Austausch

Unser ersten Kuss war unvergesslich...*

Я ведь хотела как лучше! А он снова воспринял все как-то через одно место. Да еще малолеткой меня назвал. Бесит. С раздражением негромко хлопаю дверью, ведущей в мою комнату. Переодеваюсь в лосины и широкую большую майку. Какой же кайф надеть после неудобной рубашки и юбки что-то свободное! Достаю из сумки планшет и проверяю почту. У меня шесть новых писем. Света: Гейден, давай, рассказывай, как Германия!? Дина: Свеета, как я по тебе соскучилась!! Да все отлично! Правда поездка в автобусе была адовой. Я живу с диким засранцем, который неприлично богат, красив и высокомерен. Я сказала, что его родители оставили меня с ним на эти добанные два месяца? Так вот, о чем я? Он меня бесит! Дико! Второе сообщение пришло от Кристины. Кристина: Дин, все плохо. Меня тут не кормят. Дина: Ахахахах, вот это ужас! Хочешь, приезжай ко мне в эту жопу мира. Я тебя накормлю. Ну точнее не я, а дворецкий. Третье от Дины. Дина: Я хочу домой! Меня бесят мои дотошные гостевые родители! Дина: Да не нервничай ты так! Еще оторвешься здесь! Кстати, погнали тусить во Франкфурте? Я готова приехать к тебе и отжечь :D С некоторым удивлением нахожу сообщение от Маркуса. Маркус: В следующий раз жду более несдержанного и страстного поцелуя. Дина: Жди :P Улыбаюсь. Он классный. И кажется, я ему, действительно, понравилась. Надо же, написала даже Бирте. Бирте: Давай завтра встретимся на перемене на четвертом этаже? Боже, как мне влом делать домашку. Дина: Да, давай. Не делай :) И последнее пришло от моего лучшего друга Андрея. Андрей: Ну что? Как ты там? Я пересылаю ему сообщение, отправленное Свете. Тянусь и зеваю. Чтобы поделать? Может, пойти почитать книгу? А по пути разведать всю территорию дома? Качаю на планшет «Виноваты звезды» и выхожу из комнаты. Давно хотела прочитать эту книгу. Вокруг нее столько ажиотажа. Даже фильм вышел. Наверняка, буду плакать в конце. Хотя, о чем это я? Я буду плакать в конце. Спускаюсь вниз по лестнице. Да ладно? Я даже не заблудилась! Надеваю кеды. - Дина, а ты куда? – вздрагиваю, услышав голос Тобиаса сзади. Поворачиваюсь к нему лицом. - Да пойду почитаю около фонтана книгу, - говорю я, демонстративно махая планшетом. – А то все равно делать нечего. Он понимающе на меня смотрит и кивает. - Ты бы лучше с ребятами сходила куда-нибудь погулять. – В первый день? Я, конечно, общительная, но не настолько. Тем более, что у них своих дел по горло. – Или на велосипеде покаталась. - Дело в том, - стыдливо начинаю я, - что я не умею кататься на велосипеде. У дворецкого глаза на лоб лезут. - Правда? – не верит он мне, - В Москве не принято кататься на велосипеде? - Нет, конечно, - поспешно отвечаю я. Сейчас он будет думать, что в России вообще нет велосипедов. – Просто я не умею и все. - А, ну ладно, - вроде он понял, что это я такая неумеха, - В шесть – ужин. Не опаздывай. - Хорошо, - говорю я прежде, чем выйти на улицу. Полной грудью вдыхаю воздух. Сначала иду, действительно, смотреть на фонтан. Возле него в деревьях стоит одна большая беседка. Рядом висит гамак. Чуть далее замечаю уютные качели, на которых лежат подушки и плед. Да тут явно не одна я люблю читать книги на воздухе. Ладно, потом разведаю территорию! Сейчас эти качели выглядят так соблазнительно, что просто нельзя их проигнорировать. С ногами забираюсь на качели, предварительно сняв кеды, и накрываюсь пледом. Захожу в