Angel with a shotgun

Lana Del Rey – Children Of The Bad Revolution

Джек и Эльза быстро проникли в номер, плотно закрывая за собой дверь и следуя за Роджером в его спальню. Эльза секундно обвела глазами комнату, засматриваясь на многочисленную технику, что была разложена на широкой кровати с белоснежным покрывалом. Тонкие провода путались между собой, соединяясь и разрываясь, заканчивались у ноутбука с толстым корпусом, на котором яростно мигали лампочки процессора. Тимми наклонился к постели, пальцами цепляясь за маленький прибор с прозрачным плоским проводом и разворачиваясь в сторону Разенграффе, тут же подходя к ней и вставляя маленькую деталь прямо ей в ухо. Эльза поморщилась из-за неприятных ощущений, чувствуя, как эта штука приглушает ее нормальный слух. — Отсюда ты будешь получать мои команды, — быстро пролепетал Роджер, мимолетно протягивая незримый проводок по затылку девушки и пряча аккумулятор в ее волосах. — Главное: не давай ему повода заметить всю эту аппаратуру на тебе. Пистолет на ногу я, конечно же, не буду тебе прикреплять, но все же: не подпускай его к своим волосам. После этих слов Тимми нервно вручил Эльзе какое-то также мелкое устройство, попросив спрятать его (а это был микрофон) куда-нибудь поглубже в декольте. Разенграффе сначала смутила эта просьба, но вскоре она затолкала микрофон в пространство между чашками лифа, убедившись, что ни один из парней не смотрит в ее сторону. Роджер помогал что-то закреплять Джеку, проводя длинный провод по шее Фроста, скрывая его за воротником рубашки. — Все предельно ясно: ты не называешь его Джеком, слышишь? Ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах, запомни, он - Анджелл, а ты - Кассандра. От этого зависят наши жизни, — обращаясь к Эльзе, нервозно проговорил Тимми, присаживаясь около компьютера и открывая множество окон сразу. — Здесь нет прослушивания, я все проверил, поэтому можем работать в нормальном темпе. Завтра утром мы должны покинуть это место. — Куда отправимся завтра? — поинтересовалась Эльза, поворачиваясь из стороны в сторону, чтобы разглядеть себя в зеркале, которое было длиною во весь ее рост. Ткань платья расходилась, оголяя длинную и тонкую ногу девушки, отчего та довольно ухмылялась, кладя руку на талию и откидывая голову в модельной позе. Эльза улыбалась своему отражению, представляя собственную фотографию на обложке какого-нибудь модного журнала. — Я не знаю, — совершенно спокойно ответил Роджер, настраивая какие-то параметры в передатчике. — Скорее всего это будет Мексика, у нас там остались кое-какие незавершенные дела. — Мехико? — спросила Разенграффе, оборачиваясь в сторону парней. Она выгнула свою выщипанную бровь, уставившись на Тимми. — Зачем нам столица? Мы поедем в Монтеррей. — Парень снова посмотрел на экран ноутбука, что-то неустанно исправляя. — А... где находится этот Монте-? — Монтеррей, — поправил девушку Тимми, втыкая в лэптоп еще один провод. — Северо-восток Мексики. — Ладно. — Разенграффе сделала вид, что поняла, где находится город, замолчав. — Так, я все вроде бы настроил, — оповестил Роджер, надевая наушники и пододвигая к себе предмет, который показался Эльзе похожим на микрофон. — Меня слышно? Фрост с Разенграффе резко дернулись в сторону, морщась от громкого звука, что пронзил их барабанные перепонки. — Не так громко, пожалуйста, — прошипел Джек, сжимая челюсть из-за неприятных ощущений. Ухо Эльзы атаковал тот же самый ультразвук, и она скривила лицо, сильно сжимая губы. — Я сейчас оглохну, механик ты чертов. — Извините. Так лучше? — Фрост выпрямился, прижимая один палец к микрофону, что был размещен в глубине его ушной раковины. Подняв глаза на Роджера, он напряженно кивнул, смотря на Эльзу, которая еще немного морщилась, но, вдохнув через рот, покачала головой. — Слава богу. Теперь попробуйте что-нибудь сказать, я прослушаю, насколько хороша