Пятеро

Судорожный крик моментально родился в моем горле, но оборвался на первой же секунде. Чья-то невидимая в темноте рука зажала мне рот и отволокла немного в сторону. Сухая горячая ладонь стискивала добрую половину моего лица и больно давила пальцами на скулы. Вторая рука прижимала мои руки к телу, не давая никакой возможности пошевелиться. Ноги никак не могли обрести устойчивость. Сердце тут же забилось тяжело и быстро, жар начал заливать тело, я почувствовала, как тут же начинаю потеть от страха. Дышать стало трудно. Тот, кто меня схватил, был очень горячий, точно в лихорадке, и мускулисто-жесткий, я ощущала это всей своей спиной. Тотчас, как меня схватили, я начала истошно мычать сквозь закрывшую мой рот ладонь и пытаться звать на помощь. Мысли носились в голове, я не могла ничего придумать, лишь задрыгала ногами в надежде ударить его и освободиться. И тут в темноте меня пронзила еще одна очень острая игла страха — человек заговорил. — Ччч, спокойно, девочка, спокойно, — бесцветно и спокойно сказал мужчина прямо над ухом. Голос у него был до дрожи пугающий: низкий, глубокий и явственно вибрирующий. Мелкая вибрация прошла и по его груди, так что я почувствовала её спиной. Я еще сильнее забилась в его медвежьей хватке. Среди хаоса в моей голове вспомнился прием из фильмов. Вдруг сработает? Я как можно сильнее закусила руку, зажимающую мне рот. Но никакой реакции не последовало. Его пальцы даже не дрогнули. Я изо всех сил сжимала зубами захваченную плоть, но все равно ничего не происходило, он меня не отпускал, а я продолжала мычать уже в безнадежной исступленности. До тех пор, пока мне в рот не начала сочиться горячая жидкость. Я пуще прежнего испугалась, ничего не соображая и пытаясь её выплюнуть. — Если ты перестанешь истерить и кусаться, и замолчишь, я тебя отпущу и не причиню никакого вреда, — властно и чуть раздраженно произнес человек у меня над ухом. Через несколько секунд я постепенно затихла. Мой безумный ум ухватился за фразу «не причиню никакого вреда». О боги, только бы он не играл ни в какие игры. Пальцы медленно разжались, его неестественный жар ушел и я молниеносно взобралась на диван напротив, в темноте пытаясь разглядеть этот предрассветный ужас. В реальности происходящего не было никаких сомнений, но странное чувство отстраненности приходило на смену страху. Я пыталась отдышаться. В моей жизни вообще никогда не было серьезных происшествий. А тут тебя хватают в темноте в твоем же доме. Ночью. Сзади. Незнакомый мужчина. Мои глаза уже привыкли к сумраку, и теперь я видела неясный силуэт в неплотной синей темноте. Мужчина стоял, привалившись плечом к стене и поднеся руку ко рту. Кажется, ту, которая была укушена. Я немного изменила свое положение, пытаясь принять более твердую позицию, чтобы суметь быстро вскочить и бежать в случае чего. Темная фигура медленно повернула голову на шорох. В темноте светились два сиреневых глаза с большими от темноты зрачками и смотрели прямо на меня. Это призрачное сияние бросало почти неуловимый рассеянный свет на скулы мужчины. Я почувствовала, как тошнота подступает к горлу. У людей не бывает таких насыщенно-фиолетовых глаз. А линзы с подсветкой еще не придумали... Этот взгляд был каким-то уставшим и лихорадочным, но от этого не менее пугающим. И тут в углу громко и отрывисто несколько раз пропищал генератор, сообщая о том, что дали электричество, лампа дневного света над моей головой несколько раз мигнула и зажглась с еле слышным электрическим гудением. Теперь передо мной стоял вполне реальный мужчина: босой, в изодранных на коленях джинсах явно больше по размеру, чем нужно, и несвежей белой майке. Мне подумалось, что я видела его где-то раньше. Мозг тот час услужливо подсказал, где я могла