Angel with a shotgun

Florence And The Machine – No Light

Всю ночь девушка просыпалась, каждый раз замечая, насколько посветлело по сравнению с тем моментом, когда она вставала в прошлый раз. Близился июнь, поэтому небо начинало светлеть все раньше по времени, медленно заливаясь белизной, словно волна, отходящая от берега и оставляющая за собой шипящую пену. Эльза, безусловно, была рада тому, что судьба освободила ее от колледжа и дала надежную опеку, но все же блондинка не была готова к тому, что будет спать на полу на потрепанном матраце, разделяя его с человеком, которого знает от силы всего день. Она просыпалась вся потная из-за жары, которая заставляла буквально задыхаться, томно выдыхая и переворачиваясь на другой бок, подкладывая под голову ладони. Ей казалось, что все это сон, и еще есть возможность, что она проснется в своей удобной кровати, вставая и плетясь в ванную с ужасным настроением. Юноша, без всякого стыда спавший рядом с ней, проснулся по собственным биологическим часам, когда пробило шесть. Джек принял сидячее положение, начиная тереть глаза и пытаясь не завалиться обратно на манящую мягкую поверхность. Вряд ли, конечно, старый матрац можно было назвать мягкой поверхностью, но в шесть утра всякому это абсолютно безразлично. Парень повернул голову к Эльзе, которая спала спиной к нему, явно желая забросить на кого-то свою ногу, что теперь свисала с матраца. Юноша усмехнулся, дивясь привычкой Разенграффе и, приложив усилия, встал с матраца, на ходу разминая затекшую шею. Тимми заснул прямо на кресле, свесив голову вниз, и Джек прошел мимо него, поставив для себя целью найти чайник и заварить кофе на одну персону. На плечах было еще невообразимое количество невыполненных дел, и Фрост просто откинул голову назад, переместив свой вес тумбочку, на которой находился чайник, что кипятил воду для будущего кофе. Он не позволял жалеть себя, и это бы выглядело унизительно, но мысли, приводящие его в уязвимое состояние, все же существовали. Именно в такие моменты, когда все вокруг спало, и было еще не так светло, но тьма уже отступила. Джек любил одиночество, хотя все время находился в чьем-то обществе. Утро наступало так, словно молотый кофе растворялся в кипятке: быстро смешивалось с новым днем, делая себя неотъемлемой частью последующих событий. Девушка неохотно открыла глаза, с полным нежеланием встречая новый день. Она не хотела вставать, позволяя своей лени победить в неравном поединке, ее веки тяжело поднимались и опускались. Разенграффе впервые встречала день так ужасно, не считая того утра, когда она узнала о смерти семьи. Солнце щедро награждало прежде темный ангар лучами солнца, которые резались сквозь большие окна, размещенные под потолком. Сев, Эльза зевнула, сгорбившись и еще раз вздохнув. Джек с Тимми уже работали, не отрывая взгляда от ярких экранов, заставляя только вставшую девушку почувствовать себя полнейшей обузой. Казалось бы, находясь дома в нескольких сотнях километров отсюда, Эльза занималась тем же самым, но здесь она просто изнывала от скуки. Ей нужно было внимание, которое парни только и тратили на переписывание каких-то кодов и поиск нужной информации, что весьма огорчало избалованную всеобщими взорами Эльзу. Она привыкла к взглядам со всех сторон, уже считая это неотъемлемой частью своей жизни. Натянув свои кроссовки, блондинка встала с матраца, протирая глаза. — Доброе утро, — сонно произнесла Разенграффе, медленно шагая вперед на неустойчивых ногах. Все ее тело ныло ввиду сна в неудобном положении. Шея разражалась болью после каждого лишнего движения, заставляя Эльзу щуриться и сжимать губы, закрывая глаза. "Будто шейный корсет надела," - подумала девушка, прогибая спину, которая тут же хрустнула. — Как спалось? — В ее сторону повернулся всегда доброжелательный Тимми, подарив девушке теплую улыбку. Эльза улыбнулась в ответ, потягиваясь. — Если честно - не очень. Я все-таки не привыкла спать на матрацах... на полу, — ответила девушка, переводя взгляд на Фроста. Тот даже не посмотрел в ее сторону. — Скажи спасибо, что не на бетонном полу спала. — Вдруг раздался голос Джека, который все еще с головой был погружен в экран ноутбука. — Вон, бери пример с Тимми, он вообще в кресле спит, ему нормально. Пепельноволосый наконец поднял голову, тут же вскакивая со своего стула и направляясь куда-то вдаль. Эльза последовала за ним, надеясь, что хотя бы он найдет ей какое-либо занятие. Борясь с сильным желанием свалиться на пол, Разенграффе шла за Фростом, встряхивая свои короткие волосы и потирая руки от неожиданно набежавших мурашек. Джек непоколебимо следовал впереди блондинки, готовясь сделать себе еще одну порцию терпкого кофе. Пепельноволосый, ослепленный