Прекрасная фиалка

Никогда в жизни я ещё не была на рок-концерте. Ни-ког-да. Хотя, думаю, это и неудивительно, учитывая настрой моей матери касательно музыки, которую я слушаю. Она... Чёрт с ней. Я никогда не была на рок-концерте, даже в качестве простого зрителя, а то, как устроена сцена, знала только благодаря записям так называемых «лайвов». Сейчас же я была внутри этой невероятной музыкальной машины, этого взрывоопасного механизма, топливом которому служила энергия зрителей. Однако все мои фантазии оказались далеки от реальности. Сама сцена находилась под открытым небом, а вот за ней было то самое, скрытое от глаз зрителей, место, где мне предстояло простоять весь концерт. Я наконец-то познакомилась в Брэдом, менеджером муравьёв. Он оказался не совсем таким, как я его себе представляла: абсолютно лысый, тучный человек средних лет, с мелкими чертами лица и постоянно нервно двигающимися пальцами. Парни волновались, и это было заметно. Странно, что, пройдя столько концертов, они ещё не могли справиться с собой. Я подошла к сидящему на корточках у стены Кевину. — Неужели страшно? — удивилась я, присев рядом. — Ещё как, — хмыкнул он, поднося к губам зажжённую сигарету. — Каждый раз, как первый. — Слушай, вам абсолютно не стоит сейчас волноваться. Вас все любят, разве не так? — Так, но... Каждый раз кажется, что что-то сделаешь не так, облажаешься и завалишь концерт. Тебе, наверное, не понять, но как только я вижу эту толпу... Мне страшно. Потом, во время концерта, это проходит, и я начинаю понимать, что вот, это наша толпа. — Жизнь рок-музыканта не так сладка, как кажется со стороны, — вздохнула я, стараясь не вдыхать табачный дым, клубьями исходящий от Кевина. — Жизнь рок-музыканта — это настоящий яд, Вайолет. И счастливы те люди, кто не знает этого яда. — Может быть, вы просто что-то делаете не так? — Поверь, изменить что-то не могу ни я, ни Уилбер, ни Джон, и уж тем более, ни Рик. — Но он ведь лидер? — Он фронтмен. Да, лидер, но в прошлом. Он давно пропил своё лидерство. — Он обещал, что больше не будет пить, — вдруг вспомнила я. Кевин ошарашенно повернулся ко мне. — Кому он это обещал? — Мне... — Ты же сейчас шутишь? — А что, похоже? — уже разозлилась я. — И, знаешь, Кевин, кажется, ты проигрываешь наш спор. — Это почему ещё? — в моём же тоне спросил барабанщик, ловко бросив окурок в стоящую в углу урну. — Рик сказал, что я стала для него музой, — я самодовольно улыбнулась, косо глядя на него. — Ты серьёзно? — Кевин насмешливо взглянул на меня. — Да он это каждой групи говорит. — Что?.. — Каждый раз после того, как трахнет! Что, не устояла перед чарами Голдхорна? — Ты хочешь сказать, что я... Шлюха? — А разве нет? — он хотел ещё что-то добавить, но я вскочила, и его слова заглушила моя рука, ловко давшая разговорившемуся парню пощёчину. — Чёрт, ты с ума сошла! — Какой же ты мерзкий, — с презрением проговорила я, сплюнув на пол, как последний барыга. После этого я резко развернулась и направилась в сторону, ведущую к выходу. — Вайолет, стой! — крикнул мне вслед Кевин, но я и не подумала слушать этого гадёныша. Будет знать, как оскорблять девушек. Подумать только, я ещё и шлюха! Отчего-то слёзы скопились в уголках век. Ну вот, наверняка, сейчас глаза будут красные. Выйдя в наполненный людьми коридор, я внезапно наткнулась на что-то. Точнее, на кого-то. — Ой, — только и произнесла я. — Далеко собралась? — добрый такой голос, да густые каштановые волосы, находящиеся как раз на уровне моих глаз. — Рик, не надо сейчас... — Нет уж, ты извини, но я тебя никуда не пущу. Куда, интересно знать, ты намылилась? — он схватил меня за плечи, заставляя взглянуть в глаза. Вот только ничего у него не вышло, я лишь отвела взгляд. Почему-то у сейчас было меня такое чувство, что они с Кевином немного поменялись местами. Обычно Рик меня обижает, а заботливый «братик» успокаивает. — Вайолет, взгляни на меня. — Отстань, не буду. — Чего ты боишься? Я не горгона Медуза. — А кто тебя знает... — Ты вынуждаешь пойти меня на крайние меры, — вздохнул Рик и, переместив свои руки с плеч на моё лицо, осторожно повернул его к себе. Не выдержав, я всё-таки взглянула на парня. — Так, — упавшим голосом произнёс он, видимо, заметив признаки слёз. — Я так и подумал. Что случилось? — Ничего, — каким-то