Просто помощь.

Сижу в кабинете. Обычно по утрам мои глаза слипаются, но сейчас я нахожусь во взвинченном состоянии. Светлана Николаевна должна объявить результаты контрольной, и я прекрасно осознаю, что они будут очень и очень плачевны. Валерка принципиально не подсказывает! Он, правда, пытался предложить объяснить мне хоть что-то, но я отказалась. Ну не понимаю я алгебру! И не собираюсь ничего понимать! Нет у меня времени на это! Только вот после такого категорического отказа и утверждения, что мне никогда не постичь эту царицу наук, глупо сидеть и трястись, как серенький зайчишка. Меня и правда конкретно потряхивает. - Чёрт, я и правда её боюсь! – Валеркины губы кривятся в ехидной усмешке. Я хотела продолжить, но слова застряли глубоко в горле после того, как я заметила её. Она вошла быстро, резко хлопнула дверью. Моя дрожь усилилась. После её прихода в классе воцарилась полнейшая тишина. Она прищуривается и проходится взглядом по рядам. В безмолвии отмечает нас в журнале и останавливается на мне: - Петёлкина, а зачем Вы вообще пришли? – я невольно вздрагиваю... Вот почему нужно пристать именно ко мне?! - Наверное, я пытаюсь соблюдать дисциплину, – мои руки под партой непроизвольно стискиваются в кулачки. Да не трогай ты меня! - Как похвально!– Ты гаденько усмехаешься, и я осознаю, что от недавнего волнения не осталось и следа.Ты меня реально бесишь! Да здравствует Светлана Николаевна! Кто - то превращает людей в вампиров, кто-то в оборотней, а вы не плохо трансформируете более - менее адекватных учеников в клинических идиотов! - Если ты пару раз не посетишь мои занятия, хуже не будет. Ты не отупеешь, потому что тупее уже просто некуда! Так, замечательно! Да, я тупая! Тупая в алгебре, как ни крути! Только это не повод для унижений! С её стороны так высказываться даже не педагогично! Нет бы просто озвучить мою оценку, но простые варианты вам не свойственны. Да, Светлана Николаевна? Как вас вообще ещё держат на должности учителя с вашим - то отношением?! Глупая тупая злоба бушевала во мне, и ,благодаря ей, выходило наружу копившееся внутри меня отчаянье. - С честью представляю всему классу единственную обладательницу двойки за прошедшую контрольную и, по совместительству, автора одной из самых безнадёжных работ за последнее время,– продолжала тем временем Светлана. Да, конечно, разумнее всего было заткнуть своё негодование куда подальше, а в идеале заткнуться и самой, но меня уже понесло: - Если я Вам так противна и отвратительна, то какой смысл мучить себя и работать учителем?! - Вы предлагаете мне закончить свою карьеру из-за одной незначительной помехи? – твои глаза полны ледяной ненависти, но голос на удивление спокоен, чего не скажешь про мои собственные срывающиеся интонации. - Да вы всех нас ненавидите! – выкрикиваю я и одновременно понимаю, что пересекла все возможные границы. Заткнись, Вася! Заткнись! Но продолжать уже в любом случае бессмысленно, ибо ты, окинув меня уничтожающим взглядом, возвращаешься к спискам. Почему я вынуждена терпеть эти издёвки?! Самое печальное то, что я ничего не могу противопоставить, но я что-нибудь придумаю. Прошло то время, когда меня можно было безнаказанно втаптывать в грязь. Когда все играли на моей мягкости. Когда все могли издеваться надо мной, понимая, что я не отвечу. А, главное, они даже не осознавали, что не отвечаю я не из-за слабости, а из-за того, что считаю для себя низкими всякие склоки. Теперь не считаю! Всё изменилось, и я другая. И пусть вы ,Светлана Николаевна, преподаватель, это меня не остановит. Я что-нибудь придумаю. Весь урок я провела во взвинченном состоянии. Сидела, злая на весь белый свет и пытаясь придумать хоть какой-то план мести. Только