Пятеро

Сигурд умиротворенно наблюдал за тем, как рассветное солнце играет в изумрудных волосах Иты. Девушка безмятежно спала, лежа на боку, и красивое лицо нежно улыбалось, а темно-зеленые, почти черные, ресницы подрагивали от сновидений. Мужчина довольно хмыкнул, удивляясь этой странной способности высших драконов совмещать оба пола. А человеческий аналог, как оказалось, так и вовсе может изменять все гендерные признаки. Золотоволосый откинулся на постель, вспоминая вчерашнюю ночь. Ощущения были совершенно иными, нежели от секса в ином мире и ином теле. Тут как-то ярче. Слаще. Свободы движений много больше, когда нет ни чешуи, ни рогов, ни когтей. Они оба как-то интуитивно, чисто на странных человеческих инстинктах начали целоваться в тот вечер, уходя все дальше. В их нормальных телах не было ни столь мощного влечения, ни инстинкта. А тут… «Значит ли это, что мы – не тела, а души, у которых есть тела?». Приятное расслабление разливалось по телу. Как оказалось, жить тут можно. Целый неизведанный мир, великолепный секс, хорошая еда, Радаах разбит и слаб, да еще и Алиса где-то под боком, занимающая тоже не последнее место в голове дракона. Ита зашевелилась, вздохнула и проснулась, радостно щурясь. - М-м, как спалось? – промурлыкала она, придвигаясь к сильному телу дракона. - Прекрасно, - Сигурд сгреб стройную девушку в охапку, целуя в макушку. А она положила аккуратную голову ему на грудь, улыбаясь. Так, молча греясь в объятиях друг друга, они пролежали все утро, периодически сонно и нежно целуясь в окружении растений Ханхаиты. Думать ни о чем не хотелось, делать что-либо тоже было лень. Неизвестность иногда поразительно расслабляет. *** Алиса обнаружила себя спящей на ковре в комнате монаха, замерзшая, и с легким насморком. Она была укрыта тонким и невероятно теплым полотном, в которое хотело закутаться поплотнее. В голове всплыла мысль о том, что она стала слишком много спать, и это было правдой. Шмыгнув носом, девушка встала, устало потянулась и попыталась привести себя в порядок. Получалось плохо – короткие волосы торчали во все стороны, но идти наверх она побаивалась, мало ли что она еще там может увидеть, ей и вчерашнего хватило. Так что девушка вышла на крыльцо, тотчас испуганно отскакивая с порога. На крыльце, закутавшись в голубую ткань по самые глаза, свернулся огромным клубком Радаах. Алиса осторожно осмотрелась и в глаза сразу бросилось нечто неожиданное – рука, лежащая поверх ткани, была закована в плотную броню из черных чешуек, а вместо ногтей на утреннем солнце блестели устрашающие когти. Завороженно, чувствуя неодолимое желание прикоснуться к этому существу, Алиса протянула руку и провела самыми кончиками пальцев по плечу мужчины, чувствуя горячие пластинки, гладкие и блестящие, как металл. А потом, чуть не умерев от страха, оказалась под рычащим гневным полудраконом, который уже заносил когтистую лапу для удара. Девушка даже вскрикнуть не успела, больно ударившись лопатками и жмурясь от разъяренного взгляда. Но, чувствуя себя глупо в этом положении, проглотила страх и упрямо уставилась в сиреневые глаза. Чешуя была и на шее, и, более мелкая, на лице, но не образовывала такой устрашающей звериной маски, как у Сигурда. Алиса упрямо смотрела в глаза Радааху, собрав всю волю в кулак, чтобы не стушеваться и не отвести взгляд. Каким-то шестым чувством она знала, что Рад не ударит, и испугалась скорее по привычке - неожиданности нападения. Радаах тяжело дышал, почти рыча, но девушка упрямо упиралась ладонями ему в грудь, отталкивая, чувствуя, как сводит мышцы от тяжести. Но, также неожиданно, как и напал, мужчина проворно встал, выдыхая, и уставился куда-то за линию горизонта, переводя дух. Что-то не так было сегодня с девчонкой. Он увидел в ее взгляде силу и какое-то зарождающееся бесстрашие. А потом – свое привычное темное тело. Мужчина во все глаза уставился на родную чешую и черные лапы, ничего не понимая. Что произошло? Откуда? Алиса перепугано юркнула обратно в домик, тоже ничего толком не осознав. Вышла, называется, воздухом подышать. И чуть не попала под горячую… лапу самого злобного дракона во всем этом квартете. Радаах молча проводил ее взглядом. Зажмурился, пытаясь отдышаться, прислушался к ощущениям. Его естественный жар в полной мере вернулся в тело, все тело покрывала броня чешуи, а голову чуть оттягивала вперед пара витых острых