не своим голосом ответила я. И в самом деле, ничего же не случилось, почему я чуть ли не реву? Боже, я ведь просто ненавижу, когда меня начинают жалеть! Зелёные, в золотисто-коричневую крапинку, глаза как будто смотрели в душу, выворачивая её наизнанку, и, честно говоря, появлялась мысль о том, что их обладатель словно пытается прочесть мои мысли. А ведь он, паразит, красивый, даже слишком. Миллионы девушек не могут ошибаться. — Ты так смотришь на меня, — едва слышно проговорил Рик. — Как? — Как будто в последний раз видишь. Смутившись, я опустила глаза. Этого ещё не хватало... — Я не... — У тебя глаза цвета фиалки, — на этих словах я вновь уставилась на него, но теперь уже с крайним удивлением. Почему фиалки? Они ведь тёмно-карие, фиалки там и близко не видно. — Рик, пора на сцену, — в коридор выглянул Брэд и, встретившись со мной глазами, удивлённо вздохнул. — Да, уже иду, — ответил парень и, с сожалением, как мне показалось, оторвавшись от меня, последовал за менеджером. Я же осталась стоять на месте, тупо размышляя, что это сейчас было. Не придя ни к одному адекватному выводу, я поспешила за кулисы — уж больно не хотелось пропустить шоу. Глядя своими глазами цвета фиалки (три «ха-ха»!) на сцену, я замерла от волнения. Там, среди зрителей, столько таких, как я! Однако ведь только мне посчастливилось оказаться в нужное время и в нужном месте. — Добрый вечер, Эдинбург! — поприветствовал Рик зрителей в микрофон. — Мы — Golden Ants, и мы пришли показать вам шоу! Кевин задал сумасшедший ритм, Джон заиграл вступление, и я сразу узнала зажигательную «Rain of Fire». Рик сразу же взял высокие ноты профессиональным вокалом. Он пел об апокалипсисе, о том, что не успел сказать любимой девушке главные слова, а завтра огненный дождь поглотит всё. Я смотрела на фанаток, которые прямо-таки писались кипятком, глядя на Рика. Некоторых, конечно, интересовали Джон, Кевин или Уилбер, но больше внимания доставалось всё-таки Рику, ведь, во-первых, он был лицом группы, и, во-вторых, единственным участником группы, у которого пока что не было отношений. — Он ведь тебе нравится? Ну, Рик? Я вздрогнула и, обернувшись, увидела Брэда. Он с кривой улыбкой смотрел на меня, очевидно, думая, что я сейчас наблюдаю за группой из большой любви к Рику. — Вы ошибаетесь, — ответила я, — я не из тех девушек, которые влюбляются в образ. — В образ? Ты о чём? — Не сотвори себе кумира. — А ты, оказывается, боговерующая, — удивился почему-то менеджер, — в принципе, ведь и Иисус является кумиром. — Не кумиром, а Богом, — косо глянула я на него. — Оправдание. Но не суть. Суть в том, что, как я понял, ты знаешь Рика уже не первый день, а значит, он уже не образ для тебя, а знакомый человек. И вот в знакомого человека ты вполне можешь влюбиться. — Я не влюблена в Рика, — резче, чем, пожалуй, следовало, сказала я и отвернулась. — В любом случае, если ты всё-таки поддашься его обаянию, я хочу дать тебе совет... Не теряй голову. Рик не такой простой человек, и это всё может боком выйти. А потом будет очень больно. Я стояла молча с полминуты, а, повернувшись, обнаружила, что Брэд уже ушёл. Какая же я злая! Человек хотел как лучше, дал мне дельный совет... Который мне всё же не пригодится. Я вновь перевела взгляд на сцену, где Рик исполнял единственную в репертуаре муравьев рок-балладу «Closer Look» — о том, что для возникновения чувств стоит всего лишь присмотреться к человеку. Эта песня всегда была моей любимой во всём их творчестве, пожалуй, потому, что она сильно отличалась от других. Или же из-за прекрасной мелодии. Не знаю. Это не объяснить словами. Душераздирающий куплет в конце, который Рик пел особенно — с болью в голосе, переходя с низких нот на высокие. Этот куплет был о том, что можно очень просто потерять человека, если вовремя на него не взглянешь... Музыка стала в разы спокойнее, Рик уже тише начал припев. Немного повернувшись, он посмотрел на меня и допел последние строчки, глядя мне в глаза: — Our lives will open a new book Just let each other closer look. Зал взорвался аплодисментами, а я боялась вздохнуть, всё ещё глядя на Рика. Наконец, он первый отвёл взгляд и, улыбнувшись в зал, кивнул Кевину, который тут же начал барабанное соло. «Просто давай присмотримся друг к другу...»