вот фантазия меня подводила, и в голову не лезло ни одной стоящей идеи. Если честно, у меня не возникло ни одной разумной мысли. Например, я не подумала о том, что человек, которому я собиралась «мстить», педагог и просто не этично так к ней относится. Так же я не подумала, что мои мысли до невозможности глупы и не разумны. Я не подумала и о том, что совсем недавно я бы перестала уважать любого человека, который ведёт себя так, как я в последнее время. И я не подумала, что в последствии могу перестать уважать саму себя. После ко мне подлетела Аня и начала открыто восхищаться моим поведением. Я же наоборот ощущала некий укол совести, так как запал прошёл. Практически сразу же, как Светлана исчезла из поля моего зрения. Осадок остался, но я, как могла, отгоняла от себя эти мысли. Не собираюсь жалеть о своих словах. Не буду! Всё правильно. Я попыталась вернуть остатки гнева, но ничего не вышло. Я уже была совершенно спокойна. - Всё же надо иметь смелость так поступить! – продолжала Анька, подпитывая ажиотаж возникшей около моей скромной персоны. – Молодец, отомстила за всех нас. - Правда, это было круто, – ко мне подкатил Олег и приобнял меня за плечо. Этот парень практически с первого дня оказывал мне знаки внимания. Бедняга не понимает, что в моём случае ему мало что светит. – Только она себя с тобой ведёт хреново,поэтому предлагаю что-нибудь устроить. Одобрением ему послужил нестройный, но довольно сильный гул голосов. Только мне почему-то стало не по себе. Дурында, блин! Только что ты просто возносила эту идею в своих мыслях, и вот спустя пару минут тебе уже не по себе. Ну что за человек! Чуть что и сразу в кусты. Всё выходит, лучше некуда, глупо это не признать! Олег, можно сказать, играет роль принца и исполняет все твои желания, и если учесть, что с идеями у тебя был напряг, то это просто отличный вариант. Только почему теперь мне кажется это не правильным? - Предлагаю отомстить за Василису и за всех нас, за годы наших мучений, за кучу домашних заданий, за пролитые слёзы над запоротыми контрольными плюс сорвать урок! – Олег декламировал свою речь, забравшись на стул. Ну, просто прирождённый оратор. - Я в принципе только "за", – запихиваю куда подальше свою совершенно не вовремя заговорившую совесть. - Наш гений и бунтарь всех веков и народов, во - первых ,хочу заметить, вы стоите на моём стуле, - произнесла наблюдавшая около двери за нашей мизансценой Олька – а, во вторых, как скажите мне, вы будете осуществлять столь замечательные и ,не побоюсь этого слова, наполеоновские планы? - Простите-простите, сударыня! – Олег театрально соскочил со стула,– я не подумал. – Он начал с преувеличенным рвением оттирать стул рукавом кофты: – всё чисто, – обратился он к Оле ,– теперь ты можешь спокойно садиться своей прелестной попой. - Придурок, – Оля с улыбкой толкнула парня за плечо, присаживаясь на место. - Ну так вернёмся к нашим баранам. В общем, у меня есть один план ,он незатейлив и прост. Но, думаю, получится эффектно. Привёз я ещё с каникул одно средство и планировал использовать, только вот ждал подходящего момента. К тому же, для лучшего эффекта необходимо отопление. Думаю, момент настал! - А сколько пафоса, - но слова были произнесены с всё той же мягкой улыбкой играющей на губах. Можно сказать, что мы все практически единогласно подписались под проектом мести и лишь Валера смотрел на меня неодобрительно,но я предпочла не обращать на это внимания. И уж тем более никто не заметил, что за нами наблюдает серьёзное лицо с укором в серых глазах, обрамлённое копной чёрных волос. Жанне тоже явно не нравилась вся эта история, но в то время мне было как-то наплевать на эту новенькую тихоню - отличницу. Я