желанием, даже не увидел Эльзу, которая шла за ним. — Сегодня мы летим в Чикаго, — объявил он, размешивая очередную порцию молотых зерен в кипятке, разворачиваясь в сторону Тимми. Джек не ожидал увидеть перед собой Разенграффе, что несколькими секундами назад находилась в противоположном конце ангара, расширив глаза от удивления. — Поэтому ты, — он указал пальцем в грудь девушки, делая глоток готового напитка. — Выносишь все отсюда на улицу, и разводишь там огромнейший костер. Можешь скакать вокруг него, как ведьма, я разрешаю. — Ты шутишь? — с малой надеждой спросила Эльза, скривив лицо. — Чем тогда будете заниматься вы? — Какая тебе разница? Твоя задача сейчас - сжечь все к чертовой матери, — ответил Фрост, направляясь обратно к своему креслу. — То есть вы там, значит, можете делать, что хотите, а я должна выносить всякую чертовщину отсюда? Окей, если ты уж такой умный, объясни мне, зачем мне устраивать кострище, если тогда нас могут заметить с воздуха? Люди съехаться могут, в конце концов! — А ты не так глупа, оказывается... — задумался Фрост, поворачиваясь к девушке на своем кресле. — Тогда наши планы меняются: ты не устраиваешь огромного кострища, а делаешь небольшой костерчик, какой учат разводить любого скаута. — Прекрасно! — иронично воскликнула Эльза, ударяя себя руками по бедрам. — Как я все на мелком пламени сожгу? — Можешь не сжигать мебель, но вот бумаги... уничтожь их, как твоя внутренняя злость пожелает, — томно произнес Джек, глядя на Разенграффе. Затем он хмыкнул, засмеявшись и отвернувшись к экрану ноутбука. — Ты идиот, — буркнула Эльза. Направляясь к воротам ангара, девушка подбирала валяющиеся листы бумаги с пометками, цифрами и буквами, которые она не могла прочитать. Черт знает, что эти два парня писали на них, потому что больше всего было похоже на пентаграмму. Приложив всю силу, которая только имелась, Эльза отодвинула массивную щеколду, с большими усилиями пытаясь открыть ворота. Всеми хорошими словами вспомнив в этот момент пепельноволосого, Разенграффе сжала зубы, чувствуя, как гигантская железная масса сдвигается с места. Фрост поднял глаза, заметив, как мучается блондинка, но с места не сдвинулся. Склонив голову, он издевательски спросил: — Помощь не нужна? Устав, Эльза опустила руки, тяжело дыша и изнемогая от усилий, которые ей пришлось приложить. Мило улыбнувшись, она повернулась в сторону Джека, отказываясь от помощи ввиду гордости, которая тихо сидела в ее груди до этого, сейчас заставляя гордо поднять подбородок и отвернуться. Разенграффе в очередной раз надавила на холодный металл, заставляя ворота сдвинуться с места. Она ощущала себя тем сильным мужиком, который тащит грузовик, ухватившись за него цепями, и это повышало ее самооценку. "Еще немного, и у меня проявятся мускулы," - подумала девушка, с огромным облегчением протиснувшись в образовавшуюся щель между воротами своим телом, и тут же щурясь от яркого солнца. Солнечные лучи сильно жарили кожу, а вся территория была залита белым цветом, из-за чего приходилось прикрывать глаза, дабы избежать боли от такого яркого света. Пробурчав что-то под нос, Разеграффе наклонилась, положив листы на асфальт. Казалось бы, что сложного в том, чтобы просто разжечь костер? Но вот блондинка была не из того разряда людей, которые добровольно записывались в скауты и учили простые правила безопасности в школе. Поэтому прямо сейчас она раздумывала над тем, что, разведя костер, она может поджечь все поле. "Ну и черт с ним," - заключила для себя Разенграффе, отправившись обратно в ангар. Вернувшись обратно в помещение, девушка быстро отыскала спички, сначала спросив о их месте нахождения Тимми, и вскоре набрала еще одну кучу листов, выходя за пределы ангара. Ее забавляло то, как исчезают в огне частицы бумаги, опаляясь и рассыпаясь, превращаясь в пепел. Огонь быстро охватывал каждый из листов, оставляя после него лишь пустоту с запахом гари. Эльзе нравилось смотреть на это, потому что она считала пламя чем-то невероятно сильным, олицетворяющим борьбу. Незаметно для себя девушка засмотрелась на огненные языки, спохватившись в тот момент, когда бумаги уже почти не осталось. Прошел час, в течение которого блондинка ходила туда-сюда, уничтожив уже почти всю бумагу, что имелась в ангаре. Тимми, закончивший свою работу, вызвался помочь ей, в первую очередь расширив щель, которая считалась выходом из большого душного помещения. Фрост в это время все так же сидел на своем месте, выпивая уже которую кружку кофе этим утром. За прошедший час Разенграффе несколько раз оповестила его о том, что "чрезмерное употребление кофеина вредит здоровью". Кивая головой, Джек лишь делал еще один глоток бодрящего напитка.

