Последняя миссия

Наблюдая за тем, как твоё собственное тело медленно разрушается и крошится, а осколки твоей плоти превращаются в песок и тут же исчезают, наверное, каждый придёт в ужас и начнёт паниковать. Аллен не был исключением, ведь новые трещины появлялись мгновенно и вскоре у него образовалось небольшое отверстие под коленом. В который раз он убедился в том, насколько они с Кандой теперь хрупкие — внутри ничего не было, словно это было не тело человека, а полое туловище фарфоровой куклы. Уолкер впопыхах оделся и выбежал на палубу, чтобы отдышаться, хоть двигался и быстро, но очень тихо, чтобы не разбудить своего партнёра. Ничего хорошего не выйдет, если тот увидит, что процесс «разложения» прогрессирует. Парень опёрся на металлические перила и уткнулся головой в руки, пытаясь собраться с мыслями. Они оба уже давно заметили, что их тела всё же не вечны и однажды разрушатся, но ещё было слишком рано, слишком. Аллен уже давно не ощущал страх смерти так явно, у него будто сводило желудок, всё внутри содрогалось от удушья, и казалось, что прямо сейчас его вывернут наизнанку. И что тогда? Что дальше? Они ведь ещё не закончили задание. Что станет с его напарником, если он останется один? Неужели тоже превратится в пыль? Такой конец их ждёт? Рука Канды уже тоже была в скверном состоянии, процесс разрушения точно перешёл на другую часть тела. Это все являлось холодной и тихой смертью, что почти незаметно уводила их во тьму, каждый день напоминая о себе и мучая. — Ещё рано, ещё рано… — шептал мальчик дрожащим голосом, слушая глухой треск собственной плоти. — Время ещё есть, время есть… Время… — он пытался успокоиться, но мысли о Юу, как и о том, что придётся расстаться таким образом, прошибали на холодный пот. Экзорцист был готов расплакаться и даже молить, лишь бы ему дали ещё немного времени. Постепенно звуки утихли, а дыра в ноге перестала расти в размерах, и Аллен смог сделать несколько глубоких выдохов. Он опустился на пол и прижался спиной к перилам, жадно глотая воздух, и каждый вздох был в те моменты особенным. Спустя несколько минут, поняв, что смерть в этот раз прошла мимо, парень успокоился и даже усмехнулся, вспоминая свою панику и надеясь, что просто преувеличил. Если бы ситуация действительно вышла из-под контроля и времени оставалось бы в обрез, то наверняка Хевласка бы уже давно била тревогу, потому что проследить за выполнением миссии — её задание. Уолкер собирался вернуться в каюту, чтобы понаблюдать за сладко посапывающим Кандой и проследить, не снятся ли ему снова кошмары, однако этому не суждено было случиться. Произошло самое невероятное — то, чего Аллен не ожидал даже в самых смелых фантазиях. И в этот момент его разум словно отключился, и он просто следовал за своим эгоистичным трепетным желанием, которое жгло ему душу. Так, мальчик, ведомый импульсами своей души, сошёл с корабля вслед за мужчиной средних лет, довольно высоким и крупного телосложения. Если посмотреть на их жизнь за последнее множество лет со стороны, то станет очевидно, что в природе не может существовать такого стечения обстоятельств, которое заставило бы Аллена бросить Юу и уйти, не оглядываясь и даже не думая. Все возможные варианты отметались, все, кроме одного. И это обстоятельство принимало облик конкретного человека по имени Мана. Именно за ним юноша и ушёл, прежде чем успел что-либо обдумать. Когда он пришёл в себя, они уже ехали в такси к аэропорту, откуда полетели в другой город. И Аллен до последнего сомневался. Он понимал, что нужно скорее вернуться, но у него просто не получилось вот так оставить своего отца. Десятки вопросов крутились в голове и Уолкер осознавал, что не успокоится, пока не узнает об этом человеке всё. Так он и пропал, поддавшись воспоминаниям и собственным слабостям.