рогов цвета темного серебра. Мужчина провел когтисто ногой-лапой по земле, вспахивая глубокие борозды. С тихим рыком усмехнулся, чувствуя привкус огня у корня языка. Наконец-то. *** Алиса уныло помешивала чай ложечкой, закусывая бутербродом. Ее действительно пугал этот мужчина. Слишком сильный, слишком гневный и неуравновешенный. Это точно не то начало дня, которого ей хотелось. Тут и Марпо пришел, собирая седеющие волосы в длинный хвост. Он был сонный - недоспал из-за шума со второго этажа до трех часов ночи. Зевнув, он умылся и мягко улыбнулся Алисе. Она в ответ немного напряженно произнесла: - Доброе утро, - почему-то в присутствии красного дракона она чувствовала какой-то смутный стыд, и не могла понять причины его возникновения. - Доброе, доброе. Алиса невольно следила, как осознанно и грациозно двигается мужчина. Словно лев. Добрый лев, не как Радаах. - Как спалось, прекрасная леди? - Хорошо, уснула, как младенец. Простите, что в вашей комнате. - Да ничего, места всем хватило, - усмехнулся он и перевел тему, - Готовить умеешь? - Да, - скромно ответила девушка. - Приготовь, пожалуйста, завтрак, - попросил мужчина с улыбкой, - На троих. Алиса совершенно спокойно отнеслась к просьбе, понимая, что просто так ее в доме держать не будут, и встала из-за стола и стала осматривать содержимое холодильника. А Марпо проводил ее взглядом, радостно усмехаясь своим мыслям. Сигурд наверху, размякший от ласк, которые ему были в новинку, неожиданно проснулся, прислушиваясь. Грубовато толкнул женщину в бок, от чего та недовольно застонала и проснулась. - Ты чего, старый хрен, женщину бьешь? Но Сигурд лишь шикнул на нее, бегая взглядом по комнате. Потом неожиданно подорвался к окну, в чем мать родила. Зеленоволосая тоже села в кровати, вслушиваясь. На несколько секунд все звуки в комнате словно умерли, лишь стремительно учащающееся дыхание двух драконов слышалось все отчетливее. - Черт! - Предупреди остальных! – гаркнул Сигурд, хотя Марпо уже и так вскочил из-за стола, слыша тот же самый протяжный звук. И тут началось. Сигурд судорожно натягивал штаны и ботинки, Ита опять стала мужчиной и тоже одевался, одновременно скатываясь по лестнице с криком «Уходим, уходим, это он!», Радаах самодовольно скалился на крыльце, радуясь удачному стечению обстоятельств, Алиса перепугано металась по кухне, вообще не соображая, что происходит, а Марпо спокойно и быстро клал в сумку продолговатые тексты и проворно сворачивал в трубку тханку со стены, что-то сосредоточенно бормоча. Потом монах схватил девушку за руку и буквально выволок из дома, несясь вместе с ней по лесу подальше от домика. И очень вовремя, потому что с жутким воем что-то темное пролетело по ясному небу, и дом в одно мгновение с грохотом разлетелся на щепки и мелкие кусочки кирпича, взорвавшись синим пламенем. Алиса от шока даже остановилась, останавливая и Марпо заодно. Среди пылающих обломков сидел, защищая своим телом зеленоволосого паренька, Черный Радаах, а Сигурд проворно бежал, пригнувшись, по густой чаще по направлению к Марпо и Алисе. И одновременно все пятеро услышали странный клекот, словно совиный, протяжный, дрожащий и высокий. Алиса вскрикнула, увидев, что прямо на Радааха и Ханху пикирует что-то бело-розовое и огромное. - Хунгур! –выдохнул Марпо, хмурясь и утягивая от опасности девушку. Тут и Золотой подоспел к убегающим. Алиса то и дело оборачивалась, слыша доносящееся рычание и вскрики, в откровенном шоке просто неслась, спотыкаясь, постоянно оборачиваясь, в очередной раз жалея завязать со спокойной жизнью. Она видела, что Рад и какое-то огромное белое существо сцепились в драке, А Ханхаита отползал подальше от них, зажимая ногу. А Марпо хмурился и сжимал челюсти. Он – мирный дракон и всегда предполагается, что уходит от драк гневных индивидов, но сейчас ситуация была несколько иная. Рад сильно ослаблен, его даже Ханха не вытянет против Хунгура, а Сигурд по какой-то причине здесь, а не в драке. Помочь особенно он не сможет, но оставлять Рада и Ханху в неравном поединке Марпо не может. Умрет, но сделает все, чтобы спасти их. Мужчина затормозил, толкая девушку к Сигурду. Бросил горький взгляд на девушку. - Позаботься о ней – серьезно произнес мужчина с мудрым взглядом и сострадательным голосом. Следом добавил что-то на неизвестном рычащем языке, наспех обнял Алису, которая только сейчас поняла, что