***

Через несколько часов Эльза, Тимми и Джек ехали в сторону аэропорта Хартсфилд-Джексон, что был расположен на юго-западе города. Прошлой ночью Разенграффе с Фростом проезжали буквально в нескольких километрах от него, и сейчас снова направлялись туда. За рулем сидел Тимми, громко обсуждая что-то с Джеком, который сидел рядом на пассажирском сидении, и Эльза по своему обыкновению разместилась на заднем сидении, расставив ноги. Она лишь иногда вставляла свои комментарии, каждые несколько минут меняя положение ради быстро меркнущего удобства. Блондинка думала над тем, когда ей вернут право на пользование телефоном, так как без него она была будто без рук. Технологическое процветание пустило свои ростки в вены подростков, одним из которых была блондинка, не представляющая себе жизнь без ощущения металлического корпуса своего смартфона в руках. — Есть ли у вас какое-либо занятие для меня? — простонала девушка, лениво растекаясь на кожаном сидении. Двое парней, что сидели спереди, не особо волновались на тему внимания полицейских к этой ситуации, поэтому Эльза растянулась уже на все три сидения, прислонив босые ноги к стеклу. — Соберешь? — Джек вынул из своей черной сумки небольшой, уже собранный трех-ярусный кубик Рубика, протягивая его в сторону блондинки. Несколько секунд она тупо пялилась на разноцветный предмет, но потом протянула руку и взяла, вертя в пальцах. — Как, по-твоему, я должна сделать это? — Фрост отобрал у Разенграффе кубик, перемешав все цвета между собой, затем отдав обратно. Девушка нахмурилась, смотря сначала на игрушку, а потом на парня. — Я серьезно. Как я это сделаю? Мне ведь потребуется очень много времени. — Для таких тугодумов, как ты, созданы схемы. — Девушка поджала губы, смотря на то, как Джек умело подбирает один цвет к другому. — Сначала подстраиваешь это сюда, крутишь, одну грань вертишь на сто восемьдесят градусов. Затем левую крайнюю влево... Или... Черт, я уже начал забывать. Эльза потупила взгляд на пальцах парня, которые быстро передвигали грани куба в нужную сторону. — Погоди, я не запомню! — протестовала Разенграффе, лениво опустив руки на живот. Фрост, не предупреждая, кинул в ее сторону кубик, несильно попав девушке по носу. — Ау, какого черта?! — Неприлично кидаться различными предметами в даму, Джек, — интеллигентно вступился за блондинку Тимми, выворачивая руль вправо. — А где ты видишь даму, Роджер? — засмеялся Джек, не отрывая от своего телефона взгляда, тщетно пытаясь найти в фотографиях сохраненные схемы сбора кубика-рубика. — Эй, я здесь, вообще-то! — воскликнула Эльза, заставляя парней одновременно рассмеяться. — На, собирай. — Джек вручил Разенграффе кубик и телефон, на экране которого была расписана начальная схема сборки. Надув губы, девушка расположила телефон у себя на груди, вжав подбородок, чтобы видеть алгоритм. Уж что-что, а лень у Разенграффе была на первом месте. На стойке регистрации Тимми и Джек поочередно ставили на ленту вещи, которые хотели взять в кабину, Разенграффе же скромно стояла в стороне, пальцами играясь со своими короткими прядями, пытаясь делать вид, что причастна ко всем действиям со стороны парней. Она не имела с собой вещей и поэтому расценивала себя как проститутку, которая лишь глупо хлопает глазками в полной готовности уехать с незнакомыми парнями, куда им угодно. Разенграффе надеялась, что они полетят в бизнесс-классе, ведь "у гангстеров много денег", но она лишь поджала губы, присаживаясь на место около иллюминатора и откидывая голову на жесткий подголовник. Рядом с ней расположился Тимми, и уже совсем у прохода - Фрост, который держал раскрытый ноутбук на коленях. Эльза испытывала нужду в наушниках, грустно смотря на Роджера, который рылся в телефоне, слушая музыку. Заметив грустный взгляд блондинки, парень предложил ей один наушник, который Разенграффе с превеликой радостью приняла. Молодые люди провели в самолете около часа и тридцати