Teachers

Это может показаться странным, но, тем не менее, как только я осознал, что мелкие на самом деле не попали ни в какую беду и не свалили из Детройта без нас, в какой-то степени я даже порадовался этому форс-мажору с массовым побегом. При таком раскладе мне теперь не придётся мяться перед детьми, будто это именно я провинившийся школьник, пытаясь оправдать наше с историком опоздание – я могу сходу наехать на учеников за их выходку и буду прав. Появляться перед их глазами с таким козырем на руках стало не так стрёмно. Переступив порог забегаловки, я первым делом выцепил взглядом зачинщика сего беспредела, гордо занимающего столик у окна, но разразиться гневной тирадой мне не позволил коллега, который, видимо, решил, что человек я ненадёжный и уже успел забить на обещание «обойтись без мата», поэтому, как только я открыл рот, он тут же прикрыл его своей ледяной ладонью и заговорил с предателями сам. Замечательно, блять. - Молодые люди, как прикажете это понимать? Вы хоть представляете, что мы пережили, когда не обнаружили вас в отеле?! Как вам вообще в голову пришло покинуть его пределы без спросу? А если бы что-то случилось? – посыпал вопросами Эндрю, окидывая взглядом стушевавшихся ребят. - Так нормально же всё, к чему такой кипиш? – абсолютно все выглядели виноватыми и сидели, опустив головы, все, кроме самопровозглашенного парламентёра, что без капли стыда за содеянное бесстрашно смотрел нам в глаза и нахально лыбился. – Тем более, мы же не ушли гулять по городу, а всего лишь перешли дорогу, потому что хотели перекусить. Это преступление – испытывать голод? – театрально вздохнул Дэн. - С этим и потом разобраться можно. Скажите мне лучше, где автобус и водитель? – оторвав от лица ладонь, плотно прижатую к моим губам, я очень злобно задал вопрос, который в данный момент интересовал меня сильнее остальных. - Да там с этим ведром на колёсах опять нелады какие-то. Водила решил перед выездом подремонтироваться, чтобы снова не застрять посреди трассы, - без каких-либо особых эмоций поделился информацией двенадцатиклассник, как будто сейчас и правда ничего необычного не происходит, и всё так, как и должно быть. - Окей, дело и впрямь важное, но почему нас никто ни о чём не предупредил? – я старался не орать на всё заведение, чтобы не портить настроение другим посетителям (которых, к слову, было не так уж много), но скрыть возмущение в голосе мне не удавалось. – Нам никто не звонил и не сообщал ни о намерениях устранить неполадки с автобусом, ни о решении покинуть гостиницу. Понятно, вы раздолбаи безответственные, но он-то – взрослый серьёзный человек, - на этого мистера я злился не меньше, и хотя его здесь не было, я не сомневался в том, что и он получит свою порцию пиздюлей, как только попадётся мне на глаза. - Мистер Би вчера сказал, что завещает мне свою должность, вот я и разбирался сам, потому что вас не было, - пожал плечами парень, причём с таким видом, будто мы с Энди – два тупых, и не понимаем очевидных вещей, но на самом деле именно Дэнни сейчас пытался держать нас за дураков. Наверное, зря я всё-таки забил на профилактические беседы с ним, когда понял, что мальчишка отбитый, и мне его уже не исправить, потому что теперь он, похоже, окончательно распоясался и стал ощущать себя абсолютно бессмертным. Маленький поганец. - Ну, во-первых, завещание не вступило в силу, потому что я остался жив и вернулся из того заброшенного домика в целости и сохранности, - сложил руки на груди Бирсак и уставился на авантюриста очень строго, как настоящий серьёзный препод, а не кореш, которого он постоянно строил из себя в школе, чтобы завоевать ученическое доверие. – Во-вторых, у тебя всё это время был мой номер телефона. Почему, когда мы с мистером Сайксом не появились в назначенное время на месте сбора, ты мне не позвонил и не попытался выяснить, где мы находимся и почему задерживаемся? – наехал на двенадцатиклассника Эндрю, и на хулигана тут же завистливо уставились абсолютно все девчонки, ведь у него имелся номер красавчика-историка! Сто процентов эта информация не даст юным красавицам покоя, и они пойдут на всё, чтобы выведать у Дэна заветные цифры. - А то мы не в курсе, почему вы задержались... – с улыбкой прищурил глаза хитрец, и у меня моментально всё оборвалось внутри. Я даже почувствовал, как табун ледяных мурашек совершает спринтерский забег вниз по спине, а коллега, стоявший со мной плечо к плечу, без промедления успокаивающе сжал мою руку своей, но так, дабы этот жест остался незаметным для учеников. – Бухали, небось, всю ночь, а потом проспали будильники, так что мои звонки оказались бы такими же бесполезными, - поспешил добавить любимый ученик, глядя на нас обоих взглядом «как же здорово я вас отмазал, можете не благодарить», и, чёрт, у меня и правда отлегло. Уж лучше пусть детишки знают такую правду, чем думают о том же, о чём и неадекватный сеятель хаоса. – Да и у вас, кстати, тоже был мой номер, могли бы позвонить и дать распоряжения, если бы реально что-то серьёзное случилось. Но вы не могли позвонить, потому что сто процентов во время сбора всё ещё валялись в отрубе, - совсем разошелся нахал. – И сейчас неважно выглядите. Голова, наверное, побаливает, да? Остальные ребята забыли о том, что нужно сидеть с виноватым видом, потому как абсолютно все с первобытным ужасом уставились на в конец охреневшего Дэнни. Он и раньше позволял себе то, чего не мог позволить ни один ученик, причём делал это на постоянной основе, но настолько откровенная дерзость в обращении к учителям была перебором даже для него. Группа замерла в ожидании смертной казни парнишки, но, что удивительно, при всём моём ахуе, вызванном таким неприемлемым поведением, желания придушить подростка я, почему-то, не испытывал. Ведь он не стал во всеуслышание говорить о том, о чём думал на самом деле, даже с шутливой интонацией, и я был благодарен ему за это, хоть и не собирался говорить «спасибо» прямым текстом. Энди же не догадывался о том, что за эмоции бушевали внутри меня в данный момент, так как не смотрел в мои глаза и не видел, что я почти в норме (за исключением лёгкого шока), поэтому на всякий случай парень ещё сильнее сжал мою руку своими пальцами. Видимо, испугался, что я без лишних слов брошусь душить придурка, и таким образом хотел удержать меня от рукоприкладства, но я стоял без движений и просто сверлил ученика нечитаемым взглядом. Накалившуюся обстановку разрядила Кристалл, перекрестившая воздух в направлении Дэна перевёрнутым крестом и сопроводившая это действие фразой, произнесённой загробным голосом: «Я помолюсь Сатане о твоей душе, когда тебя прикончат. Безумец». Признаюсь честно, от смеха не сдержался даже я. И всё же пару ласковых сказать ребятишкам пришлось, чтобы и правда не думали (как охуевший Дэнни), что можно вытворить всё, что угодно, и остаться безнаказанными. Материться я не стал, хотя очень хотелось, но попытался доходчиво объяснить, что поступить так, как поступили они – было отвратительным решением. И понятно, что инициатором был один человек, но у остальных ведь был выбор, они могли отказаться и не идти на поводу! Поэтому взбучку ученики действительно заслужили. Эндрю во время моего поучительного монолога стоял чуть поодаль и изображал очень строгого учителя, внимательно слушал, но ничего от себя не добавлял. Когда я закончил говорить, брюнет сообщил, что отойдёт, чтобы связаться с водителем и узнать, какого же чёрта тот поверил, что Дэнни реально за что-то отвечает, и не стал звонить нам, дабы сообщить о поломке. Я благословил его на это дело, а сам присел рядом с бесстрашным Дэном, чтобы продолжить допрос и узнать истинные причины, зачем он придумал столь масштабную авантюру, которой подставил не только себя, но и остальных, что было вроде как не в его правилах. - Итак, дорогой мой, - тяжело вздохнул я, глядя Дэну в глаза. – Как же тебе пришло в голову – подговорить всех смыться? Потому что я ни за что не поверю, что вы просто проголодались. Можно было совершенно спокойно пожрать в кафе при отеле и дождаться нас там, чтобы мы с мистером Бирсаком не носились, как укушенные, и не сходили с ума от переживания. Зачем вы ушли? - Да как-то всё слишком скучно для вас двоих проходило, - напыщенно скривился ученик. – Захотелось напомнить, с кем именно вы отправились в поездку, потому что, если к мероприятию причастен Дэнни – оно по любому не пройдёт как по маслу, - и всё же насколько хорошо я изучил этого наглеца! но всё равно недостаточно для того, чтобы предотвращать его подставы – Экскурсия и правда была настолько интересной, что я едва не забыл о своём предназначении, но, благо, вовремя вспомнил и успел исправиться. Неужели вы реально ожидали, что всё будет гладко, как ножки чирлидерш? - Скучно?! Да эта поездка и без твоего финта потрепала мне столько нервов, что я едва не обзавёлся преждевременной сединой! – моему негодованию не было предела, но я по-прежнему понимал, что, как бы я ни возмущался, толку от этого не будет никакого – переделать Дэна я не сумею. Возможно, если бы я взялся воспитывать его раньше, это дало бы какие-то результаты, но сейчас уже слишком поздно. - Вам посоветовать хорошую краску для волос? – приподнял бровь двенадцатиклассник, но тут же поспешил выставить перед собой ладони с видом «сдаюсь», видимо, таки испугался моей в момент озверевшей рожи. – Да ладно, ну что вы обижаетесь-то сразу, мистер Эс? Шучу я. Расскажете хоть, почему на самом деле проспали? – слишком резко меняя тему, едва слышно поинтересовался он и подсел ко мне вплотную, на что я тяжело вздохнул. Знал же, что этого не избежать, и допрос обязательно из одностороннего превратится во взаимный, но говорить о нашем опоздании всё равно особого желания не было. - Скажи мне лучше, что ты вчера на телефон Бирсака закинул? – тяжело выдохнув и тоже понизив голос, решил поинтересоваться я, и тем самым сбить парня с толку. Тем более, узнать ответ на этот вопрос я и правда хотел, и если уж коллега не колется, что же там за хрень такая, то, может, сам проказник поделится информацией?.. - Ему понравилось? – тут же загорелись любопытством глаза ученика. - Его рожа улыбалась, хотя он вроде как ругал тебя, - согласно покивал я, припоминая вчерашние эмоции историка. – Что там было? - Вы не видели? – улыбка Дэна стала хищной. - Если бы видел – не спрашивал бы, - всё сильнее раздражался я. – Ну?.. - А вы расскажете, почему так сильно опоздали? – ну и проныра! Вот за что я полностью был спокоен, так это за то, что после окончания школы с такой-то настойчивостью он точно не пропадёт, куда бы ни подался. - Ты попал в яблочко своим предположением, мы и правда бухали прошлой ночью. Без шуток, - негромко, но совершенно серьёзно и предельно честно признался я. - Бухали, и?.. – приподнял бровь Дэн, ожидая пикантных подробностей, которые реально были, но я не собирался снова посвящать в них эту хитрую морду. Хватило вчерашнего прокола с поцелуем, о котором он бы и не узнал, если бы не я. - И всё. Просто напились и немного поговорили, а потом проспали. Всё, - развёл руками я, наблюдая за тем, как хитрая морда превращается в разочарованную. - Капец вы скучные, - покачал головой ученик. – А говорили хоть о чём? – вот же неугомонный наглец! - Что ты ему прислал? – не сдавался я, проигнорировав очередной вопрос, потому что меня снова начали одолевать мысли о вселенском заговоре, и это меня бесило, но получить ответ я не успел. - Мистер Харрис сказал, что подъедет в течение получаса, - с тяжелым выдохом опустился за наш с Дэнни столик Бирсак, чем заставил нас двоих вздрогнуть, и я в который раз поразился способности брюнета появляться в самый неподходящий момент. – Так что потихоньку можно начинать собираться в дорогу, - громко объявил он, после чего сложил руки перед собой, уронил на них голову и подозрительно затих. Похоже, желание Дэна – добавить в нашу поездку капельку экстрима – здорово подкосило непривыкшего к подобным форс-мажорам коллегу, но убитое состояние Энди можно понять. По дороге сюда он узнал новость, что заставила его среди ночи вернуться домой в другой город, а затем утром вновь примкнуть к нашей группе, при этом новость была не из приятных и нехило так помотала парню нервы; потом я решил докопаться со своими допросами и попытками споить, и довершением ко всему было исчезновение детишек, которые пусть и благополучно нашлись, но тоже заставили поволноваться. Тут не нужно обладать сверхчутьём, которым, по всей видимости, обладает он сам, чтобы понять, что Эндрю сейчас держится из последних сил. Даже жаль его как-то стало... - Видите, что вы наделали? – громко обратился ко всем ребятишкам я. – Мистер Бирсак к вам с душой, даже правила ради вас нарушил, а вы устроили ему слишком жесткое боевое крещение! Теперь он больше не согласится везти вас на интересные экскурсии, а предпочтёт сохранить остатки нервов, которые не полегли смертью храбрых от вашей безрассудной выходки. Эх, вы... Вторая часть моей речухи была нацелена на то, чтобы расшевелить историка и заставить его возразить, но, по всей видимости, парню действительно было настолько плохо, что он даже не нашел в себе сил на то, чтобы как обычно вступить со мной в перепалку или хотя бы недовольно огрызнуться. Зато удалось надавить на совесть детишек – они мигом начали извиняться и клятвенно уверять, что такого больше никогда-никогда не повторится. Все, кроме Дэна, которому по-прежнему не было стыдно, даже при том, что его любимый мистер Би так и не поднял головы, а продолжил молча лежать на сложенных руках лицом вниз. Тут мне окончательно стало его жаль, и после того, как Энди приходил мне на помощь, когда видел, что хреново мне, сделать вид, что я не замечаю, в каком состоянии он, я не мог. Я чувствовал себя обязанным ему за ту поддержку (пусть я и не просил тогда об одолжении), и теперь должен был сделать что-то в качестве ответного жеста. - Нужно поесть перед дорогой, - я как можно безразличнее (потому что рядом Дэнни) пихнул Бирсака в руку, что лежала передо мной на столе, так как коллега сидел напротив, после чего подозвал официанта, чтобы сделать заказ. - Нужно, - так и не пошевелившись, буркнул он. – Хотя вообще не хочется, голова капец как разболелась из-за стресса. - Моя тоже, и, тем не менее, - вздохнул я, после чего потыкал в брюнета уже острым углом меню. – Держи. Пока мы вдвоём запихивались едой и хлебали кофе под внимательными взглядами детишек, которые успели подкрепиться ещё до нашего прихода, двенадцатиклассник разошелся и начал трындеть. И его болтовня, к слову, совершенно не способствовала спокойному поглощению пищи, она лишь заставляла мою башку болеть сильнее, но на попытки его заткнуть говорун не реагировал. - Так здорово время здесь, в Детройте, проводим, неправда ли? Может, ну его нах вообще – домой возвращаться? – обращаясь ко всем и сразу, предложил Дэнни. – Потусим здесь до конца каникул или покатаемся по стране. У нас же есть свой транспорт, который вот-вот доремонтируют. Ну или вскоре соберёмся нынешней компахой и снова куда-нибудь рванём, а? – продолжал нести чушь парнишка. – Я всё порешаю, я с директором на короткой ноге, - с избытком пафоса в голосе протянул он. - То, что ты однажды подставил мистеру Бэ-э подножку, не значит, что ты можешь использовать данное выражение, - мой ответ на уверенное заявление ученика заставил Эндрю подавиться, после чего коллега затрясся, и было непонятно, то ли он беззвучно ржет, то ли кашляет, то ли всё вместе. – У него немного иной смысл, чтобы ты знал, - добавил я, просвещая Дэна. - Что-о? Такое действительно было? – неверяще глядя то на меня, то на довольно скалящегося идиота, поинтересовался историк. - А ты сомневаешься? – устало выдохнул я. - Так что насчёт моего предложения? Давайте не будем ехать домой? – не унимался хулиган. - Извини, дружище, но мне домой ещё и как нужно, так что лично я тебе компанию не составлю, - покачал головой Эндрю. - Ай, точно, вам же к мини-Бирсаку нужно... – звучно хлопнул себя по лбу двенадцатиклассник, но произнёс это негромко, чтобы не шокировать такой информацией остальных. – Пусть он поправляется там. После этого Дэнни ненадолго затих, но именно ненадолго, так как спустя минуты три молчания его лицо растянулось в привычной заговорщической улыбке, и он снова обратился к лениво жующему коллеге. - Мистер Би, вам понравилось то, что я вчера вам прислал? - А ты только прислал что-то, да? – вопросом на вопрос ответил Энди, приподнимая уголок рта в не менее коварной лыбе. – Больше никуда не лез и ничего не смотрел?.. – теперь вверх поползла ещё и тёмная бровь. - Нет, - растерянно покачал головой любимый ученик, не врубаясь, что происходит, ведь он пытался смутить историка, но что-то явно шло не по плану. - У-у-у, дружище, как ты мог так просчитаться-то? У тебя же была куча времени и возможностей найти там что-то интересное и компрометирующее. Ты бы точно нашел, если бы поискал, - ну нихрена себе контратака! Впервые кто-то уделал Дэна на моих глазах, заставив его чувствовать себя проигравшим, причём, одной левой и совершенно не напрягаясь. - Ну вот зачем вы так со мной? – захныкал парнишка, напрочь позабывший о том, что начинал этот разговор для того, дабы самому посмеяться над реакцией учителя на свою подставу, потому что в данный момент его сто процентов разрывало от сожаления о своей вчерашней недальновидности. – Что я вам сделал, чтобы заслужить такое? Ну, кроме того, что привёл всех в это кафе без спросу. Я же теперь изведусь от догадок, что же такого я мог в вашем телефоне нарыть... - Тебе было бы интересно, отвечаю, - хмыкнул Эндрю. И пусть теперь даже не пытается меня разубедить в том, что он не ловит кайф, заставляя кого-то сгорать то любопытства, теперь я ни за что в это не поверю! Хотя, признаюсь честно, когда