Мой личный бог

Опасность горчила в горле. Отчасти это было потому, что к чувству примешивался запах дыма, оседавший на легких. Оцепенение ползало по телу, лишая возможности быстро передвигаться. Эмили впервые созерцала масштаб настоящей, жестокой битвы. И это казалось настолько страшным, что она не решалась двинуться с места поначалу, стоя возле тропы. Уна и Хадд мгновенно кинулись в битву, защищать жителей Муспельхейма. От жары, что присутствовала здесь, сражаться было еще труднее. Запах крови давно пропитал спертый воздух, и дышать было практически невозможно. Джонсон спустя какое-то время наконец решила сдвинуться с места, предварительно оценив свои силы. Растений здесь практически не было, и помощи от нее могло быть мало. Эмили огорченно подумала о том, что так и не научилась владеть руной огня. Крики умирающих терзали ее слух, понемногу сводя с ума. Вокруг, казалось, некуда было ступить. Девушка смотрела на дворец и понимала, что он кажется очень далеким. Она надеялась увидеть Архана. Вряд ли Эмили могла его остановить, но ей хотелось хотя бы посмотреть в его глаза. Спросить, зачем он поступает именно так, проливая кровь. Сзади кто-то приближался. Девушка нервно обернулась, глубоко вздохнув от страха, что полоснул прямо по сердцу. Это был приспешник Архана. Их взгляды встретились, и он вдруг опустил свой меч. Эмили стиснула кулаки, борясь с оцепенением. Она поняла, что мужчина узнал ее и не станет убивать. Но и не уйдет просто так. И точно. Он начал понемногу подходить к ней. Целительница громко сглотнула, понимая, что спиной отступать очень опасно. В голове лихорадочно забились мысли. Где-то неподалеку вдруг громко вскрикнула Уна. Эмили обеспокоенно дернула головой в сторону, забыв о противнике, а когда обернулась обратно, увидела его перекошенное от боли лицо. Мужчина рухнул на землю. Позади него оказался Хадд. На его лице была разбрызгана кровь, в руке он держал свой меч, с которого капала багровая жидкость. Парень вымученно улыбнулся и ринулся обратно в бой. Джонсон проводила его благодарным взглядом и посмотрела на тропу. Почему Локи нет так долго? Около дворца мелькнул знакомый белый плащ. На темно-красном пейзаже он хорошо выделился. Сотрясаемая от криков и звуков ужасающей битвы, Джонсон решила отправиться туда. Тор и все остальные храбро сражались против воинов Архана, но сил явно было мало. Их стали обступать со всех сторон. Жителей дворца снаружи нещадно перебили. Эмили слишком медленно пробиралась в гущу событий. На нее снова положил глаз один из приспешников злодея. Это оказался совсем молодой паренек. Только очевидно, он не узнал ее и уверенно сделал выпад мечом, предварительно сковав девушку руной. Джонсон от страха не успела и мысли подумать, только видела перед собой сверкающее и кровавое лезвие оружия. Стрела пробила ему грудную клетку насквозь. Парень издал едва слышный хрип, его рука опустилась вниз, и меч упал на землю, а после и он сам. - Не суйся сюда! - вскричала Уна, которая стояла с луком неподалеку. Целительница тяжело вздохнула, почувствовав, как руны распадаются. Бой уже начинал утихать. Некоторые просто уходили во дворец, не видя смысла бороться с Тором и его командой. Повсюду были разбросаны тела, еще теплые, но безжизненные. От такого зрелища тошнота подкатывала к горлу раз за разом и перевязывала тугой узел где-то в животе. Похоже, Архан уже захватил дворец. А может и нет. Эмили не могла разобрать, созерцая башни из красного камня. Сзади все озарило блеском. Внутри что-то екнуло. Джонсон обернулась и не смогла сдержать радостного выдоха. Из тропы показался Локи, а за ним толпа асгардских стражников. Битва снова начала разрастаться. Маги не могли противостоять достойно обычным мечам. Эмили не успела подбежать к трикстеру, поскольку он тоже сразу ринулся в бой, мгновенно сразив нескольких людей Архана одним ударом. Целительница невольно восхитилась, но потом опомнилась и, не теряя времени даром, вновь бросилась ко дворцу. От быстрого бега она начала задыхаться совсем, поскольку в воздухе едва ли хватало кислорода. Несколько раз девушка спотыкалась об мертвые тела, где-то подобрала меч, хоть и не представляла, как им бороться. В сердце вдруг поселилось волнение, и Эмили не могла разобрать, ее собственное или Локи. В голове застыл лишь образ Архана, и девушка желала с ним расправиться. Целительница старалась не смотреть вокруг. Не дышать. Ей хотелось думать, что она находится где-то не здесь, что все это сон. Но стрелы вокруг, опасность, комом застрявшая в горле - все это возвращало в реальность. Которая была хуже любого сна. Люди гибли каждую секунду, так легко лишаясь жизни. Спазм снова сжал желудок. Эмили пришлось глубоко выдохнуть, чтобы успокоиться. Вскоре она неожиданно завидела Архана неподалеку от дворца. Страх вновь вернулся, остужая кипящую кровь в венах. Джонсон невольно замедлила бег. Она подумала было о том, чтобы вернуться обратно, за подмогой, но Архан вдруг обернулся и заметил ее. - Какая честь, - обрадовался он, сделав приглашающий жест. Мужчина опустил глаза и заметил в ее руке меч. - Помилуй, зачем он тебе? Джонсон плотно сжала губы, остановившись на расстоянии пяти шагов. В ее голубых глазах полыхнула ненависть. Архан улыбнулся и развел руками. - Посмотри. Это теперь все мое. Они достойно защищали свой дворец, но... никакая