Последняя миссия

Экзорцисты покинули город ночью — Канда долго бродил по улицам, пытаясь собраться с мыслями, чтобы не появиться перед Алленом в том виде, в котором он ушёл из комнаты. Ночь была душной, ибо днём раскалённая земля впитала в себя каждый солнечный луч, что достиг её, а ветер даже после восхода луны оставался несколько вялым и тёплым. Юу понимал, что теперь будет выполнять задание один, и его догадка подтвердилась уже через пару недель, когда они вновь нашли обладателя Чистой Силы, однако теперь Уолкер не спрашивал ни о том, кто это, ни как он живёт и тем более не участвовал в уничтожении его кристалла. Теперь всем занимался мечник, не обсуждая с Хевлаской детали дела при Аллене, который только-только стал приходить в себя от пережитого стресса. С одной стороны, это было весьма неплохое решение, Юу стало спокойнее от мысли, что мелкий не испытает новых эмоциональных потрясений, но с другой… Действия Стручка говорили сами за себя — он на пределе, истощён и сломлен. У него больше нет сил бороться. Они решили не оставаться долго на новом месте, поэтому очень скоро снова оказались в пути, пересекая море. Это было довольно приятное путешествие на огромном лайнере. Должны же быть хоть какие-то плюсы от загробной жизни. К сожалению, все хорошие каюты были заняты, поэтому пришлось устроиться в маленькой комнатушке для одного-двух человек, но там было чисто и вполне уютно. Уже скоро они причалят, так что сейчас выдался неплохой шанс как следует отдохнуть, хотя Аллена по началу напрягло присутствие здесь носителя, но так как Юу довольно быстро со всем разобрался, более проблем не возникало. Обстановка здесь царила весьма романтичная: шум пенящихся волн, приятный морской бриз, солёный запах и бесконечность вокруг. Экзорцисты решили, что неплохо было бы провести это время, как самая обычная влюблённая парочка. Вечером они гуляли по палубе, посмеиваясь над молодёжью, которая пыталась повторить ту знаменитую сцену из «Титаника». К слову, они даже были на премьере этого фильма, а потому Уолкер захотел побывать и на вручении «Оскара». — Юу, давай тоже! — смеясь, предложил Аллен. — Хочешь, чтобы я подержал тебя так? — скептично спросил мечник. Подобное казалось ему слишком глупым. — Да нет же! Нужно, чтобы у стоящего на краю волосы развивались, как трава на ветру! Так что распускай свою косичку! — и он радостно заглянул в синие глаза, всей своей мимикой изображая хорошего мальчика. — Ну пожалуйста… Канда несколько напрягся. Возможно, он ещё и согласился бы, займи Стручок место главной героини, но самому быть в таком положении не хотелось. В последнее время этому мальчишке в голову лезут всякие бредовые мысли, и даже казалось, что скоро он начнёт просить звёзд с неба достать. По крайней мере для прагматичного азиата эти две просьбы звучали бы одинаково. Но парень не мог оставить без внимания тот факт, что мелкий стал постепенно приходить в себя. Видимо, обстановка вокруг благоприятно повлияла на его воспалённую психику. Если есть что-то, что он может сделать для этого человека, пускай даже самую малость и полнейшую глупость... — Раз ты хочешь, — нехотя и очень тихо проронил Юу, нахмурившись от недовольства и сведя брови к переносице. Уолкер на несколько мгновений замер, смотря на своего возлюбленного странным и загадочным взглядом, а после легко ухмыльнулся, чтобы скрыть своё смущение и благодарное благоговение, после чего беззаботно сказал: — Всё в порядке, я пошутил, — он улыбнулся и резко направился к ограждению, чтобы посмотреть на заходящее солнце. «Проверка?», — невольно подумал Канда и тяжело вздохнул. Меньше всего ему сейчас хотелось думать, потому что скоро опять нужно будет возиться с Чистой Силой и ломать голову из-за того, как ему лучше поступить. Недавние события так и засели где-то на задворках сознания, и парень пытался обмануть самого себя, что не думает об этом, но правда была очевидна — крест он так и не уничтожил. Удивительно, как