думала, что хоть что-то понимаю в своих одноклассниках. Именно сейчас мне казалось, что всё на поверхности. Но время показало, что я так и не научилась разбираться в людях. Оставшиеся уроки пролетели быстро. На литературе я даже смогла отвлечься от чувства раскаяния, мучившего меня после алгебры. У нас было обоюдное понимание с Эммой Витальевной. Удивительно, но между нами возникли замечательные отношения, и мы могли подолгу, не в рамках школьной программы, обсуждать книги и разговаривать на различные темы. Эта женщина вызывала во мне теплоту, и мне было хорошо в её компании. Может и глупо звучит, но я чувствовала домашний уют. Да,здесь в жизни также были светлые пятна. В её присутствии я чувствовала уверенность, и мне казалось, что всё ещё будет хорошо. Всё ещё у меня будет! Кстати,если не учитывать алгебру и геометрию, училась я совсем неплохо. Да, были проблемы с физикой, но не такие глобальные. Зато по литературе, истории, обществу я вполне могла стать ученицей, подающей большие надежды. Я даже подтянулась в предметах, которые у меня никак не шли в прошлой школе. Да, раньше я была безнадёжной троечницей и заваливала, к выше перечисленным предметам, ещё и биологию с химией. Теперь же я заметно подтянула свой уровень знаний. Не думайте, я не из числа безнадёжных тупиц, просто времени у меня как-то было маловато. Зато литература всегда была на высшем уровне, потому что я не могла жить без книг. Я умудрялась читать везде. Вообще, моё глобальное увлечение книгами началось не совсем обычно. В детстве я не любила читать, но обожала слушать,поэтому мама мне всегда читала сказки и много - много всего. Ещё в садике я поражала воспитателей своим знанием различных историй. В подготовительной группе меня просто сажали на стульчик, а вокруг рассаживали других детей, и я рассказывала. Ещё в маленьком возрасте я могла рассказывать истории и увлекать этим окружающих, а самым лучшим развлечением было сидеть обложенной книгами и рассматривать картинки. Но, когда пришло время читать самой, мне это не понравилось, и с книгами был покончено. Прошло время, и в моих отношениях с одноклассниками наступил тяжёлый период. Нет, тогда они меня ещё не ненавидели, тогда они просто не замечали меня. Было обидно, особенно поначалу, для моей детской и ранимой души, и я снова начала читать. Просто затем, чтобы не сидеть все перемены напролёт уставясь в стенку и упиваясь одиночеством, когда все остальные шутят, дурачатся, общаются между собой. В итоге, я изменялась, и изменялось всё вокруг меня. А может и наоборот, всё вокруг меня изменялось и изменяло меня. Мне больше некогда было страдать, переживать из-за недостатка общения. Прошлые проблемы стали казаться незначительными мелочами. Папе пришлось сменить работу на менее оплачиваемую, но с более свободным графиком, потому что поначалу я не могла сидеть с Машкой. Я теряла близких, но не ломалась. Наоборот, становилась самостоятельной, становилась другой. Сейчас я даже с некой гордостью могу сказать, что я была помощником для своих родных, а круг моих одноклассников стал мне не интересен, и я уже просто от удовольствия читала книги все перемены напролет, а так же и не занимающие меня уроки. Возможно, это было неправильно, и я должна была больше времени посвящать учёбе, но было так, как было. А я читала, когда могла, в автобусе, потому что моя школа была не совсем близко, в перерывах между делами и иногда даже в очереди в магазине. Из-за этого меня считали странным человеком не только мои ровесники, но и другие, даже бабушки около подъезда. Они даже ругали моего папу, говорили, что он взвалил на меня кучу обязанностей после смерти Анны, и я постепенно схожу с ума. Как мило! Такие разговоры