По стопам легендарной простофили

— Значит, на острове ты ничего не нашла? — интересовался Сай, сидя рядом с девушкой на скамейке под фонарем. Кузнечики стрекотали свою песню, напоминая о том, что самое время отправиться спать. Луна скрывалась за тучами, словно боясь показать себя миру. — Пару новых трав, но противоядие из них не сработало, — Харуно задумчиво водила ногой по земле, высматривая каждую травинку и камушек под ногами. — Неужели никакой динамики нет? — Ну, есть, но настолько… ничтожная, — казалось, последнее слово девушка выплюнула, словно оно далось ей с огромным усилием. — Если это затянется, то… — Не затянется, — Сай положил руку на ладонь куноичи. — Наруто и не из таких передряг выходил сухим. Вот увидишь, он справится! — Да… Наруто удивительный, — девушка мечтательно засмотрелась на звездное небо. — Меня всегда удивляло, на что он только не шел, чтобы обратить на себя твое внимание, — юноша расплылся в улыбке. — Например, как следил за тобой, особенно в день, когда все праздновали твое назначение в должности. — Не трудно догадаться, его появление в баре было весьма вовремя! — наконец, на лице розоволой проскользнула легкая ностальгическая улыбка. — Я кое-что вспомнила, — неожиданно сказала она. — Всегда думала, зачем Наруто столько денег… Почему он неустанно берет сложнейшие миссии и работает один. Потом решила, что он копил на свадьбу… Но для этого ему бы не пришлось так вкалывать. — Ии…? — В тот день он сказал, что ему нужны деньги, чтобы выпустить книгу. И почему я так мало интересовалась его новыми увлечениями?! Я ужасная девушка! — Сакура хлопнула себя ладонью по лбу и страдальчески прикрыла веки. — Не говори глупостей, Наруто любил… Любит, — исправился Сай. — тебя всей душой! Он столько раз нахваливал тебя! Настолько не знал, как к тебе подступиться, что затеял всю эту глупую игру… — Какую игру? — заинтересованно спросила Харуно. — Ну… началось это, когда он валялся полуголым в твоем кабинете при послах. Эта байка была нашей любимой! — Ч-что?! — у девушки задергался глаз и она стыдливо наклонила голову. — Он вам рассказал и это?! — Ага. Чоуджи катался от смеха по полу. А как он здорово все придумал, переодевшись в члена АНБУ и отправившись вместе с вами к мизукаге! Гениально! — Да уж, точно… — закатила глаза девушка, вспоминая их маленькое приключение. — Он был очень рад, что ты отметила его внешние изменения, — Сай перешел на смех. — Да-да, ничего не поделать, — признала Сакура. — Я действительно тогда залюбовалась Сорой в реке. Ну, то есть Наруто. — И в кабинете. — И в кабинете. — Мы тогда с Наруто болтали в парке, одна девчонка подслушала разговор и предложила помощь. А дети, оказывается, быстро взрослеют, — продолжил Сай. — Не понимаю… — Она сказала, что нужно вызвать у тебя ревность, показать, что ты можешь его потерять. — М… Юки? Не такой уж она и ребенок, ей шестнадцать лет, — буркнула розоволосая. — Эй, ты еще злишься? — улыбнулся Сай. — Брось. Она с радостью согласилась погулять с Наруто по местам, где вероятнее всего можно встретиться с тобой. — Он что, вообще ВСЕ продумал? — Похоже на то, — отшутился юноша. — Наруто продумывал все… Пока не решил просто быть самим собой. — Ему не нужно было строить безумные планы и стратегии, я и так не забывала его все три года. И не было и дня, чтобы я не ждала его, — слезы, наконец, начали подступать к глазам девушки. А ей казалось, что в ее организме уже не осталось соленой жидкости. — Это же Наруто, — Сай обнял Харуно за плечо и попытался слегка растормошить ее. — Он делал все, чтобы шансы на будущее с тобой приближались к стопроцентной вероятности. — Мне так плохо без него, — пробормотала Сакура. — Нам всем плохо, — послышался голос со стороны. Карин и Саске прогуливались по ночным улицам Конохи и услышали друзей. — Но никто не способен понять твою боль сейчас, — девушка подскочила к подруге, присев на корточки и взяв ее ладошки в свои. — Ты должна быть сильной. Не ради других, мы готовы подставить свои плечи в любую секунду, но ради него. Понимаешь? Учиха молча стоял рядом, подняв голову на иссиня-черное небо и мысленно проклиная друга за то, что позволил сделать это с собой.