сила не сравнится с моей, - довольно декламировал он, сверкнув темно-серыми глазами. Целительница невольно крепче сжала меч. - Муспельхейм не твой. Ты лишь захватил дворец и свергнул правителя, но не подчинил себе остальные города и поселения, - вздернув подбородок, парировала девушка. Архан улыбнулся еще шире, но взгляд его был серьезен. - Я восхищаюсь тобой, Эмили, - заискивающе начал он. - Ты такая непоколебимая и упорная, но в душе тебе страшно. Целительница вдруг вздрогнула, сама того не ожидая от себя. Она посмотрела прямо в его глаза, и эта сталь обожгла ее. Девушка почувствовала, как ладонь, сжимающая меч, вспотела. - Эмили! Мгновенно узнав голос, Джонсон обернулась. Тор, Локи и Троица приближались сюда. Архан нахмурился и покачал головой. Он быстро взмахнул рукой, и те неожиданно остановились перед невидимым барьером. Эмили в ужасе вскрикнула. - Не хочу, чтобы они нам мешали, - медленно проговорил захватчик, окидывая целительницу внимательным взглядом. Та поперхнулась воздухом от возмущения. - Пропусти их сейчас же! - вдруг гневно проговорила она. Архан приблизился, слегка наклонившись к ней. Девушка едва выдержала и не опустила глаз. - Мне очень трудно тебе отказать, - каким-то непонятным тоном произнес беловолосый мужчина и медленно вытянул руку. - Но к нам я их все равно не подпущу. Локи тем временем нещадно лупил барьер своими силами, чтобы пробить. Когда он неожиданно исчез, пара магических стрел пролетела вперед, едва не задев Джонсон. Та дернулась и встревоженно обернулась. Она и не заметила, как Архан среагировал быстрее и подошел совсем близко к ней. Но зато это четко отразилось на лице бога коварства. Он был полон ненависти. Архан сдержал свое слово. Тор и остальные хотели было подойти, но маг удержал их на расстоянии нескольких шагов. Одним движением, словно это ему ничего не стоило. Девушка с ужасом взирала на это и рванула к Локи сама. - Стой, - тихо произнес Архан. Ее ноги вдруг словно налились тяжелым свинцом. Целительница осознала, что не может сделать ни шага. Оцепеневшая, она медленно повернулась к магу. - В нем так много сил, - удовлетворенно отметил мужчина, смотря на Локи. Тот в ярости сверкнул изумрудными глазами и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но Джонсон издала приказ, боясь Архана: - Прошу тебя, молчи. Это было произнесено едва слышным шепотом, но сила проклятия мгновенно заставила трикстера сжать губы. Он бросил в ее сторону уничтожающий взгляд. Архан чуть сильнее сжал кулак. - Слаще этого ничего быть не может, - глубоко вдыхая, произнес он. Эмили умоляюще взглянула на него. - Оставь его в покое, - слегка испуганно, но четко произнесла она. Архан мгновенно разжал руку, не сводя с нее глаз. - Верно, - сказал он, снова сокращая расстояние. - Ты куда соблазнительнее. Целительница с ужасом сглотнула, понимая, что эта же участь сейчас настигнет ее. Архан, увидев, как страх полыхает в ее глазах, растянул губы в успокаивающей улыбке. Но она внушила еще больше ужаса. - Не бойся. Почему ты до сих пор меня так боишься? Джонсон вся сжалась, когда увидела, как он тянет к ней руку. Она снова рванулась, чтобы убежать, но не смогла. Ноги были неподвижны, словно вросли в землю. Девушка ожидала ощутить истощение. Или что-то подобное. Но такого не произошло. Опомнившись, Эмили посмотрела на Архана и заметила на его лице все ту же улыбку. - Ты не знаешь? Я не могу ничего взять у тебя, - тихо сказал он. Целительница широко распахнула глаза, удивившись. Она машинально обернулась к Локи и увидела на его лице то же самое. Трикстер наблюдал за Арханом, применив заклинание истинного зрения. Но оно ровным счетом ничего не дало, потому что магия Эмили осталась внутри нее. - Что это значит? - нашла в себе силы спросить целительница. - Что ты такая же как я, - самодовольно усмехнулся мужчина, убирая ладонь. Он подошел ближе и снизил тон: - Теперь у тебя больше причин, чтобы задуматься о нас. Это было настолько неожиданно, что девушка начисто забыла о только что случившейся битве, об отвратительном запахе крови, который до сих пор висел в воздухе. О том, что они потерпели поражение, но не только в битве. Казалось, Архан совершил сейчас куда более подлый удар. Сердце ее тревожно заколотилось, а по спине пробежал холодок. Эмили ощутила, как обретает возможность двигаться. Светловолосый мужчина освободил ее и теперь внимательно смотрел ей в глаза. - Уходите отсюда. Дворец Муспельхейма мой. Вы ничего не сможете сделать. Целительница как никогда остро почувствовала вкус поражения. Стало даже немного больно и обидно. Она отступила, все еще находясь в плену холодной стали. Локи, тоже освобожденный, медленно подошел к ней, но девушка даже не заметила этого. Маг в безмолвии развернулся и со своими людьми удалился ко дворцу. Все проводили его взглядом, понимая, что бороться действительно бессмысленно. Народу было слишком мало, а магия Архана только что стала во много раз мощнее. Бессмысленных жертв никто не хотел. Эмили обернулась к богу коварства и содрогнулась от холода его изумрудных глаз. Очевидно, он был зол. Лишь непонятно, на Архана, или еще на нее за то, что она заставила трикстера молчать. - Идем, - безэмоционально произнес он. Эмили отрешенно качнула головой и вся команда медленно покинула поле битвы, оставив только безжизненные, окровавленные и остывающие