раздражали меня и, наверное, я сама начала верить в свою ненормальность. Хотя, что было во мне ненормального? То, что я не курила и не пила по подворотням до поры до времени? Или то, что не интересовалась тем, чем интересуются другие? Хотя было во мне кое - что действительно ненормальное. И да ,я сама с этим намучилась, я сама съедала себя изнутри и пыталась всё поменять. Я сама себя наказывала. Это принесло мне кучу проблем к уже имеющимся. Самое главное, я продолжаю считать это не правильным и заглушаю, как могу,свои эмоции и порывы, так что в последнее время вроде всё стало полегче. Пока рядом со мной нет такого человека, который бы вызывал во мне кучу эмоций, и благодаря этому я держусь. Я смогу справиться с собой, пусть даже ценой личного счастья. Да я готова им пожертвовать, если можно так сказать! Ибо, во-первых, вряд ли я встречу человека который захочет разделить это счастье со мной, а во-вторых, будет ли счастье полноценным, если из-за него придётся поступиться своими взглядами, суждениями и позициями, пойти против течения, против всех… Судный день настал! Всё было так, как должно было быть и практически все в классе были за срыв урока, но мне всё равно было немного не по себе. Хоть я и понимала, что не виновата ни в чём. Не было бы моего конфликта со Светланой Николаевной, Олег бы всё равно провернул запланированную махинацию, дождавшись подходящего момента. Да и в нашем маленьком розыгрыше не было ни капли жестокости, но я, привыкшая поступать по совести, чувствовала себя виноватой. Белка, та девчонка,которая была одной из Анькиных так называемых подруг, стояла на стрёме. Олег в боевой готовности восседал на подоконнике. Все перекидывались взглядами, наполненными молчаливым задорным огнём. Класс окутала атмосфера ожидания и всеобщего возбуждения. Я же, уставясь перед собой, грызла бедную, ни в чём не повинную ручку.Вот такая у меня осталась привычка ещё из глубокого детства. Так что, можно сказать, все мои волнения оставляли след, в прямом смысле этого слова. - Идёт, идёт, – прервал моё самобичевание взволнованный голос Белки. Олег моментально пролил раствор из пузырёчка прямиком на батарею, а через секунды уже как ни в чём не бывало восседал на своём месте. Были брошены последние взгляды, прозвучали последние перешёптывания, и наступила привычная для уроков геометрии тишина. В класс вошла Светлана Николаевна: зализанные в хвост чёрные волосы, строгий брючный костюм, змеиный взгляд шоколадных глаз. На неё просто было неприятно смотреть, весь внешний вид кричал о том, что рядом с этой женщиной зона повышенной опасности. Она, как всегда,окидывает класс взглядом, прищуривая глаза, и по моей спине пробегают сотни мурашек. - Ну что, Петёлкина, пойдёмте к доске, будете исправлять ошибки или, скорее получать очередную двойку, – фыркает преподавательница, и я осознаю, что чувство вины испаряется из крепко сцепленных пальцев. Почему она пробуждает все самые отрицательные эмоции,хранящиеся внутри меня?! Я нехотя встаю и медленно начинаю плестись к доске. Как можно дольше тяну время. Ещё немного и средство должно начать своё действие, спасая меня от очередного позора. Возможно, сегодня не только я буду выглядеть растерянно. - Стой! – резко говорит Светлана, и я мгновенно замираю на полпути. Похоже, уже рефлексы на её голос выработались. Она начинает принюхиваться, а мне отчего-то становится смешно. Нет, правда, это выглядит так комично. Боясь сорвать всю операцию истерическим смехом, я легонько прикусываю кончик языка- такая манипуляция всегда помогает мне взять себя в руки. В итоге, запихнув внезапно взявшееся веселье куда подальше, перевожу на неё взгляд, полный умело сыгранного недоумения. - Светлана