легко оказаться по ту сторону баррикады, ведь в первые годы мечник не раз просил напарника даже не считаться с жизнью другого человека, а теперь он сам не может сломать такую хрупкую вещь, что является доказательством некогда присутствующей души, которую никто не пожелал спасать. — Красиво, — прошептал парень на ухо Аллену, обнимая со спины. Нежно-персиковое небо во время заката нравилось ему гораздо больше, чем ядовито-синее в полдень. — Наверное, здорово бегать по пляжу с собакой, — вдруг произнёс юноша, сам не понимая, с чего вдруг пришли такие мысли, а потом вспомнил, как ему досталось его имя. Образы уже совсем поблёкли в его памяти. Иногда Аллен задумывался, что с ним случится, когда они закончат это задание, потому что его, по сути, никогда и не существовало. Кто же тогда переродится? Аллен, который стал сосудом для Ноя? Или сам Ной? А может быть, это будет Рэд? Рэд это ведь он? Или это будет очередная копия Маны? За всю свою жизнь ему не представился шанс понять, кто он есть и есть ли вообще. Какой он, настоящий Аллен Уолкер? Что представляет из себя этот человек, которого никогда не было? — Значит, будет у тебя собака, — со скрытым удовольствием сказал Юу. — А у тебя? — тихо спросил тот. — А у меня будешь ты со своей собакой. — Но тогда разве это будет не наша собака? — недоумевая. — Я не хочу приглядывать за животным. Мне вполне достаточно заботиться о тебе, так что сам разбирайся с ней. — Хех... Ты будешь без ума от моей собаки! — почему-то голос его дрогнул, словно он был готов расплакаться. — Вот увидишь, ты ещё сам будешь проситься с ней поиграть! — Да-да, — лениво протянул мечник. — Кто тут хороший мальчик? — и взъерошил седую макушку. Аллену становилось тепло от таких разговоров и ему хотелось верить, что это именно он хочет завести питомца, что это именно его мысли и желания, что когда он вновь родится, то это будет настоящий он без навязанных установок и чужих воспоминаний — чистый и не запятнанный ни Ноем, ни Орденом, ни прошлой жизнью, ни Чистой Силой. Ему хотелось найти себя в том новом мире. К утру Юу вновь подскочил от увиденного кошмара, в котором видел омерзительный номер мотеля и труп в ванной, а после в единой композиции проявилось всё то, что медленной сводило Канду с ума: падающая из крана капля воды, мёртвые глаза мутного болотного оттенка, гниющий запах нечистот, изуродованные тела Акум, отголоски его прошлого, цветы лотоса кругом, до боли синее небо, Алма, лаборатория, эксперименты, падшие, люди, трупы, трупы, трупы, ползающие в собственной крови по приказу Ордена. Ордена. Проклятого Ордена! И в центре — он. Внутри всего этого хаоса Аллен Уолкер, уничтоженный и разбитый, он отчаянно пытался собрать разрушенное воедино, но природа людей была такова, что они просто мучают и убивают друг друга с момента своего появления. И как один человек может всё исправить? Да и нужно ли это вообще? — Ну же, успокойся! — взволнованно просил юноша. В этот раз крики были громче обычного, значит, ничем хорошим это не закончится. Аллен пытался унять Канду, который ничего не видел перед собой кроме отрывков всё ещё мелькавшего перед глазами сна. Дыхание было прерывистым и тяжёлым, и мир вокруг для него был слишком мрачным. Так тяжело дышать. Уолкеру еле хватало сил, чтобы удерживать его, бьющегося с истерике и повторяющего одни и те же слова на родном языке. Когда всё нутро воспалено до предела, сил держаться уже нет, мозг отключается, а через тебя сочится яд. Гнев, боль, страх, одержимость, жажда мести — всё, что однажды переполняет чашу терпения. Пока Аллен пытался привести его в чувство, то всегда получал парочку побоев, потому что разгневанный и не контролирующий своё тело Юу был в разы сильнее. Вот и сейчас губа была разбита, а потом ему нужно будет вправить плечо и выкинуть рубашку с порванным воротником. — Похоже, совсем плохо… — прошептал он сам себе, когда тот немного успокоился и притих. Теперь можно было не держать его так