В ожидании чуда

— Ничего я не испугался, — тут же начал оправдываться Тор, пододвигаясь ближе. — Не выдумывай. Просто... я не ожидал... — Конечно, не ожидал, что окажешься в одной постели с жутким монстром, — горько усмехнулся Локи, тут же закрыл лицо ладонями и повернулся спиной. — Я думал, ты спишь, хотел немного попрактиковаться в превращении. Сейчас я постараюсь стать нормальным, не бойся. Мне нужно сосредоточиться. — Что за глупости, я не боюсь, — Тор быстро уселся около брата и протянул было руку, чтобы прикоснуться к голубому плечу, да так и застыл в нерешительности. Он вдруг вспомнил, что рассказывали бывалые воины о йотунах: их кожа обжигает не хуже огня. Локи лежал, прижимая синие ладони к лицу, и они немного подрагивали. Наверное, у него никак не получалось сосредоточиться. Плевать, решил Тор и осторожно прикоснулся к брату. Синеватая кожа не обожгла ледяным нестерпимым холодом. Она была такой же нежной и тонкой, какой и всегда. Разве что немного прохладнее. Осмелев, Тор решительно перевернул Локи на спину, обхватил ладонями его запястья и развел руки в стороны, чтобы заглянуть в лицо. — Прекрати! — зло прошипел Локи и отвернулся, зажмурившись. — Посмотри на меня, — тихо приказал Тор. — Не превращайся пока, подожди. Локи распахнул глаза и окатил Тора неприязненным красным взглядом. — Отпусти меня! — он заерзал, пытаясь освободить руки. — Что тебе нужно? Решил поглумиться над уродом? — Какой же ты дурачок, — улыбнулся Тор. — Я просто хочу тебя рассмотреть. Ты же мой маленький ледяной великан. Мой, понимаешь? — Очень смешно, — хмыкнул Локи, но вырываться перестал. Он пристально вглядывался в лицо Тора своими глазами-рубинами, видимо, пытаясь отыскать во взгляде брата насмешку, а то и брезгливость. — Тебе ведь противно. Зачем ты... прикасаешься ко мне? — Просто помолчи, хорошо? – Тор, не отпуская рук брата, наклонился и нежно поцеловал его в прохладные синие губы. Локи не ответил на поцелуй, опять встревоженно заерзал, попытался отвернуться. Но Тор перехватил его запястья одной рукой, заведя за голову, а второй обхватил подбородок. Несколько мгновений он рассматривал дивные узоры, что вились по лбу и скулам Локи. Они были немного темнее, чем кожа. Тор осторожно провел по ним пальцами. — Ты необыкновенный и очень красивый, правда. Успокойся, расслабься, я просто хочу познакомиться с тобой... таким. — Это жалость, Тор? Или шутка? Или... Тор не дал ему договорить. Он снова накрыл губы Локи своими губами и быстро проник языком в прохладный рот. Локи что-то замычал, пытаясь разорвать поцелуй. Но Тор ему не позволил. Он опустил руку ниже, провел ладонью по обнаженной груди, нащупал маленький, чуть затвердевший сосок. Разорвав поцелуй, он немного отстранился и откинул одеяло. Сейчас ему безумно захотелось рассмотреть, потрогать, изучить все тело своего нового Локи, такого необычного, но по-прежнему притягательного. То, что голубая кожа, эти узоры, и даже изменившийся цвет глаз его вовсе не отпугивают, а наоборот, манят, Тор понял почти сразу, как только прикоснулся к прохладному телу и выпуклым линиям, таким чарующим и необычным. — Не надо, Тор, не издевайся надо мной, — вдруг всхлипнул Локи, и в его глазах заблестели слезы. — Тише, хороший мой, зачем ты так? — Тор начал целовать его шею, с наслаждением вдыхая запах кожи — вроде бы такой привычный, но неуловимо другой. На Тора словно повеяло зимней свежестью, приятной, бодрящей. Он тут же представил морозное солнечное утро и чистый искрящийся снег. Это новое ощущение взбудоражило Тора не на шутку — такого Локи он желал не меньше, чем белокожего и зеленоглазого