Бирсак применяет свои умения не на мне, то со стороны наблюдать за его мастерскими манипуляциями даже забавно – мордаха Дэнни сейчас просто неописуема. – Как же ты мог так протупить?.. - А объяснит мне кто-нибудь, что же он тебе скинул? – решил вклиниться в этот диалог я, особо ни на что не надеясь, но, как говорится, попытка не пытка. – Что способно сломать мне психику, но при этом вызвать у тебя улыбку умиления. Может, ты меня недооцениваешь, и я бы тоже в восторг от увиденного пришел? - Скорее, в бешенство, - ответил брюнет. – Там фотка, но тебе я её не покажу, - ну кто бы, блять, сомневался. – Можешь обратиться к Дэну, он покажет, если готов к мгновенной смерти. - Дэн ещё не выполнил своё предназначение, поэтому Дэн не готов, - сокрушенно покачал головой двенадцатиклассник, а за окном прозвучал сигнал, что нам пора на выход, так как наш автобус прибыл и готов к выезду. Похоже, моё любопытство так и останется неудовлетворённым, ну хрен с ним. От того, что теперь я не один мучаюсь неведением, действительно становилось чуточку легче, но не объявить этим двум придуркам, что у меня их заговоры «вот уже где сидят», я не смог, хотя и прозвучало это безобидно, благодаря моей усталости. Как и предполагалось, просто встать из-за столов и загрузиться в автобус – это сли-ишком просто, а наша компания не из тех, кто идёт лёгким путём. Детишки выстроились в очередь в туалет, что, в принципе, было здравым решением, но задержавшим нас ещё минут на двадцать как минимум. Зато я успел лично отчитать водителя за то, что он не сообщил о неполадках с транспортным средством именно Бирсаку, а договорился о своей отлучке в ремонт с учеником. Это ведь и правда верх глупости – купиться на гон подростка, заявляющего, что он – доверенное лицо ответственного за поездку учителя, и что самого учителя привлекать к решению серьёзной проблемы совсем необязательно. Ещё успел пофотографироваться с ребятами, которые умоляли об этом и строили настолько трогательные щенячьи глазки, что я просто не мог отказать. Также, благодаря этой атаке милотой я совершенно позабыл о том, что вроде как всё ещё немного злюсь на абсолютно всех за недавний финт с побегом. Ко всему прочему, мне таки пришлось ответить на вопрос, почему же мы с Эндрю не явились на место встречи вовремя, а опоздали практически на четыре часа, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему – я официально подтвердил предположение Дэнни о том, что мы на самом деле накануне перебрали с алкоголем (ведь это и было правдой!), на что детишки клятвенно пообещали никому о нашем проколе не рассказывать и сохранить его в тайне. Правда, многие, почему-то, решили, что после пьянки в компании друг друга мы с Энди стали закадычными друганами, и пускай это было не так, но разубеждать никого я не стал, всё же это действительно только наше с историком дело и ничьё больше, и отчитываться мы ни перед кем не обязаны. Когда уже практически все заняли свои места в салоне, а я продолжил дежурить у входа в автобус снаружи, ко мне со спины прижался некто, обнимая своими ручонками меня поперёк груди. К этому моменту у меня уже не осталось сил на бурные возмущения, да и желания особо кипишевать не было, несмотря на то, что нас могли видеть ученики, но и полностью проигнорировать этого мистера «я-не-собираюсь-приставать» я тоже не мог, поэтому тяжело вздохнул и без агрессии буркнул: «Бирсак, ну хватит уже меня лапать». И уж чего я не ожидал, так это услышать ответ совершенно не Бирсачьим голосом! - Да это я, мистер Эс, - послышался смешок из-за спины, из-за чего я натянулся, как струна, потому что понял, что снова проебался. Но это было ещё не самым страшным промахом, потому что в следующую секунду, обернувшись через плечо и убедившись, что меня обнимал именно Дэн (который, благо, почти сразу же отлип), я выдал гениальнейшый вопрос: - А Бирсак где? - Я не знаю. А вас беспокоит то, что вас лапаю я, а не он? – мгновенно отреагировал светящийся от радости двенадцатиклассник. – Хотите поговорить об этом? - Так, Дэнни! – сквозь зубы прорычал я. – Чего тебе неймётся? Что за дурацкие провокации? - Да какие провокации, о чём вы вообще? – попытался прикинуться дурачком он, а я заметил шагающего в нашу сторону брюнета в своей идиотской шапке. - Ты где был? – это уже было обращение к подошедшему Энди, хотя прозвучало оно скорее как наезд. - Так за кофе ходил, - отсалютовал мне бумажным стаканчиком коллега и тут же отпил из него. – Голова и не думает успокаиваться, решил, что дозаправка кофеинчиком не помешает. - А мне? – хотелось произнести это шутливо, но... как-то не получилось. Получилось жалобно и обиженно, потому что я почувствовал аромат любимого напитка, и мне тоже снова захотелось кофе, но времени на его покупку уже не было, а этот гад стоял напротив и неосознанно дразнил меня. - То, что я один раз тебе его испортил, не означает, что я обязан снабжать тебя им до конца жизни, - деланно возмутился голубоглазый, но спустя буквально несколько секунд расплылся в довольной улыбке, потянул собачку молнии на своей куртке вниз и запустил руку за пазуху. – Да шучу я, не дуйся! – закатил глаза он, после чего достал из внутреннего кармана такой же стаканчик и протянул его мне. Наверное, в момент, когда я перестал хлопать глазами, неверяще пялясь на протягиваемое, и таки забрал из рук парня свой напиток, я разлыбился как настоящий долбоёб. И, наверное, оно и к лучшему, что люди не могут видеть себя со стороны в подобные моменты, иначе я бы точно пристрелил себя к чёртовой матери за эту идиотскую несдержанность. Но на нас смотрел Дэнни, и широкий жест Эндрю, а также моя на него реакция, сразили этого чокнутого просто наповал. - Меня сейчас разорвёт от умиления, - хватаясь за сердце, пропел ученик. – По-прежнему утверждаете, что между вами двумя ничего не происходит? – игриво пошевелил бровями двенадцатиклассник, за что моментально получил... снежком по роже. От