тела. На Асгард опустилась тень напряжения. Всеотец почти не показывался на глаза - он решал вопросы по укреплению обороны и сбору армии. Люди в городе ходили обеспокоенные - весть об Архане разнеслась мгновенно. Все боялись ожидавшей их участи и каждый день страшились появления опасного мага. Многие стали спешно покидать главный город, стремясь забраться куда-нибудь в глушь, куда Архан доберется не сразу. Нарастали волнения и паника. Тор тоже стал часто исчезать, решая возникающие проблемы. Эмили оставалась с Локи одна. Это ее слегка тревожило, потому что бог обмана так же стал напряженным и почти не разговаривал с ней. Она оказалась права - Локи таил злобу на нее за то, что девушка снова воспользовалась силой своего слова. Эмили могла бы и забыть об этом, отстраниться, но трикстер практически не отходил от нее, потому что знал об Архане и его способности появляться где угодно. Девушка теперь спала у него, поэтому каждый день между ними сквозило напряжение. Целительницу занимали и другие мысли. Она думала о том, что сделал Архан. Почему он не смог забрать у нее силы? Неужели на ней стоит какой-то барьер, но откуда? И почему? Как только они вернулись из Муспельхейма, Локи попытался решить этот вопрос. Его тоже подобное весьма заинтересовало. Несколько дней он готовил самые мощные заклинания обнаружения, изучал тонкие хитросплетения рун и лишь после того, как оказался во всеоружии, заговорил с Эмили. Девушка спокойно сидела на диване и читала книгу. - Я хочу узнать, почему Архан не смог ничего взять у тебя, - равнодушно произнес бог, поднимаясь из-за стола. Джонсон даже вздрогнула от неожиданности и, поставив палец на читаемую строчку, подняла глаза. - Ты ведь злишься на меня, - резонно заметила Эмили, прищурив взгляд. Младший принц слегка пожал плечами. - Это ничего не значит. Разве тебя саму не волнует этот вопрос? Девушка слегка усмехнулась, медленно отбрасывая назад распущенные волосы. - Думаю, Архан и сам вскоре расскажет, в чем дело. Локи поразили эти слова, но спустя несколько секунд он понял: девушка просто играет с ним. Мстит за то, что бог никак не контактирует с ней. - Встань, - требовательным тоном произнес он, сжав пальцами столешницу, на которую оперся. Джонсон в негодовании нахмурилась, но завидев недобрый блеск в темно-зеленых глазах решила подчиниться и неторопливо отложила книгу, поднимаясь с дивана. - Ты понимаешь, что я применила силу слова для нашей безопасности? - Я не боюсь Архана. И мне совершенно все равно, что бы он сделал. Эмили удивленно вскинула бровь и хотела что-то сказать, но бог обмана ее опередил: - А вот ты боишься. И знаешь, что я с тобой нахожусь рядом только для того, чтобы защитить в случае его появления. Не забывай об этом и будь хоть немного благодарна. Целительница оробела от этих слов и потупила взор. Трикстер слегка усмехнулся, удовлетворившись полученным результатом. Но это было не все. - Раздевайся. Джонсон поперхнулась воздухом, надеясь, что ей послышалось. Она широко распахнутыми голубыми глазами посмотрела на Локи. Тот невозмутимо продолжал стоять у стола, а его взгляд медленно изучал ее с головы до ног. - Да, - помедлив, продолжил он. - Ты не ослышалась. Заклинания очень чувствительные, и контакт может оборваться, если ты будешь в одежде. Эмили мгновенно вспыхнула. Каждая ее мышца напряглась, делая движения рваными и резкими. Она невольно отступила на шаг и слегка помотала головой. - Н-нет, может тогда не стоит... Бог обмана хитро улыбнулся. Кончик его языка быстро скользнул к уголку рта. Эмили заметила это и еще больше смутилась. Сердце ее забилось так громко, что, казалось, трикстер слышал каждый удар. Он чувствовал робость в своей груди, и это лишь раззадоривало его. - Это необходимо, - строго сказал он. - Или мне самому раздеть тебя? Джонсон отрицательно замотала головой. Выражение ее лица приняло покорный вид. Локи и сам не заметил, как напрягся, предвкушая зрелище. Его потемневший взгляд неотрывно следил за каждым движением Эмили. Целительница колебалась еще несколько секунд, прежде чем приступить. Казалось, в комнате стало мгновенно душно и не спасало даже приоткрытое окно. Ее дыхание невольно участилось, а по коже пробежали мурашки, хотя она до сих пор была скрыта одеждой. - Ну же, - поторопил ее полушепотом бог, раздразнивая. Девушка оглядела себя. На ней было лишь платье со шнуровкой позади и небольшая теплая накидка на плечах. Все это могло быть снято в считанные секунды. Эмили глубоко вздохнула, набираясь смелости. Почему-то такое положение дел смущало ее больше всего, хотя она отчетливо помнила день, когда оказалась с Локи в одной постели. Может быть, именно он придавал ей всю уверенность, когда касался ее, когда властвовал. Отпадала необходимость смущаться, ведь они находились в одинаковом положении. А сейчас он стоял и собирался смотреть. Пальцы от волнения путались в шнуровке. Джонсон плотно стиснула губы, пытаясь развязать тонкие ленты. Лицо бога тем временем приобрело слегка насмешливый вид. Он всем телом подался вперед, пытаясь поймать ее взгляд. - Помочь? - Нет, - отрезала Джонсон, чувствуя, как горят ее щеки. Завязки наконец-то поддались, и платье на теле ослабло. Эмили распутала узлы и вовремя прихватила ткань на груди. Она поневоле застыла, чувствуя, как потеют ее ладошки. Взгляд трикстера был очень обжигающим