Стрела попала идеально в цель, заставляя лодку вспыхнуть пламенем. Теперь ее было видно. Со всех сторон и с любого расстояния. Будто бы своя звезда появилась у этой реки. Языки пламени вырывались наверх, лизали воду, но не угасали. Пропасть была совсем близко. Эмили внимательно наблюдала за удаляющейся лодкой. Она не упала, достигнув края. Поплыла прямо по воздуху, словно не весила ничего и… исчезла. Огонь угас, а на его месте вспыхнули белоснежные огни и взмыли вверх, так же растворившись. Джонсон еще долго смотрела на то место, чувствуя, как сердце быстро колотится в груди. Когда она взглянула на берег, Локи там уже не было. Ее охватила грусть, когда она вернулась к себе в комнату. В голове прокручивался рассказ Локи, отгоняя всякий сон. Джонсон чувствовала, что эта ночь явно не для того, чтобы спать. Девушка размышляла над тем, стоит ли сходить к трикстеру, спросить, как проходят дела с заклинанием. Уместно ли будет делать это сейчас? Почему-то именно сейчас она не могла понять себя. Джонсон делила скорбь с Локи, она чувствовала его, но понимала, что боль для нее чужая. Эмили не могла понять именно это. Скорбь по чужому человеку. Странные чувства копошились в груди, не находя места спокойствию. — Я всё ощущаю. Внезапно раздавшийся голос в тишине напугал ее. Эмили дернулась и подняла глаза. Локи неподвижно стоял на пороге. Громко сглотнув, девушка непонимающе мотнула головой. — Твои эмоции слишком сильны. Благодаря связи мне легко всё понять. Дернув уголком рта, он приблизился к целительнице. Та не шелохнулась, прикусив губу. Смущение дало о себе знать. — Пойдем, — махнул рукой бог обмана, окинув быстрым взглядом Джонсон. — Куда? — Я нашел заклинание. Сердце так и подпрыгнуло в груди. Дальнейших разъяснений не потребовалось. Эмили застыла на несколько секунд в ступоре, а когда поняла, что потеряла из виду Локи, выбежала из покоев. Ее одолевали смешанные чувства, пока они пересекали коридоры. Девушка знала, что сейчас всё может закончиться, если это будет верное заклинание. Она сможет вернуться домой. Освободится от связи и власти над богом. И в этом было все дело. Джонсон больше не знала, хочет она этого, или нет. Казалось, время летело со скоростью света. Не прошло и минуты, как она уже переступила порог знакомой комнаты. Книги теперь были аккуратно прибраны в полки, свитки замотаны и скреплены сургучом. Но на рабочем столе под пламенем свеч лежала кипа исписанных бумаг. Локи уверенно подошел к нему и взял нужную. Целительница нерешительно замерла посередине комнаты, не зная куда податься. — Садись, — указал ей маг на кровать. Эмили присела на самый краешек, взволнованно кусая губу. Младший принц повел рукой и под потолком вспыхнули сферы, освещая полумрак. Тепло тела Локи остро почувствовалось, когда он сел рядом с ней. Девушка сжалась, не в силах оторвать взгляда от его сосредоточенного лица. Она пыталась понять, что он думает и чувствует. Но это было совершенно непросто. Тем временем бог приблизился к ней, протягивая листок. Джонсон вздрогнула, когда коснулась его пальцев, принимая бумагу. — Тебе понятны эти слова? Их нужно будет прочесть вслух, когда я скажу. Эмили быстро пробежалась по строчкам и кивнула. Дышать вдруг стало тяжело, а кожа покрылась мурашками. Трикстер взял ее руки в свои. По телу пробежалось сладкое тепло, смешиваясь с волнением. Джонсон невольно вздохнула. Локи поднял на нее тяжелый, внимательный взгляд. — Готова? — низким голосом спросил он, не моргая. Эмили несколько секунд молчала, но затем переборола себя и сухо кивнула. — Начинай. Целительница бросила взгляд на текст, набрала в грудь побольше воздуха и стала читать. Сердце заколотилось в груди, словно безумное, а ладони стали влажными. Через некоторое время Джонсон услышала, как Локи вторит ей. Тут же голос стал увереннее и звонче. Между их руками вспыхнули искры. Сквозь соединенные пальцы