аса. Это было удивительно, непривычно, и так сладко. Когда его язык ласкал темно-синие соски и странные узоры, что украшали грудь и спускались к животу, когда его губы покрывали то легкими, то немного жесткими поцелуями голубоватую кожу, он чувствовал, как тело брата постепенно теплеет, словно выходит из оцепенения, теряя свою прохладу. Тает под его руками, будто лед по весне. Тор отпустил запястья Локи, услышав его первый расслабленный стон, почувствовав, как тот уже подается навстречу ласкам. Локи как-то несмело, словно все еще боясь быть отвергнутым, провел ладонями по спине брата, зарылся пальцами в волосы, чуть сжал и тихо прошептал: — Тор... Тор не спеша скользил языком по синим узорам, по теплеющей коже, спускаясь все ниже. Долго целовал живот, помня, что там поселилось еще одно существо — их общий малыш, которого теперь тоже нужно оберегать и лелеять. Локи притих и почти не шевелился, лишь изредка вздрагивал и трепетал от ласк, которые дарил ему брат. Тор безумно радовался своей маленькой победе — он был уверен, что младшему сейчас очень важно почувствовать себя желанным, любимым именно в этом облике, который сам Локи так ненавидел и не хотел принять. — Я люблю тебя, — прошептал Тор, не прекращая ласкать его тело. — Слышишь? — Это невозможно, — откликнулся Локи и больно потянул Тора за волосы, заставляя поднять голову. – Тор, прошу, не надо заставлять себя это делать, я ведь все понимаю. — Да хватит уже! — Тор перехватил руку брата и с усилием оторвал от собственной макушки. — Ты что, слепой? Ты не видишь, что ничего страшного с тобой не произошло? Просто кожа поменяла свой цвет. — Я йотун, самое гадкое существо девяти миров! — не хотел сдаваться Локи и опять попытался оттолкнуть брата. — Глупый ты, неужели не понимаешь, что даже если бы ты весь покрылся чешуей, а сзади вырос хвост, я все равно любил бы тебя! — А может, гадкому йотуну не нужна твоя любовь, ты подумал об этом? — А может, ты просто заткнешься и не будешь меня расстраивать? Мне нельзя нервничать, забыл? — Тогда отпусти меня и проваливай в свои покои! — Нет, сначала я хорошенько исследую мое любимое гадкое существо, а потом уйду, если захочешь. — Опять пытаешься мстить? Тебе не кажется, что ты уже достаточно отомщен? Видишь, что случилось со мной? Ты рад? Тор просто перестал слушать этот дурацкий бред мелкого, который, к счастью, особо не трепыхался — лишь пытался язвить, все еще не понимая, что Тору плевать на все его едкие, злые слова. Он опять принялся целовать и ласкать его, подавляя уже слабое сопротивление. А потом нетерпеливо сдернул с брата ночные штаны и принялся рассматривать его внизу. — Он тоже синенький, — Тор любовно провел пальцами по окрепшему члену. — Я весь синенький, если ты не заметил! — взъярился Локи и накрыл руками свой пах. — Ничего интересного! — Убери руки! Я просто посмотрю. — Пошел вон! Тор обхватил одной рукой его ладони и оторвал от причинного места. — Прекрати уже ныть, тебе же приятно, я знаю. — Ты просто насмехаешься надо мной, разве я не вижу. — Ничего ты не видишь, — Тор опустил голову и сразу же обнял губами темно-розовую головку, горящую ярким пятном на фоне голубой кожи. Одной рукой удерживая руки брата, другой Тор принялся ласкать мошонку, на которой он заметил крошечные узоры, от чего пришел в неописуемый восторг. У него теперь был еще один Локи — маленький вредный йотун, которого безумно хотелось приручить. И убедить в том, что он все так же любим, желанен и принадлежит только Тору — и больше никому. От горячих ласк языком и губами Локи невольно поплыл, дернулся навстречу, заполняя своим естеством ласкающий