и тяжелым. Решившись, целительница отняла руку от тела. Мягкая ткань послушно скользнула вниз, оказавшись на полу. Эмили инстинктивно вжала ладони в открытые груди. Она буквально чувствовала кожей, как Локи смотрит на нее, не пропуская ни одной секунды. Дразнит, играет и издевается над ней. - Если тебя это так сильно смущает, ты можешь отвернуться, - снисходительным тоном разрешил бог девушке. Та мигом воспользовалась предложением и повернулась к двери. Все ее тело будто было объято невидимым огнем. Стыд сжирал ее изнутри, однако вместе с тем Эмили ощутила, как внутри растет возбуждение. Локи тоже понял, как сильно она его привлекает сейчас. Полностью обнаженная, смущенная, навевает воспоминания об их первой ночи. Когда это тело было под ним, послушное и влажное... Прямо под его руками... Трикстер резко оттолкнулся от столешницы, стремясь разогнать видения, так невовремя пришедшие. Эмили все так же не шевелясь стояла посередине комнаты. Мягкий свет от закатного солнца пробивался через окно, путаясь в ее волосах и очерчивая фигуру золотистым контуром. Бог лжи в который раз убедился в том, что она прекрасна. От чувств, что усиливались проклятием, Джонсон казалась едва ли не самой совершенной. Сосредоточившись, маг начал неспешно читать заклинание. Он старался не смотреть на девушку, потому что это мигом разрушало всякую собранность. Стоило лишь увидеть эти тонкие плечи, обнаженную спину и ягодицы... Вязь из рун медленно побежала цепочкой вокруг ее тела, возникнув прямо в воздухе. Эмили ненадолго даже забыла об сложившейся ситуации, будучи очарованной блеском магии. Она едва слышно потрескивала в воздухе. Вскоре остро начала ощущаться ее мощь. Джонсон вслушивалась в слова Локи и видела, как руны уплотняются. Затем они легли на ее кожу и растаяли. Трикстер после этого замолчал. Прошло несколько секунд в абсолютном безмолвии, затем бог обмана произнес одно слово на неизвестном языке, и руны снова появились, отделились от тела и растворились в воздухе. Эмили даже не дышала, сохраняя абсолютную неподвижность. Она нерешительно обернулась через плечо, когда молчание затянулось. - Ничего, - сухо произнес Локи, медленно комкая бумагу с заклинанием в руке. Джонсон отвернулась. Она практически не удивилась, наверное предчувствуя, что так и будет. Опыт с поиском заклинания против проклятия сказался. - Значит я могу одеться? - едва слышным шепотом спросила девушка, снова робея. Локи вдруг будто опомнился и расплылся в широкой улыбке, которую Эмили если не видела, то точно почувствовала. - Зачем? Целительница даже не успела заметить, как он оказался так близко. Хотя у нее была пара секунд, чтобы отстраниться или подхватить платье, но девушка совершенно не подумала об этом. Широкие ладони легли ей на плечи, обжигая кожу. По телу Джонсон пробежался ток, покусывая кончики пальцев. Она почувствовала дыхание Локи у себя на шее, и мурашки мгновенно промаршировали там, заставив вздрогнуть. - Тебе ни одно платье не идет так сильно, как твоя собственная нагота, - негромко пробормотал бог обмана, приведя руки в движение. Они плавно очертили контур рук и спустились на талию. Локи придвинулся ближе, соприкасаясь своей грудью со спиной Эмили. Та окончательно потерялась, по-прежнему закрывая руками свои прелести. - Что ты... - Хочу тебе сказать кое-что, - перебил ее лепет бог, зарываясь носом в мягкие темные волосы и с наслаждением вдыхая их запах. Целительница вся замерла, чувствуя, как загорается словно спичка в его руках. - Я солгал тебе, что заклинания не подействовали бы, будь на тебе одежда. - Что? - непонимающе выдохнула девушка, с трудом уловив смысл сказанных слов. - Это была моя месть тебе за то, что применила силу слова и заставила молчать, - улыбнулся трикстер, сказав это ей на ухо. Горячий шепот обжег ее. Целительница наконец поняла, о чем говорит Локи, и дернулась, стремясь освободиться от крепкой хватки. В ней моментально вспыхнула злоба. Но младший принц ее не отпустил. - Ты успешно попалась в мою ловушку, - засмеялся он, плавно спуская руки с ее талии ниже. Девушка снова рванулась в попытке отстраниться. Бесполезно. - Прекрати, если тебе не нравится. У тебя же есть сила слова, - раздавался позади вкрадчивый голос трикстера. Эмили опустила голову, постепенно сходя с ума от приятных касаний бога. - Боюсь, ты снова захочешь мне отомстить за это, - едва слышно проговорила девушка, хрипло сглатывая. Пальцы Локи остановились прямо перед ее промежностью. - У тебя полная власть надо мной. Разве нет? Эмили едва слышно вздохнула. Теперь она поняла, что несмотря на то, какая у нее имелась сила, власть была далеко не у нее. Бог обмана ловко мог обмануть ее и закрепить силу за собой. Как сейчас. Девушка не находила в себе смелости на то, чтобы прекратить его действия. Трикстер не позволил себе остаться пораженным и сделал свой ход. - Не хочешь попробовать остановить меня? - продолжал он говорить слова, которые для нее давно стали абсурдом. Руки продолжили сладкие движения, добравшись до клитора. Локи задел его, и Эмили невольно вскрикнула, запрокинув голову. - Стой... - снова прозвучало невнятным полухрипом. Послышался смешок. Трикстер продолжил сладкую муку, сдвигая пальцы все ниже, заставив девушку выгнуться. - Слишком неубедительно. Он почти что вошел в нее, но Джонсон, сильно разгоряченная его