своего любимого учителя истории. Получил, на несколько мгновений пораженно замер, а потом разразился возмущениями. – Эй, мистер Би! Где вы вообще снег нарыли, грёбаный Коперфильд?! – и его шок был вполне объясним, ведь снега вокруг почти не было, несмотря на время года и сумасшедший дубак. - Специально для тебя нашел, - не растерялся Бирсак, пожимая плечами. – Лезь в автобус! – строго приказал он, кивая на открытую дверь. - Хорошо-хорошо, ухожу! – обиженно прокричал Дэнни. – Могли бы просто попросить оставить наедине, будто я бы не понял, так не-ет же, надо было снегом в морду... – бубня себе под нос негодования (хотя, могу поспорить, на самом деле он нисколько не обижен, просто как обычно притворяется), парень таки забрался внутрь, оставив нас с историком одних. И как только ученик удалился, между нами почему-то повисло молчание. - Ну и как ты снежок смастерил за доли секунды, причём из воздуха? – чтобы разрядить обстановку, решил поинтересоваться я. - Я заранее её сделал, вон там, - Эндрю указал на небольшую кучку снега у соседствующего с кафешкой магазина, – а потом запихнул в карман, чтобы никто не узнал о ней заранее. - И зачем же ты это сделал? – меня уже пробивало на «хи-хи», потому что... Он серьёзно вообще?! Ну что за ребёнок, Господи... - Чтобы бросить в Дэна, - пожал плечами голубоглазый с видом «ну что за вопросы, всё же и так понятно». - Не понравилось, что мы с ним обнимаемся? – решил поддеть его я. – Ревнуешь? - Да ради бога, обнимайтесь сколько влезет, - фыркнул брюнет. – Просто я был уверен, что он не оставит без внимания тот факт, что я снова угощаю тебя кофе, вот и решил сбить его с толку этой снежкой. - Ну так зачем тогда решил угостить, если знал, что Дэнни прикопается? – я задал вопрос одновременно с тем, как делал глоток из стаканчика, чтобы спрятать за ним свои эмоции (потому что меня самого умиляло это нелепое недоухаживание), а усталый Бирсак снова улыбнулся тепло и душевно, в какой-то степени даже печально, смущённо потупил взгляд, и после этого совершенно неожиданно выдал: - Так ведь из жалости. - Не понял... – покачал головой я, совершенно не врубаясь в смысл только что услышанного. – Из какой ещё жалости? Ну-ка поясни! Но придурок, не стирая с лица улыбку, тяжело вздохнул и просто опустил ладонь на моё плечо, приободряюще похлопал, мол, держись, бедняга, после чего развернулся и тоже забрался в автобус. Я несколько секунд простоял, не шевелясь, ибо всё ещё надеялся въехать, о какой жалости идёт речь, но в голову ничего не шло, и я отправился следом за коллегой. Моё возмущение: «Эндрю, ну что ты за человек такой?..» – так и не сорвалось с губ, потому что в нём не было смысла, и от ответа всё равно ничего бы не изменилось. Историк шустро метнулся к своему привычному месту в хвосте салона, бросил на сидение свой рюкзак и вернулся на переднюю площадку, так как, видимо, собирался толкнуть речь или что-то в этом роде. Я же, бегло пересчитав пассажиров и убедившись, что никого не потеряли, решил усаживаться и тоже направился в самый конец автобуса, после чего опустился рядом с рюкзаком Энди. Сам Энди, к слову, удивился моему выбору места, но не стал громко высказываться по этому поводу и пока промолчал. Не то, чтобы я прям горел желанием провести столько времени бок о бок конкретно с Бирсаком, просто понимал, что если сяду с Дэном, то он за всю дорогу без сомнений вынесет мне мозг своими вопросами и пошлыми намёками, не позволит вздремнуть (а этого очень хочется, потому что голова просто разрывается), а рядом с коллегой, что страдает от такой же проблемы, что я сам, мне будет спокойнее. К тому же, есть вероятность, как бы между прочим, задать ему некоторые вопросы и получить очередную дозу правды, на которую я за эту чёртову поездку подсел как на наркоту... - Итак, ребята, давайте подведём итоги, - устало выдохнул парень, и было очевидно, что заниматься этим ему в данный момент хотелось бы в последнюю очередь, но совесть обязывала убедиться, что все усвоили урок, который он вроде как пытался донести. – Кто может мне сказать, в чём был смысл нашего путешествия в этот город? И ученики действительно начали отвечать, причём уверенно, что свидетельствовало о том, что эти несколько дней не прошли даром и оставили след в их сердцах. Кто-то говорил о том, что даже нечто великое и могущественное, как Детройт в начале прошлого века, может потерпеть крах, и от этого никто не застрахован, кто-то вспоминал театр и людей, что способны на ужасные вещи ради наживы, даже поднять руку на прекрасное, а кто-то сделал вывод, что всегда остаётся шанс всё исправить, правда, на это может уйти слишком много времени и сил, поэтому лучше не допускать упадка, и беречь наследие, оставленное предками. Дети и правда благодаря этим экскурсиям осознали вещи, о которых никогда прежде не задумывались и вряд ли бы задумались, если бы не эта бунтарская выходка Эндрю. - Ну вот и славно, - с облегчением выдохнул Бирсак, когда последний из учеников умолк. – Делитесь этими знаниями с друзьями в школе, потому что мистер Сайкс прав – хрена с два я снова соглашусь взять на себя ответственность за таких безумцев и повезти вас на экскурсию в другой город, - поджал губы коллега, чем поверг в ужас абсолютно всех. Но надолго его не хватило, и спустя несколько мгновений он вымученно, но всё же улыбнулся. – Ладно-ладно, шутка. Меня не так просто напугать, но это не зна-ачит, что нужно пытаться найти предел моему терпению, понятно тебе, Дэнни? – уточнил Энди конкретно для беспредельщика, который, благодаря уверенному заявлению учителя о своём бесстрашии тут же хмыкнул и сто процентов сгенерировал в своей башке сто и один способ, как всё же довести препода до белого каления. – Потому что если во время очередного фокуса кто-то из вас пострадает, то мне просто-напросто больше не доверят проведение подобных мероприятий. Поэтому давайте договоримся: если вас хотя бы чуточку тронула