минут, за которые девушка успела покушать, насладиться плейлистом Тимми и постебать Джека, пока он сидел в наушниках, смотря какой-то фильм. Незаметно для себя, Эльза сближалась с Роджером, громко смеясь над его шутками и двигаясь в ритм музыке вместе с парнем. Разенграффе не совсем осознавала, по какой причине она так просто разрешила себе сблизиться с человеком, но все было слишком просто: девушка видела в нем Джо, который еще несколько дней назад составлял ей хорошую компанию. Она чувствовала в Тимми необходимый для неё позитив и искренность, который излучал парень. Эльза испытывала нужду просто в радостной улыбке или в веселом смехе, находя это в парне, что сидел рядом. Ступив на землю одной ногой, девушка поспешила уже полностью сойти с лестницы, что вела из самолета. В Чикаго был не такой жаркий воздух, как в Орландо или Атланте, потому что этот город находился близко к воде. Солнце начинало садиться, несмотря на то, что в Чикаго время было на час меньше, поэтому аэропорт О'Хара зажигался огнями, заставляя Разенграффе восторженно раскрыть глаза, оглядываясь по сторонам. Джек следовал впереди всех, разговаривая с кем-то по телефону. Они летели регулярным рейсом, и поэтому парень не стеснялся обговаривать что-то по телефону, ибо в ближайших нескольких метрах не было людей. Не сказать, все же, что компания летела в пустом самолете, но кроме них были еще человек пятнадцать, так как данное направление не было особо известно ввиду того, что люди предпочитали экономно передвигаться на машине. Стоя на паспортном контроле, Эльза нервничала, отдавая свой документ серьезному парню в форме, на лице которого не было и намека на улыбку. Девушка утешала себя тем, что парни уже имели с этим дело и паспорт не смогут признать поддельным. Хоть она и проходила паспортный контроль уже второй раз за день, Разенграффе начала беспокоиться, когда парень напротив нее напряженно забивал что-то в компьютер, долго не позволяя ей сдвинуться с места. Девушка обернулась назад, прожигая обеспокоенным взглядом Джека, который шел прямо за ней, так как Тимми был уже проверен. Эльза старалась не привлекать к себе внимания, переминаясь с ноги на ногу и сглатывая накопившуюся слюну, изучая реакцию Джека. "Если посадят в тюрьму, то я сдам себя вместе с Джеком," - решила она, наконец оторвав взгляд от пепельноволосого. Вернув свое внимание юноше напротив, девушка облегченно выдохнула, когда он отдал ей паспорт, желая удачи. Уже через семнадцать минут ребята вышли из аэропорта, направляясь к машине, которая и должна была довезти их до отеля. Как обычно Эльза ничего не понимала, но задавать вопросы не спешила, боясь снова выставить себя не с лучшей стороны. — Это ее тебе Алан подогнал? — усмехнулся Тимми, открывая дверь со стороны пассажирского кресла, как только Джек разблокировал машину. — Ага. Говорит, у него сейчас туго с прокатом, поэтому подогнал первую попавшуюся, — ответил Джек, пристегивая ремень безопасности. — Ты все еще веришь в том, что Чандлер берет "первые попавшиеся машины"? Да он небось слонялся по гаражу в поисках лучшей. — Тимми взъерошил волосы, углубляясь в навигатор, который был открыт в его смартфоне. — До гостиницы через I-90 E и потом через I-294 S и I-290 E, только там есть платная дорога. — Что бы я без тебя делал, Роджер, — на выдохе проговорил пепельноволосый, начиная выкручивать руль в сторону выхода с парковки. — Можно один маленький вопрос? — вмешалась Эльза, выглядывая с заднего сидения. Тимми обернулся на нее, кивнув. — Зачем все это? Я имею в виду, зачем мы прилетели в Чикаго и направляемся в гостиницу? Чтобы нас не нашли? Не проще было бы просто спрятаться еще в чьем-нибудь ангаре? — Скоро ты сама все узнаешь. И, поверь мне, увидев эту гостиницу, ты не вспомнишь ни про какой душный ангар, — произнес Джек, бросив краткий взгляд на Разенграффе через зеркало заднего вида. — Знаете, меня уже порядком подбешивает то, что вы