его видеть – неоднократно мелькало его лицо в новостях. — Не вздумай кричать, — угрожающе и как бы между делом произнес он, щурясь от яркого света и осматриваясь, пока я лихорадочно соображала, что делать и как спасать свою шкуру. Я шмыгнула носом, ощутив обреченность, и машинально провела тыльный стороной руки по рту, ощущая что-то липкое. Что-то желания кричать и бежать куда-либо действительно поубавилось. — Где еда? — негромко сказал незнакомец. — В... В холодильнике?... — полувопросительно промямлила я вполне очевидный ответ. Мужчина поглядел по сторонам, открыл холодильник и стал в нем шуршать. Телефон был в другой комнате. Я тихо пошевелилась, приноравливаясь бесшумно встать. Незнакомец тут же обернулся и зашипел: — Ни с места! Я испуганно замерла. Мужчина тем временем ел и ел. Он стоял спиной ко мне, но судя по звукам, был очень голоден и глотал еду, почти не жуя. Его спина и плечи были шире моих раза в два, но роста был примерно моего. Груда мышц! И вся поза напряженная, точно у тигра, который только и ждет, что в него пальнут из ружья, но не может понять, с какой стороны ему ждать выстрела. Я видела, что он тяжело опирается рукой на угол плиты, стараясь не ступать на одну ногу. Рана? Сейчас мужчина стоял боком ко мне, и я видела его в профиль. На вид ему было не больше тридцати пяти. Ходящие под кожей желваки, волевой подбородок, густые брови и глубоко посаженные глаза производили мрачное впечатление. А четко очерченные губы добавляли жесткости облику. Да еще и сиреневые глаза. Он производил впечатление очень сильного, угрюмого и измотанного человека. На языке крутился вопрос, и я решила все же попытаться. Прошло несколько очень долгих мгновений, прежде чем я все-таки подала голос. — Т... Ты не ранен? — Нет, — послышалось в ответ низкий рокот. — Хорошо, — тот час поспешно пискнула я. Нет, действительно хорошо, что он хотя бы не ранен. — Что тебе тут надо? — на удивление, это прозвучало почти уверенно. — Мне нужно было где-то поесть и переночевать,— более мирно пророкотал в ответ незнакомец. — Но почему именно в моей комнате? Это не самая близкая комната в этой гостинице, — жалобно протянула я и начала успокаиваться. Он в ответ лишь мельком глянул на меня и не ответил. Я заметила, что его движения были немного странными — иногда он немного промахивался мимо предметов или будто бы непривычно поводил плечами, как делают, когда пальто маловато в плечах. — А где остальные четверо? Еды тут на всех точно не хватит, - попыталась я пошутить. —Так ты знаешь про нас, звереныш, — насмешливо-снисходительно произнес мужчина, не поворачиваясь. — Да, по-моему, про вас знает весь мир уже, — уже наглее ответила я. Страх потихоньку проходил и сменялся любопытством. Говорить что-то в спину в любом случае было намного спокойнее, чем в лицо. — Не хочешь меня сдать, случайно? – иронично спросил он, чуть оборачиваясь и щурясь. Весь облик мужчины внушал страх и уважение, и я не решалась даже приврать ему, отчего-то полагая, что он это так просто не оставит. И обязательно заметит. Так что я лишь активно замотала головой. И ни с того ни с сего вспомнила, что даже не знаю его имени. - А-а, как тебя зовут? – осмелела я. - Рад, - не сказал, а рыкнул он. - Рад? Странное имя… - Ничего странного, - прорычал он, повысив голос, - Радаах. - Все, все, поняла, - замахала я руками испуганно. — Найди мне место для ночлега, — повелел он, неожиданно переводя тему. — Где угодно, но только не в моей квартире! — Найди. Мне. Место, девчонка! — прорычал он низко и чертовски угрожающе. Так, что у меня, кажется, даже волосы на голове зашевелились от страха. Я моментально заткнулась и решила, что лучше ему не перечить. — Л... Ладно, — пискнула я и юркнула в другую комнату. Только я