Николаевна, – привлекаю внимание к себе, а то она как-то слишком увлеклась. Ещё будет весь урок бегать по классу и принюхиваться с азартом ищейки, в таком случае её репутация точно пострадает. С какого фига я думаю об этом? Я весьма некстати вспоминаю одну знакомую собачку, которая реагировала не только на взрывчатку, но ещё и на буфет. Недостатком воображения я не страдаю, поэтому отчётливо представляю Светлану Николаевну, бегающую за булочками. Нет, скорее она будет бегать за мной, чтобы покусать. Да, идеально! За мной, если у меня в руках ещё будет и булочка. С моих губ всё же срывается истерический смешок, вмиг возвращающий меня в режим реального времени. И вот передо мной снова её глаза, и ничего хорошего их выражение не обещает. - Вам не кажется, что пахнет газом? - она обращается ко всем или исключительно ко мне? Смотрит всё же только на меня. Когда-нибудь изничтожит меня таким взглядом или задавит на месте своим превосходством, которым пропитано каждое движение. В классе по-прежнему царит мёртвая тишина, а она всё смотрит на меня, и я понимаю, что долго так не выдержу. - Ну, вроде бы чем-то пахнет, - не узнаю свой голос. Пожалуйста, пожалуйста, посмотри куда угодно, только не в мои глаза! Не смотри на меня так. - Вы не знаете характерный запах газа? – фыркает, отводя взгляд. Меня всю трясёт, трясёт от одного взгляда. Разве может кто-то настолько бесить? Хочется вцепиться в ее волосы, только бы успокоить предательски дрожащие колени. Какое неадекватное желание! - Ладно, все выходим из кабинета, но никуда не расходимся. Пойду позову директора. Светлана встаёт около двери и ждёт пока мы все покинем стены кабинета. После того как она удалилась, все начинают обмениваться впечатлениями. Кто-то с воплями дикой радости в связи с тем, что всё вроде бы получилось, кто-то с волнением - проблем с директором как-то не хочется. А я? А что я, я просто стою, прислонившись к стене и пытаюсь успокоиться. Похоже, волнение, которое обычно возникает в её присутствии, достигло пика. - По-моему всё отлично вышло, – ко мне подходит Олег. Только улыбаюсь ему в знак согласия, потому что боюсь, что голос подведёт меня. Дурдом, право дело. Он начинает что-то объяснять. Вроде про то, что никто не поймёт, в чём дело и про то, какое комичное выражение было на лице Светланы Николаевны, но мне как-то уже всё равно. Более-менее придя в себя, я отхожу от основной массы одноклассников и присоединяюсь к Валере, сидящему в отдаление на подоконнике. Он не поворачивает даже головы в мою сторону. Похоже, ему не очень понравилась вся эта идея и, кстати, он пытался выступить против, но разве может что-то изменить один человек? - Думаешь, мы поступили не правильно? – спрашиваю я, присаживаясь рядом. - Мне всё равно, если честно, – в его голосе слышна некая отстранённость. - Почему тогда не со всеми? - Если ты успела заметить, я всегда не со всеми, я только с тобой, – он всё же разворачивается в пол - оборота, на его лице мягкая улыбка. С ним так спокойно и уютно. Почему я так быстро и безоговорочно привязываюсь к людям? Может, мне просто не хватает папы? Да что скрывать мне всегда не хватало и поддержки брата. А с Валерой у меня сложились очень теплые дружеские отношения. Надеюсь, хотя бы он меня не разочарует. Я придвигаюсь ближе и кладу голову на его плечо. Он не отталкивает, не отстраняется, и пусть я не вижу его лица, но знаю, что он продолжает улыбаться. - Обещай мне, что постараешься подтянуть алгебру – говорит он. - Какая тебе от этого польза? - Просто обещай. - Не привыкла разбрасываться обещаниями направо и налево. - Радует. Значит, они чего-то стоят. Я не собираюсь отвечать. Он не будет повторять просьбу. Может глупо, но для