не хотите мне ничего говорить. — Эльза обиженно сложила руки на груди, подняв глаза кверху и сильно откинувшись на сидение. — Поверь, так лучше только для тебя, — вновь встрепенулся Фрост, сворачивая на дорогу, название которой было написано на указателе. — Пока ты с нами, ты, считай, в безопасности, но и у нас есть свои условия. — Но я ведь теперь должна мотаться с вами в течение ближайших нескольких месяцев, или даже годов. Разве вы не можете мне доверять? Тимми незаметно поджал губы, и этот жест разочаровал Разенграффе. — Серьезно? Слушайте, я все равно теперь уже никуда от вас не денусь. Ну же, вам так сложно сказать? — Ты не понимаешь, ты можешь быть немного не так настроена, — проговорил Фрост, не отрывая глаз от дороги. — Что ты имеешь в виду? — У тебя, как и у многих представительниц женского пола, может случиться истерика. — Почему? Меня выставят как живца? — усмехнулась Эльза, но вскоре, заметив напряженные лица своих коллег, девушка посерьезнела. — Вы спятили? Почему я?! Я же неопытная, и вообще, я же ничего не знаю! — Заканчивай орать. Разенграффе, я тебе больше ничего не скажу, честное слово! — грозно пробурчал Джексон, после чего Эльза быстро притихла. — Черт, — заныла девушка, но больше никто не подал знака на возобновление этого нелепого разговора.

The 1975 – Love Me

Припарковав через несколько часов машину на платной парковке, Джек вышел из машины, следом за ним из дорогого салона вылез Тимми, и, спустя доли секунды, Эльза. Увидев перед собой высокий небоскрёб, Разенграффе сначала смутилась, ибо стандартные отели не часто располагались в высотных зданиях, но потом она встряхнула волосами и пошагала вслед парням, пытаясь выдать себя за юную, но уже заработавшую немалое состояние даму. Один холл этой гостиницы заставлял застыть на проходе и озирать всю эту красоту с открытым ртом, от чего блондинка со всех сил сдерживала себя, чтобы не упасть в обморок, видя роскошь, которая была повсюду. Джек и Тимми уже стояли на стойке ресепшена, протягивая какие-то бумаги молодому человеку, что искал в базе данных номер брони. Роджер оглянулся в поиске девушки, подозвав её к себе. — Ваш паспорт, пожалуйста, — парень за стойкой оглядывал растерянную Эльзу, которая все ещё была под воздействием окружающего её богатства. Спохватившись, девушка начала проверять карманы, вытащив из переднего документ в чёрной обложке. — Спасибо. Отдав паспорта всех из них обратно, молодой человек выдвинул по мрамору четыре электронных карты вперёд, снова заговорив: – Ваш номер, – Он указал на Тимми, — 420, он на 43 этаже с правой стороны. А ваш, — Он многозначительно взглянул на Эльзу и Джека, — 433, также на 43 этаже с правой стороны. Приятного времяпрепровождения. — Спасибо, — улыбнулся Роджер, беря с пола сумки. Доехав до своего этажа, они вышли, сворачивая по коридору вправо. Ноги Эльзы утопали в мягком красном ковролине, даже несмотря на то, что на её ступнях были кроссовки. В конце показались золотые цифры номера, в котором они теперь должны были жить. Разенграффе нахмурила брови, заметив, что дверь с 433 находилась на большом расстоянии от других. — У нас что, президентский номер? — шепотом спросила блондинка, проходя в номер вслед за Джеком, который разблокировал дверь. — А как ещё, по-твоему, должны жить брат и сестра Мартины? — произнес Джек, закрывая дверь за девушкой, которая, прикрыв рот двумя руками, выпучила глаза, медленно шагая вперёд. — Господи! — Только и смогла вымолвить Разенграффе, начиная тихо визжать. — Это реально?! — Это Башня-отель, — пожал плечами Фрост, улыбаясь на столь бурную реакцию девушки. Оставив Эльзу около панорамного окна, парень зашел в спальню с широкой двуспальной кроватью, оставив там сумки. Набрав номер своей старой знакомой, Джек подождал несколько секунд перед тем, как Эллен ответила: — Я уже припарковалась, какой этаж? — 43, взяла платье? — Естественно, — девушка усмехнулась, — оно получилось