Teachers

Проснулся я в кровати (что не могло не радовать), но не в своей, и понял это ещё до того, как открыл глаза, ведь чувствовал непривычный, но от этого не менее приятный запах чужого постельного белья. Моя подушка пахла иначе, да и на ощупь была несколько твёрже. Но моё пробуждение на таком удобном месте было единственным приятным моментом за всё это утро. Начинать новый день не хотелось от слова «совсем», потому что голова болела так сильно, что казалось, если я совершу хотя бы минимальное движение, то она просто взорвётся, да и тошнило неслабо, поэтому я лежал, не меняя положения, так долго, насколько хватило терпения. Но продирать глаза, чтобы оценить окружающую меня обстановку, а также посмотреть на того, кто приютил меня этой ночью, всё же пришлось. Разлепив веки, я принялся оглядываться по сторонам и обнаружил себя в довольно светлой спаленке, но едва мой изучающий взгляд наткнулся на мнущуюся у входа в комнату девушку, что куталась в лёгкий халатик и тоже рассматривала меня (причём со слишком уж удовлетворённой улыбкой), я тут же впал в шоковое состояние. Благо, была это Виктория, а не неугомонная Ингрит, что не отлипала от меня всю вторую половину вечера, но это не особо меня успокоило, и то, о чём я подумал, наверняка огромными буквами было написано у меня на лбу. - Чтобы упростить сложнейший мыслительный процесс, что отражается сейчас на твоём лице, спешу сообщить, что между нами ничего не было, - пустила смешок мисс Вуд, которую моя сбитая с толку физиономия откровенно веселила. – Это – моя гостевая комната, ночевала я в своей спальне, так что можешь выдохнуть и расслабиться, своему принципу – не спать с коллегами – ты остался верен, - не прекращала излучать позитив рыжеволосая, а я не изменил охреневшее выражение на более приемлемое, хотя не мог отрицать того, что её заявление действительно меня успокоило. – Доброе утро, - поздоровалась она, но в ответ получилось лишь кивнуть. - Я вчера так сильно накидался, что не смог самостоятельно домой уехать? – я даже не узнал собственный голос, когда задавал этот вопрос, настолько сипло и противно он звучал, а сухость во рту и вовсе причиняла боль. - О да-а, - присвистнула Викки, после чего, видимо, вспомнила, зачем пожаловала в комнату к своему гостю, поэтому приблизилась к кровати, протянула мне стакан воды и вложила в раскрытую ладонь таблетку. – В определённый момент ты просто вырубился, но бросить тебя в баре спящего нам с Алекс совесть не позволила. Сначала хотели спихнуть твоё тело Бирсаку, с которым вы вискарь на брудершафт глушили, но найти его не смогли, он исчез, даже не попрощавшись, невоспитанный мальчишка, - мягко улыбнулась Вуд, благодаря чему стало ясно, что на Энди за его «невоспитанность» она злится только для вида. – У Алекс – муж и дети, было бы странно, если бы она притащила невменяемого коллегу мужского пола к себе, поэтому миссия по спасению тебя легла на мои плечи. - О боже, какой брудершафт? Ты серьёзно?.. – простонал я, закрывая лицо ладонями, вместо того, чтобы поблагодарить Викторию за заботу, потому что напоминание об Эндрю услужливо подкинуло в голову картинки, содержание которых повествовало о настолько неоднозначных событиях, что хотелось просто удавиться. Мы и правда до такой степени нажрались, что при жарчайшей взаимной неприязни целовались, и не просто по приколу, а с явным намерением зайти дальше, или же мне всё это лишь померещилось в алкогольном бреду? Я не помнил ни того, что предшествовало этому абсурду, ни того, что было после, помнил лишь момент поцелуя и больше ничего. Я, наверное, даже в студенчестве до такой частичной амнезии не допивался… - ... а когда мы заставили его выйти на сцену и спеть что-то из Элвиса, то там все присутствующие просто обмерли, настолько шикарно и завораживающе голос звучал. Вот даже сейчас мурашки бегут, как вспоминаю вчерашнюю