There is no Paradise on Earth

*** С тех пор прошло больше месяца. Крис лишь изредка вспоминала поездку в катафалке, эксцентричного Гробовщика и ее ночное выступление в похоронном бюро. Только скрипка, которую она хранила, спрятав в шкафу под грудой вещей, опасаясь за сохранность инструмента, напоминала девушке о прошлых событиях, оставалась материальным свидетельством того, что все произошедшее не было ночным кошмаром, плавно сменившимся неспешным, даже приятным сном. К удивлению Крис, на электронный адрес пришло письмо с предложением работы, снова в частной клинике. Ее директор, подвижный молодой человек, при приеме Крис на должность лаборанта объяснил, что эта клиника - дочернее предприятие клиники "Осирис", и они теперь разыскивают через контакты в документах тех, кто зарекомендовал себя добросовестными работниками. *** Рваный, ломаный ритм невольно входит в резонанс с колебаниями барабанных и перепонок, и шум в голове нарастает, становится все громче, перекрывая выкрики толпы. Мужчина поводит плечами и встряхивает головой, отгоняя навязчивый гул. Ему приходится отпрянуть и прижаться к барной стойке, чтобы не столкнуться с промчавшейся мимо шумной парочкой. Молодые люди словно срослись в объятиях друг друга и так, не размыкая рук, перемещаются, вынуждая окружающих обминать их. Сменив дислокацию, он окидывает взглядом погруженное в полумрак, разрываемое яркими вспышками света пространство. Это место, слишком многолюдный в такое время суток ночной клуб, раздражает. Но он здесь не по своей инициативе, хоть и по своей воле. Замеченный чуть поодаль силуэт и очертания профиля кажутся знакомыми. Действительно, недавняя забавная знакомая, облокотившись о стойку, усмехается и кивает, разговаривая с высоким молодым человеком, который навязчиво пытается положить ей руку на плечо, стараясь сократить дистанцию. На этот раз Крис расстаралась на макияж. Гробовщику сейчас хочется стереть эти яркие краски, чтобы увидеть того хрупкого, беззащитного и растерянного уличного музыканта. Но жнеца ждут дела, ему не до смешной девчонки, попавшей в очевидно неприятную ситуацию. Он исчезает в толпе. А спустя несколько мгновений из другого зала доносятся взволнованные возгласы людей. Не обращая внимания на внезапно возникшую суету, Гробовщик возвращается в зал, где оставил скрипачку. Он лишь бросает мимолетный взгляд туда, где суетятся люди. Информация распространяется быстро, словно языки пламени, охватывая людей: от передозировки прямо в одном из приватных кабинетов скончался известный музыкант, чьего выступления на сцене клуба так и не дождались посетители. Гробовщик хмыкает и усмехается собственным мыслям. В сверкающем металлом полотне косы отражаются изумрудно-золотистые огоньки глаз. Дезертир сотрудничает на добровольных началах с лондонским департаментом жнецов, это ли не забавно. И им приходится закрывать глаза на все, что творит бывший жнец. Каждая коса смерти сейчас на счету. Ведь количество людей на Земле перевалило за семь миллиардов. С улучшением качества медицинской помощи многих самоубийц откачивают. Людей в Лондоне становится все больше за счет эмигрантов. Жнецы просто не справляются, и все больше душ идет демонам на корм. Помощь нужна сильнее, чем расплата по старым счетам. И вчерашний дезертир вновь получил официальный статус жнеца, но, где это видано... на добровольных началах. Ди-джей оказался шутником. И над всеобщей суматохой в тяжелом, наполненном испарениями алкоголя, сигаретным дымом, благовониями для кальяна и запахами людских разгоряченных тел в воздухе разливается тягучая, кажущаяся вязкой, мелодия. Нет средства согреться, Если вдруг остановилось сердце, Нет средства от смерти на свете, Нет средства вернуться, Если не получится проснуться, Нет средства от смерти...* Словно сотканный из окружающей тьмы, Гробовщик возникает перед Крис так внезапно, что девушка невольно вздрагивает. Ее взгляд тоже направлен туда, где зал охватывает суматоха, связанная со смертью музыканта. - Что ты делаешь в таком месте? - вопрос задан столь жестким тоном, что становится понятно: возможности уклониться от ответа нет. - Меня пригласили. - Взгляд Крис расфокусирован, зрачки сильно расширены, а ответ и интонации в голосе слишком вызывающи. - Сам здесь что делаешь? - подозрительно прищурившись, Крис скрещивает руки на груди. Потеряв опору, девушка покачнулась и упала бы, если бы собеседник не ухватил ее за плечи. В ответ Гробовщик лишь захохотал. - Ты пьяна. - Нет... я всего два глотка сделала, - Крис сама удивлена своему состоянию, запрокинув голову, отбрасывая прядь волос с лица, она весело смеется, слишком наигранно, даже голос звучит неестественно. Гробовщик внимательно разглядывает расширенный зрачки Крис и недовольно поджимает губы - теперь они кажутся еще тоньше. Похоже, так поспешно ретировавшийся "друг", еще несколько минут назад вертевшийся вокруг девушки, добавил в легкий коктейль новый наркотик, который сейчас огромными партиями поставлялся китайцами в клубы Лондона, да и не только в столицу. Гробовщик забрал у Крис бокал и отшвырнул его прочь. Стекло от удара об пол раскололось на десятки мерцающих отраженным светом кусочков, и предательский напиток растекся вокруг осколков светло-золотистей лужицей. Сильные руки обхватили Крис за талию. Она не могла понять, закружил ее мужчина в танце, или они стоят на месте, а мир кружится вокруг них. - Седрик...- Крис привстает на носочки, тянется чуть вверх и, обхватив руками шею мужчины, подается вперед, пытаясь поцеловать его в губы. - Не нужно. - Гробовщик касается длинным ногтем губ девушки и мягко отстраняет ее. Это все иллюзия... Они, погруженные в толпу, незаметны ни для кого. Отрывистый ритм сменяется неспешной мелодией: Постой, пусть закат тебе ляжет на плечи, Я еще не дышал, я еще не дослушал твой смех. Постой, ты можешь спугнуть этот вечер, И мы потеряем друг друга во тьме. - Идем... Ты должна отсюда уйти. Это место - не для тебя. - Гробовщик отпустил талию Крис и потянул девушку за руку. Волшебный мир, за несколько секунд выстроенный вокруг них двоих, рушился и раскалывался, словно хрустальный бокал, на иллюзорные мерцающие осколки, возвращая права реальному, вульгарному пространству ночного клуба. Мы закрыли глаза и далекий придумали остров, Мы придумали ветер и себе имена, И не знаем пока, кто из нас на рассвете Станет ждать, чтоб скорее укрыла волна...**