Просто помощь.

В жизни всегда есть что-то хорошее. По-другому не может быть. Твоё существование не может быть окрашено только в чёрно-серые тона, если тебе кажется, что это так, то ты просто чего-то не видишь или твоя светлая полоса пока не наступила. Может твоё счастье ещё не пришло. Я всегда считала, считаю и буду считать Машку своим главным счастьем. Главным лучиком света в любой, даже очень тёмный день, и пусть я не смогу ей что-то рассказать, мне просто будет тепло рядом с ней. Её будет достаточно. Просто рядом. Она моё солнце, не знаю, все ли настолько привязаны к своим сёстрам. Я - да. Не знаю, как я буду дальше. Как сложиться моя судьба, впереди ведь столько трудностей, но я буду стараться. Ради неё я готова стараться. Обычно я находила хорошие моменты в мелочах: выпавший снег, хорошая тема сочинения по литературе, солнечный денёк, вкусная запеканка на завтрак, смешная гримаса на лице какого-нибудь одноклассника. Сейчас мне было легко не от этого. Причина была вполне очевидна. Очевидна… В комнате, как ни странно, никого. Наверное, все ушли в душ или торчат в общей классной гостиной, хотя стрелки часов уже подходят к половине девятого. Что ж, так даже лучше. Нет, теперь я не боюсь, но хочется сохранить нотки тепла. Не хочется ничего потерять, растрачивать себя на пустые слова. Я переодеваюсь в спортивный костюм, готовлю учебники к завтрашнему дню. Достаю плеер, наушники, любимая мелодия и снова в голове привычные ритмы. Только сейчас всё звучит иначе, не так безысходно, другими оттенками. Сейчас я ощущаю слабые отголоски надежды, надежды на другую жизнь. На другое будущее. На настоящую себя. Как странно. Залезла с ногами на кровать, вся в музыке. Надо сходить в душ, но мне не хочется двигаться. Просто посидеть ещё немножко, просто одной, просто ещё немного побыть счастливой. Счастливой?! Похоже у меня странные представления о счастье. Это можно рассматривать как просто секс, просто… Даже на словах выглядит не очень. Тогда от чего мне так хорошо? Правильно, любую ситуацию можно воспринять по-разному. Разные точки зрения, разные взгляды, разные позиции. Как же я ей благодарна… Хоть ничего и не будет. Больше не будет. Я это поняла. Мне это отчётливо дали понять, а ещё мне дали понять, что я ничего не должна. Я ничем никому не обязана. Я не обязана быть такой, какой меня хотят видеть другие. Не обязана, только в жизни почему-то получается всё иначе. Всё не так. Через некоторое время приходят Анька с Ольгой, а так хотелось ещё немного тишины, немного одиночества, немного растянутого приятного тепла. Тепло пока во мне, но очень хрупко, невесомо. Кажется, нужна лишь пара фраз, и оно разрушится, и всё пойдёт наперекосяк. Киваю им головой, одновременно вытягивая наушники. - О, какие люди! Ты ничего не хочешь нам сказать? - Анечка, сощурившись, устремляет взгляд прямо мне в глаза. - Да вроде нет, - качаю головой. Совершенно ни хочу сейчас что-либо объяснять. Только вот дело не в страхе. Теперь я не боюсь. Теперь я не готова провалиться под землю при виде других людей. Теперь я просто не хочу. Теперь я понимаю, что им не должно быть до меня никакого дела. Теперь всё изменилось. - Не хочет! Нет, Оль, ты глянь, она не хочет! Тут значит, такие дела творятся, а она вообще сидит с пофигистическим выражением лица. Супер просто! - Ань, хватит! - Что-то не так? – просто говорю я. - Может быть, ты просто не знаешь? – вкрадчиво начинает девчонка. - Знаю… я знаю. - И? - Да говорите вы, что хотите. Это ваше право. Ваши слова. У нас свобода слова, как-никак! - Хочешь сказать, что слухи лишены правды? – в голосе проскальзывают раздражённые нотки. - Я ничего не хочу сказать. Думайте что хотите, окей? - Зашибись вообще! - Ань, какое тебе дело то, а? Мне вот лично совершенно всё равно, а тебя, я смотрю, зацепило? – Оля говорила тихо, но уверенно. Я не чувствовала в её голосе пренебрежения, и это успокаивало. - Да плевала я на всё, если уж ей всё равно, что её поливают грязью, то мне-то какое дело? - Ну и хорошо, - слабо улыбаюсь я – закрываем тему. Я всё ещё переживала. Всё же переживала. Сейчас, когда прошло уже несколько часов. Моё волнение возвращалось. Эмоции были уже не такими сильными, но слабое волнение всё же присутствовало. Я куталась в кофту, посильнее натягивая рукава на замёрзшие пальчики и, пыталась вернуть то тепло. Тот огонёк внутри меня. Он медленно меркнул, гас, не желая восстанавливаться, не желая возвращаться. Не имея стремления побыть со мной ещё немного. От этого становилось грустно, от этого паника снова подступала ко мне. Пускала в меня свои когти, пыталась