эта поездка, то постарайтесь не создавать лишние проблемы и другим преподавателям во время выездных экскурсий. Все согласно загудели (ну ещё бы, пообещать можно всё, что угодно, но кто сказал, что они собираются выполнять данные обещания?), и историк с чувством выполненного долга потащился в конец салона. Моё соседство, как я уже упоминал, его удивляло, но ничем, кроме вопросительно приподнятой брови, он этого не показал, просто спокойно занял своё место у окошка и одной рукой обнял рюкзак, так как во второй всё ещё был стакан с напитком. Как и у меня. - Я жду объяснений насчёт того, что ты сказал на улице, - я решил сразу же удовлетворить своё любопытство, до того, как отрублюсь, потому что понимал, что близок к этому. – К чему ты жалость упомянул? Это мне тебя должно быть жаль, а не наоборот. - Если ты считаешь, что мы находимся на достаточно безопасном от ребят расстоянии, чтобы наши откровенные разговоры никто не слышал, то ты ошибаешься, - негромко проговорил парень. – Я не собираюсь всю дорогу болтать с тобой о личном при стольких свидетелях, как и вообще болтать, так что можешь отсаживаться, если тебя такой расклад не устраивает, - пожал плечами он, после чего приложился губами к стакану. Я на сто процентов был уверен в том, что брюнета нехило удивило то, что я не сдвинулся с места и действительно не отсел после его заявления об отказе разбавить скучную автобусную поездку разговорчиками. Первое время Эндрю сверлил меня непонимающим взглядом, а затем, видимо, таки смирился с навязанным мною соседством и расслабился. Спустя какое-то время коллега полез в свой рюкзак, из которого вытащил наушники, но не те накладные, в которых он слушал музыку по пути в Детройт, а попроще, ваакумные, подсоединил их к своему телефону, после чего без слов вручил один мне и включил свою музыку. В принципе, я не имел ничего против, к тому же, то, что звучало из наушника, который я воткнул в ухо, было вполне приемлемо. Приятный слуху гитарный перебор и ненавязчивый вокал в какой-то степени даже подействовали на меня успокаивающе, пока я неожиданно не осознал одну вещь – вот, наконец, и настал момент, чтобы попытаться осмыслить всё произошедшее за эти несколько дней, упорядочить мысли и чувства и разложить всё по полочкам, дабы окончательно не свихнуться от бардака, воцарившегося у меня внутри. И, чёрт, меня нереально пугала перспектива этой грандиозной уборки, так как я понимал, что за такой мизерный промежуток времени всё моё мировоззрение тупо изменило свои полюса, перевернулось с ног на голову, и тут так просто не разобраться, но в то же время всё моё существо буквально вопило о том, что я должен это сделать как можно скорее. И, несмотря на то, что я уже находился на пути к отключке, я решился. Итак, начнём с того, что я согласился на эту чёртову поездку, руководствуясь единой целью – вывести на чистую воду одного зазнавшегося ублюдка, который проник в наше учебное заведение, как вредоносный вирус, и начал постепенно разрушать всё изнутри. Я пошел на это, пожертвовав несколькими днями своего заслуженного отдыха, только потому, что понимал – никто, кроме меня, не видит того, насколько этот лицемер опасен, и никто, кроме меня, не сможет помешать ему беспредельничать и оградить от его негативного влияния подростков, потому что только я имел редчайший иммунитет против необъяснимого обаяния Эндрю. И с первых минут нашего путешествия я убедился, что не ошибся в своих догадках насчёт неадекватности историка – он самолично изменил маршрут поездки и место назначения, что было просто вопиющим непрофессионализмом с его стороны, но в то же самое время этот прокол юного коллеги давал мне отличную возможность перекрыть ему кислород по возвращению обратно. Прошло всего несколько дней, мы возвращаемся домой, а я напрочь сбит с толку и полностью растерян, потому что зазнавшийся ублюдок оказался не так прост, как мне казалось раньше! Я совершенно случайно узнал кучу моментов, нахрен перевернувших моё восприятие этого человека, но при этом всё равно не узнал его достаточно, чтобы понять, что же он представляет собой на самом деле, и как мне следует к нему относиться. Я обнаружил в себе странную черту – маниакальное желание разгадать все загадки едва знакомого мне парня, который за всё время нашего общения только и делал, что выводил меня из себя, и это открытие было пиздец каким неожиданным; а ещё – я другими глазами посмотрел на занозу в заднице, бывшую моим любимым учеником, и, чёрт, настолько запутался, что не описать словами... От самокопания под спокойную музыку, звучащую на периферии сознания, меня отвлёк громогласный оклик: «I wanna rock!» – раздавшийся в само ухо, из-за чего я неслабо дёрнулся и тут же распахнул глаза. За окном уже было не так светло как в тот момент, когда я прикрыл уставшие веки, и, похоже, я и сам не заметил, как всё же вырубился. Но сморило не меня одного, так как сосед, прижимающийся к моему плечу своим, вздрогнул от громко заигравшей мелодии одновременно со мной, да и, благодаря тому, что резко вынырнул из дрёмы, не сразу сообразил, что вообще происходит. Он даже не вспомнил, что делился со мной наушником, и принял вызов, не побеспокоившись о том, чтобы отобрать у меня проводок. Краем глаза я успел прочесть имя звонившего, что высветилось на экране, прежде чем сомкнуть веки и вновь притвориться спящим. «Грязный Джо». Я едва удержал при себе смешок, и мне даже стало интересно, как же у него подписан я. - Ну где ты, пап? Долго тебя ждать? – послышалось слабым детским голоском, и я тут же перестал дышать – Бирсака назвали папой. Это звонит его сын, у этого ненормального действительно есть ребёнок! – Я уже соскучился. - Я тоже немыслимо скучаю, дружище, - хриплым после дрёмы голосом, но с невозможно нежной интонацией протянул Эндрю. Даже не глядя на его лицо, я был на сто процентов уверен, что он сейчас улыбается. – Мы всё ещё в дороге, потому что не