связь. — Тимми Роджер - один из самых худших техников, которых я когда-либо знал, — монотонно произнес Фрост, игнорируя закатывающего глаза парня. — Эльза? — Тимми набрал на клавиатуре какие-то цифры, отправив их на сервер. — Эм... Я люблю ванильный фраппучино. — Прекрасно. — Роджер впервые за вечер улыбнулся. — Ну что же, удачи нам. Если кто-то из гостей заметит ваши провода, скажите, что это аппарат для улучшения слуха. Кивнув головой, Фрост схватил Эльзу за локоть, потащив к двери, даже не обратив внимание на то, что на высоких каблуках она не обладала особенной устойчивостью. Когда они оба вышли в коридор, Джек изменил громкость своего голоса, быстро пролепетав на ухо Разенграффе: — Если ты вдруг услышишь, что я называю тебя "лисенком", не удивляйся. Я твой брат, запомнила? И ты напоминаешь мне хитрую лису. Блондинка насмешливо скривила лицо, смотря на Фроста удивленным взглядом. Тот, как ни в чем не бывало, отвернулся от нее, вызывая лифт, когда они подошли к нему. — Прекратите свои ролевые игры, — одновременно услышали оба, и Эльза засмеялась, стуча каблуками, когда заходила в серебристую кабину лифта. Когда она закрылась, Разенграффе услышала успокаивающую музыку, которая звучала откуда-то сверху. Неужели они и вправду включают релаксирующую музыку у себя в лифтах, подумала Эльза. Обратив внимание на длинное зеркало, девушка отметила, на сколько они оба были шикарными этим вечером. Джек сосредоточенно смотрел перед собой ровно до того момента, как повернул голову к зеркалу, замечая на своих глазах взгляд блондинки. Она криво улыбнулась, борясь с желанием показать все свои тридцать два зуба из-за подступившего к горлу визга. Ей едва ли верилось, что это на самом деле она со своим знакомым, а не модели Vogue*. Молодой человек галантно открыл дверь пассажирского сидения для Эльзы, закрывая ее только после того, как следом за девушкой на заднее сидение залез Фрост. Для Разенграффе вновь стало секретом внезапное появление их личного водителя, и она неотрывно смотрела на Джека, чье лицо освещалось лишь светом фар с улицы. Почувствовав ее пристальный взгляд, он взглянул на блондинку, наклоняясь к ее уху и быстро говоря вполголоса: — Алан, мы брали у него эту машину... лисенок. Эльза вновь скривила лицо, услышав собственное прозвище, отчего Джек нахально улыбнулся, отдаляясь от нее и облокачиваясь на сидение, откинув голову назад. — Нельзя было выбрать что-нибудь более дерзкое? — Разенграффе видела на лице парня насмешливую улыбку, подняв брови. Кадык на горле пепельноволосого дрогнул, после чего он, облизнув губы, произнес: — Неужели тебе не нравятся уменьшительно-ласкательные, малыш? — Он издевался. — Ты специально? — Перебил ее. — Жаль, я так хотел называть тебя пупсиком или зайчонком, — смеялся он, в то время как блондинка зажмурилась, прикрыв уши ладонями. — Если ты не прекратишь, я тебя ударю. — Разенграффе поднесла свой кулак к груди Джека, легко надавливая на солнечное сплетение и щуря глаза. — Ладно-ладно. — Он поднял руки в знак своей безоружности, не в силах перестать смеяться. — Солнышко. Эльза сжала губы, тут же упершись в плечи парня двумя руками и пытаясь повалить его назад, но ее попытки не увенчались успехом. Парень схватил ее за запястья, оторвав их от своей груди и вернув на колени девушки, смеясь над пылкостью Разенграффе. Она не прекращала щуриться, в конце концов презрительно занеся руку над его предплечьем и ударив парня. — Получается, Вы сестра Джексона? — вдруг послышался голос водителя, который разрушил идиллию собственного мирка двух молодых людей, отчего они одновременно обернули на него головы. Эльза бросила на пепельноволосого вопросительный взгляд, пытаясь не выдавать свою беспомощность. Он серьезно взглянул на нее, незаметно протянув к ней руку и сжав ее ладонь, тут же отпустив. В его глазах читалась полная уверенность в том, что