рот. Тор отпустил ослабевшие руки брата, услышав его сладкий стон, и усмехнулся про себя: Локи наконец сдался. Когда Тор слизал последнюю каплю семени, он поднял голову и посмотрел на брата. И сразу пожалел о своем напоре и несдержанности: младший лежал неподвижно, смотрел на него алыми глазами, а лицо его было мокрым от слез. — Локи, маленький мой, ну что ты... — Тор быстро поднялся и заглянул в его глаза, провел пальцами по мокрым щекам. — Ты любишь меня... — пролепетал Локи еле слышно. — Ты меня правда любишь... таким, — и это был не вопрос, а утверждение. Будто до Локи только сейчас дошло то, что брат пытался ему втолковать до сих пор. — Конечно, люблю, — Тор прилег рядом и обнял его. — Только не плачь больше, не страдай, договорились? — Я просто не могу поверить, — шептал Локи, прижимаясь к нему. Какое-то время он молчал, а потом улыбнулся: — А хочешь посмотреть, есть ли у меня узоры сзади? Расскажешь мне, какие они и где? Он тут же выкрутился из объятий и перевернулся на живот, оттопыривая задницу. И у Тора окончательно отлегло от сердца. Он почувствовал себя по-настоящему счастливым — будто сейчас к нему вернулось то, что он так боялся потерять, за что готов был бороться вечно. Тор с готовностью поднялся и пристроился сзади, с жадностью осматривая голубую спину и ягодицы своего чудесного йотуна. — Что там? — настороженно спросил Локи. — Сейчас расскажу, — Тор погладил ладонью спину, покрытую причудливыми линиями. Их было не очень много. — Тут такая красота, ты не представляешь! — облизнулся он. — А ниже что? — Ниже еще краше, — Тор наклонился и провел языком по тоненькой темно-синей полосочке, вившейся от ямочки над ягодицей до самого бедра. — Тебе нравится? — Очень! Сейчас я тебе покажу, как мне все это нравится, — Тор решительно раздвинул голубые половинки, облизнул палец и сразу же проник внутрь. Он почему-то ожидал вновь ощутить прохладу, но стенки внутри были теплыми, мягкими. Немного растянув, Тор толкнулся. Пока он ласкал и нежил своего брата, сам уже едва не сгорал от нетерпения и желания. Локи тихо вскрикнул и вдруг быстро подался навстречу, насаживаясь до конца. — Подожди, не спеши, — Тор обхватил его бедра, чтобы Локи не делал резких движений. Несмотря на то, что Тор уже почти ничего не соображал, он все же помнил, что Локи теперь тоже в положении, поэтому они должны быть осторожными. Во всяком случае, так казалось Тору. Но Локи, видимо, был другого мнения — он опять нетерпеливо двинул бедрами. — Ну же, Тор, давай! — Я боюсь навредить… — Ничего не случится, — заверил его Локи. — Мне совсем не больно, клянусь. И Тор, немного успокоившись, начал двигаться увереннее. Локи сладко постанывал под ним, запрокидывал голову, то и дело резко подаваясь навстречу, чтобы ускорить темп и впустить Тора как можно глубже. Тор сходил с ума от страсти, накрывшей их обоих. Он и подумать не мог, что ледяные великаны могут быть такими жаркими и ненасытными. Или таким был лишь его уникальный братишка? После всего этого безумия утомленный и разомлевший Локи устроился рядышком, положив голову на плечо брата. Он уже не спешил менять свой облик. Тор перебирал его волосы, водил пальцами по узорам на лице, а Локи своей голубой ладошкой нежно гладил его по животу. — Интересно, о чем он сейчас думает? — вдруг спросил Локи. — О том, что безответственные папаши до сих пор не накормили его завтраком, — предположил Тор. — Действительно! — рассмеялся Локи и тут же поднялся. — Сейчас я превращусь обратно, и мы пойдем его кормить. — Их кормить, — уточнил Тор. — Теперь их двое, ты забыл? Локи ничего не ответил. Зажмурив глаза, он склонил