песню, - делилась впечатлениями Виктория, а я настолько ушел в себя, что на время выпал из реальности и потерял нить рассказа, поэтому недоуменно уставился на говорившую девушку. - Кого заставили? - Ну как кого?! Энди! – повысила голос Вуд, и я тут же поморщился от нового спазма головной боли, который спровоцировал слишком громкий для моего нынешнего восприятия звук. – Прости, - тут же извинилась она и продолжила говорить уже полушепотом. – Энди петь заставили. Ну мы же в караоке пошли после того, как за Кейт припёрся муж и увёз её домой, или ты и этого не помнишь уже? - Помню, что шли, саму дорогу, и больше нихрена, - вздохнул я, массируя виски подушечками пальцев. – Никаких песен и ничего из того, что ты тут рассказывала. - Очень жаль, потому что, если так, то ты многое пропустил, - поджала губы коллега. – Среди всех наших ещё никто так здорово на сцене не зажигал, как Бирсак, даже... - Ну пусть бы и валил куда-нибудь петь, раз голосистый такой, нечего в школе такому таланту пропадать, - фыркнул я, всё ещё придерживая голову руками и пытаясь стащить своё упакованное в измятую после сна одежду тело с кровати. - Ночью ты тоже самое сказал, только немного другими словами и совершенно с иной интонацией, - передёрнула бровями рыжеволосая и принялась мурлыкать всем известную «Love me tender», которую, по всей вероятности, вчера исполнял историк. - Всё, не хочу о нём говорить, и так настроение отстойное, - отмахнулся я. - Просто я подумала, что вы после вчерашнего помирились. - А что вчера такого произошло, чтобы это повлекло за собой наше примирение?.. – опасливо поинтересовался я, одновременно желая услышать ответ и боясь его знать, ведь судя по этим ухмылкам, девушка определённо помнила куда больше моего, и если вдруг с Бирсаком я обжимался при свидетелях... это крах всему. – Мы реально на брудершафт пили или что? - Ты чем меня слушал? Я уже сказала, что это шутка, - закатила глаза мисс Вуд. – Вы просто вместе пили и при этом неплохо общались. Ты вроде даже готов был признать, что Энди – неплохой парень. - Я такого не помню, значит, такого не было. Не хочу говорить об этом человеке, - чеканя каждое слово, категорично заявил я, и Викки понимающе кивнула, но удержаться от очередной непонятной улыбочки не смогла, а затем, когда она направилась на выход из комнаты, я услышал, как коллега бурчит себе под нос: «Как дети малые, ей-богу», – и, в принципе, я был с ней согласен. И пусть я с лёгкостью свернул разговор об Эндрю с Викторией, так просто выкинуть из головы мысли об этом парне и том, что я всё же помнил со вчерашнего вечера, я не смог. Это не давало покоя, ведь я понимал, что разобраться в причинах произошедшего у меня точно не получится, вне зависимости от того, осталось ли в памяти брюнета столько же, сколько в моей, или нет, так как он в любом случае включит дурачка, если я задам ему мучающий меня вопрос. Но прояснить ситуацию всё равно хотелось. С другой стороны, какой вообще смысл обсуждать сделанное по пьяни? «Было и было, чёрт с ним», – так сказал бы я себе, будь на месте Бирсака любой другой парень, плевать, знакомый или нет, но это ведь был именно Энди. Энди, который нереально выводит меня из себя, который и сам не испытывает ко мне особо тёплых чувств (тем более, в свете последних событий – моего решения подпортить его планы на экскурсию, а также заявления, что мечтаю добиться его ухода), и меня просто рвало на части от непонимания, какого хрена при всём при этом он целовал меня. Но ещё сильнее меня поражало то, что я с такой охотой ему отвечал. В голове собственное поведение не укладывалось, и даже то, что я был «в говно», совершенно меня не оправдывало. Неужели Викки права, и я нажрался настолько, что счёл ненавистного коллегу нормальным парнем, ещё и позволил ему распустить руки (и язык)?.. Мне следовало бы просто забыть об этих мутных