меня обычное слово «обещаю» несёт огромный смысл. Больше, чем слово. Его нельзя говорить просто так. Это должно идти от сердца, и если обещание было дано, надо приложить много усилий. А я уверена, что не смогу подтянуть алгебру. Тем более, если она всегда будет на меня так смотреть. Кстати, немного о ней. Именно сейчас она появляется в сопровождение Эммы Витальевны и не упускает возможности окинуть меня взглядом. И не просто взглядом. - Петёлкина, Вы что здесь устраиваете? Я всё понимаю, гормоны, но позвольте проявлять себе различного рода нежности не в рамках моего урока. О чём это она? Ой, ну конечно, я уже и позабыла, что практически спать улеглась на Валеркином плече. Меня с подоконника будто ветром сдувает, и мы с Валеркой практически синхронно здороваемся с директрисой. В итоге урок был безнадёжно сорван, никто не мог понять, что происходит. Конечно, они и предположить не могли, что идиоты, или,скорее, самоубийцы из 11 класса являются инициаторами всего этого безобразия. А ответ на все вопросы был прост- Олег приобрёл где-то новомодное средство, которое при взаимодействие с теплом приобретало запах очень похожий на газ, и мы им воспользовались. На весь остаток дня я ,как обычно, ушла к мелкой. Как же хорошо с детьми, с ними можно отвлечься от всего. С ними проблемы становятся далёкими, призрачными. С ними всегда можно вернуться в детство и просто помечтать. И знать, верить, что всё будет хорошо, если ты просто жив, если ты продолжаешь дышать и можешь видеть утреннее солнце. Я хочу пронести умение прикасаться к детству и мечтать через всю жизнь. Как часто дети мечтают перед сном! Ложатся, закрывают глазки и отдаются на волю своих фантазий. Как часто мечтаем мы, подростки? А мечтают ли взрослые? Хоть о чём - нибудь. Хотя бы изредка. Я хочу сохранить способность мечтать. Ведь мечты - это то, что может тебя спасти. Любовь к близким и мечты. Вытянут, как на буксире, из ямы проблем, из глухой безнадёжности и отчаянья, и ты снова сможешь вздохнуть и когда-нибудь улыбнуться, улыбнуться искренне. Не просто от радости за кого-то, а от своего счастья. И снова начнёшь верить, и снова начнёшь жить. Потому что если ты уже не можешь испытывать чувств, а живёшь просто по инерции, то это простое существование, это просто один из способов закрыться, который потом перерастает в привычку, в образ жизни, в иллюзию, в которой проходит твоя история. Ты забываешь, что можно по - другому, что можно иначе! Это тоже жизнь, но и не жизнь, потому что чувства тебя уже не касаются. Как важно не зайти за черту. Как важно не закрыться окончательно, а поэтому плачьте, давайте волю слезам. Плачьте и мечтайте. В любой ситуации, в какой только можно оказаться! Мечтайте, что не всё безнадёжно, что всё изменится. Можно найти источник энергии, можно найти, ради кого, ради чего жить, но в итоге это также может привести к существованию, надо просто уметь выйти, выйти вовремя и найти что-то для себя, ради себя. Хотя жить ради близкого человека лучше, чем просто закрыться, но и хуже, чем должно быть. Нет, я не говорю, что плохо жить кем-то. Просто если ты живёшь кем - то, не надо забывать, что ты тоже человек. Что есть он и есть ты, и должно быть что-то иное, что принесёт тебе радость. Нельзя радоваться только исключительно за кого-то, надо уметь радоваться и за себя. Жить за себя. Да, мои мысли часто какие-то не совсем понятные, даже мне самой, но это мои мысли. Это часть меня и вот есть то, что есть. Хотя ,мне очень хочется стать не тем,кто я есть. Я думала, сегодняшняя история, уже действительно стала историей. Хотя через день мне опять пришлось коснуться этой темы. Да и не просто коснуться. Я сидела на уроке геометрии. Пялилась в