Эльза не подведет. Хотя на теле девушки уже проступил пот из-за того, что она нервничала. — Да. Говори, что ты его сестра. — Вдруг услышала блондинка голос Тимми в ухе, чувствуя себя уже намного спокойней. — Да, — повторила девушка, сдержанно кивнув головой. Посмотрев на Джека, она не заметила на его лице должных эмоций, он все еще оставался спокойным, скрывая свою "опасность" под легкой улыбкой. "Он был прекрасным актером еще с того момента, как ты оставляла засосы на его шее", — напомнило Эльзе сознание, и она лишь согласилась с ним, послушно прикрывая глаза. — Джек не рассказывал о Вас, — пожал плечами Алан. — Вы, наверное, приехали с другого конца страны? Девушке потребовалось лишь несколько секунд, чтобы получить сразу от двух парней верный ответ. — Да, — вновь повторила Эльза, уверенно закидывая ногу на ногу и следя за взглядом водителя через зеркало заднего вида. — Мы с ним уже давно живем отдельно друг от друга. — Она приложила собственный шарм, и в воздухе ощутимо чувствовалось повышение тестостерона. Ее зрачки расширились, после чего она еле ощутимо провела по своей ноге ладонью, коснувшись холодными пальцами колена. Снова посмотрев на Алана, девушка поймала на себе его взгляд, приподняв уголок губ. — Что ты делаешь? — монотонно прошептал Фрост, отводя подозрения. — Даже не думай, нам нужно посетить бал. — Даже спрашивать не хочу, о чем ты подумал. Успокойся, я просто дразню его, чтобы он ушел от этой темы, — хитро прошептала Эльза, довольно улыбаясь и смотря в блестящие глаза парня. — После этого не спрашивай, почему я назвал тебя именно "лисенком", — хмыкнул Фрост. Разенграффе улыбнулась, отворачиваясь к окну. Ночной Чикаго был настоящим пиком великолепия, затуманивая своим очарованием чистую голову девушки все сильнее и сильнее. Она постепенно влюблялась в него, не в силах противостоять красоте миллионов огней на фоне огненного заката, разливающегося по небу, будто кто-то случайно вылил на холст алую краску. Разенграффе видела в этой череде небоскребов силу, которую невозможно было увидеть или учуять, ее можно было лишь ощутить и почувствовать, проникнуться атмосферой. Чикаго был прохладен по климату, но горяч по завоеванию сердец всех приезжих, и Эльзе нравилось это. Когда водитель заехал на стоянку, девушка огляделась, заметив целый ряд невыносимо дорогих машин, что стояли здесь. К массивному зданию подъезжали все новые и новые гости, скапливаясь у больших дверей, которые были открыты настежь. Водитель заглушил мотор, и Эльза хотела уже вылезти из машины самостоятельно, но Фрост схватил ее за локоть, жестом указывая оставаться на своем месте. Как только Алан открыл дверь для девушки, та взялась за подол платья, ступая на асфальт одной ногой, скоро оказываясь на улице полностью. Вслед за ней из салона появился и Джек, поправляя свой галстук и сразу же обвивая рукой талию девушки, вставая рядом. Это действие тут же вызвало у Эльзы возмущение, и она как можно менее вызывающе уставилась на его ладонь, переводя свой удивленный взгляд на юношу. — Не истери, так надо. — Фрост не посмотрел в ее сторону, разглядывая что-то перед собой. — А теперь улыбнись и будь милой. Растянув губы в приветливой улыбке, Разенграффе пошагала вперед, ступая ногой в ногу с Джеком. Как только парень с девушкой прошли через большие двери, больше напоминающие ворота, их окружила светская атмосфера, заставляющая гордо выпрямить позвоночник и поднять голову, поправляя в глазу воображаемый монокль. — Ты готова? — шепчет он на ухо блондинке, уже какой раз за вечер обдавая ее шею своим теплым дыханием. — Более чем, — сразу слетает с ее губ, и Эльза продолжает рефлекторно улыбаться, пытаясь казаться милой. Джек вел ее в направлении какой-то явно богатой пары с джентельменом, лет так сорока, и его спутницей, на вид которая не слишком отличалась от Разенграффе. "Я бы дала ей не больше