Мой парень гей

      Казалось бы, что только сейчас Эмма почувствовала на себе холодные капли дождя. Она отвернулась к выходу и пошла. Практически побежала. Чтобы не видеть эти глаза, чтобы не слышать этого голоса. Чтобы не знать ее, Реджину Миллс, она бы отдала многое. Потому что сейчас ее сердце было потеряно. Королева ясно дала понять, что чувства Эммы ей не нужны, что они ей только мешают, и, наверное, была права. Где это видано? Злая королева и спаситель? Две женщины, два врага, им никогда не быть вместе. И даже, если бы можно было… Реджина ее не любит и никогда…       — Эмма, — тихий голос мэра возвращает шерифа в реальность, и она останавливается на пороге. Реджина видит спину Эммы, ее напряженную спину, тяжелое дыхание и буквально телом ощущает боль. Между тем блондинка замечает, что на кресле, прямо у выхода лежит ее футболка, выглаженная и выстиранная, женщина делает быстрое движение и берет ее в руки.       — Я буду молчать, — бросает Эмма, даже не обернувшись, и уходит, напрасно ожидая такого нужного слова «постой».

***

      Эмма бежала по вечерней улице, под проливным дождем и укрывала собой футболку, словно она была сделана из золота, словно и не разбивалась вдребезги надежда всего лишь пять минут назад.              Ноги донесли ее до дома и, игнорируя все расспросы Мэри Маргарет, она пробежала в свою комнату и зарыдала. Горько и тихо, облокотившись об дверь и потихоньку сползая на пол. Держа в руках ту самую футболку и вдыхая столь знакомый, такой любимый запах. И в ту же секунду Эмма осеклась и замолчала. Боже, как такое возможно? Сколько лет назад она так рыдала по Нилу? Эмма давно уже смирилась, что никого больше так не полюбит. Полюбит… любовь… боже, какое слово, ей действительно нужна была любовь, только она… А Реджина, она просто оказалась рядом, да в мире так много людей и так много любви, дешевой любви.       Она набрала номер телефона.

***

      Реджина не знала, что и думать. Эмма сказала, что будет молчать. Не было той самой злостной перепалки или даже драки, которую Миллс ждала с таким опасением. Зато была недосказанность, странное чувство боли в груди и тишина, которая воцарилась в кабинете после ухода шерифа.       Такое было с ней не часто. Привыкшей к вечному одиночеству Реджине сейчас не хватало блондинки, хотелось все объяснить, позвонить и рассказать. Как это обычно бывает, поток правильных слов прибывает только после самого разговора.       Телефон завибрировал. И женщина взглянула на экран. Это был Эмигель. В своем сообщении он просил о встрече. Мадам мэр вздохнула. Это ведь действительно зашло очень далеко.       Она щелкнула пальцами и представила уже наизусть выученный образ Фредварда Авингера.

***

      Не разбирая дороги, ровно в два часа ночи шериф шла по мокрым улицам Сторибрука. После летнего дождя на земле остались только широкие лужи. Снова пришла ненавистная ночная духота. Встреча была назначена на пирсе. Фред быстро согласился, чему Эмма была несказанно рада.       Боже, как же шериф желала иметь такую магию, что бы можно было просто по щелчку пальцев выключить чувства, словно свет в комнате, и погрузиться в эту сонную темноту, без эмоций, страха и Реджины Миллс.       Через пятнадцать минут женщина, а точнее уже мужчина был на пирсе. Фред ждал его. Он сидел на небольшом, старом разваливающемся мостике по-детски свесив ноги и мотая ими из стороны в сторону. Однако он не выглядел ребенком. Прямая спина и смиренно покоящиеся на коленях руки выдавали в нем очень строгого и взрослого человека. Эмма направилась к нему.       Дряхлые доски заскрипели, нарушая ночную тишину, но Фред не обернулся, продолжая смотреть вдаль.       — Привет, — зашептала Эмма, присаживаясь с ним рядом.       — Здравствуй, — сказал он, по-прежнему всматриваясь в ночное небо, как будто бы пытаясь найти там ответы на все жизненные вопросы.       — Извини, я… — замялась Эмма, она только что начала осознавать, что вытащила парня из постели в два часа ночи.       — Все нормально – я и хотел прогуляться, — сказал он, — нужно было освежить голову.       — Освежил?       — Еще нет.       — Что случилось? — его зеленые глаза впились в Эмму. Взгляд был спокойным и холодным.       — Человек… Эм… лучший друг, — тщательно подбирая слова начала Эмма, — он отказал мне.       — В чем? — обеспокоенный голос Фреда, и Эмма поняла, что прокололась. Он не дурак, догадался.       — Не важно, — шепчет она и молится, чтобы парень не продолжал допрос.       — Ну, что бы ни было, ведь у тебя есть я, не так ли? — Эмма подняла глаза и их взгляды встретились. Улыбка, хоть и грустная, первая за сегодня, за эту неделю, проступила на ее губах. Это был волшебный момент. Обычно такие мгновения запечатлеют поцелуем. Эмма потянулась к Фреду, но парень быстро встал и побежал по пляжу. Шериф почувствовала себя дурой.       — Не все так просто! — закричал он своим звонким голосом. — Догони меня!       Словно старушка, Эмма поднялась на ноги и нахмурилась.       — Ну?! — подначивал Фред. Озорная улыбка красовалась на его губах. Он стоял в паре метров от женщины и вертел руками. Словно ребенок, ждавший родителей. С ним такое случалось крайне редко. Обычно холодный и строгий парень с загадочным взглядом и королевской статью сейчас превратился в озорного хулигана.       — Ты огребешь! — закричала Эмма и бросилась в погоню.       Фред бежал по берегу, наступая в теплую воду и создавая вокруг себя море брызг. Эмма же бежала следом, ступая по зыбучему песку. Мочить свои тяжелые ботинки ей не хотелось.       — Глупец! — закричал Авингер, и Эмма почти забыла о ней. Погружаясь в эту игру. Она догоняла парня и как бы нечаянно отпускала, он смеялся и брызгал в Эмму водой. Они пробежали весь пляж, рыбные станции, какие-то корабли, пирс. Наконец, Фред споткнулся и повалился на землю, за ним и Эмма, все это сопровождалась оглушительным смехом. Они лежали на песке несколько минут и смотрели на звезды.       — Как ты? — неосторожный вопрос Фреда вернул Эмму в реальность. Она вспомнила, о ком хотела забыть. Она вспомнила, что хотела сделать.       — Все хорошо, — солгала Эмма и, поднявшись, нависла над Фредом. Его легкая и грустная улыбка стали для Эммы своеобразным разрешением. Она наклонилась к нему и впилась губами в страстном поцелуе. Парень не сопротивлялся. Его тело отвечало Эмме пламенным жаром, руки забегали по плоской груди, впалому животу. И все это не отрывая поцелуя. Не сладкого, горького, но все равно приятного и страстного. Она представляла Реджину, ее тело ее тепло и запах, Эмме казалось, что парень пахнет точно так же. Но, разумеется, это все были мечты. Огонь разгорался в груди Эммы, но она знала, что он фальшивый, фальшь все это: тело, имя, жизнь — все. Но лучше уж так, чем леденящая душу пустота.

***

      Реджина пришла на пирс раньше чем Эмигель минут на двадцать. Сняв свои такие не привычные кеды, она опустила ноги в воду и начала размышлять. Эмигель или просто Эм, как он просил его называть, не любил Реджину. Женщина чувствовала это отчетливо. Но она его любила, или нет, любовь слишком громко сказано, он ей нравился, с этим парнем ей не хотелось быть злой и строгой, и даже сильной быть совсем не хотелось. Истинным желанием было — поддаться эмоциям, скинуть маску и смеяться, громко, чтобы все слышали, чтобы все знали.       Реджина улыбнулась невеселой улыбкой, Эмма ничего не скажет, она уверена, и Робин, он тоже будет молчать. Возможно, это даже хорошо, что шериф рассказала ему обо всем. Их отношения с Реджиной уже сильно испортились, спасать их дальше было бессмысленно. А что на счет блондина? Что же, Королева привыкла бороться.       — Привет, — послышался знакомый голос, Реджина вздрогнула, но не подала виду. Эм был чем-то расстроен.       — Человек… Хм… лучший друг, он отказал мне, — сказал он. И Миллс все поняла. Значит, у Эмигеля был любимый человек, он признался ему недавно, а тот не принял его чувства.       «Ну и дурак», — в душе улыбнулась Реджина. И решила поддаться эмоциям…       Эмигель целовал ее страстно и горячо, прижимая к земле, как собственник. Она разрешила… потому что знала, как ему это нужно, потому что прекрасно понимала, что сейчас он думает не о ней, а о том абстрактном любимом человеке, который отказал. Но Эмигель забудет его, Реджина постарается.       Эм задрал футболку и начал целовать оголенный живот девушки. Возбуждение дошло до предела и мадам Мэр начала терять контроль над собственной магией. Его губы опускались все ниже, а руки начали расстегивать пряжку штанов… Так горячо… Благо подул ветер и волна каким-то удачным образом добралась до ног, уже совсем потерявших голову людей. Вода стала чем-то отрезвляющим, и они оба одновременно отстранились.       — Извини, — проговорил Эм и закусил губу. Он был красный как рак. Мужчина быстро встал и подал руку Фреду.       — Ничего страшного, — сказала Миллс и приняла помощь от блондина. Они оба встали, и оба держались за руки, тепло разливалась теперь не только по телу, но и по сердцу Реджины. — Проводишь меня? — улыбнулась женщина, и Эм неуверенно кивнул. Это было началом чего-то большого и нового, по крайне мере, для Реджины.