***

— Чёртов молокосос! — сказать, что Канда был вне себя от ярости — ничего не сказать. Закончив поиски в порту, мечник решил перевернуть весь город, тем самым нанося ему, хоть и не заметный для окружающих, но всё же ущерб. У него в голове не укладывалось, как этот безмозглый Стручок мог просто свалить в неизвестном направлении. Вот так просто взял и кинул его спустя столько лет и несмотря на пройденный вместе путь. Неблагодарный ублюдок. Буйство разгневанного мечника длилось несколько часов и за это время от его катаны пали мусорные баки, вывески, скамейки, пара беседок и окон в заброшенных зданиях. — Эй, — грубо обратился он к Хевласке, когда немного успокоился и злость начала отступать. — С ним ведь всё в порядке? — учитывая произошедшее, мечник не мог не беспокоиться. Когда волна гнева прошла, наступил период волнения, ведь принимая во внимание состояние обоих, произойти могло что угодно. — Он жив, — раздался спокойный голос кристалла. — Но уже далеко отсюда, так что можешь прекращать крушить всё подряд. — Я точно убью его, когда он вернётся, — невнятно прошептал Юу, думая о том, куда и зачем Аллен, его Аллен мог уйти, и почему смог так поступить с ним. Канда за всё проведённое вместе время успел испытать рядом с этим мальчишкой множество самых разных чувств, и они далеко не всегда были светлыми, ведь в такой ситуации просто невозможно ни разу не сорваться друг на друге и не причинить боль. Но то, что Юу чувствовал сейчас, он никогда не испытывал по отношению к этому человеку. Канда чувствовал себя преданным, словно всё это время его попросту обманывали. Он и не помнил, когда в последний раз ощущал такую боль. Это действительно страшно, когда другой имеет власть над всем твоим существом. И несмотря на это, Юу всё же не мог не волноваться и не искать оправданий. Он надеялся, что у того была веская причина, или просто не было выбора. Для Юу было неважно, что Аллен сделает, если в итоге вернётся обратно к нему. В этом городе не было ни одного носителя Чистой Силы, следовательно, и делать здесь было нечего. Хевласка в такой форме не могла отслеживать местонахождение экзорцистов или кристаллов на дальних расстояниях. Такое ей теперь удавалось крайне редко, поэтому довольно часто им приходилось ехать куда-то наугад, надеясь, что там будет предмет их поисков. И так как не было возможности связаться или узнать, где теперь Уолкер. Канде оставалось только ждать. Парень вернулся в порт, сел на небольшую лавку у кирпичной стены и стал вглядываться в горизонт, хотя понимал, что Аллен мог прийти и не оттуда, если он вообще теперь мог прийти… Юу не знал, сколько ему нужно ждать и стоит ли оно того. Единственное, в чём он был уверен, так это в том, что без этого человека двигаться дальше у него больше не получится, и он надеялся, что Аллен чувствует тоже самое. Больше ничего не оставалось, только верить. Казалось бы, сейчас отличный шанс освободиться и завершить начатое в одиночку. Разве он не думал об этом множество раз? Разве не легче будет сделать всё самому, чем вечно переживать за этого пацана? Конечно, это было легче. Вот только Юу никогда не относился к этим мыслям всерьёз, ведь они посещали его лишь в моменты злости и усталости.