действиями, вдруг замерла. В ее голове мелькнула внезапная мысль, настолько безумная, что она даже прикусила губу. Тем не менее, она ей понравилась. - Остановись. Голос требовательно и твердо прозвучал, пронзив импульсом руку бога. Локи удивленно застыл, понимая, что в этот раз сила слова оказалась вполне себе действующей. Девушка с довольной улыбкой повернулась к нему. Тот не сдержался от вздоха, который она пробудила своей внезапной смелостью. - А теперь действует, - заключила целительница. Бог коварства остро почувствовал, как власть ускользнула из его рук. - И что ты намереваешься делать? - спросил он непоколебимым тоном, но Эмили, казалось, и не услышала его. Она оглядывала тело бога с ног до головы, и глаза ее темнели. - Ложись на кровать, - снова приказала она. Локи снова пронзили эти импульсы повиновения, словно слабый ток бежал от пальцев к груди. Ноги сами по себе двинулись к постели. Он был напряжен, но ухмылка проступала на его лице. - А перед этим разденься. Ее взгляд буквально прожигал спину. Бог обмана в который раз поразился тому, что в такой, казалось бы робкой и скромной девушке таится столько смелости и развязности. Пальцы расстегивали пуговицы рубашки. В отличии от Эмили, Локи не пробирало смущение. Наоборот, он делал это уверенно. Целительница выжидала, от нетерпения переступая с ноги на ногу. Его обнаженное тело было прекрасно. Худощавое, но сильное там, где нужно, без какого-либо изъяна. Джонсон вновь и вновь задумывалась о том, что этот бог совершенен. Она неторопливо подошла к постели, покачивая бедрами. Воздух между ними снова сгустился. Локи жадно ловил каждое ее движение, пожирая изумрудным взглядом. Эмили ловко забралась на постель и склонилась над ним, почти не соприкасаясь с его телом. Это лишь раздразнило бога. Младший принц протянул руки, чтобы схватить девушку и прижать к себе, но она не далась. Вместо этого Джонсон неожиданно припала губами к белоснежной шее трикстера. Ей нравилась эта роль. Главенствовать. Быть в чем-то выше Локи. Чувствовать, как он отзывается на ее действия хаотичными движениями, а иногда и судорожными стонами. Девушка опустилась телом на мага, плавно двигаясь ниже. Бог лжи рвано выдохнул, каждой клеткой ощущая ее касания. Она была такой горячей и желанной. Иногда Эмили задевала бедрами давно стоящий член, и это сводило его с ума. Они сплелись в страстном, медленном танце. Вскоре губы Джонсон оказались где-то внизу. Локи давно уже не смотрел, запрокинув голову. Эмили, забыв обо всем, обхватила ладонью его член и, не медля ни секунды, сомкнула губы у головки. Дрожь. Импульс, разорвавший низ живота и распространившийся по всему телу. Покрывало начало сминаться под длинными пальцами, когда она опустилась ниже, погружая его во влажное горло. Стало совсем жарко. Рассудок оказался в тумане, и реальность виделась очень далекой. Эмили стала двигаться уверенней и заглатывать больше. В ней снова закипела страсть, заставляя творить безумные вещи. Его стоны оглушали и вынуждали язык вертеться изощреннее, а пальцы двигаться быстрее. Локи давно уже перестал что-либо понимать. Она каждым движением вышибала из него любые мысли. Связь проклятия усиливала ощущения, отчего они становились практически непереносимыми. Когда бог понял, что больше не может это выдерживать, Эмили прекратила пытку и приподнялась. Она мигом опустилась вниз. Погрузив член в себя до основания. Сама вскрикнула и вздрогнула, оперевшись руками на его бедра. Бог коварства раскрыл глаза, которые стали практически черными. В который раз его пробрало восхищение. Сидя на нем, она была до умопомрачения прекрасна. Сладкая пытка продолжилась, превращаясь в безумие. В огонь, который обуял их обоих и заставлял сгорать дотла. Она смело стала двигаться, с каждым толчком увеличивая темп и постанывая. Ее крики были рваными, случайными. Истинное наслаждение просачивалось до самых далеких глубин тела и души. Локи ухватил ее за бедро, слегка приподнимаясь, и грубо увеличил темп, насаживая как можно больше хрупкое тело на свой член. Эмили вскрикнула, чувствуя, как все скапливается внутри в одном месте. Разрушительная сила готова была сотрясти ее тело. Было жарко, невыносимо приятно, влажно. Их тела сливались в одно, и это было несравнимо ни с чем. Локи сделал еще несколько сокрушительных толчков и замер. Их будто смыло волной гигантского океана, почти одновременно. Оба были им поглощены, затоплены окончательно. Оргазм оказался настолько сильным, что Эмили мгновенно повалилась на бога, не в силах держаться наверху. Она оказалась в его объятиях. Мокрая, тяжело дышащая. Не перестающая удивлять и возбуждать. Бог обмана все еще отходил, закрыв глаза. Ему казалось, что он сейчас где-то далеко, в несуществующем мире, который ведом лишь ему одному. Он чувствовал приятное тело под своими руками, и от этого становилось спокойно. Ночь наплыла спокойно, медленно и тихо. После жаркого секса Эмили быстро заснула, уложив голову богу на плечо. Локи еще некоторое время лежал в раздумьях, но затем уснул и сам. Тишина окутала, казалось, весь мир. Небо было ясным, и ночные светила роняли мягкий свет на землю, рассеивали его в окнах. Но вскоре во дворце снова появилось беспокойство. Что-то тенью проскользило в коридорах, мелькнуло в одной комнате и снова исчезло. Никто этого бы и не заметил, если бы не оставленный