двадцати двух, потому что девушка действительно была схожа чертами своего лица с Фростом," - подумала блондинка, немного сощурив глаза. А я ведь даже не знаю, сколько ему лет. — Оу, Анджелл, Кассандра! Какая приятная встреча! — Разенграффе посмотрела в глаза мужчине, наполненные искренним счастьем, переведя взгляд на рядом стоящую спутницу, что с интересом оглядывала ее, будто бы скрывая свои настоящие эмоции под непробиваемым слоем обаятельной улыбки. — Добрый вечер, Джаспер. — Они обменялись рукопожатиями. — Добрый вечер, Адель. — Фрост наклонился, чтобы поцеловать ее руку, затем поднимаясь и с чарующей улыбкой смотря ей прямо в глаза. Девушка ничуть не смутилась, галантно кивнув головой, и начала улыбаться еще шире, не сводя глаз с молодого человека. Они знакомы? — Говорят, Анджелл, что ты не так давно гостил на Багамах с загадочной незнакомкой. Так ли это? — Эльза внезапно обратила внимание на руки мужчины, что сплошь были усеяны перстнями и даже звенели, касаясь начищенного стекла бокала. — Правда? Ничего не слышал об этом, — усмехнулся Джек, после чего Разенграффе внезапно почувствовала, что он крепче сжал ее талию. — Извини, нам с лисенком нужно идти. Еще увидимся, Джаспер. — Еще увидимся, — повторил тот, отпивая бордовую жидкость из своего бокала. — Мы должны дождаться того момента, когда все будут уже немного под градусом. А теперь возьми оттуда два бокала и сразу же возвращайся ко мне. Я буду стоять здесь. Джек отпустил девушку, и та сразу же двинулась с места, придерживая руки у живота и делая размерные шаги в сторону длинного стола с различными угощениями для гостей. Платье постоянно оголяло ногу блондинки, и Разенграффе провокационно пыталась не думать об этом, сконцентрировав свое внимание на том, что она все-таки еще молодая, и демонстрировать свои прелести - отнюдь не грех. Обхватив пальцами два бокала с (как девушка выяснила) пуншем, она уже хотела идти к Джеку, но дорогу Эльзе внезапно перегородил какой-то молодой человек, который, по всей видимости, хотел взять бокал, но натолкнулся на нее. — Извините, пожалуйста, — рассмеялся он, Разенграффе сжала челюсти, не в силах контролировать нахлынувшую раздраженность. Господи, этот придурок еще и смеется! — Ничего, — буркнула она, сделав шаг в сторону и наконец увидев за спиной парня Фроста, который тоже смотрел на блондинку, подняв бровь. Она закатила глаза, пытаясь как можно менее вызывающе указать на махину, что расположился ровно впереди. — Раз уж мы так случайно встретились, может, это судьба? — Он засмеялся, а Эльза попыталась понять, к чему он клонит. — Меня Кристоффом зовут, а Вас? — Послушайте, меня мой молодой человек ждет, я не имею времени на знакомства, — заныла Разенграффе, топчась на месте с двумя бокалами в руках. — Ох, тогда не смею Вас задерживать. — Юноша неловко улыбнулся, после чего девушка с ужасом заметила то, как Фрост приближался к ним. Я не могу выполнить ни одной его просьбы без косяков. — Анджелл, неужели? — Откуда они все знают его?! — Глазам не верю! — Кристофф? Какими судьбами? — Да вот, решил хоть раз куда-нибудь выбраться. Так надоедает сидеть дома. — Парень наконец взял со стола бокал с шампанским, выпив почти весь за один раз. Затем он грустно выдохнул. — Никак не могу смириться, что ее больше нет рядом со мной. Разенграффе подняла свои глаза к его лицу, изучая потухшие голубые глаза и опущенные черты лица, на котором уже не было и намека на улыбку. Жалость резкой вспышкой отдалась в ее груди, от чего блондинка опустила взгляд к полу, сразу же вспоминая про семью. Она понимала его как никто другой, и от этого становилось только хуже. Почему все на земле должны знать, что такое потеря близкого человека? Боль, словно редкостный яд, против которого не существует вакцины, распространялась где-то между ребрами, сжимая легкие все с новой и новой силой. Эльзе было плохо