***

Шёл день. Затем другой. Прошла неделя. Потом ещё одна. И, конечно же, несмотря на всё своё волнение и желание дождаться, Канда каждый день снова и снова разгорался гневом и вспоминал Уолкера самыми последними словами, уповая на то, что у этого паршивца проходят холодные мурашки по спине. Но время всё шло, а Аллен не возвращался, и в какой-то момент сознание Юу начало угасать. Жизненная энергия постепенно подходила к концу, а отсутствие стимула и вовсе сводило деятельность этого странного тела на нет. Точно также забытая и брошенная вещь постепенно приходит в негодность. Канда не спал всё это время, потом перестал двигаться, затем говорить. В итоге притупились чувства восприятия, и он более ни на что не реагировал. Каждый день мимо проходили толпы людей, вокруг кипела жизнь, и лишь в одном месте этого порта она остановилась. В голове больше не было мыслей, сердце замерло и глаза заволокло чуть прозрачной дымкой, которая не давала воспринимать реальность, лёгкие перестали работать и дыхание прекратилось. Юу полностью ушёл в себя и со стороны действительно напоминал фарфоровую куклу с пустыми глазами цвета синей глубины. На его одежде даже образовался слой пыли, кожа начала истончаться и быстрее крошилась. Скоро это тело иссохнет и в одно мгновение обратится в пыль. Дни, похожие один на другой, проходили в беспамятстве, как проходили толпы людей, в которых не было одного единственного важного человека. И мир вокруг стал рассыпаться точно так же, как и его тело, пустое и похожее на тончайшее стекло.