окно, пока люди занимались чем-то соответствующем. Поначалу я честно пыталась понять тему урока, но для такого валенка, как я, это оказалось непосильной задачей. Послышался звонок, и мой рот непроизвольно растянулся в улыбке. - Как мало, однако, нужн для счастья, – протянул Валерка. - Ага, всего лишь по реже видеть её и бывать в этом кабинете, – запихиваю учебники в сумку. - Петёлкина, вы можете не собираться! – осадил меня знакомый голос, вмиг лишая радостного настроя. – Нам есть что обсудить. Вот как, интересно, обращаясь на Вы, она умудряется доказать мою полную неполноценность? Тяжело вздохнула и плюхнула сумку на стол. Валерка нагло усмехнулся и протопал мимо меня в коридор. Даже не подождал, чёрт возьми! Стою, молчу, пялюсь в пол. Она тоже молчит. Но есть одно отличие, её глаза прожигает дырку не в полу, а во мне. - Ну и зачем Вы это сделали? – её тон не предвещает ничего хорошего. А он вообще хоть когда-то предвещает что-то хорошее? - Что, простите? – интересуюсь я. - Вы прекрасно понимаете, о чём речь. - Извините, но я и правда, не знаю, - будем косить под дурочку, хотя я неизвестно откуда взявшимся шестым чувством чувствую тему нашего предстоящего разговора. - Ну, хорошо, раз вы относитесь к особенно непонятливым, я помогу вам вспомнить. - Сделайте одолжение, - бурчу себе под нос. - Петёлкина! – а она, кажется, слышала. - Что? – самый невинный голос. - Вы решили посоревноваться со мной в остроумии?– прищур. - Что вы, разве я могу. - В последнее время мне стало казаться, что вам вообще наплевать на рамки и грани дозволенного! Скажите, как Вам в голову могла прийти такая ненормальная идея, и это в нашей элитной школе. Докатились! Я уже прекрасно поняла, что меня кто-то сдал и, похоже, только меня в исключительности. В этом замечательном дружном классе живёт крыса? Хотя, скорее, просто кто-то успел меня настолько «полюбить», всегда и везде крайняя исключительно я. Отговорки, жалкие слова -признак слабости. Будь - что будет, но мямлить и отнекиваться я не собираюсь. Уж лучше оставить за собой остатки гордости. Заставляю поднять взгляд. Вопреки здравому смыслу, сейчас её глаза не мечут молнии, они пустые. Просто пустые, а может, я просто не способна разглядеть в них даже тень эмоций, отличных от ненависти. Не способна пока. - Вы про газ? – глаза в глаза. Пару секунд тишины и, и… Похоже, она ухмыляется или это привычный оскал? - Вы издеваетесь? - Нет. - А вы глупее, чем я предполагала, даже не пытаетесь придумать оправдание. -Не вижу смысла. -Понимаете, что я, как минимум, должна доложить директору и это не будет хорошим штрихом к вашей характеристике, но мне кажется, вы делали это не одна. Скажите, кто ещё ходил в действующих лицах, и я не сделаю этого. Кем - кем, а предательницей я никогда не была. Не за того меня принимаете, Светлана Николаевна. Хотя, мне стоит заканчивать с моими заносами. Не дай Бог, выкинут отсюда. Сама я не боюсь, но с Машей что будет? - Мне никто не помогал, – снова смотрю в пол, и в голосе слышна дрожь. - Неплохо бы сказать правду! - Я никогда не вру. - Вы уверены?! – голос повышен, а глаза снова привычно излучают злость, но сейчас я хотя бы этого заслуживаю. - Да, - практически шёпот. - Тогда выйдите из класса! – какой контраст в наших интонациях! – Шесть часов вечера - время вашей отработки и только попробуйте опоздать! Сбившееся дыхание, хлопок двери, паника,не понимание, страх? Нет, просто неуютно. Просто... Да не знаю я, что это такое! Привычно прислоняюсь к стене. Похоже, буря миновала. Сердце колотится, как бешеное, но я могу признать, что это не из-за ситуации, не из-за чувства вины или наказания. Всему причиной шоколадный пронизывающий взгляд, и это уже совсем не смешно!