библиотеку на планшете и начинаю читать. Журчание фонтана мирно действует на нервы и добавляет свой шарм моему времяпрепровождению. Зачитываюсь так сильно, что Тобиасу приходится меня звать. Блин! Двадцать минут седьмого! Черт! - Простите меня, пожалуйста, - заходя на кухню, начинаю я, - книга очень интересная. – Сажусь на свой стул. Слышу топот по лестнице. Это Себастьян спустился к ужину. Он садится напротив меня и буравит недовольным высокомерным взглядом. - Что за книга? – подавая блюда, спрашивает Тобиас. Это стейк из семги с деревенским картофелем. Ммм, пальчики оближешь! - «Виноваты звезды» , - отвечаю я, беря в руки столовые приборы и игнорируя Себастьяна. Не буду я на него смотреть. - И о чем она? – Тобиас садится рядом со мной. - Она о том, как бесполезна жизнь, когда влюбляешься, – цинично комментирует Себастьян, - просто очередное сопливое говно для школьниц. Я теряю дар речи. Да как он смеет говорить так? Его слова очень оскорбили меня. - Она о том, как красива любовь. И как важна она в жизни, - с надрывом говорю я, смотря прямо в холодные ироничные шоколадные глаза, - она о том, что даже болея такой страшной болезнью, как рак, есть смысл жить. Ради любви. Этот наглец смеется над моими словами. Смех неестественный и злой. Меня передергивает. - Сними розовые очки, черт возьми, - раздраженный голос, - любви - нет. Нет этого твоего смысла жизни. Есть только разочарование и все. - Если тебя не любили по-настоящему, - нагло заявляю я, - это не значит, что ее нет, Себастьян. После моих слов наступает гробовая тишина. Я вижу откровенную насмешку и даже неприязнь в его взгляде. Потом встает из-за стола и демонстративно уходит, даже не прикоснувшись к еде. - Спасибо, все было очень вкусно, - напоследок бросает он. Я сижу некоторое время ошарашенная. Да блин! Что я такого сказала? Он просто истеричка и все! Через минут пять слышу мотор мотоцикла. Он еще и свалил куда-то. - Что я такого сказала? – Тобиас спокойно приступает к еде. Его эта сцена ничуть не удивила. Или он мастерски шифруется. - Ты задела его за живое, - спокойно отвечает он. Я корчу непонимающую гримасу. - И поэтому он повел себя как последняя истеричка во время месячных? – дворецкий взрывается приступом смеха. Господи, куда я попала? Дурдом какой-то. - Ладно, не бери в голову, - отсмеявшись, советует он мне, - ешь, а то остынет. Я начинаю есть. Господи, как вкусно! Такое нежное мясо рыбы. В течение двадцати минут остается лишь чистая от еды измазанная тарелка. - Спасибо большое, - искренне благодарю я, когда Тобиас забирает у меня тарелку, - давно я так вкусно не ела. Он мне улыбается и кивает. Я поднимаюсь из-за стола и подумываю о том, чтобы почитать книгу в одной из гостиной. Или музыку послушать? - А можно я включу музыку в гостиной? – спрашиваю я у дворецкого. Он кивает в знак согласия, занятый уборкой кухни. Отлично! Так, где я тут видела огромное зеркало? Захожу во вторую гостиную, где, собственно, видела зеркало на пол стены. Интересно, зачем оно им? Вряд ли кто-то танцует перед ним. А мне в самый раз. Только бильярдный стол немного пододвинуть надо. Включаю музыку и начинаю разминаться. Мой плейлист состоит из сопливой лирики и жестких нигерских треков. Андрей даже шутит, что я родилась по ошибке белой. А я люблю негров. Они так классно двигаются и поют. И вообще, гораздо открытее и позитивнее европейцев. А какая у них техника танца. Тянусь, чтобы