лишь от одной мысли об Анне, маме или отце, она незаметно сжала зубы, прикрывая глаза. — Она была замечательным человеком... — тихо произнес Джек, бросая на блондинку обеспокоенный взгляд. Конечно же, он знал. Девушка все больше и больше вспоминала о сестре и ее привычках, любимых вещах и занятиях, тупо вглядываясь в бокалы, стоявшие на столе. Никто даже и предположить не мог, что все так получится. Ей было всего 17, и она олицетворяла радость и покой, но смерть - слишком непредсказуемая и жестокая штука. Помню, она говорила мне о своем парне: блондинка снова вернула взгляд к Кристоффу, "он блондин", ее взгляд метнулся к светлым волосам юноши, "у него потрясающие голубые глаза, и он такой... большой!". Все так мистически сходилось, из-за чего сердце Эльзы испуганно ускорило свой ритм, и дышать стало более невыносимо, она чувствовала, как конечности начинают неметь, будто покрываясь тонкой коркой льда. — Извини. — Голос Разенграффе был еле слышен. Кристофф поднял на нее свой печальный взгляд. — Ее звали Анна? Я так отвыкла произносить ее имя. Проследовала мертвая тишина, и парень тревожно посмотрел прямо в напуганные глаза девушки, отчего ей захотелось безысходно прыгнуть из окна какой-нибудь высотки. Голову вскружило, и вены будто оборвались под кожей. Переносицу сильно защипало, и блондинка бы с удовольствием зарыдала, не будь здесь стольких гостей. Зачем я вообще пришла сюда?! Так и не услышав ответа, Эльза резко сорвалась с места, прикрываясь руками и направляясь в сторону уборочной. На нее смотрели со всех сторон, и, злобно сверкая мокрыми глазами, девушка устремляла их в пол. Слышались шаги, следующие за ней, и у блондинки не было сомнений в том, что это был Фрост. Что ему нужно?! Разве не из-за него я очутилась здесь и встретила чертового парня моей покойной сестры?! Разенграффе быстро проскочила в щель меж дверью, заходя в уборочную после женщины, что покинула ее. В ее голове была просто буря мыслей, и блондинка наконец позволила себе открыть лицо, упираясь руками в раковину и наблюдая в зеркало за тем, как слезы катились из глаз. Эльза уже не выглядела так уверенно и достойно, походив более на бедную дворняжку, которую выкинули из дома в самый разгар дождя. Постепенно в ней росло демоническое желание уничтожить что-либо, девушка сжимала зубы сильнее, до боли. Незримые оковы, что опутали ее тело, не спали даже после того, как Разенграффе со всей силы разбила об стену свой бокал с пуншем, испачкав дорогой кафель багровой жидкостью. От собственных мыслей становилось еще хуже, и в глазах уже щипало от вылитых слез. Ткань платья в зоне декольте немного намокла, шея блестела от мокрых дорожек. Блондинка не хотела выходить наружу, потому что все что она имела там - безграничную беспомощность и искусственную "защиту" Джека. Через дверь слышалась громкая музыка и веселые голоса, и это извещало о том, что вечер становился все более сумасшедшим. — Я знаю, что сейчас, возможно, неподходящий момент, но, Эльза, время поджимает. — Неожиданно послышался голос Роджера в ухе, когда Разенграффе вытирала мокрые следы со своей кожи. — Сдался же вам этот проклятый, — раздраженно произнесла она. — Что вам от его нужно? — Я все объясню тебе потом, обещаю. Но ты уже должна быть в его кабинете. — Тишина давила на уши, но блондинка не торопилась отвечать. Она была зла на весь мир, только вот за что? — Не нужно делать мне одолжения, — холодно ответила Эльза, последний раз глянув на себя в зеркало. Вскинув голову кверху, девушка покинула уборочную, делая вид, что все в порядке, и она точно уж не убегала в туалет, захлебываясь слезами. Расчеты блондинки оказались верны: Джек стоял около двери, сложив руки на груди. Завидев ее, он кинулся в сторону Разенграффе, грубо хватая за плечо и разворачивая к себе. — Что еще за истерики ты устраиваешь? — прошипел он, пытаясь ухватиться за ответ в беспомощных глазах девушки. Та лишь полоснула его свирепым взглядом, оттолкнув руками от себя. — Не смей указывать мне, что делать! — шипела Эльза ему прямо лицо, встречая небывалую злобу с его стороны. — В таком случае, хочешь, я сразу закопаю тебя где-нибудь по-близости, чтобы ты не мучилась?! Пошли, для меня не будет трудностью разыскать лопату! — Вы можете хотя бы здесь не собачиться? — нервно пролепетал Тимми, отчего молодые люди оторвались друг от друга, злобно раздувая ноздри, словно быки. — Эльза, иди к нему в кабинет, пожалуйста. Джек, оставайся в зале и следи за моими командами. — Можно хотя бы узнать его имя, а? — Девушка спешно перебирала ногами в сторону зала, не став дожидаться Джека. — И куда я должна идти?! — Тебе не нужно знать его имя, просто называй его "котиком". — Блондинка отчетливо слышала, как Фрост хмыкнул где-то сзади. — Иди вдоль столов и увидишь коридор, идущий вглубь здания. Его кабинет - ровно третья дверь по счету. Сначала постучись, но не дожидайся, пока тебе разрешат войти, потому что этого не произойдет. Заходи в комнату медленно, пусть он думает, что это кто-то другой. Как я и говорил, не давай ему узнать о том, что ты подставная. Я буду говорить тебе по ходу развития ситуации. Не впадай в панику, будь уверенной. Ты Катрин, запомнила? Эльза промолчала, незаметно заворачивая в коридор и последний раз бросая взгляд на Фроста, который уже влился в компанию молодых людей, весело обсуждая что-то. Сердце начало бешено тарабанить, когда девушка остановилась у темной двери, которая почти сливалась со стеной, покрытой обоями с изящными темно-коричневыми узорами. Здесь не был включен свет, и коридор был погружен во мрак, что в свой счет придавало обстановке нервозности. Еще раз пересчитав двери с начала, Разенграффе убедилась в том, что пришла к нужной, касаясь холодными пальцами такой же ледяной ручки и постепенно нажимая на нее, после аккуратно потянув на себя. Открыв дверь так, что была видна лишь нога, блондинка быстро изучила обстановку, замечая за широким деревянным столом из красного дерева мужчину, сидевшего в раздумьях. Лицо его было потрепано наступившей старостью, в волосах замечались седые волосы, а морщины слишком сильно виднелись на сальной коже. Мурашки пробежались по телу, когда Эльза сильнее приоткрыла дверь, привлекая его внимание. Девушка чувствовала, как к горлу подступала паника, но пересиливала ее, надеясь на Роджера. Мужчина еще несколько секунд сидел, смотря на нее, и Разенграффе вздрогнула, когда он резко вскочил с места, ринувшись в ее сторону. — Катрин! Катрин! Катрин! — трижды прокричал он, скручивая блондинку в объятиях. — Я ждал тебя! Я верил, что ты вернешься! Я не верил им! Он начал оставлять на ее лице поцелуи, и девушка тут же решила, что лучше бы Фрост закопал ее минутами ранее, чем она пережила это снова. От мужчины веяло присущим пожилым людям запахом старости, и Разенграффе с трудом сдерживалась, чтобы не вырваться. — Не нервничай. Веди себя уверенно. Жди. — Зародившаяся детская истерика внутри блондинки требовала, чтобы она взбесилась, убежав отсюда. "Почему я должна терпеть это?!" - кричало сознание, но Эльза лишь прикрывала глаза, делая вид, что счастлива находиться рядом с ним. Мы не всегда делаем то, что нам хочется, взамен получая что-то большее, не так ли? Когда мужчина немного отстранился, радостно вглядываясь в ее глаза, девушка незаметно сглотнула, быстро собирая в голове образ любовницы. Изысканная, похотливая, открытая. Тот факт, что я постоянно кого-то играю, приводит меня в замешательство. Блондинка была выше него, стоя на каблуках, и это придавало ей большей уверенности. Его ладонь медленно передвигалась по талии Разенграффе, вызывая у нее мурашки отвращения, и вскоре Эльза почувствовала ее прямо между своих лопаток. В глазах мужчины танцевали дьяволы, когда он со всей силы прижал