пропитать меня своими мыслями, тревогами. Мурашки пробирались по телу. Всё хорошо. Всё хорошо. Всё правильно. Я не одна. Пусть больше ничего не повторится. Пусть теперь мне предстоит забыть, но я не одна. Я не имею права себя жалеть. Многим хуже. Многим на этой планете хуже, чем мне, но они продолжаю бороться с окружающими, с проблемами, с собой, они стараются, они живут. Я не имею права. Никакого права! После сегодняшнего нет уже вчерашнего вечера, стало легче. Но я всё так же не хотела здесь находиться. Хотелось, чтобы этот учебный год поскорее подошёл к концу. Время тянулось катастрофически медленно. Медленно и болезненно. Я понимала, что ничего не изменится, если я не изменюсь сама. Куда бы мы не переехали, мы не сможем убежать от себя. Просто не сможем. Мы всегда будем рядом со своим внутренним миром, и, если не поменяем его, то всё будет повторяться. Снова и снова. Изо дня в день. Новые люди, обстановка, события, новые границы, возможности, перспективы, но во всём новом есть что-то не измененное. Это мы, мы сами. Именно сейчас я в полной мере осознала значение фразы: "От себя не убежишь". Нет, косвенно я всегда её понимала, ведь всем понятно, да? Понимала, но пропустила через себя только сейчас. Только сейчас прочувствовала всей своей душой и поняла, что бежать бессмысленно. От себя бежать глупо и бесполезно. Так же как и врать. Убежать или соврать можно кому угодного, от кого угодно, только не себе, только не от себя. Мне не хотелось ни с кем это обсуждать, ну не хотелось и всё тут. Более того, я не видела в этом смысла. Не собиралась никому ничего доказывать, что-то опровергать, но чувствовала необходимость поговорить с одним человеком. Знала, что нужно. Нужно поговорить с Валеркой. Я не представляла, что скажу ему, не представляла, но понимала - это необходимо. За практически три месяца он стал мне ближе чем все одноклассники. Близким людям необходимо объяснять. Хотя, возможно, они сами всё поймут. Но, если нет, то всё рухнет. Всё доверие просто исчезнет и без него просто не будет смысла. Без доверия нет вообще никакого смысла. Никогда. Страшно? Страшно, не буду лгать. "Близкие всегда тебя поймут, должны понять" - успокаивающие слова, которые остались во мне, внутри моего подсознания и они делают меня сильнее. Придают сил. Заставляют смотреть в глаза своим неприятностям, своим страхам. Если я научусь твёрдо смотреть им в глаза, то перестану бояться. Избавлюсь от них. Я буду от них свободна! Я буду свободна! Хочется раскрыть окно, вдохнуть морозный воздух, раскинуть руки и крикнуть эти слова в темноту ночи. Я буду свободна! Свободна взлететь, взлететь высоко - высоко туда, где я не буду бояться. Там будет только ветер, только я и только тишина. Только я не могу даже просто крикнуть. Усмехаюсь своим мыслям. Я обязательно с ним поговорю. Поговорю. Всё правильно. "Правильно" мягкий голос и карие глаза. Так получилось, что сегодня я даже не столкнулась с ней. Я даже её не увидела, а так бы хотелось посмотреть на неё, заглянуть в глаза. Обычно, если у нас и нет совместных уроков, мы часто сталкиваемся в коридорах. Ох, как меня это поначалу раздражало, а сейчас… Сейчас я бы всё отдала, только бы побыть рядом. Так, перестань! Вася, остановись! У тебя нет никакого права мечтать! У тебя нет никакого права на мечты. У тебя нет на это никакого права! Только благодарность. Больше ничего. Я должна быть просто благодарна. Был последний урок, мы начинали знакомиться с романом Булгакова "Мастер и Маргарита", но даже литература не смогла меня полноценно отвлечь от потока мыслей. Надо поговорить с Валерой! Надо. Надо куда подальше запихнуть свои мысли о карих глазах. Просто необходимо. Очень-очень. - Валер, поговорим, - я остановила его за руку. - Думаешь, надо? – он развернулся и посмотрел мне в глаза. - Надо. - Я всё понимаю, Вась, не переживай, - он успокаивающе сжал мою ладонь и улыбнулся. - Всё равно стоит. Мы вышли из кабинета и завернули в безлюдный сейчас уголок. Хотя обычно здесь толпилась куча народа, ведь в этом тихом уголке находился кабинет музыки, но сейчас все постарались сбежать куда-нибудь подальше от учебного корпуса. Всё же уроки подошли к концу. - Валера, понимаешь, я даже не знаю, как начать. Ты ведь, наверное, слышал что говорят? – разговор как-то не клеится. Устало прислоняюсь к стене. - Вась, - грустно улыбается он – все слышали. - И что ты на это скажешь? – выдыхаю я. - Ровным счётом ничего. - А что ты скажешь, - прикрываю глаза. - Скажу, что, возможно, всё, о чем говорят, не лишено смысла, – ну вот я это и сказала. Мысленно сжимаюсь, готовясь к