***

Небо затянуто бледными тучами, море взволнованно шипит, расстилаясь по берегу пенной вуалью. Сегодня не было никаких рейсов, ведь мрачная погода отталкивала людей от порта, а потому он стоял пустой и тихий. Лишь иногда уныло завывал ветер, подбрасывая вверх брошенную обёртку или ветошь. Юу так и остался никем не замеченным, и он просто сидел у той кирпичной стены, потеряв счёт времени. И кто знает, смог бы он прийти в себя и действительно продолжить миссию один. — Он здесь, — впервые Хевласка что-то сказала за последние пару недель, потому что мечник уже просто не реагировал на большинство её слов. — Вот, смотри, справа, там человек. Но Канда не сразу обратил на это внимание и лишь спустя полминуты стал медленно поворачивать голову. Силуэт расплывался, и Юу не смог сразу понять, кто это, но человек постепенно приближался, приобретая более ясные очертания. Походка его была неуверенной — он опирался на трость и было видно, что идти тяжело. И когда неожиданный посетитель порта подошёл и остановился в паре метров от обездвиженного призрака, то виновато опустил голову. — Прости меня, — кое-как выговорил юноша, понимая, что слова эти звучат весьма жалко. — Я всё объяс… — не успел он закончить, как пришлось уворачиваться от летящего прямо в его голову острия катаны. — Сукин ты сын! — Канда и сам не понял, как сделал это. Просто слова этого парня моментально вывели его из себя, и благодаря импульсу гнева тело вернулось к жизни, хотя двигаться после столь долгого «сна» было весьма тяжело. Мечник кое-как поднялся и, шатаясь, медленно подошёл к Аллену. Тот с ужасом и буквально читаемой в глазах виной смотрел на него. — И где ты шлялся? — мрачно спросил Юу, снова поднимая катану. — Юу, послушай, я… — и снова ему не дали договорить — Канда со всей силы замахнулся тупой стороной меча прямо над седой головой, Уолкер подставил под удар свою трость, которая тут же затрещала и сломалась пополам. Оказавшись без опоры, юноша начал падать, но его удержали и плотно прижали к стене. — Заткнись. Я тебе пасть порву, недоносок, — он тихо и тяжело выдавливал из себя каждое слово, чтобы они как следует отпечатались у того в голове. — Думаешь, так издеваться надо мной — это хорошая идея? — Юу уже говорил чуть спокойнее, ведь короткая вспышка гнева угасла и теперь его сердцем медленно овладевала печаль. Но несмотря на злость и обиду, на душе стало так спокойно, когда он смог снова увидеть это лицо, когда смог вновь прижать к себе это хрупкое тело, и так приятно было снова ощутить объятия этих рук... — Я сожалею, — Аллен мягко обнял его за шею и осторожно заглянул в синие глаза, надеясь увидеть там прощение. — Я ушёл, ничего не сказав, и довёл тебя до такого состояния, — голос дрогнул, и он неровно выдохнул. — Однажды я точно тебя прибью, — чуть хрипло прошептал Канда и буквально повис на Уолкере от усталости. — Ты должен всё мне рассказать. — Я не сомневаюсь, — легко усмехнулся юноша, сползая вместе с ним на землю. — Конечно, но тебе нужно оклематься, так что давай сначала найдём место для отдыха. — Нет. Я должен понять всё сейчас, — Юу серьёзно посмотрел на мальчика. — Почему, Аллен, почему ты ушёл? — парень мягко коснулся бледного лица и провёл пальцем по красной полосе, что давным-давно расчертила левую щёку. — Там, на корабле, — тихо начал Уолкер, — я увидел его на палубе, — он замялся, и в горле встал ком. — Юу, там был Мана, — слёзы стали медленно скатываться с уголков чуть покрасневших глаз, и слова постепенно стали срываться с губ сами. — Я просто хотел побыть с ним ещё немного. Ты понимаешь меня, Юу? Я всегда хотел хотя бы ещё раз взглянуть на него, хотел просто понять, что он ходит по этой земле. И я так испугался, — Аллен невольно остановился, чтобы отдышаться. Казалось, лёгкие его горели, а горло перетягивала толстая верёвка. Его лицо покраснело, между бровей протянулось несколько морщин, а глаза стали слегка опухать. — Я подумал, что это мой последний шанс. Понимаешь? Больше не будет возможности его увидеть, я больше никогда его не увижу, Юу, никогда. Это шокировало меня, я ведь не хотел мириться с этим и уже даже хотел навсегда остаться в его доме, чтобы просто наблюдать за тем, как живёт его семья. Но, — снова пауза, чтобы глубоко вздохнуть, — я не смог. Просто не смог, потому что мне было тяжело там одному, ведь Мана больше никогда не будет для меня отцом. Он уже совершенно другой человек. И чем больше смотрел, тем больше ощущал себя одиноким. Юу, у меня, кроме тебя, никого больше нет. Аллен опустил голову и согнулся, закрывая себе рот, чтобы не кричать о том, как он устал и больше не может так жить, и что готов молиться, лишь бы всё это закончилось. И он прекрасно знал, что человек рядом поймёт его желание, даже если не услышит, потому что и сам находится среди всего этого безумия. — Я понимаю, — только и смог выдавить из себя Канда, и крепко обнял Уолкера. Чувствовалось, как того пробивала дрожь. Давно он не плакал так горько, что бился в исступлении. Сердце Юу пропустило удар и сжалось от боли столь сильной, что в уголках его глаз застыли слёзы. — Аллен, я знаю, знаю, ведь и у меня, кроме тебя, никого нет. Ты и есть моя семья, — он медленно перебирал серебристые прядки волос, отчаянно пытаясь найти в себе силы вынести боль любимого человека, которую они очень давно делят на двоих. — Ты всегда можешь вернуться ко мне, а я всегда буду возвращаться к тебе, поэтому прошу, пожалуйста… — он не мог подобрать слов и даже не был уверен в том, что действительно понимает Аллена, потому что у него самого никогда не было семьи. Откуда ему знать, что значит потерять отца, а потом получить от него проклятье лишь из-за тоски по нему и наивного желания ребёнка снова быть рядом? И Юу никогда не мог до конца понять, что испытал этот ребёнок, когда собственными руками снова отправил душу дорогого человека на тот свет.