девушку к стене, снова восторженно шепча: — Катрин! Я так соскучился! Возмущению блондинки не было предела, когда он примкнул к ее губам, запечатывая рот. Девушка настойчиво не отвечала на этот неумелый поцелуй, после нескольких секунд мимолетных раздумий обвив его ногу своей и страстно запустив руки ему в волосы. Ну Фрост у меня получит за это! — Узнаю мою Катрин. — Весело прищурился старик, ущипнув ее за зад. Разенграффе раздраженно сжала кулаки прямо на его затылке, выдавив из себя кривую улыбку. Меня тошнит. — Оттолкни и скажи, что не за этим сюда пришла. Сядь в кресло и спроси, как у него дела. — Эльза сжала зубы, злясь на Тимми, который в свою очередь спокойно сидел и слушал все, что происходило здесь. — Оу, нет, я не за этим пришла, котик. — После того, как она произнесла это прозвище, девушке показалось, что к горлу подступила рвота. Качая бедрами, блондинка прошла к креслу, аккуратно присаживаясь в него и забрасывая ногу на ногу. Мужчина сначала удивленно смотрел на нее, вскоре ухмыльнувшись и заняв свое место за широким столом. — Я весь во внимании. — Он положил голову на сплетенные пальцы, неотрывно изучая Эльзу, недобро улыбаясь. Ее передернуло. — Как твои дела? — Девушка покорно ждала команд Тимми, растягивая губы в похотливой улыбке. — Все как обычно. Люди Боба снова преследуют меня, но я-то крепкий орешек, ты знаешь. — Он что-то еще непрерывно говорил, но Разенграффе уже переключила свое внимание на Тимми, слушая его размерный голос: — Спроси, что насчет денег. Из-за них ли его преследуют? — Они хотят добиться твоих денег, не так ли? — послушно повторила девушка. — Они всегда этого хотели, дорогая моя. Но они никогда не добьются их, только через мой труп. — Я могу сохранить их, — неожиданно выдала Эльза, приводя в шок всех троих сразу. Включая себя. — Какого черта ты делаешь, Эльза?! — Нервный голос Роджера резко появился и снова затих, но девушка успела расслышать, как он начал печатать что-то на клавиатуре. — Ты? Они же не дадут тебе покоя! — Мужчина насторожился. — Все в порядке, доверься мне, котик. Я лягу на дно. — Блондинка не без страха надеялась, что целью Фроста с Роджером были именно эти деньги. — Но это опасно. — Мужчина сидел в полной растерянности, когда Разенграффе поднялась с кресла, направляясь в его сторону. — Разве ты не знаешь меня? — Иронично, но даже я сама не знала свою героиню. — Я зароюсь в самую глушь так, что меня даже родная мать не найдет. — Девушка наклонилась прямо у его уху, горячо шепча. — Катрин,— он взял руку Эльзы, потеревшись об нее щекой. — Я так люблю тебя. Внезапно блондинка почувствовала, как мужчина вложил что-то в ее руку, начиная ликовать. Сложил пальцы девушки в кулачок, с надеждой посмотрев ей в глаза. Знал бы ты, кто скрывается под маской твоей возлюбленной. На сей раз мне абсолютно все равно. — Я верю в тебя, Катрин. — Мужчина притянул блондинку к себе, целуя в щеку. — Я люблю тебя. Пытаясь не щуриться от слюней, которые он оставил на щеке, Эльза отстранилась, бросив на мужчину фальшивый влюбленный взгляд, отходя назад. Когда Разенграффе скрылась за дверью, с ее плеч будто съехала гора, после чего блондинка счастливо улыбнулась, вдыхая полной грудью. — Я надеюсь, это то, что вам нужно было? — Эльза улыбалась, довольная собой, возвращаясь по темному коридору в зал и сжимая листок с цифрами в руке. — Разенграффе, ты шикарна! — Даже не видя Тимми, девушка чувствовала, как он улыбается. — Теперь подожди Джека, и уезжайте оттуда сразу же. Повернув голову в сторону зала, Эльза увидела, как ей навстречу шагал пепельноволосый, победно ухмыльнувшись, подмигивая ему. Он лишь хмыкнул, проходя мимо, к кабинету мужчины. Сейчас блондинка уже не была так зла на весь мир, но желание отомстить за то, что она пережила, все же имелось. Что ж, Джек, я еще покажу тебе, как отправлять меня целоваться с какими-то стариками.