оказалась в родной комнате, как раздражение начало расползаться по разуму, отсутствие в помещении этого человека сразу приводило в чувство. Да как он вообще смеет так со мной обращаться?! Мало того, что этот придурок залез ночью в мою квартиру, полапал меня и сожрал все мои продукты, так теперь еще и жить тут напрашивается! Еще и глаза сиреневые!. Я же не ребенок, чтобы со мной так обходились! И вообще, я не собираюсь его тут терпеть. Я взрослая девушка, и я могу постоять за себя. Где тут телефон? Я начала искать телефон, наконец-таки нашла его, но передо мной встали две серьезные проблемы. Первое: я не помнила ни одного телефона, на который надо звонить в таких случаях, и второе - на телефоне не было денег. Черт. Я резко развернулась и пошла обратно в кухню, приняв самый грозный вид, на который была способна. Сердце бешено колотилось в груди от страха. А вдруг он меня ударит? А вдруг он вообще буйный? Или маньяк... «Вы не имеете права здесь находиться! Убирайтесь, или иначе я вызову полицию!» — орал голос в голове. Еще несколько шагов. Сердце бьется, как у колибри. «Вы не имеете права! Убирайтесь!...» Почти на кухне. «Убирайтесь, я вызову!...» Вот он стоит боком. Напряженная линия подбородка, пронзительные глаза смотрят в окно. Ноги сами остановились, и я замерла в двух метрах от него. Растерялась. Он медленно повернул голову. Взгляд прожег огромную дыру в мозге, кажется. — Вы... Б... Убирайтесь... Да! — жалко, запинаясь произнесла я. От раздражения не осталось и следа. Только страх. Джон в ответ лишь хмыкнул и отвернулся, словно такая мошка не стоит даже того, чтобы на нее смотреть. Я испугалась пуще прежнего и просто убежала в комнату. Как унизительно! Закрыла дверь на защелку. И на вторую, тоже. Прислонилась спиной к двери. Легкие не вмещали столько воздуха, сколько сейчас было нужно, от колотящегося сердца немного закладывало уши, руки были в холодном поту. Это был даже не страх, это был панический ужас. От его взгляда, медленных движений, мышц под смуглой кожей, гудящего голоса... Ч-черт! Чего я так испугалась? Он всего лишь усмехнулся! Вот свалился же на мою голову. Его так просто отсюда не вышвырнешь... Что же делать с этим дьяволом? Глаза бегали по комнате в поисках чего-нибудь потяжелее. Был только увесистый чемодан. Кроме него взгляд не нашел вокруг меня ничего, что могло бы оглушить Рада. Но он мягкий! Этот чертов чемодан мягкий! Я сползла вниз по двери, закрыв лицо ладонями. На несколько секунд провалилась в свои мысли. Приказ исполнять не было абсолютно никакого желания, к тому же замок на двери надежно защищал от этого монстра. Буду тут сидеть, пока не уйдет, гадина! Я почувствовала сухую корку на щеке и губах. Медленно подошла к зеркалу в ванной. В первую секунду я даже себя не узнала. Растрепанная, с красными от слез глазами, да еще вокруг рта и во всю щеку размазана темная, свернувшаяся кровь. Я тут же начала лихорадочно умываться холодной водой, потом схватила полотенце и начала тереть им лицо с таким остервенением, что лицо вскоре начало печь. Хотелось содрать кожу в том месте, где чужая кровь коснулась её. От происходящего сейчас было дурно. Я вышла из ванной и тяжело осела, почти рухнула на застеленную кровать. Вид белой стены немного успокаивал. Попыталась принять здравое, взвешенное решение. Мысли носились по голове и не давали даже сидеть спокойно. Может, это вообще отголоски разыгравшегося воображения? Может же такое быть? Нет, потому что я отчетливо слышу, как прогибается диван под его тушей, и он вздыхает за стенкой. Вдруг дрема накатила тяжелой волной. Непонятно откуда взявшаяся, неожиданная и вероломно сильная. Я закрыла отяжелевшие веки и откинулась на одеяло, тотчас погрузившись в тяжелый сон. Конец -POV Алиса. -