разогреться. Два трека еще я разминаюсь, а потом начинаю повторять недавно выученные хореографии. Сейчас все стали помешаны на тверке. А я его терпеть не могу. Не понимаю, как малолетки считают, что это классно - трясти задницей. И главное, ладно, если бы развивались в других стилях, но ведь кроме тверка ничего не признают. Нет, хорошему танцору нужно уметь все, трясти жопой в том числе. И я даже сама ходила месяц где-то на бути-денс. Но научившись азам трясения задницы, я не ушла в это с головой. И слава богу, что я не стала такой тупой. Начинаю импровизировать в полную силу, полностью отдаваясь музыке. Улыбка сама расползается по лицу. Включаю манеру, игриво улыбаясь и кокетничая воображаемому зрителю. В следующую секунду вижу в зеркале незнакомую девушку. Естественно, я останавливаюсь и выключаю музыку. Тяжело дышу. Кто это, черт возьми? - Зайчик, а что ты не сказал, что у тебя туса? – как-то неественно спрашивает незнакомка в проходе коридора. Зайчик? Что? Зайчиком оказывается Себастьян, который с любопытством заглядывает в бильярдную. Однако любопытство быстро сменяется раздражением и холодом во взгляде. - Это кто вообще такая? – капризно спрашивает девушка. Я ее разглядываю: это длинноногая брюнетка с идеально выщипанными бровями и потрясающе сделанным маникюром. Ее ярко подведенные голубые глаза игриво кокетничают с Себастьяном. Мини-юбка открывает стройные длинные ноги, а рубашка с красивым вырезом подчеркивает аккуратную грудь. Фотомодель, сошедшая с обложки, а не обычная девушка. И тут такая я потная в домашних лосинах и широкой футболке. Мои комплексы по поводу жирных ног, живота и большого носа набирают силу. Черт! Мне бы быть такой! - Это моя любимая дальняя родственница из Москвы, - с иронией говорит он. – Детка, пойдем. Детка?! ФУ! - Дальняя родственницы из Москвы? – переспрашивает она. У меня сразу формируется о ней впечатление тупой красотки. – Ой, как интересно! А, может, она нам станцует? Она так классно сейчас танцевала! Мое сердце чуть тает, и я уже не смотрю на нее с открытом омерзением. Себастьян зло усмехается и смотрит на меня. - Зайчик, я не приватная стриптизерша для тебя и твоей девушки, - пресекая его согласие, нагло говорю я. Да он охренел вконец! - Ой, как грубо, - да мне сейчас ой как стыдно! А тебе в такой юбке - вообще ни разу. Парень толкает ее из проема двери. - Котенок, ты все равно станцуешь для меня, - прежде, чем пойти следом за ней, бросает он мне. - А в карман тебе не насрать, не? – кричу я вдогонку. Настроение снова упало! Да что такое?! Даже танцевать расхотелось. Расстроившись, иду в свою комнату. И почему нельзя, хотя бы один раз, нормально себя повести? Почему надо грубить и всячески пытаться унизить? Что с ним произошло вообще, что он стал таким засранцем? Еще это прозвище мне придумал. Надо сказать, чтобы не смел меня так называть. С этими мыслями я проваливаюсь в долгий тревожный сон. С утра я завтракаю вместе с Тобиасом, потому что Себастьян еще не встал вместе со своей подружкой. Еще бы! Наверняка всю ночь проходили тест на выносливость. Иду в школу пешком. День в школе проходит дико скучно, несмотря на наши с Бирте посиделки. Маркуса я не вижу. Может, он заболел? В любом случае, все очень тухло. Я даже покурить не выхожу на переменах, а ем свежие овощи, которые мне Тобиас бережно запаковал в контейнер для еды. Может, в этом все счастье? Тупо есть вкусную пищу и