моментах и забить на них, так как во время ближайшей встречи с историком побеседовать с ним на данную тему всё равно возможности не представится. Вокруг нас будут любопытные дети, которым совсем нежелательно знать, насколько их преподаватели неадекватны, когда напиваются, а если я уже после каникул вдруг заведу такой разговор, это будет ещё страннее. «Хэй, чувак, хрен знает сколько времени назад мы набухались и зажимались в подсобке клуба, так вот я внезапно решил выяснить, что заставило нас это сделать», – ну бред же, верно? Поэтому лучше уж сделать вид, что я ничего необычного не помню, и со временем я действительно перестану париться по этому поводу. Дальнейшие дни и события, связанные с ними, прошли так, как и проходили многие годы до этого: встреча с родными на Рождество, весёлая вечеринка в честь Нового Года с друзьями, затем несколько суток, проведённых в образе ленивца. И после такого основательного расслабления собираться в долгожданную поездку, на которую я возлагал огромные надежды, не хотелось совершенно. Внутренний голос даже подбивал меня на то, чтобы я отказался от своей обязанности ехать на данную экскурсию, но сдаться и проиграть Бирсаку (о котором действительно удалось забыть на время праздников) я не мог, поэтому собрал волю в кулак и заставил себя упаковать небольшую дорожную сумку. В назначенный день, пребывая в полной готовности отправляться в путь, я находился на стоянке у школы – она же место сбора, и старался не нервничать, так как меня с самого утра не покидало какое-то тревожное предчувствие. Возможно, это было всего лишь волнение перед встречей с Энди (с которым непонятно вообще как вести себя), а может, и что-то другое, разобраться не удавалось, но что бы там ни было, я всё равно пытался успокоиться и хотя бы внешне не выглядеть удручённым. Детишки медленно подтягивались и занимали места в автобусе, ибо внутри него было куда теплее, нежели на улице, где топтался я, а сам экскурсовод не спешил присоединяться к нашей компании, и, на мой взгляд, такое поведение было чересчур наплевательским. Бирсак обязан был прийти раньше всех, ну или хотя бы одним из первых, чтобы стоять на моём месте и наблюдать за тем, как собираются его подопечные. Даже самый главный опаздывающий нашей школы (которого, к слову, я совершенно не ожидал увидеть среди желающих попутешествовать!) явился раньше, нежели ответственный за поездку учитель. - Какие люди, Дэнни! – изумился я, когда узнал шагающего в мою сторону паренька, что улыбался во весь рот и просто излучал позитив. – И ты едешь? - А то! – горделиво вздёрнул подбородок ученик, поравнявшись со мной, после чего протянул руку для пожатия. Я тут же откликнулся на этот жест. - И что, тебе действительно интересно тащиться на какую-то скучнейшую экскурсию, на которую всех возят каждый год? – меня на самом деле разбирало любопытство, что же могло заставить этого шалопая променять несколько дней заслуженного отдыха на какую-то образовательную поездку. – Ещё и тратить свои каникулы на это, серьёзно? - Да я вообще понятия не имею, куда мы там держим путь, - пожал плечами Дэн, чем окончательно сбил меня с толку. - Так зачем ты вообще записался?.. - Во-первых, там будете вы, во-вторых – Бирсак, поэтому, куда бы мы ни отправились, это по-любому будет весело! – расхохотался парень, и прежде чем я высказался о том, что думаю насчёт его объяснения, залез в автобус. Когда все ребята заняли свои места (хотя салон заполнился всего лишь на две трети, а то и меньше), и наступило время выезда, Эндрю всё не было, и это не могло меня не бесить. Этот человек в очередной раз доказывал свою безответственность и безалаберность, неготовность действительно заботиться о детях и своим примером показывать подросткам, как должен поступать взрослый сформировавшийся человек. Ну как так можно вообще, а? Настроение упало до критической