след. Джонсон сотрясли странные ощущения посреди ночи. Они были не ее, чужие, обеспокоенные. Сон неохотно ускользнул от Эмили. Она медленно распахнула глаза и тут же зевнула, после чего приподнялась на локтях и мгновенно отыскала глазами виновника иных эмоций. Локи стоял посреди комнаты. Целительница хотела было спросить, в чем дело, но взгляд вскоре сам отыскал причину. В комнате были цветы. Множество цветов. Те самые белые розы, аккуратно срезанные почти у бутона и разбросанные где попало. Эмили содрогнулась и удивилась тому, что не чувствует боли, а потом заметила, что все цветы сухие. Их специально высушили и только потом принесли сюда. - Как ты думаешь, кто это? - тихо поинтересовался бог, разглядывая это безумие темнеющим, опасным взглядом. Джонсон взволновалась, мгновенно подумав об Архане. Он был здесь? Видел их с Локи? Раскладывал эти бутоны, пока они спали? Девушке стало страшно. Сейчас она как никогда остро ощутила опасность, которую может представлять этот человек. Он просто так проникал куда угодно, к ней, несмотря на то, одна она или с трикстером. Ему было все равно. - Я чувствую твой страх, - хмуро сказал бог обмана, руша напряженную тишину. Эмили посмотрела на него, обняв себя руками. - Разве ты не боишься? Девушка действительно не могла понять или почувствовать в своей груди чужую эмоцию. Локи не ответил. Он продолжал рассматривать белеющие бутоны, словно те могли что-то сказать. Но розы были давно иссушены и безжизненны. Эмили глубоко вздохнула, подняв руку ладонью вниз. Лепестки вдруг вспыхнули и рассыпались в пыль. На несколько секунд комната наполнилась мерцающим свечением, а затем все исчезло. Покои приняли свой обычный мрачный вид. Стало немного легче, но сна уже как не бывало. Джонсон была погружена в глубокие и тревожные мысли. Опасность в виде Архана все шире открывалась ей и, казалось, наступала со всех сторон. От нее было не скрыться. И даже Локи, возможно, уже не сможет помочь. - Он не оставит тебя, пока ты не захочешь оказаться на его стороне. - Знаю, - отстранено ответила девушка. Бог обнажал ее мысли, словно читал их в голове. Снова повисло молчание. Целительница взволнованно грызла губу, а Локи наконец вернулся к постели, присев рядом. - Единственный выход - как можно скорее остановить его, - глухо сказала Эмили, сжимая складки покрывала. Бог коварства на секунду прикрыл глаза. - Это почти невозможно. Его власть за считанные секунды разрослась до невероятных масштабов. И продолжает расти. В открытую мы уже не сможем отвоевать у него дворцы. У девушки сжалось сердце. Она в отчаянии заламывала пальцы. - Неужели это настоящий конец? - прошептала целительница убитым голосом. Бог коварства приподнял одну бровь, посмотрев на нее. В его груди зашевелилось беспокойство. Она низко опустила голову, скрывая лицо за распущенными прядями волос. - Я хочу вернуться на Землю, - зазвучал ее дрожащий шепот. - И быть там до самого конца. С тобой или без тебя... У трикстера еще сильнее закололо в сердце. От услышанного он на секунду замер, а затем положил руку девушке на плечо. Она даже не шевельнулась. - Успокойся, - привычно ровным голосом произнес бог обмана. Но вышел обратный эффект. Ее руки начали дрожать. Локи быстро схватил Эмили и развернул к себе. Голубые глаза были наполнены слезами. Она вот-вот была готова расплакаться, потеряв всякую выдержку. - Еще не все потеряно, - твердо сказал младший принц. Целительница ослабла в его руках, нервно тряся головой. - Откуда ты знаешь? - Всеотец разработал план. Я уверен, завтра мы приведем его в исполнение. Эмили замерла. Слезы уже успели скатиться по ее щекам, неприятно щекоча кожу, но глаза перестали наполняться новыми. В них сверкнуло удивление. - Какой? - хриплым шепотом спросила Джонсон, схватив Локи холодной ладонью за запястье. Трикстер медленно лег, утянув ее за собой. - Завтра и узнаем. А сейчас тебе нужно еще поспать. Эмили не сопротивлялась, зарываясь носом в покрывало. Она прижалась к нему всем телом, и Локи почувствовал, как внутри наконец разливается спокойствие. До наступления утра оставалось несколько часов. Девушка закрыла глаза и вскоре засопела, провалившись в сон. А вот трикстер не мог уснуть, погрузившись в мучительные раздумия. Только он один знал о том, что у Всеотца не было никакого плана, кроме укрепления обороны и защиты главного города. И теперь бог коварства совершенно не мог уснуть, дав надежду Эмили. Это побудило его придумать план, что было невероятно сложно. Но иного выхода не предвиделось. Наутро, едва забрезжило солнце, весь Асгард уже был на ногах. Люди плохо спали, обеспокоенные новым могучим врагом, толпились у дворца, расспрашивая у стражи последние новости. Те уже не могли молчать, замученные, и говорили, что ничего не знают, ничего нет. Всеотец не выходил в народ, сам погруженный в глубокие раздумия. Оборона давно была максимально укреплена, часть стражи была рассортирована по всем остальным мирам, чтобы оказывать необходимую поддержку. Волнение и тревога становились обыденными вещами. Локи так же заставил девушку подняться рано. Он выглядел совсем не отдохнувшим, но в изумрудных глазах блестела какая-то мысль. Эмили, все еще слегка встревоженная, ничего не замечала. Поутру она сказала лишь пару слов и коротко поцеловала его в губы. Бог обмана понимающе смотрел на Джонсон и думал