релаксировать? Прихожу в дом и раздеваюсь. Как раз, пока я разуваюсь, выходит Себастьян. - О, котенок, ты уже вернулась? – насмешливо спрашивает он. Я настолько в пессимистическом настроении, что немного истерически заявляю. - Во-первых, котенком будешь называть свою бабу. Во-вторых, я не в том настроении, чтобы ссориться с тобой. – Снимаю кожанку и собираюсь идти наверх. Да только парень преграждает путь. С неохотой поднимаю глаза на него и замираю. Черные волосы в беспорядке, красивое лицо усталое, а глаза отражают какие-то смешанные чувства. Сглатываю, развеивая наваждение: - Дай пройти. - Во-первых, для моих баб, как ты выражаешься, есть другие прозвища, - иронично начинает он, - а, во-вторых, чего это ты такая хмурая? Серьезно? Ему разве это интересно? - Тебе разве не все равно? – с сарказмом отвечаю я. Конечно, усталое, он ведь всю ночь был занят с брюнеткой. Ему не нравится, что я игнорирую вопрос. Выражение лица становится жестким, однако я не сожалею о своих словах. - Ты права, - холодно говорит он, освобождая проход. Я быстро поднимаюсь по ступенькам и иду в свою комнату. Он дико странный. Глубоко вздыхаю. Переодеваюсь и беру планшет. Отвечаю на все сообщения, не забыв написать Маркусу, что с ним. Потом спускаюсь вниз и иду читать книгу. Сейчас четыре часа, не мудрено, что Тобиас так поздно не зовет пить чай с тортом. Солнце печет. Я осиливаю две главы прежде, чем засыпаю. Солнце слишком разморило. Да и вообще, я еще не перестроилась на немецкий часовой пояс. И в школе отсидеть до четырех почти, вообще, ни разу не классно. Журчание фонтана так умиротворяет. Только вот какое же мое удивление, когда я просыпаюсь у себя в комнате спустя пять часов. Надо же! Уже одиннадцать вечера! Планшет лежит рядом на тумбочке. Стоп! Я же уснула на качелях. Почему я в комнате, укрытая одеялом? Хорошо, хоть не раздетая… Кто меня перенес? И почему я этого не помню? Неужели, так измоталась? Да с чего бы это? Спускаюсь вниз. Свет везде погашен. Ну правильно. Обычно в это время Тобиас уже спит. Хм, приглушенный свет от телевизора горит в гостиной. С любопытством захожу туда и вижу следующую картину: Себастьян лижится с какой-то новой незнакомой бабой. А быстро он, однако. Мне противно это смотреть, поэтому я громко кашляю, отвлекая их друг от друга. - Простите, что помешала, - с сарказмом начинаю я. – Меня мучает один вопрос, а после этого можете довольствоваться друг другом, сколько влезет. - Малыш, кто это? – да ладно? И у этой противный голос? Неужели, вкупе вместе с идеальной внешностью идет такой писклявый голос? Эта уже блондинка. Она отличается от вчерашней только, наверное, цветом глаз, которые я не вижу из-за темноты. - Я его любимая дальняя родственница из Москвы, - насмешливо говорю, - Правда, малыш? Он смеется. Ах ему забавно? - Слушай, ты это, предохраняйся что ли, - в той же разговорной манере продолжаю я, - а то вдруг передашь ей сифилис. Забавненько будет, – блондинка уставляется на меня с открытом ртом, - еще, если он будет во время экстаза закатывать глаза, то это в порядке вещей. Просто эпилепсия, все дела, - наигранно развожу руками, - а еще, он может хрюкать при поцелуях. Понимаете, еще в детстве была замечена зоофилическая наклонность, - господи, что я несу? – но вы не расстраивайтесь. Кончает он правда быстро, зато выносливый. Оох, ладно, развлекайтесь. И на этой веселой ноте я понимаю, что лучше свалить, пока