худшему. - Вась, а какая разница? - ощущаю тепло, моя рука крепко зажата в его ладони. – Мне всё равно, какое это имеет значение, ты так и останешься моей подругой. В этом нет смысла. Вась, ты слышишь меня? Наверное, лучшей подругой. Наверное, одним единственным другом. Он отстраняется, толкает меня в плечо. Открываю глаза. Не верящим взглядом всматриваюсь в выражение его лица, ищу подвох. Слышу его смех. - Дурочка! – шепчет он, прижимает меня к себе, и я расслабляюсь. Опускаю голову на его плечо. Тону в переливах его смеха и чувствую себя счастливой. Если искать её взгляд. Если постоянно думать о ней. Если видеть её даже во снах, то можно сойти сума. Нет, я определённо схожу сума. Да, а сначала мне казалось, что будет легче. В принципе мне и стало легче. Только вот теперь я не могу избавиться от навязчивых мыслей и ненужных воспоминаний. Только вот теперь всё походит на какую-то маниакальную зацикленность. Ладно, может я и не думаю о ней постоянно, но отчётливо ощущаю, что мне её не хватает. Мне не хватает Светланы, и это совсем не здорово. С этим надо что-то делать. Это надо как-то решать. Сначала было необычайное спокойствие, которое я испытывала в её присутствии, а теперь попросту нехватка. Конечно, лёгкость решений и восприятия мне попросту незнакомы. Такие понятия не для меня. У нас с ними хроническая несовместимость. Нужно что-то делать, ну, как минимум, просто отвлечься, просто меньше думать, меньше вспоминать. Что было, то прошло. Прошлое остаётся в прошлом. Мы не будем об этом говорить, не будем возвращаться. Она так помогла мне, и мне это было нужно. В конце концов, мне нужна была эта разрядка. Я должна просто отблагодарить её, а самой главной благодарностью будет молчание. Главное, не касаться этой темы, не заводить разговор и вернуться к тому, что было. Иногда мне кажется, что так было бы даже легче. Намного легче было её ненавидеть. Тогда мне намного легче было выносить взгляды, полные молчаливого гнева и презрительные реплики, брошенные как бы невзначай в мою сторону. Да, всё вправду вернулось на круги своя: она осыпала меня ледяными взглядами, раздражалась от моих ответов и отстранёно холодно держалась на занятиях. Я старалась не высовываться, ведь теперь я просто не могла себе этого позволить. Теперь я почувствовала бы себя самой настоящей свиньёй. Всё вернулось, но теперь мне было так больно. Вся ситуация со слухами вокруг меня постепенно сбавляла обороты. Любая новость теряет свою актуальность, проходя через призму времени. Декабрь уже зашёл за середину, а это означало, что скоро новый год. Каникулы. Новый год! Как же я раньше любила этот праздник, всегда ощущала приближение сказки, невесомого волшебства. Праздничная атмосфера всегда пропитывала наш дом, и мне хотелось просто смеяться. Нет, не так, мне хотелось хохотать. Я ела мандарины, вдыхала запах ёлки, наслаждалась украшенными витринами магазинов. Мы с отцом и Машкой ходили на горки, катались на лыжах, лепили снеговиков и строили зимние крепости. Я всегда посещала Машкин новогодний утренник в детском саду, и мне было так спокойно, так легко. Новый год мы всегда встречали с семьёй наших друзей, там всегда была и Катя. Именно так мы с ней и познакомились, именно она была первой девушкой в моей жизни. Первой, но уже не единственной. Я никогда не винила её в том, что случилось. Не могла винить. Если бы она была рядом, не уехала учиться в институт, всё было бы по-другому. Если бы она только знала, уверена, она бы приехала и точно разобралась со всеми. Я невольно улыбнулась, вспоминая эту боевую шатенку с взлохмаченным ёжиком на голове. Она была чудом. Искренней, настоящей. Готовой меня защитить. Нет, я никогда не любила её. Точнее, любила, но не так, только поняла это слишком поздно. Думаю, Катя питала ко мне тёплые чувства, и я переживала за неё. Именно поэтому я не стала ей ничего говорить про издевательства одноклассников. Я не хотела, чтобы она срывалась и ехала ко мне. Не хотела, чтобы она нарывалась на проблемы, не хотела, чтобы она переживала, а потом потом мне стало не до этого, и так получилось, что мы не разу не созвонились за эти пол - года. Да и зачем нам созваниваться, если, по сути, мы расстались перед её отъездом. Я вспоминала её и улыбалась. Прошлого не вернуть. Теперь я даже не знаю, что принесёт мне новый год. Многие ученики уезжают домой, но вряд ли нас с Машкой кто-нибудь заберёт на каникулы. Теперь мне не верится в Новогодние чудеса. Будто за прошедший год я повзрослела сильнее, чем за всю свою жизнь. Повзрослела? Может. А может, я просто разучилась верить. Разучилась жить.