о том, насколько сильно она повлияла на него. И дело было не только в проклятии и чувствах. Благодаря ее волнению и переживаниям он действительно смог кое-что придумать. Они поднялись в зал совещаний, даже не позавтракав. Там уже находился Один, громовержец, Троица и несколько представителей Совета. Здесь собирались каждое утро, чтобы высказывать идеи и предложения по поводу нового кровожадного врага. Бог обмана уже давно при помощи заклинания телепатии передал Всеотцу свои мысли. И теперь ждал, что скажет Один. Он не знал, принял ли властелин девяти миров его идею, или же отклонил. По лицу старика невозможно было что-то понять. Практически всегда оно сохраняло привычную маску спокойствия и безразличия. - Итак, - неторопливо начал Всеотец, усаживаясь на главное кресло. Все остальные тут же уселись за ним. Эмили нервно сжала пальцы, подавшись вперед от нетерпения. Локи привычно отметил в себе такое же чувство. - Прошу высказывать предложения. После этих слов повисла тишина. Все сидели, опустив головы. Затем пара людей из Совета высказала стандартные предложения по поводу укрепления обороны и сбора армии. Ничего нового это не дало. Тягучее молчание затягивалось. Всеотец вздохнул и поднялся. Он неторопливо направился к середине залы, опираясь на посох. - Сегодня нам с Локи пришла в голову идея, - озвучил Один свои мысли. Трикстер медленно приподнял бровь, не ожидая, что отец упомянет и о нем. Напряжение разрослось в зале, ощутимо сплотив людей в одно целое. - Мне придется умереть. Мигом поднялся взволнованный гул. Все закопошились, а Джонсон дикими глазами посмотрела на Локи. Тот сделал вид, что не заметил ее взгляда и слегка прикусил губу, едва сдерживая улыбку. Всеотец слегка стукнул Гунгниром об пол, призывая к тишине. - Это будет не настоящая смерть, а лишь инсценировка. При помощи магии мы создадим физическую копию моего тела, куда на время переместим мое астральное. Таким образом дадим Архану понять, что правитель Асгарда пал, и город может быть отдан ему. Мы притворимся, что подавлены и готовы принять любую участь. И пока маг будет торжествовать, наши люди тайно освободят миры от его власти, а после свергнут и его самого. После речи в зале снова повисла тишина, но лишь на то время, пока люди осмысливали сказанное. Затем на лицах у всех появилось торжествующее выражение, и Совет дружно зааплодировал. Эмили сияла. Она с восторгом обернулась к богу и, не сдерживаясь, обняла его. Локи слегка улыбнулся, позволив себе на пару секунд прижаться к нежному телу. Идея была озвучена. Оставалось лишь привести ее в исполнение.

***

Красная жидкость в бокале красиво играла бликами от вечерних свеч. В уютной королевской спальне стояла тишина. На постели, среди самых мягких перин в расслабленной позе лежал Архан. Его рука была чуть согнута в локте и приподнята, держа напиток. Серые глаза наполнялись какой-то мыслью, очевидно приятной, потому что на губах застыла полуулыбка. Ему была приятна эта тишина, власть, которую он ни на минуту не переставал ощущать внутри себя и вокруг. Казалось, что даже это молчание появлялось и исчезало исключительно по его желанию, и стоит сделать щелчок пальцами - тут же все оживет и закипит жизнью. Но легкий стук в дверь без всякого щелчка разрушил идиллию, вынудив мага закатить глаза. Он, не вставая, дернул ладонью, и проход в покои открылся, являя взору мужчину с длинными черными волосами. Это был его ближайший советник, один из сильнейших магов. Значит, весть очень важная. - Ваше Высочество, - обратился он, выдержав деликатную паузу. Архан кивнул, разрешая продолжить. - В Асгарде траур. Всеотец погиб. Город сдается. Торжество разлилось по телу Архана прежде, чем советник окончил свою речь. Всего несколько слов оказались способны принести ему великолепное душевное настроение. Чего еще было желать? Правитель всех девяти миров скончался, и Асгард оказался в безвыходном положении. Сыновья Одина практически ни на что неспособны. А значит... - Победа, - совершенно широко улыбнулся Архан, живо поднимаясь с постели. Он пальцем приказал магу скрыться, и, все еще держа бокал в руке, подошел к огромной карте Игдрассиля, висевшей на стене. Взгляд его упорно держался на одной точке. Резким движением он выплеснул вино из бокала. Багровое пятно мигом окрасило карту и стало расплываться во все стороны, стекая вниз. Удовольствие еще сильнее затеплилось в груди Архана. Это была планета Асгард. А между тем, в противоположность этому триумфу, золотой город был погружен во тьму. Народ поразила ужасная новость о скоропостижной смерти Всеотца. От старости ли, а может быть от обилия тревог в последнее время - никто не ведал, да это и не было главной причиной раздумий. Все тревожились за ближайшее будущее. Казалось, город вздохнул и замер, так и не решаясь сделать выдох. Все погрязло в мрачном напряжении. Жители не заботились о том, кто будет следующим наследником - Тор или же Локи. Нет. Они знали, кто придет и займет престол. Это будет Архан. А вместе с ним явятся смерть и волнения. И тогда уже никто не будет в силах спасти ни этот мир, ни все остальные. Лишь несколько человек знали о великом обмане, и оттого были спокойны. Они искусно притворялись, надевая маски безмолвия и великой скорби. Локи удачно превратился в безликую тень, на бледном его лице застыло равнодушное выражение