даже лучше, чем я ожидала. — Сегодня она должна быть просто точнейшей копией Катрин. Верю в тебя. Снова пройдя мимо Разенграффе, парень приблизился к двери, наконец обращая внимание на девушку. Она все так же стояла, разглядывая дома мегополиса. Взгляд девушки бегал от одного небоскреба к другому, когда она прислонила пальцы к стеклу. Тёмное небо контрастировало с дрожащими огнями, заставляя девушку задыхаться от восторга. — Не могу поверить, — одними губами прошептала Эльза, отойдя от окна на несколько шагов. Раздался стук в дверь, и Фрост поспешил открыть её, пропуская молодую девушку с кофром в руке в номер. Разенграффе растерянно обернулась, смотря прямо на Эллен своим удивленным взглядом. — Она и вправду несказанно похожа на Катрин. — Было первым, что сказала незнакомка, обернувшись к Джеку. — Ну что, ты готова? — Брюнетка с выбритым виском сделала один шаг навстречу к блондинке, улыбаясь. — К чему? — Резенграффе немного склонила голову, бросая мимолётный взгляд на Джека. Тот подмигнул ей, скрываясь в своей спальне. — Если Фрост ещё не сказал тебе, сегодня вы идёте на благотворительный вечер. — Благотворительный вечер? — Именно. Пошли. — Эллен взяла Эльзу под руку, потащив в её спальню, что находилась напротив спальни Джека и была немного больше. — Тебе нужно сначала сходить в душ и сменить нижнее белье. Блондинка быстро стянула с себя надоевшую мужскую одежду, бросая её на пол в ванной комнате, которая соединялась со спальней. Оставшись полностью голой, Эльза залезла в душевую кабину, используя шампунь и гель для душа, которые предоставил отель. Когда девушка вылезла из-под горячей струи дождика, она увидела на столешнице около раковины своё красное кружевное белье, решив, что его незаметно занесла Эллен. Разенграффе приняла этот комплект за очень дорогой, чувствуя себя в нем комфортно и просто неотразимо. "В таком белье я бы даже девственника уломала," - подумала она. Немного вытерев свои волосы полотенцем, блондинка вышла из ванной, замечая Эллен, которая уже разложила всю косметику на туалетном столике рядом с собой. Разенграффе плюхнулась в небольшое кресло прямо в нижнем белье, после чего к ней сразу же приступила жизнерадостная брюнетка, расчесывая её короткие мокрые волосы. — Рука Джека? — Она взяла между пальцев прядь Эльзы, смотря на осекшиеся кончики. — Кто ещё мог меня постричь без моего же желания? — риторически спросила Разенграффе, тут же вспоминая вопрос, который крутился у неё в голове. — Что это за вечер, на который мы идём? Включив фен, девушка начала сушить ей пряди, которые почти мгновенно становились сухими. Эллен долго молчала. — Я думаю, парни объяснят тебе потом, так как особой цели я не знаю, но вот моей работой на данный момент является максимально приблизить твою внешность к бывшей любовнице одного очень важного мужчины на этом вечере, — громко говорила она, пытаясь заглушить шум фена. — То есть, я должна буду сыграть роль бывшей любовницы? Катрин, верно? — насторожилась блондинка, в то время как Эллен уже закончила с сушкой её головы, оставив пряди немного мокрыми и накладывая на них слой лака для устойчивости укладки. — Знаешь, мне правда казалось, что ты какая-нибудь очередная глупышка, которой пришлось связаться с Джеком. Быстро соображаешь. — Не знаю, считать ли это за комплимент. Но... У меня есть одна небольшая просьба. Можно обойтись без платья? — Ты шутишь? Я не могу отпустить тебя туда голой. Сама понимаешь, там этого не оценят. — Брюнетка выдавила на руки немного светлого консилера, начиная наносить его на лицо и шею девушки. — Нет, я вовсе не про это. — Эльза немного помотала головой, пытаясь не помешать работе Эллен. — Как насчёт брючного костюма? — Нет, нет и ещё раз нет. На балу это будет выглядеть слишком строго, нужно что-то элегантное. С чего такая неприязнь к платьям? — Девушка вытащила стул из-за туалетного столика, садясь напротив блондинки и беря со столешницы