***

Разенграффе опустошала уже какой бокал подряд, когда ее резко обхватили за талию, направляя к выходу. Повернувшись, та заметила Джека, лицо которого снова было не затронуто какими-либо эмоциями. "Хотела бы я быть такой-же спокойной, что бы ни случилось," - тут же подумала Эльза, едва ли успевая поставить пустой бокал на подвернувшийся стол. — Что ты с ним сделал? — прошептала девушка, поднимая голову к его уху. Губы парня соблазнительно блестели в свете шикарных люстр, что располагались под потолком, и блондинка поспешила отвести взгляд, снова и снова мило улыбаясь гостям бала. — Ничего особенного. — Проследовало молчание, после чего Эльза не захотела дальше расспрашивать его. Больше за вечер они не разговаривали. Когда парень с девушкой благополучно добрались до гостиницы, сняв с себя всю аппаратуру и получив пару комплиментов от радостного напарника, они ввалились в свой номер, находясь в полутрезвом состоянии. Как только Фрост хотел уже идти в свою комнату, Эльза остановила его, тихо произнеся: — Знаешь, я сегодня весь вечер хотела сказать... Он свел брови на переносице. Девушка осторожно подошла к парню, остановившись в пятидесяти сантиметрах от него. Это было настолько близко, что можно было почувствовать горячее дыхание на своей шее или без препятствия протянуть руку к груди пепельноволосого, коснуться светлых волос, но Разенграффе предпочла не выбирать из этих вариантов никакой. Замахнувшись, она влепила жесткую пощечину Джеку, внимательно изучая реакцию, проявляющуюся на его лице, совершенно спокойно стоя на месте. — Какого черта ты делаешь?! — Он злобно сверкнул глазами, сильно сжав ее запястья в своих ладонях. Эльза поморщилась от боли, ведь если бы Фрост сжал ее кисти еще сильней, хрупкие девичьи кости и вовсе бы не выдержали. — Неприятно, да?! — Даже в темноте Джек различал на лице девушки непреодолимую раздраженность вперемешку с терпением пульсирующей боли. Она стояла смело, не отводя взгляда и не вырывая рук. Безусловно, она хотела показаться неуязвимой. — Знаешь, как было неприятно мне, когда этот старик лапал мое тело?! — И что? Тебя никто никогда не лапал? — усмехнулся пепельноволосый, всматриваясь в глаза Разенграффе, которые передавали все ее эмоции, словно холст. Она сердилась, но в то же время была разочарована ввиду того, что Фрост и вправду не хотел осознавать всего, что ей пришлось пережить. — Ты не понимаешь. — Она на несколько кротких секунд замолчала. — Разве когда я сделаю так, тебе не будет неприятно? — Девушка протянула свои по обычаю ледяные пальцы к шее юноши, медленно поднимая их к волосам по его коже. Она шагнула вперед, касаясь губами его щеки, оставляя на коже красный след от помады. Однако парень стоял неподвижно, не отстраняясь. — Почему ты не отталкиваешь меня? Я же знаю, тебе неприятно. — Прошептала Эльза прямо в шею Джеку. — Ага, смотри, я весь дрожу от отвращения, — засмеялся он, кладя руки на плечи блондинке и отстраняя ее от себя. — Спокойной ночи, пьяница. Сегодня ты поработала на славу. Девушка засыпала на ходу, хлопая своими слипающимися глазами и недовольно надувая губы. Усмехнувшись, парень чмокнул ее в щеку, поспешив в свою комнату. — Я не пьяница! — стоя на пороге своей комнаты, наконец опомнилась Эльза, услышав хохот из комнаты Джека. Девушка улыбнулась, не в силах устоять перед заразительным смехом парня, закрывая за собой дверь в спальню. Стянув с себя платье, Разенграффе кинула его на кресло, вынимая из ушей тяжелые серьги и кладя их на стол. Проследовав в ванную комнату, девушка наполнила себе ванну до краев, бросив туда разноцветную бомбочку. Смыв макияж, блондинка скинула с себя нижнее белье, с превеликой радостью залезая в огромную ванну с бело-голубой пеной и утопая в удовольствии горячей воды. Ее глаза прикрылись, и проблемы будто бы отступили на второй план, больше не терзая сознание Разенграффе. Получилось так, что девушка, ввиду своей усталости, уснула прямо в ванне, откинув голову на специальный мягкий подголовник.