отметки, хотя и до этого не было вдохновенным, и мне казалось, что как только я увижу историка (если он вообще соизволит явиться), то прибью гада на месте, не постеснявшись учеников и водителя. И он таки пришел, правда, спустя полчаса после момента, когда мы должны были выехать. Я заметил коллегу ещё издалека. Идиотская детская шапка на башке, вязаная и с помпоном, похожая на ту, что была на голове у Кевина в первой части «Один дома», лёгкая ветровка, напяленная совершенно не по погоде, а за спиной рюкзак. Как будто бы, блять, десятилетнего мальчика накормили той фигнёй, которую ела Алиса в Стране чудес, чтобы вырасти, и его вытянуло на два метра, потому что я бы ни за что не согласился с тем, что шагающему в мою сторону человеку с улыбкой на всё лицо уже за двадцать. - Ты опоздал на грёбаных тридцать пять минут, где тебя, сволочь, носило? – зло прошипел я, хватая его за куртку и притягивая к себе, как только брюнет тормознул в двух шагах от меня. - Джинсы новые покупал, - оповестил меня Бирсак, с самым счастливым видом демонстрируя обновку. – Оказалось, у меня нет ни одних без дырок, а нужно ведь выглядеть прилично, вот и пришлось… - А заранее проверить гардероб и собраться не судьба? – перебил его попытку отмазаться я, хотя сомневался, что он реально задержался именно по такой вот нелепой причине. - Не судьба, не все такие правильные и дотошные, как наш физик, - поджал губы Энди, но тут же снова приобрёл наисчастливейшее выражение морды. – Так вот, насчёт джинсов... - Всё, мне это не интересно, - закатил глаза я, снова прерывая его ненужный отчёт. - Я знаю, поэтому и рассказываю! – весело добавил парень и легонько толкнул меня локтем в бок. Казалось, его не печалит даже то, что уговорить меня остаться дома так и не удалось, он просто излучал позитив и всепоглощающую радость. - Залезай уже в автобус, - вздохнул я, подталкивая Эндрю внутрь, ибо желания прямо сейчас упражняться с ним в остроумии не было – мы и правда должны как можно скорее выехать. - Хорошо сидят, правда? А материал какой приятный… – продолжал рассыпаться в комплиментах своей тряпке историк, нарочно пытаясь окончательно вывести меня из себя, но я держался, чтобы не сорваться и действительно не наброситься на этого полудурка при детях. - Всем привет, очень рад вас видеть, - поздоровался с учениками Энди. – Нам предстоит совершить увлекательнейшее путешествие, благодаря которому многие из нас смогут расширить свой кругозор и посмотреть на некоторые вещи иначе. По крайней мере, мне бы очень этого хотелось, и я буду прикладывать усилия, чтобы данная поездка на самом деле стала интересной и запоминающейся. Значит так: думаю, все заметили, что выезжаем мы не утром, как принято, а во второй половине дня… - А кое-кто ещё позволяет себе опаздывать, - себе под нос буркнул я, и Бирсак снова услышал мою реплику, но лишь на секунду прервал своё обращение, чтобы показать мне язык, а затем продолжил, как ни в чём не бывало. - Так вот, по плану мы должны приехать на место назначения вечером, поспать, а утром с новыми силами отправиться на первую экскурсию. Не я это придумал, но, возможно, в таком подходе к делу действительно что-то есть. Предлагаю больше не терять ни минуты (а то мистер Сайкс, который сегодня не в духе, меня сожрёт), и отправляться в путь. Все одобрительно загудели, кое-кто даже заржал с его «остроумной» шуточки, и брюнет гордо прошествовал в конец автобуса, чтобы занять свободное место. Я же из принципа не захотел садиться с ним, поэтому опустился на сидение рядом с Дэном, чему парнишка несказанно обрадовался, хотя и постарался меня уверить, что предчувствовал такой расклад и знал, что мы будем сидеть вместе. Как Эндрю отреагировал на такое откровенное пренебрежение его обществом, я не видел, да и знать особо не хотел. Мне просто необходимо было успокоиться, чтобы действительно не портить