происходит, всунул ей в руки свернутую тханку, замер на мгновение, оглядывая девушку, словно в последний раз, и сорвался с места, убегая назад. Распустил алые крылья с рыжими концами, и помчался в гущу драки. А двое уже неслись дальше, и временами золотоволосому буквально приходилось тащить рыдающую девушку на своем плече, когда она совсем выбивалась из сил. *** Огонь отозвался знакомым магическим покалыванием на ладонях. Ханхаита испуганно забился мне под самый живот, спасаясь от этого ядовитого жара. Грохот со всех сторон окружил нас. Зеленый пронзительно закричал, и я почувствовал, как он медленно падает мне к ногам. Через мгновение уже все стихло, и я увидел причину болезненного крика Иты – из его бедра торчал большой зазубренный кусок дерева. Какой-то частью сознания я слышал, как падают вдалеке куски кирпича и дерева, и как потрескивает огонь. С каждым мгновением становилось все жарче и жарче. Отчасти потому, что вокруг полыхал огонь, но и я распалялся с каждой секундой. Уже чувствовал, как теряю всякий рассудок или самообладание. А солнце сверху закрыл хищной тенью снижающийся Хунгур. Такой же, как и всегда, каким я его и помню: весь белый, с розовой гривой, когтями и глазами, с привычным хищным оскалом, дрожащим клекотом и когтистыми крыльями. Я с силой оттолкнулся от земли, всю силу вложив в этот прыжок и повис на морде Хунгура, еще прежде, чем он коснулся задними лапами земли. Уцепился зубами за бровь, опираясь согнутыми ногами на ноздри. Длинная белая шерсть неприятно набивалась в рот, но я уже почти не замечал. Удар лапы – один глаз поврежден, несколько кошачьих ударов ногами, и вот уже вся морда его заалела; бровь прокушена. Хунгур мотал головой, и в очередной раз я едва успел ухватиться за рога, чтобы не слететь. Драться с такой чудовищной разницей в размерах мне еще не приходилось. Но когтистая белая лапа в итоге все же содрала меня с резко повлажневшей морды и с размаху впечатала в землю. Из глаз посыпались искры, весь воздух мгновенно выбило из легких. Я с хрипом вздохнул было, но непривычно большая морда опасно приблизилась и белоснежно оскалилась с утробным рокотом. Я явственно почувствовал нарастающий жар от его пасти, и еле успел перекатиться вбок, чтобы не попасть под поток голубого разрушающего огня. Отчетливо послышался хруст где-то в ногах, я поехал вперед и вверх, неожиданно оказываясь в воздухе вниз головой. - И это все, что осталось от Великого Радааха? - насмешливо проурчала морда, сильнее сжимая зубы на ноге. Боль опьяняла. И если любое нормальное существо испытывает действительную боль и дискомфорт, то меня она лишь притягивала, опьяняла, манила, как холод поднебесья. Зацепиться было не на что, и я лишь крыл Хунгура отборной бранью, покачиваясь и извиваясь в его зубах. Сверху я видел, что Ханхаита, несмотря на рану, колдует – сосредоточенный взгляд, шевелящиеся губы и непонятные движения пальцев говорили сами за себя. Неожиданно дракон взвыл и выпустил меня, еще раз шмякнув о немилосердно жесткую землю. Я вскочил было, но нога сома подогнулась, и я свалился в объятия Зеленого, который оперативно заранее подполз и сейчас подхватил меня. Тотчас начал колдовать над моей ногой. Молодец малой, не боится и не мешкает. Хунгур возился где-то рядом, воя и рыча из-за неспособности пробиться сквозь купол, созданный Ханхой. Я вывернулся и стал издевательски скалится на врага, брыкаясь, когда Ита слишком усердствовал в сращивании моей ноги. Только что подоспел Марпо. Ну все, теперь не пропадем. Он выглядел величественно даже в человеческом теле, как ни странно. Что-то низко выкрикнул на всю поляну, руками делал какие-то подчиняющие движения. Рыкнул еще и еще, да так, что невольно хотелось подчиняться. Что меня поразило, так это то, что Хунгур действительно пошатнулся всей своей огромной тушей, осел на передние лапы и совершенно умиротворенно закрыл глаза. Я тоже недоуменно помотал головой. Жаркая пелена гнева вдруг спала и меня наполнило просторное ощущение защищенности и покоя. Я даже откинулся на траву, больше не скалясь на старательного Ханхаиту, а нога наконец вновь стала прямой, нагрелась и срослась, словно и не была почти полностью откушена. Но тут холод полился нам на головы, и я со всей неожиданной ясностью осознал – ловушка захлопнулась. И прежде чем отключиться, я увидел мерцающие прутья клетки и ворох алых перьев где-то рядом.