***

Ключ в двери повернулся и дверь поддалась, впуская в дом хозяйку. Сакура лениво скинула обувь с ног и поплелась в ванную. После душа, обмотавшись синим махровым полотенцем, она подошла к окну полюбоваться звездами. — Вот это — Малая Медведица, Сакура-чан. — Не вижу, — буркнула девушка, лежа рядом на плоской крыше дома. — Ну вот же. Видишь эти четыре звезды, а затем такой прямоугольник, типа ковшика? — А! Да! Точно! — А вон там, — жестикулировал Узумаки, показывая в небо, — Большая Медведица. Она похожа на малую, только больше. Видишь? — Я всегда думала, что звезды в небе рассыпаны хаотично, как посыпать шоколад кокосовой стружкой — куда упадет, туда упадет. Неужели у всех есть какая-то закономерность? — Еще какая, Сакура-чан! А вот это — Кассиопея, видишь пять звезд, похожих на букву «З»? — А, вроде летучей мыши? — Мыши? — рассмеялся Узумаки. — Ну, может быть. — А еще созвездия знаешь? — заинтересованно спрашивала куноичи. — Дракона. Но сегодня что-то его не видать… — Дракона… — повторила Сакура. — А вон те две яркие звездочки рядом? — О, это знаю! Это созвездие называется «Узумаки Наруто и Харуно Сакура». — Очень красивое. — Самое красивое, — с этими словами блондин перевернулся, нависнув над девушкой и накрыв ее губы поцелуем. Он вдавливал ее в твердую поверхность, сминая покрывало и закидывая на себя ножки куноичи. Луна скрывалась за облаками, должно быть, стесняясь и желая оставить их одних. — Я больше не вижу твое созвездие, — шепотом отчеканила Харуно. Прикрыв лицо ладонями и протяженно вздохнув, Сакура рухнула на диван в гостиной. Сколько же отчаяния было в каждом ее вздохе, в каждом взгляде и движении. Словно всего за несколько дней Харуно успела постареть на несколько лет — не внешне, но внутренне. — Новая кровать? Нам нужна новая кровать? — розоволосая скептически изогнула бровь. — Конечно! Шире, мягче! Ты же сама жаловалась, что ночью я взваливаю на тебя ногу, Сакура-чан. — Хорошо, раз старую забрали… То новую привезут сегодня? — Завтра. Завтра утром. — Наруто! А сегодня ночью ты нам где предлагаешь спать? — Ты ложись на диване. А я могу и на полу, — улыбнулся юноша. — Ну уж нет! Сделаем так. Через некоторое время Узумаки скомпоновался на пружинистом диване, а Сакура удобно разместилась на нем. — С-сакура-чан, — покрывшись помидорным окрасом, протянул блондин, — ты это серьезно? Я… ну… Как бы… — Тебе тяжело? — подняв голову с груди парня, спросила девушка. — Не то что бы… Видишь ли, если ты продолжишь так лежать и дергаться, то… — Я уже чувствую, как твое тело реагирует на меня, -ухмыльнулась Харуно, привстав и сев на юношу. Она ласково водила пальчиками по его груди, рисуя узоры и задирая домашнюю футболку. — Предлагаешь вовсе не спать всю ночь? — в небесных глазах юноши уже заиграли чертята, отзываясь хитрым блеском в полумраке комнаты. — У меня сегодня бессонница, — уголки губ довольно приподнялись. Узумаки пальчиком приманил Харуно к себе, намекая чуть наклониться, словно хочет сказать ей что-то на ухо. Сакура послушно выполнила его немую просьбу, как неожиданно тот закинул ладонь за ее шею и рыком притянул к себе, накрывая страстным, вожделевшим поцелуем, словно завоевывая ее губы, проникая в сладкое королевство и исполняя танец с ее язычком. Сакура раздраженно схватила подушку и зарылась в нее лицом, прикрывая уши. Только бы не слышать. Только бы не видеть. Только бы не чувствовать его присутствие. Так недолго с ума сойти. Заснув на этом проклятом диване, утром девушка обнаружила резкую тошноту — судя по всему от истощения организма, который, казалось бы, требовал витамины и пищу и в тоже время отторгал большинство продуктов. Не первое утро Харуно проводила в обнимку с унитазом, чувствуя, что силы покидают ее. И моральные, и физические. Хватит с нее этих испытаний! Достаточно!