ученикам поездку своей кислой рожей, а сделать это рядом с раздражающим меня субъектом было бы крайне трудно. И какой бы репутацией этот оболтус ни обладал, отрицать то, что Дэнни был поистине клёвым собеседником, когда не пытался шутить на запрещённые темы и подначивать меня, я не мог, поэтому уже спустя минут пятнадцать пути благодаря общению с этим парнем я забыл о причине своего расстройства. Мы говорили о всяком, словно между нами нет разницы практически в десять лет, и мне даже начало казаться, что после окончания им школы мы могли бы остаться приятелями. Всё было замечательно до момента, пока я не скользнул взглядом к окну и не понял, что пейзаж за ним немного отличается от того, который я привык видеть во время поездок в Питтсбург. Тревожное предчувствие, что весь день не давало мне спокойно дышать, снова вспыхнуло в груди от догадки, которая родилась в голове. Я медленно поднялся со своего места и на негнущихся ногах двинулся в конец салона, дабы задать вопрос нашему руководителю. Энди сидел, обняв себя руками и заткнув уши наушниками, задумчиво пялился в окно, но стоило мне опуститься на сидение рядом с ним, как историк мигом повернулся в мою сторону и стащил с себя гарнитуру. - Эндрю, разреши-ка поинтересоваться: куда мы едем вообще? – прозвучало немного более нервно, чем я рассчитывал, но тем не менее. - В Детройт, - уверенно и совершенно спокойно ответил парень, как будто бы именно туда и была запланирована экскурсия, одобренная администрацией школы. - Ты в своём уме, идиот?! Какой нахрен Детройт? – вызверился я, хотя попытался сделать это как можно тише и не привлечь лишнего внимания. – Тебе же не позволили туда ехать! - Пф, и что ты сделаешь? Развернёшь автобус? – приподнял бровь Бирсак, вновь обнимая себя руками. - Нет, мальчик, по возвращению обратно я тебя сдам. С потрохами сдам, не сомневайся! – зло шипел я, чтобы наш разговор не дошел до чувствительного слуха учеников, а Эндрю закусил губу и томно прикрыл глаза, как если бы я ему сейчас не угрожал, а шептал что-то пошлое. Господи, хоть бы на нас никто не пялился в этот момент… - Да пожалуйста, как пожелаешь, - как только я закончил говорить, его лицо тут же приняло самое обычное выражение, и парень безразлично пожал плечами, будто ему совершенно наплевать на то, что его карьере в нашей школе вскоре придёт конец. Знал же, нутром чувствовал, что доверять ему нельзя, что он обязательно замутит подставу, и всё равно упустил момент, чтобы предотвратить беду! Просто я ведь и не предполагал, что ему хватит духу учинить такое в моём присутствии, поэтому расслабился, и теперь мы тащимся неизвестно куда и неизвестно зачем всего лишь по прихоти малолетнего засранца, который считает, что самый умный. За-ме-ча-тель-но. - Господи, я же ёбнусь с тобой…. – прохныкал я, стискивая переносицу двумя пальцами, потому что мне кажется, что это – только начало данной «охуительной» поездки, и впереди меня ждёт ещё немало испытаний. - С каких это пор ты со мной? – праведно возмутился паршивец. – Отсядь и расслабься, - фыркнул он, вновь натягивая на голову наушники и отворачиваясь к окну, а я прислушался к совету и вернулся к Дэну, но не потому, что Бирсак так сказал, а потому что и сам не мог больше находиться к этому человеку настолько близко. Иначе я действительно не удержал бы себя в руках и просто его придушил. Вот же ублюдок, до сих пор поверить не могу, что таки не побоялся меня и всё равно решил воплотить свои неадекватные планы в жизнь! Насколько же нужно быть самоуверенным, чтобы полагать, что ему сойдёт с рук столь серьёзное нарушение? Похоже, он и правда настолько бесстрашный, насколько и бессовестный, но я приложу максимум усилий, чтобы проучить этого некомпетентного мальчишку, главное – пережить эти несколько дней, а там уже его настигнет расплата, и тогда посмотрим, кто будет смеяться последним.