получилось вовремя выехать, но, обещаю, уже вечером я буду с тобой. - А с голосом что? – прозвучало слегка растерянно и обеспокоенно. – Заболел? - Нет, просто задремал в пути, - прочистил горло брюнет. – Ты как чувствуешь себя? - Ну, нас выписали, поэтому приезжай сразу домой, - увильнул от прямого ответа мальчик, чем напомнил мне того, кого он называл папой. Уходить от ответа – это так в стиле Бирсака. - Это хорошо, что ты предупредил, а то я попёрся бы в больницу и потерял время, - я снова без взгляда на историка смог понять, что произнёс он это с улыбкой. Затем голос в трубке, вернее, в наушнике, сменился женским. Сначала я услышал, как этот голос просит у Никки папу на пару слов, затем шаги, звук закрывающейся двери и тяжелый выдох, прежде чем заговорить. Я не шевелился и практически не дышал, при этом меня рвали пополам две эмоции: ощущение, что я влез во что-то слишком личное, о чём знать мне не положено, и в то же время сумасшедшее любопытство, перемешанное со страхом разоблачения, потому что я очень боялся, что Эндрю поймёт, что второй наушник у меня, а я не сплю, и отберёт его, благодаря чему я так и не узнаю, чем закончится разговор людей, до жизни которых мне не должно быть никакого дела. - Мне Блэр сегодня звонила. Рассказывала, что ты к ней заглядывал вместе со всей группой, и, судя по её приподнятому настроению, про Никки ты ничего не сказал, поэтому я тоже промолчала, - она говорила негромко и тоже очень устало. – Хотя было непросто. - Я не хотел её волновать, ещё и при полном доме народу, - оправдался Бирсак. – Потом как-нибудь расскажем, когда он окончательно в себя придёт. Сама-то как? - Нормально, если не брать во внимание то, что за трое суток в общей сложности спала не больше пяти часов, - безэмоционально произнесла собеседница. – Как долго тебе ещё добираться? - Я уснул в дороге, поэтому точно не знаю, где мы сейчас едем, и как скоро окажемся в Цинцы. Но вечером точно буду. - Тогда до вечера, - хрипло попрощалась девушка. - Не «до вечера», а «до завтра», сейчас же ложись спать! – строго приказал Энди, на что в ответ ему лишь фыркнули и тут же бросили трубку. Сам парень тяжело вздохнул и принялся набирать сообщение, судя по характерным звукам прикосновения к сенсорной клавиатуре. Я же по-прежнему не шевелился, хотя уже бояться было нечего – разговор был окончен, и я послушал его от начала до конца. Но, твою же мать, благодаря услышанному в моей голове родились новые вопросы, и я начинаю подозревать, что это какая-то болезнь, которую спровоцировало появление Бирсака в моей жизни, потому что раньше я за собой не замечал мании доебаться до каждой детали биографии левого человека и задаться вопросами, ответы на которые я вряд ли получу. Интересно, это лечится вообще или я безнадёжен?.. - Спрашивай уже, - неожиданно подал голос вновь откинувшийся на спинку сидения брюнет, чем заставил меня вздрогнуть. Мда уж, после такого палева хрен теперь удастся прикинуться спящим. - С чего ты взял, что я хочу что-то спросить сейчас? – не открывая глаз, поинтересовался я. - Да ты всегда этого хочешь, - цокнул языком Эндрю, устраиваясь поудобнее. – Но последние несколько минут вообще сидишь весь напряженный, будто вот-вот от любопытства лопнешь, я чувствую это. - Плечом своим что ли? – я даже фыркнул на это заявление. Нашелся сверхчувствительный, блять. - Именно. - Ты, конечно, лоханулся, позволив мне подслушать разговор с твоими близкими, но это не моё дело, - я произнёс это вслух больше для того, чтобы убедить в этом себя, чем для него. Мы не настолько хорошо общаемся, чтобы я имел моральное право лезть с вопросами конкретно на эту тему, несмотря на то, что мне действительно интересно. - Раньше тебя это как-то не особо останавливало, - чего он, блять, добивается? Сам хочет рассказать о чём-то, но при этом подстроить всё так, будто именно я выпытал? – Ну как хочешь. Я понимал, что если полезу с расспросами о семье, это заставит Бирсака думать, что меня волнует его личная жизнь, и, да, она и правда представляла для меня интерес после некоторых уже открывшихся деталей, но я не хотел, чтобы историк знал об этом наверняка. Но, в то же время, как можно было не воспользоваться возможностью задать вопрос, когда он сам в открытую предлагает спросить?.. - Кто такой этот Грязный Джо? – на выдохе поинтересовался я, так и не открывая глаз и всем своим видом показывая, что мне, в общем-то, особого дела до данного разговора нет. - Такая, - с нажимом уточнил Энди, пуская смешок. – Это та Джо, с которой я говорил, мама Никки. - А что за кличка такая странная? – здесь уже я нахмурился, но век по-прежнему не разомкнул. - Когда наступает Хэллоуин, нет человека убедительнее в образе пирата, чем эта женщина. И нет человека, который бы из года в год был верен одному и тому же образу так же, как она верна образу Грязного Джо, - негромко, но с эпической интонацией поделился коллега. – Хотя, откуда тебе знать, что делают обычные люди на Хэллоуин?.. Я собирался поспорить и убедить скептически настроенного парня, что не такой уж я и бесчувственный монстр, которым он меня считает, что праздники я чту, и что моё неверие в Санту не значит, что я плохой человек, но... было как-то слишком лень. Меня снова уносило куда-то в дальние дали, а я особо и не сопротивлялся, позволяя себе окончательно расслабиться. И я точно не могу сказать, приснилось ли мне следующее происшествие или же нет, и я всё-таки пересиливал себя и вёл полусвязный диалог, но я вроде как почувствовал ладонь на своей талии, которая ненавязчиво подтянула меня ближе к Эндрю, и я вроде как возмутился такому самоуправству. А потом вроде как даже услышал ответ на свои возмущения. - Что ты делаешь, придурок? - Да никто не смотрит, я проверил, - самый уверенный шепот, который когда-либо приходилось слышать. - Хм, так, может, давай ещё и поцелуешь меня, раз никто не смотрит? - Вообще-то, это ты у нас за поцелуи отвечаешь, потому