тени пастельного оттенка. — Ну, на одной вечеринке я строго дала себе обещание, что больше никогда не надену платье. — Эльза прикрыла глаза, когда брюнетка начала наносить светлые тени на её веки. — Можешь положиться на меня, я умею хранить секреты. — Из-за этого я чуть не лишилась девственности с одним очень плохим чуваком. — Блондинка поджала губы, облизывая их языком. — Почему-то именно об этом я и подумала. Ну да ладно. — Эллен отошла в сторону большой кровати, на которой лежал белый кофр. — Смотри, оно очень длинное и просто нереальное, шикарное, элегантное, все, что только может быть! Никто точно не сможет залезть к тебе под юбку. — Это, конечно, не мое дело, но с чего ты взяла, что на благотворительном вечере кто-то будет лезть к тебе под юбку? — Фрост мимолетно заглянул в комнату, глядя на полуголую девушку, что сидела в кресле, не желая оборачиваться на него из-за нахлынувшей волны стыда. — Уйди отсюда. — Эллен быстро схватила со светлого покрывала одну из подушек, бросая ее в сторону двери, не попав в Джека. — Ты бесишь меня со своей моментальной реакцией! — Разенграффе, я, как настоящий брат, запрещаю тебе идти голой! — строго произнес Фрост, теряясь в глубинах огромного номера. — Да почему вы решили, что я собиралась идти голой?! — возмутилась Эльза, всплескивая руками. — Наденешь его? — Эллен потрясла вешалкой с красным изящным платьем, которое постепенно влюбляло в себя Разенграффе. Девушка скривилась, недовольная нарушением собственных принципов, но медленно покачала головой, заставляя брюнетку широко улыбнуться. — Умница. — Девушка снова заняла свое место, нанося на бледную кожу Разенграффе персиковые тени. В это время Джек застегивал на себе рубашку, не отрывая взгляда от зеркала. На его лице отражалась серьезность и уверенность, и он чувствовал себя как никогда хорошо. Ему нравилось свое тело, своя внешность, нравилась дорогая одежда, которую он надевает, дорогой номер, в котором он поселился. Ему нравился тот факт, что в скором времени он сможет получить то, чего так долго ждал. Пусть для кого-то это останется дилеммой, ведь точного ответа не мог знать даже его самый близкий друг. — Слушай, я, конечно, понимаю, что это странный вопрос, но... Откуда ты знакома с Джеком? — спросила Эльза, прикрывая глаза, пока Эллен рисовала ей острые стрелки. — Мы одноклассники, — мгновенно отозвалась брюнетка, выводя аккуратную линию на правом веке Разенграффе. — Одноклассники? Серьезно? И как ты узнала о "работе" Фроста? — Эльза наконец раскрыла глаз, удивленно смотря на Эллен. — По сути, он просто позвонил мне. — Девушка потянулась за тушью. — А теперь подними глаза кверху. Спасибо. После того, как я сняла трубку, он сказал, что требуется помощь. У нас был достаточно дружный класс, и мы всегда помогали друг другу. Как видишь, я не оказалась исключением. Взамен он отдал мне приличную сумму, да что там, мне даже хватило, чтобы основать свой хоть и маленький, но салон красоты. И, бам, моя мечта осуществилась, я стилист! — Раз уж вы так давно знакомы, могла бы ты хоть немного рассказать мне о нем? — Эльза все еще сидела, смотря в потолок, лишь краем глаза видя завлеченную работой Эллен. — Он ужасно язвителен... серьезен... решителен и... вреден. И да, я не хочу, чтобы ты сейчас находила сходства между мной и Анастейшей Стил. — Девушки прыснули, создавая в комнате веселую, даже дружескую атмосферу. — Это я уже успела понять. Но мне нужны его скрытые качества. Если ты их знаешь, конечно. — Разенграффе замялась, не зная, как сформулировать мысль. — Мало, кто знает, но Фрост в прошлом просто невообразимый романтик. — Эльза насмешливо подняла бровь. — Мне и самой трудно верится, но да, это так. — Джек и романтика это как две несовместимые вещи, — помотала головой блондинка, тщетно пытаясь представить себе парня с влюбленными глазами. — Ты знаешь его всего два дня! — вступилась за пепельноволосого Эллен, попросив Эльзу приоткрыть