Себастьян не осознал весь мой бред и не озверел. Иду в душ и там взрываюсь приступом смеха. Даа, ну и прорвало меня. Стою под душем чуть больше, чем рассчитывала. Потом закутываюсь в большое банное полотенце и вхожу в комнату. Застываю, как вкопанная. На кровати лежит он и испепеляет меня взглядом. - Ух ты, - замечает, в каком я слегка обнаженном состоянии. - Эм, тебя не учили, что надо стучаться? – раздраженно бросаю я. Избегаю его взгляда. Черт, да я же почти голая! И у меня не такое идеальное телосложение, чтобы хвастаться им. – А ну, давай, сваливай! - Из-за тебя ушла Франческа, - медленно говорит он своим ледяным голосом. Мурашки бегут по обнаженной коже. – Теперь тебе придется заменить ее. Я ахаю от такой неслыханной наглости. - Да? Я тебе не одна из твоих сучек, готовых жопу лизать ради денег, - зло говорю я, - пошел вон! Он встает с кровати и медленно подходит ко мне. Я судорожно держусь за полотенце и пячусь назад. Блин, говно какое! Как же я себя неуверенно чувствую. - Да что ты? – нарочито ласково переспрашивает он. Заставляю не отвести взгляд от его черствых и смотрящих с гневом глаз. Он заставляет меня прижаться к стене. Его руки не дают протиснуть и отсратиться. Сердцебиение ускоряется, а руки потеют. Черт! Да что такое?! – Ты ошибаешься. Ты ничем не отличаешься от остальных девушек. И ты будешь одной из моих сучек. – Не могу отвести взгляд от шоколадных глаз. - Это ты ошибаешься, - уверенно отвечаю я. – Не смей говорить такое обо мне. Ты меня даже не знаешь. Он усмехается. - Ну, посмотрим, котенок, - и после этих слов наклоняется и целует меня. Я в полном шоке стискиваю зубы и не отвечаю на поцелуй. Не могу даже оттолкнуть его, потому что руки придерживают полотенце. От него пахнет сигаретами и одеколоном, от которого я схожу с ума. Нет-нет-нет! Не смей отвечать на поцелуй! Его губы требовательно и грубо прикасаются к моим. Надо просто стоять, пока он закончит и все! Однако одной рукой он грубо надавливает мне на подбородок, заставляя открыть рот. Его язык тут же проникает туда, воспользовавшись лазейкой. И тут я теряю самообладание и расслабляюсь, приоткрывая губы. Внизу живота покалывают незнакомые иголочки. Теряю голову и все-таки целую его в ответ. Поцелуй настолько яростный и злой, что действует слегка отрезвляюще. Господи! Что я делаю?! Наплевав на полотенце, с силой толкаю Себастьяна в грудь и быстро отстраняясь, чувствуя на губах вкус его поцелуя. - Пошел вон, черт возьми, - со злостью говорю я. Он сперва ошарашено смотрит на меня, а потом усмехается. - А ты продолжаешь меня удивлять, - направляется к двери. Я смотрю на широкие плечи. Кровь прилипла к щекам и к ушам. Да как он посмел? Я ему кто? – Котенок, ты ответила на поцелуй, – перед тем, как хлопнуть дверью, насмешливо бросает он. - Иди в задницу, - в тишину говорю я. Да как я могла? Черт! Он был слишком груб. Провожу пальцами по губам. Как же жестко поцеловал. Губы болят. Черт! Черт! Теперь буду его избегать. Да блин! Отлично, это был мой первый поцелуй не по пьяне. Огонь просто. Черт! Надеваю лосины с майкой и плюхаюсь на кровать, надеясь забыть все как страшный сон. Да вот только на следующее утро, я понимаю, что все было на самом деле. Следующие несколько дней избегаю Себастьяна и все получается, потому что он сам пропадает где-то. Наверняка тусит с очередными блондинками и брюнетками. И что вообще с ним случилось? Он же взрослый дядька