сильно. Мечник глубоко вздохнул, прижимаясь к груди подростка и крепко обнимая его, после чуть отстранился и поднял голову. Взгляд его был пустой, и синева этих глаз теперь напоминала беспросветный омут, из глубин которого поднималась вся та тьма, что хранилась глубоко внутри. — Всё уже хорошо, иди ко мне, — нежно позвал юноша мягко касаясь лица Канды. Ему порой становилось страшно, что эта тьма не отпустит, и его любимый так и останется в плену своих кошмаров, но Юу всегда возвращался и всегда не понимал, что происходит в первые мгновения после пробуждения. — Прости, — это было первое, что он произносил, когда осознание снисходило до него. Канда ненавидел себя за то, каким грубым бывает, когда не может успокоиться. — Я не хотел… Я… — он всегда терялся и не знал, что делать после того, как причинял Аллену боль. И было страшно, что в следующий раз будет нечто более ужасное, что он совершит что-то отвратительное и причинит ему небывалые страдания. — Прости, — Юу аккуратно прижал к лицу ладонь мальчика и поцеловал её. — Всё хорошо, я знаю, — с беспечной улыбкой отвечал Аллен, чтобы как-то взбодрить своего напарника. Окончательно придя в себя, Канда помог Уолкеру с его ссадинами, но, как и всегда, успокоиться он сможет ещё не скоро. После таких происшествий Юу целый день ходил за Алленом хвостом, замаливая грехи скорее перед собой, чем перед ним. Мечник приносил всевозможные вкусности, не смел и слова поперёк вставить и делал всё, что бы у него не попросили: от помощи с переодеванием до массажа. Хоть ему было не трудно всё это сделать и при обычных обстоятельствах, но юноша понимал, что чем больше нагрузить его сейчас, тем быстрее он успокоится. — Приятно? — поинтересовался парень, пока вспенивал шампунь на седых волосах. — О да, — довольно протянул Аллен и прикрыл глаза, лёжа в небольшой ванной. На самом деле у Юу были очень нежные руки и это ощущалось даже через материал перчаток. Их прикосновения дарили невероятное спокойствие. — Я тоже хочу с твоими волосами повозиться. — Здесь для двоих тесно, — констатировал мечник, поливая светлые пряди водой, чтобы смыть пену. — Сначала сам искупайся, а там посмотрим. «Если снова начал нудить, значит, пришёл в себя», — заключил у себя в голове Уолкер и сказал: — Я тогда поваляюсь тут немного. — Хорошо. Если что-то понадобится — зови. Смотри не перегрейся, — пробурчал мечник и вышел из ванной, но уже через пару секунд вернулся. — Может, принести сок? — Нет, спасибо… — Аллен снисходительно посмотрел на слегка взъерошенного парня и решил, что хватит с него. День выдался насыщенным, да и ночью плохо спалось, поэтому Канда сразу же отключился, когда решил «на пять минут прикрыть глаза». Уолкер даже не удивился, когда вышел из ванной. Он лишь осторожно распустил иссиня-чёрные волосы, поправил подушку, снял ремень с его брюк, чтобы спалось лучше, и подоткнул одеяло. Проще говоря: тот спал сном младенца. Аллен уже хотел было устроиться рядом, но замер, услышав хруст — по его ноге к колену проползла трещина и от тела откололся небольшой кусочек, затем ещё один и ещё. Юу проснулся поздно. Посмотрев на время, парень понял, что корабль вот уже минут сорок как стоит в порту. Это странно, ведь обычно мелкий всегда его будил, а сейчас его, похоже, даже в каюте нет. Канде это не понравилось и он собрался достаточно быстро — предчувствие не давало ему покоя. Сначала вышел на палубу и несколько раз прошёл по ней, затем отправился в ресторан, а потом на кухню, оттуда уже бежал по всем каютам, вскоре начал искать по техническим помещениям и грузовым отсекам. Но на всём корабле не было и следа его присутствия. Может, этот Стручок решил осмотреться в порту? Тогда мечник сошёл с корабля и стал изучать близлежащую территорию — сувенирные лавочки, магазины и кафе. Но нигде, нигде его не было. Не мог этот мальчишка просто уйти на разведку один и даже записки не оставить. За все эти года такого ни разу не случалось! Аллен Уолкер просто... Исчез.