губы, чтобы накрасить их. — Ну ладно, может быть, я еще многого не могу себе представить, но есть ли еще какой потайной "фетиш" Фроста? — сдалась Разенграффе, сжимая губы, дабы равномерно нанести помаду на верхнюю и нижнюю. — Не думаю, что он будет рад тому, что я тебе все рассказала. О "фетишах" я мало, что знаю, но вот на самом деле Джек очень заботлив. — Блондинка прыснула, удивленно кривляясь. — А он темная лошадка, я смотрю. — Более чем, Эльза, более чем. Сборы девушки закончили менее чем через двадцать минут, и Эльза стояла около зеркала, недоверчиво щупая себя руками, чтобы проверить, она ли в отражении зеркала. Разенграффе еще ни разу в жизни не видела себя такой красивой, всматриваясь в собственное лицо с ярко-красными губами, выделенным изящным носиком и большими, блестящими от иллюминации иссиня-васильковыми глазами. Длинное красное платье подчеркивало ее неплохую фигурку, обтягивая самые пикантные места дорогой тканью, вышитой искрящимися кристаллами. У него было не очень глубокое декольте, открывающее вид на нежные девичьи плечи и ключицы, сбоку был длинный разрез, доходящий до середины бедра, который оголял длинную и изящную ногу блондинки при ходьбе. Высокие каблуки делали девушку чуть выше, позволяя ей почувствовать себя уверенно среди светских львиц на предстоящем вечере. — Я не верю своим глазам. Господи, Эллен, это превосходно! — Разенграффе приставила пальцы к векам, пытаясь контролировать нахлынувшие слезы счастья. — Так, все спокойно, без слез. Я просто выполнила свою работу. — Брюнетка счастливо улыбнулась, через секунду ощущая, как Эльза набросилась на нее с объятиями, обхватывая шею, так как на каблуках блондинка была выше. — Я бы никогда не увидела себя такой, если бы не ты. Спасибо тебе огромное, не пропадай, — трепетала Разенграффе, вдыхая мятный запах шампуня, который исходил от волос Эллен. — Я, правда, долго не продержусь в компании Фроста. — Расслабься и делай то, что я тебе говорила. — Эллен весело подмигнула блондинке, обнимая ее в ответ. Вскоре они оторвались друг от друга, услышав из холла голос Джека: — Нам уже пора. Разенграффе перешагнула порог своей спальни, изучая реакцию парня, который сначала проверял что-то в телефоне, но, завидев блондинку, заблокировал его, отвлекаясь на ее наряд. Джек мимолетно закусил губу, проходясь быстрым взглядом от одного участка ее тела к другому, в конце концов остановившись на лице и выдав сдержанную улыбку. — Превосходная работа, Эллен. — Парень был одним из тех людей, никогда не показывающих своих эмоций, если не хотят этого. Даже несмотря на то, что парень сейчас восхищался Эльзой, он просто не хотел показывать этого, так как данное действие было бы неуместно, да и зачем кому-то льстить? — Опять зря надеялась на комплимент, — наигранно вздохнула Разенграффе, вызывая тихий смех Эллен. — О, ну, что же ты. Неплохо выглядишь. — Джек ухмыльнулся, замечая, как девушка закатывает глаза, приближаясь к нему. Открыв перед ней дверь, он выпустил ее из номера, выйдя следом за Эллен. Девушки передвигались по длинному коридору, когда парень быстро подбежал к ним, поправляя галстук. Эллен неожиданно свернула к лестнице, помахав рукой и скрывшись за широкими железными дверями с длинной перекладиной для их открытия. Эльза заметно погрустнела, равняя свой шаг с Фростом. — Я когда-нибудь смогу увидеть ее снова? — задала она вопрос, приподнимая голову, смотря в глаза Джеку. — Не заморачивайся по этому поводу. Тебя еще много раз придется гримировать. — Спасибо. Они остановились перед дверью четыреста двадцатого номера, и Фрост согнул средний палец, костяшкой несколько раз в каком-то собственном ритме ударив по древесному покрытию двери. Пока жилец помещения торопливо шел к двери, Джек повернул голову в сторону Эльзы, тихо подав голос: — Готова к началу этого чумового вечера? Ответ не заставил себя долго ждать: — Думаю, что так. Лишь бы нервная система не подвела.