почти. А тут завелся из-за какой-то детской выходки. Один раз только с ним сталкиваюсь. И этот один раз происходит ужасно нелепо. По совету Кристины, я решила посмотреть аниме «Демоны бледной сакуры». Ошибочно думая, что одной серией ограничусь, меня затянуло на весь день и почти пол ночи. Зато, я посмотрела два сезона подряд. И вот как же меня бесила главная героиня! Такая амебная! Но больше всего меня бесило, что во втором сезоне почти в каждой серии кто-то гибнет из главных героев, и, естественно, я плачу. Но, просмотрев последнюю серию, я уже не просто плачу, а рыдаю, как сучка. Серьезно, с соплями на пол-лица и крокодиловыми слезами. Порываюсь позвонить Кристине и послать ее в задницу за то, что посоветовала такое аниме, где все дохнут. Потом понимаю, что как бы двенадцать часов ночи и она уже спит. Пересматриваю снова последние минуты заключительной серии и меня снова взрывает, когда я вижу главных героев в конце. Их специально перечисляют, заставляя зрителя прослезиться. Кто ж знал, что мое "прослезиться" выльется в долбанную истерику. Плача, выхожу из комнаты и иду на кухню, собираясь попить молока и успокоиться. Себастьяна все равно нет, как всегда, дома. Точнее, так я думала, потому что оказалось, что он сидит на кухне и пьет виски. Замерев на месте, решаю быстро подняться наверх пока он не заметил. - Что это ты не спишь? – Блин! Поздно! А голос трезвый. - Да так, - голос дрожит от рыданий, хотя я стараюсь выровнять его. – Фильм смотрела. Он удивленно поворачивается и смотрит наверх, где я замерла. - Ты что, плакала? – Черт! Черт! Он даже встает из-за стола, - А ну иди сюда, - тоном, не терпящим возражений, говорит он. Я пристыжено спускаюсь с лестницы и поднимаю заплаканные глаза наверх. Сердце пропускает удар. Карие глаза неожиданно мягки. А я и не думала, что успею соскучиться по этим красивым чертам лица за два дня. – Что случилось? Пип. И перед глазами снова встают главные герои, которые умерли. Я снова начинаю плакать. - Они все умерли, - закрываю лицо руками, - блиин, все умерли! Вот я никогда не буду убивать в своих книгах главных героев. И все потому, что ее спасали и типа честь сохраняли. Блиин, ну как так? – все это я говорю ноющим тоном. - Эм, я ничего не понял, - он плотно подходит ко мне, - кто умер? - Да в фильме они все умерли, - раздраженно говорю я. – Что непонятного? – Замечаю, как расслабляется Себастьян. - В фильме? – кажется, он разозлился. Садится за стол и опрокидывает стопку виски. – И какого черта ты из-за этого так плачешь? - Ну потому что я полюбила их, - все еще не могу успокоиться. – Никогда больше не увижу фиолетового в сражении и туберкулезника тоже никогда не увижу, - ною я. Себастьян раздраженно наливает себе еще стопку виски. Я быстро забираю ее и выпиваю все до дна. Янтарная жидкость обжигает горло. Морщусь от горечи и ставлю пустой бокал перед парнем. - Как можно так плакать из-за фильма? – со злостью повторяет он, - Я испугался, что что-то случилось, черт побери! - Какое хорошее успокоительное, - истерику, как рукой сняло. Я рукой вытираю слезы с щек, - Ты просто бесчувственный наглый самоуверенный чурбан. – Случайно икаю. – Спокойной ночи. Удивительно спокойная поднимаюсь в комнату и засыпаю, как убитая. Да, более странного диалога я еще не вела. Итак, пятница! Сегодня Бирте поведет меня тусоваться в клуб! Да! Со стыдом вспоминаю, как вчера была не в себе. Господи, Себастьян