лица. Эмили старалась вторить ему, в то же время она была отдалена от бога, словно бы давая время для смирения. Совет и вовсе исчез из зала совещаний. Тор лишь один раз вышел в народ, сообщив прискорбную весть и уведомив о том, что прощание состоится этой же ночью, после чего скрылся во дворце. Весь город покрыла густая тишина. Наплывал страшный вечер, и всюду зажигались свечи и фонари. Все пребывали в страхе от грядущих событий. Кто-то успел покинуть Асгард, а кто-то мирился со своей участью. Три фигуры стояли в просторных покоях, которые невесть когда успели завесить черным атласом и уставить горшками с белыми розами. Контраст получился нелепым, но без роз обойтись было совсем нельзя - это память Всеотца о Фригг. Локи критически оглядел фигуру Одина, лежащую на постели. Его руки были мирно сложены на груди, на лице застыла вечная маска спокойствия. Все выглядело так, как и должно было быть. Трикстер осторожно еще раз проверил, хорошо ли действуют заклинания. Эмили и Тор тихо стояли рядом, готовясь к предстоящему отправлению Одина в Вальхаллу. Девушка подошла к окну, едва сдвигая темный занавес. На площади толпился народ, придерживая в руках ослепительно белые сферы. - Пора, - показался в открытых дверях стражник. Громовержец едва заметно кивнул, отступая. Вошла еще пара человек. Тело было перенесено на небольшое ложе. Его вынесли, а затем из комнаты последовали наружу Тор, Эмили и Локи. - Как думаешь, он придет? - дрожащим от волнения полушепотом поинтересовалась Джонсон у трикстера. Тот даже не взглянул на нее, но задумался над вопросом. Он чувствовал, как девушка боится. - Увидим. И вот, тело было перенесено на лодку. Она была богато украшена белыми розами и лентами. На лицо Всеотца лег мягкий золотой свет, и от этого оно приобрело еще более спокойный вид. Где-то вдалеке зазвучала печальная музыка. Звуки, провожающие великого правителя в последний путь. Локи и Тор встали в центре площади. Эмили пришлось невольно отделиться от них, но она находилась практически рядом. Девушка сразу отыскала взглядом Троицу. У Сиф стояли в глазах слезы. Целительница получила свою сферу. Они были всюду, разбросанные словно светлячки в густой траве. Небо широко раскинулось над головами людей, царственное и безмолвное. Оно, как и всегда, было прекрасно, а в эту ночь еще и роняло звезды, словно оплакивая Одина. Лодка тихо поплыла. Бесшумно рассекая воду, она подгонялась легким течением, уходя все дальше и дальше. Тору достались лук и стрела. Он смотрел вдаль, выжидая момента. Вся его фигура выражала скорбь и бесконечную усталость. Под этим настроением, казалось, вся толпа слилась воедино. Музыка будто нарастала. Огонь опалил конец стрелы. Она искрой взметнулась в воздух, дрожа под напряжением тетивы. И вдруг сорвалась, пущенная сильной и точной рукой. Описав мягкую дугу, наконечник врезался в лодку, заражая ее красным маревом. На воде разгорелся огонь. Эмили вздрогнула, отпуская сферу. Сотни тысяч их взмыли в воздух, становясь похожими на звезды. Небо стало еще ярче и светлее. Лодка горела и удалялась, превращаясь в сплошное красное пятно. Кто-то плакал. Были слышны всхлипывания. И музыка, все напряженнее звучащая в ушах. Джонсон застыла всеми членами, не в силах пошевелиться. Она вдруг почувствовала тревогу, но не успела различить еще в себе этих ощущений, как оказалась схвачена кем-то за руку. Холод обжег ее. - Идем, - шепнул знакомый голос. Целительница в легком испуге обернулась, сталкиваясь с изумрудными глазами. Локи, ничего больше не сказав, мигом утянул ее в толпу. Эмили, пребывая в смятении, покорно последовала за ним, впопыхах успев только один раз оглянуться назад. Голубые глаза успели уловить сотни огоньков, рассыпавшихся на границе воды. - Куда мы? - задыхаясь, воскликнула Джонсон. Вопреки ее ожиданиям, они проследовали не во дворец, а стали его огибать. Внутри девушки заколыхались сомнения. Трикстер ничего не говорил. - Если ты не скажешь, я прикажу тебе остановиться, - угрожающе повысила тон девушка, сильнее сжав влажные пальцы. Локи усмехнулся. - Попробуй. Эмили возмущенно втянула в легкие воздух, переходя на легкий бег. Куда? Зачем? Ничего не было понятно. Они выбежали к небольшой площадке в саду, что располагался в окраинах дворца. Джонсон непонимающе оглядывалась вокруг, пытаясь понять, почему они здесь. Локи останавливаться не собирался. Все в том же темпе они неслись прямо к твердой стене. Эмили даже не успела что-то сказать или вскрикнуть. Лишь тонкие пальцы сжались максимально сильно на холодной руке. Еще пара шагов, и все вокруг вдруг окутывается белыми искрами. Дворец с садом исчезают, и белизна начинает слепить. Джонсон лишь спустя несколько секунд осознала, что они прошли тайную тропу. Мгновение, и ее рука разжимается. Девушка от неожиданности остановилась, жадно вдохнув кончившийся кислород в легкие. Почему-то воздух неприятно обжег прохладой горло. Послышался хлопок, отдаленно напоминающий тот, с которым закрывается тропа. Целительница непонимающе огляделась вокруг, а после ошарашенно уставилась на бога коварства. Тот спокойно смотрел на нее темно-зелеными глазами, словно ожидая чего-то. Но Эмили практически ничего не могла вымолвить, обхватив себя руками. Она только шире открыла свои глаза, которые теперь приобрели еще более холодный оттенок. Они находились в Йотунхейме.