что инициатива в основном от тебя исходит, - вроде как наезд, но в то же время интонация совершенно безобидная. - О, уже «у нас»? - Не придирайся к словам. - А ты не дыши мне на лицо... Разбудили меня уже на подъезде к городу, очень осторожно и бережно убрав мою башку со своего плеча и шепнув, что мы почти доехали. В салоне было темно, как и за окном, а также тихо, видать, ребят тоже вымотала дорога, и они либо дремали, либо слушали музыку в наушниках, но между собой никто не общался. Даже не верилось в то, что эта ебанутая во всех возможных смыслах данного слова поездка вот-вот подойдёт к концу... Когда автобус свернул в сторону школы и сбавил скорость, готовясь затормозить на привычном месте, меня во второй раз накрыло волной необъяснимой паники. Я ведь так и не разобрался в себе, продрыхнув практически всё время, проведённое в пути, и сейчас, прежде чем проститься и разойтись, мне предстояло поговорить с Эндрю и расставить все точки над «і» в наших взаимоотношениях, но я даже не представлял, что ему сказать! Единственное, что я знал наверняка – общаться, как раньше, мы уже не сможем, слишком много необъяснимой херни произошло между нами за эти дни, но меня просто коробило от перспективы прямо задавать вопрос: «И что теперь, как нам друг с другом себя дальше вести?» – потому что это странно. Но и свалить, не выяснив отношений, я тоже не мог. Этот чокнутый однажды сведёт меня с ума! Прощание с учениками, к моему сожалению, прошло слишком быстро: все пожелали нам хорошо провести остаток каникул, Дэнни снова полез обниматься, при этом с очень серьёзным лицом говорил, что нам всем обязательно нужно собраться снова и как следует оттянуться, затем пристал к девчонкам с вопросом, кого нужно проводить, и я даже не понял, когда именно наступил тот момент, когда мы с Бирсаком остались одни. Видимо, парнишка тоже упустил его из виду, и как только осознал, что, кроме нас, больше никого нет, своим излюбленным жестом похлопал меня по плечу и попытался как можно скорее сделать ноги, но я предотвратил побег, схватив его за рюкзак. - Не так быстро, ковбой. Есть разговор. Энди перспектива серьёзного выяснения отношений не обрадовала (именно поэтому он и пытался свалить до того, как я начну говорить), но второй попытки к бегству парнишка не предпринял. И, признаюсь честно, мне было бы гораздо проще, если бы именно сейчас он внезапно врубил свою детскую придурковатость и побежал прочь, потому что мне самому не особо хотелось говорить об этом всём сейчас, а так была бы крутая отмазка, мол, этот неадекватный снова выкинул финт, я тут не при чём, но он стоял на месте. А я чувствовал себя идиотом, потому что тупо не мог подобрать слов, чтобы задать, по сути, простейший вопросик. Может, и правда, ну его нахуй всё? Просто попрощаться сейчас и пойти, наконец, домой? Ну да, и потом остаток каникул страдать от неведения. - Оливер, я очень устал и очень тороплюсь, но при этом всё равно торчу здесь и чего-то жду, - запихивая руки поглубже в карманы, подал голос брюнет. – Говори скорее, что хотел, и я пойду. Меня ждут. - Легко сказать: «Говори скорее», – выдохнул облако пара я, поднимая на него взгляд. – Ты мне такой бардак в голове устроил за эти несколько дней, что я не могу подобрать слов для выражения. - Так, может, и не надо?.. - Ещё и как надо, - сквозь зубы процедил я и, наконец, решился. – Как мне теперь себя с тобой вести? После всей этой эпической херни? – почему-то было стыдно настолько, что хотелось провалиться сквозь землю. - Ну, если я скажу, чтобы ты просто забил – это тебя рассердит, поэтому... Просто забей, - расплылся в улыбке историк. - То есть как «забей»? – вырвалось у меня прежде, чем я понял, что это просто стёб. – Издеваешься, да? - Есть немного, - поджал губы Бирсак, поправляя шапку. – Но вообще, ты же сам говорил, что это всё ничего не меняет, так какого хрена мы здесь мёрзнем и бездарно теряем время? – теперь голубоглазый, кажется, начал раздражаться, и его можно было понять. А вот понять себя мне не удавалось. С одной стороны, я сам не знал, какого исхода ждал от этого разговора, но уж точно не заявления всё забыть и притвориться, что ничего не произошло. - Эндрю... – застонал я, стискивая двумя пальцами переносицу. – Просто ответь на вопрос, неужели это так сложно? - Я не собирался переубеждать тебя в том, что я хороший, и завоёвывать твоё расположение, - уверенно проговорил коллега. – Но если ты внезапно решил прекратить ко мне придираться и закончить эту бессмысленную игру «кто кого сильнее достанет» – я буду только рад. И если продолжишь докапываться без видимых причин, просто по привычке – тоже ничего страшного, - развёл руками он, показывая, что при любом раскладе не будет сильно удивлён или расстроен. – А если ты вдруг по-прежнему переживаешь насчёт того, что я буду вешаться на тебя на работе, я ещё раз повторю – я не буду, можешь не бояться. Что мне ещё сказать, чтобы ты перестал выглядеть таким печальным?.. – вздохнул Бирсак, а я понял, что, походу, забыл нацепить на себя непроницаемую безэмоциональную маску. Сегодня просто день проколов. - Я не печальный, а просто заёбаный и голодный, - буркнул я, списывая унылое выражение лица на усталость. И мы вроде как во всём разобрались, но легче мне почему-то всё равно не стало, внутри скреблось какое-то необъяснимое несогласие. Что ж это за хрень вообще такая? - Ну, тогда увидимся в школе? Энди подошел вплотную, нелепо клюнул меня в скулу на удивление тёплыми губами и, не дожидаясь ответа, зашагал прочь. А я остался стоять и смотреть ему вслед, одолеваемый ставшим уже привычным (благодаря Бирсаку) чувством, что меня где-то наебали, только вот понять, где именно, мне не удавалось. Так, всё, пора прекращать попытки найти логику в словах и действиях этого противоречивого переростка, пока у меня окончательно не взорвался мозг! А то на работу выйду ещё более нервный и лагающий, чем до каникул...