видел, как я рыдала из-за фильма! Блиин, говно какое! Теперь он подумает, что я истеричка. Хотя так оно вчера и было. Ладно! Все! Хватит загоняться из-за пустяков. Он, вообще, насильно меня поцеловал и нормально потом себя вел. А сегодня надо оторваться. После душа надеваю джинсы и рубашку и спускаюсь вниз. На кухне сидит Себастьян со стаканом апельсинного сока. Вид у него, будто умереть хочет. Черные волосы торчат во все стороны, будто его током шибануло. Карие глаза отражают вселенскую усталость и безразличие ко всему, кроме стакана. - Доброе утро, - здороваюсь я. – Чего это ты так рано встал? - Потому что, когда пьешь, - медленно отвечает он, - мало спишь. – Пожалуй, не стоит ему выносить мозги. Может, он все забыл? - Ааа, - Тобиас заходит с подносом с блинчиками, - доброе утро, – приветствую я его. – О, спасибо! С аппетитом уплетаю блинчики и пью кофе с молоком и сахаром. Сегодня мне ничто не испортит настроение! - Тобиас, я сегодня приду поздно вечером после школы, поэтому не волнуйтесь, - после того, как проглотила очередной маленький кусочек блинчика, предупреждаю я. – Я после уроков поеду к Бирте, а потом мы пойдем тусить. – Себастьян неожиданно оживляется. - Куда ты пойдешь? – серьезно переспрашивает он меня. - Тебе все равно, - смотрю на него с вызовом. Карие глаза темнеют от злости. – В общем, приду поздно ночью. - Хорошо, Дина, - с улыбкой говорит дворецкий, - спасибо, что предупредила. Я тепло ему улыбаюсь и встаю из-за стола. Иду в прихожую и обуваюсь. Когда оборачиваюсь, чтобы взять сумку и куртку, вижу Себастьяна, прислонившегося к стене со своим стаканом живительной влаги. - Котенок, не забудь закусывать, - насмешливо бросает он. Я надменно хмыкаю и закрываю входную дверь за своей спиной. Даже с похмельем дико бесит. Иду в школу. Четыре пары идут очень долго. Я считаю минуты до того, как, наконец, заканчивается последний урок. Бирте ждет меня у двери в класс. - Привет! – обнимаю ее. – Блин, наконец-то все закончилось. Она хитро улыбается. - Да, теперь тусим! – мы идем на автобусную остановку. Где-то час еще едем. Слушаем вместе музыку. С удивлением нахожу некоторые песни из своего плей-листа. Один - Tyga – Make it nasty чего стоит. Сразу понимаю, что это мой человек. Бирте живет в деревне численностью 50 человек. Ясно, почему она такая тусовщица. Я бы сдохла жить в деревне, где всего лишь две улицы. В Москве в одном доме больше. Она ведет меня в свой дом, в котором никого. - Они уехали на входные в Кельн, поэтому можем спокойно тусить! – возбужденно объясняет она. Ее дом очень милый и уютный. Не такой дворец, как у Себастьяна. Все гораздо более привычнее и проще. Бирте сразу идет на кухню и достает из холодильника бутылку водки. Кухня просторная, сделана в модном дизайне, который сейчас так популярен. - Ты что? – удивленно наблюдаю я за девушкой, открывающей бутылку, - Уже? Сейчас только шесть часов. - Пф, через два часа приедет моя сестра и заберет нас, - она берет два стакана и разливает. Достает из холодильника колу, - У нас есть два часа, чтобы собраться. Она сует мне стакан в руку и поднимает свой. - Как же я хочу выпить, - говорит она, чокаясь со мной, - давай, за сегодняшний день. – И выпивает все содержимое. Нихрена себе. Поспешно следую ее примеру, проглатывая противную жидкость. Горло обжигает как вчера. Ну что ж, погнали! Цель – оторваться!

***

* - Наш первый поцелуй был незабываем...