прошла четкая линия, закрутилась по часовой стрелке и образовала круг, испещренный рунами. Объемные символы переворачивались, их становилось все больше. Они продолжали читать заклинание. Круг заискрился, расширился. Джонсон прищурилась от ослепительного блеска. Воздух от магии уплотнился, напряжение возросло. — Что-то не так, — вдруг процедил Локи, внимательно смотря на диск. Эмили умолкла. Руны взорвались, искры рассыпались во все стороны. Джонсон дернулась назад, расцепив руки. Блеск стремительно погас, оставляя мертвую тишину. Эмили тяжело задышала, смотря на место, где секунду назад был круг. Локи не шевелился, но затем резко поднялся, схватив листок, и остервенело скомкал его. Бумага полетела в дальний угол комнаты. Бог коварства едва слышно зарычал и махнул кулаком по воздуху. Сферы одна за другой лопнули, угаснув и погрузив комнату в полумрак. Джонсон испуганно вжала голову в плечи. — Это бесполезно! — вскрикнул Локи, бросив в ее сторону уничтожающий взгляд. — Как бы мы ни пытались, ничего против этого проклятия не работает! Бумаги со стола посыпались, словно конфетти. Белоснежный ворох устлал всю комнату. Эмили осторожно протянула руку. — Локи… Дверь с треском распахнулась, не дав ей договорить. Они синхронно обернулись, созерцая Тора. Тот был встревожен, его лицо выражало испуг. Без единого слова трикстер последовал к нему и оба быстрым шагом вышли в коридор. Джонсон в нерешительности несколько секунд не двигалась, но затем тоже сорвалась с места и поспешила за ними. Через минуту они оказались в покоях Одина. Посреди глубокой ночи лишь одна свеча горела, кое-как освещая пространство. Оба брата застыли на месте, наблюдая белоснежную птицу на краю стола. Она сидела, не двигаясь, а на лапке можно было разглядеть свернутый листок. Один даже не обернулся на сыновей, осторожно снимая с птицы бумагу и разворачивая ее. Тем временем Эмили нагнала братьев и осторожно выглянула из-за спины Тора. Никто на нее не обратил совершенно никакого внимания. — Откуда тревога? — первым спросил Тор, подходя к отцу. — Ванахейм. — Что происходит? — полушепотом осмелилась спросить Джонсон у Локи. — Ты вообще здесь быть не должна, — равнодушным тоном ответил он и тоже приблизился к Одину. Эмили обиженно прикусила губу. — Надо взглянуть. То, что он пишет, невозможно, — процедил предводитель асов и сделал знак Локи. — Помоги мне настроить проекцию. Трикстер молча поставил руки в нужную позицию. Один взял свой посох и раскрутил его. Золотая искра брызнула и очертила в воздухе ромб. Локи выпрямил пальцы и сложил их в нужную комбинацию. Его магия описала квадрат, вписываясь в ромб. Так повторилось несколько раз. По краям геометрической фигуры вспыхнули руны, посередине пространство начало белеть. Локи и Один синхронно проговорили какое-то заклинание, сложив пальцы, а затем резко разорвали их. Тут же в середине фигуры белый дым рассеялся, образовывая картину Ванахейма. Эмили восторженно охнула. Все замерли, напряженно вглядываясь в проекцию. Джонсон незаметно подошла к компании. — Что было написано в записке? — полушепотом поинтересовалась она у Тора. Тот, не отрываясь, ответил ей: — Начался бунт по непонятным причинам. Царь Абсалон сказал, что это были не люди. Точно не они. Эмили непонимающе нахмурилась, посмотрев на проекцию. Было видно дым, клубящийся в ясном небе, чувствовались хаос и паника. А затем предоставилась возможность разглядеть и нападающих. Ужас пробрал ее, когда она увидела их. Это были люди. Но они не походили на себя. Их взгляд не выражал ничего, движения были неестественны. Они шли, сражались, словно куклы. — Что это? — сдавленно произнесла Джонсон, заламывая руки. Локи прищурился. Проекция слабела и начинала таять. — Они будто пустые. Все молчали, не отрывая взгляда, пока картинка окончательно не погасла. Руны рассыпались и фигура исчезла, оставив после себя лишь напоминание.