***

Умиротворенное лицо по-прежнему веяло теплом, словно даже в коме Наруто продолжал светить внутренним солнышком. Мокрые слезы пропитали изумрудные глаза Сакуры. Девушка сидела над ним, следя за состоянием по приборам и держа в руках небольшую книжку, читая строчки вслух. — «Люди хотят стать бессмертными. Но они умирают с каждым прожитым днем. Они всегда уже не те, что при прошлой встрече. Каждый час они убивают какую-то часть себя. Они меняются, отрицают, противоречат — и называют это развитием. В конце концов, не остается ничего, ничего не пересмотренного и не преданного; как будто человек никогда не был цельной личностью, лишь последовательностью сменяющих друг друга определений.»(1) — Сакура-сан, — мужчина, являющейся главврачом зашел в палату. — Вы здесь уже пятнадцать часов. Может… — Я не мешаю, — сухо отрезала девушка, не оборачиваясь, но слыша приближающиеся шаги за спиной. Доктор обошел Харуно и приблизился к капельнице. Сакура прожигала в нем дыру, внимательно отслеживая каждое движение и тихо захлопнув книжку. — Думаю, дозировку можно уменьшить, — утвердил мужчина. — Уберите руки, пожалуйста! — резко вскочила куноичи. Ножки стула неприятно проскрипели о кафель. Под ярым криком Харуно, врач повиновался и оторвался от капельницы, внимательно осматривая девушку. — Сакура-сан, думаю, нам самое время поговорить. Вы присядьте, а то последняя время вы какая-то нервная. — Предпочитаю разговаривать с людьми на равных, — съязвила Харуно. — Мои нервы весьма оправданы, вы так не считаете?! Это не ваша жена сейчас лежит на койке! — Не моя, да, — вздохнул мужчина. — Сакура-сан, видите ли, прошел уже почти месяц. Иногда в таких случаях не ждут и пары недель. Он не очнется, — последние слова яро впечатались в мысли девушки, туманя разум. — Вы же сами врач и должны это понимать, не так ли? У пациента нет шансов. Каждое слово, казалось, обладало гипнотическим эффектом, словно доктор применял особый психологический прием, давя на Харуно. — Ты последняя скотина, — скрипя зубами, сказала девушка, сжимая кулаки. — Ты бы также говорил, если бы твоя жена или ребенок лежали здесь?! — уже перешла на крик она, но врач не ответил. — УБИРАЙСЯ И БОЛЬШЕ НЕ ЗАХОДИ СЮДА, ЗАМОРЫШ! Когда мужчина молча скрылся за дверью, Сакура обессилено рухнула на стул, поправляя челку и вытирая выступивший пот. Кажется, у нее повысилась температура. Хлюпая носом и не успевая вытирать горькие слезы, она легонько коснулась щеки Наруто, проведя по ней подушечками пальцев, а затем теребя прядь мягких, блондинистых волос, которые, казалось, являлись лучами солнышка и унаследовали его яркий оттенок. — Я люблю тебя, — прошептала Сакура, захлебываясь от соленой жидкости и чувствуя, как очередной ком подступает к горлу. Жить совсем не хотелось. Пропало всякое желание волочить свое существование, как некую дань, как должное. — Я никого на свете так не любила, и никогда не полюблю, — добавила она, словно бы он ее слышал. — Мне так бы хотелось, чтобы у нас было чуточку больше времени… Хотя бы еще нем-немного. Это е-единственное желан-ние, — заикалась она от бесконечных рыданий. Спустя несколько минут в палату постучались. Сакура гневно испепеляла входную дверь, думая, что это тот недо-врач. — Сакура-сан, это я. Можно? — слава Богу, в проеме стоял Сай. Девушка кивнула в знак согласия, боясь, что если она заговорит, то не сможет скрыть этой мучительной икоты и дрожи в словах. — Как ты? — первым делом спросил юноша, взяв второй стульчик и подвинув к ней. Харуно не ответила. Дурацкий вопрос. И что на него отвечать? «Хорошо»? «Замечательно»? И так же видно! Мысленно девушке было стыдно, что она стала так легко заводиться от злости, словно по одному нажатию педали газа. — Есть новости? — не получив ответа, Сай перешел к следующему вопросу. — Есть, — кивнула куноичи, нервно перебирая пальцы на коленях. — Сегодня утром я была в женской консультации. Я… Я беременна. Неважно, что говорили эти двое дальше. Третий человек, так безбожно лежащий на этой чертовой койке и застрявшей в неподвижном теле, перестал слышать, что происходило потом. Маленькая кристально-чистая слеза скатилась по его щеке. Жаль, что этого уже никто не видел.