голову, обхватил свои плечи руками и начал что-то шептать. Постепенно синева сползла с его тела, и уже несколько мгновений спустя перед Тором сидел Локи в своем привычном облике. * * * Тор был безмерно рад, что все так получилось. Вот уже целую неделю Локи не заикался о своем происхождении. Правда, он вообще стал меньше разговаривать. Если раньше во время прогулок и совместных трапез Локи был весьма болтлив, то теперь он чаще молчал, думая о чем-то своем, смотрел порой на Тора невидящим взглядом и отвечал невпопад. Тор объяснял сам себе, что брату сейчас нелегко, ведь столько всего на него навалилось — и старался не донимать его пустыми расспросами. Возникла и еще одна неприятность, впрочем, очень знакомая Тору: по утрам Локи нешуточно тошнило. Из купальни брат возвращался изможденный, с синяками под глазами — и Тору было так его жалко, ведь еще недавно он сам страдал от этой напасти. — Локи, помнишь, ты давал мне какое-то зелье, чтобы меня не тошнило? Почему ты его не принимаешь? — как-то спросил Тор, когда Локи в очередной раз выполз из купальни, промокая полотенцем посеревшее лицо. — Мне оно не поможет, — зло ответил младший. — Я не ас, видишь ли. — Посоветуйся с лекарем, может… — Я сам разберусь, ладно? — свернул разговор Локи и пошел одеваться. Спустя еще пару дней Локи прямо с утра попросил слуг принести из подвала весь его скарб, который Тор отправил туда ранее. Расставляя на столе всевозможные склянки и коробочки, он попросил Тора сходить на прогулку без него. — Только далеко не уходи, хорошо? — Локи подошел к брату и нежно поцеловал его в губы. — Я не хочу без тебя, — заупрямился Тор. — Вам нужно на свежий воздух, погуляйте сегодня без меня, — Локи провел ладонью по животу брата. — А я хочу немного позаниматься, провести кое-какие опыты. Помнишь, я вчера собирал травы? Я кое-что придумал, может, получится избавиться от моего утреннего недуга. — Ладно, занимайся. Только обещай, что свое варево сначала покажешь лекарю, он как раз завтра прибывает. — Договорились, — улыбнулся Локи, легонько подталкивая брата к выходу. Если бы Тор знал, если бы только мог предвидеть, что на самом деле задумал его глупый брат! Тогда он бы ни на минуту, ни на секунду не оставил его одного. Тор вернулся домой ближе к обеду, чтобы переодеться и позвать Локи к трапезе. Он вошел в опочивальню и не сразу сообразил, почему Локи сидит на полу, привалившись к ножке стола, и дышит тяжело и отрывисто. — Тор… — Локи резко поднял голову. Лицо его блестело от пота, побледневшие губы дрожали. Он вдруг согнулся пополам, прижимая ладони к животу. – Ай, как же больно! — Что случилось?! – Тор, не помня себя от страха, бросился к нему. — Оно... оно... — хрипло шептал Локи, кривясь от боли, — оно разрывает меня изнутри... Не-на-вижу... — Ты принимал что-нибудь? — Тор встряхнул его за плечи. Но ответа и не требовалось — рядом с Локи на полу лежала пустая склянка. — Что ты натворил?! Ты же обещал! — Я... я... должен был от него избавиться. Он мне не нужен, — простонал Локи и вдруг безвольно завалился набок. Глаза его закатились. — Вот мерзавец, — Тор в сердцах еще раз встряхнул обмякшее тело. — Как же ты мог, как посмел?! Очнешься, убью гада! Тор бережно уложил Локи на пол и бросился к двери. Сейчас нужно было действовать очень быстро. Конечно, теперь Локи точно влетит от отца, мало не покажется. И поделом. Тор еще и от себя добавит. Только бы с ним ничего не случилось. Нет, нельзя думать об этом. Слишком нелепо, слишком страшно. Но как же безумно жаль малыша, которого обрек на погибель бессовестный братец! Ведь он тоже хотел жить и увидеть этот мир...