***

Смеркалось. Экзорцисты шли под тёмным сводом неба. Хорошо, что им нужно было пройти не так много, ведь преодолевать большие дистанции они сейчас не способны. Они еле-еле добрались до маленькой гостиницы, то и дело останавливаясь и теряя равновесие: Аллену было трудно идти без трости и опираться на катану было не так уж и удобно, а у Канды тряслись ноги от столь длительного отсутствия движений. Оба были вымотаны, а потому без лишних раздумий упали на кровать небольшого номера, надеясь, что никому не взбредёт в голову этой ночью поселиться на дальнем углу верхнего этажа Аллен всё прижимался к Юу, впервые за последние пару десятков лет ощущая такую лёгкость и невероятную усталость. Больше ничто его не тревожило, пока они были вместе, и теперь встреча с Маной показалось ему необходимой, чтобы освободиться. Если у них получится завершить миссию — хорошо. А если нет, то всё равно ничего не исправить, но у них за спиной был такой долгий путь, пройденный вместе, и их чувства выдержали всё, и если им нужно будет исчезнуть, то это лишь означает, что настанет блаженный покой. И эта ночь была одной из самых безмятежных. И никакие мысли не нарушали внутреннего спокойствия. И следующее утро, в чем уверены оба, точно было бы прекрасным.

***

— Думаю, мы сможем найти Сердце, — невзначай заявила Хевласка за завтраком. — Пару недель назад была замечена весьма сильная вспышка энергии к юго-западу отсюда, однако после всё снова затихло, так что точнее сказать не могу. Но, думаю, смогу получить более точную информацию, если мы окажемся в тех местах, откуда шёл сигнал. Полагаю, наши попытки отыскать Сердце в Китае с самого начала были обречены на провал, — она припомнила, как много лет назад они раз за разом возвращались в Азию, надеясь уловить испускаемые столь мощным кристаллом колебания, но всё было тщетно, хоть они исколесили восточную страну вдоль и поперёк. — Времени у вас остаётся всё меньше, так что выдвигаться нужно немедленно. Экзорцисты сидели, теперь уже неохотно смотрели на еду перед Алленом, потому что были ошарашены этой новостью. Им ещё ни разу не удавалось выйти на зов этого кристалла, уничтожение которого могло завершить их скитания. И теперь вот так внезапно и, казалось бы, слишком просто решение само свалилось, как снег на голову. Ещё ни разу они не слышали от Хевласки столь длинной речи. Они оба хотели и одновременно боялись хоть как-то реагировать на её слова, потому что понимали, что разрушенные надежды в этот раз действительно принесут обоим небывалые мучения. Повисла тяжёлая тишина, которая длилась пару десятков минут, пока они раз за разом прокручивали в голове одну единственную мысль о том, что конец близок. Нервное возбуждение заставило руки трястись, зрачки расширились, но экзорцисты уже слишком много пережили, чтобы вот так глупо и без задней мысли радоваться хорошим новостям, потому что прямо сейчас их цель могла ехать куда-то далеко и их поиски вновь не увенчаются успехом, или они могли бы блуждать по той местности до самой смерти, так как у Хевласки просто не вышло бы вновь уловить сигнал. Юго-запад — это далеко не самое точное определение. Трагичных исходов было куда больше, чем поводов для радости. И, тем не менее, они довольно быстро собрались и покинули город на первом же попавшемся рейсе самолёта. За несколько часов никто не проронил и слова. Экзорцисты поняли, что на поиск координат их проводнику нужно гораздо больше времени, поэтому около двух часов они провели в аэропорту, пока не получили указания лететь дальше. Для них было загадкой, откуда Хевласка знает наименования нужных городов и как именно она определяет следующую точку их остановки, ведь далеко не всегда у неё получалось привести их в нужное место, однако сейчас она тратила в разы больше времени, игнорируя отклики других кристаллов Чистой Силы. В перелётах и бесконечных поездках прошло около недели, пока они не оказались в городе, где, по ощущениям Хевласки, была замечена вспышка той самой энергии, хотя она всё ещё сомневалась. Возможно, придётся обыскать ещё и близлежащие населённые пункты. Это путешествие было определённо самым тяжёлым для них, потому что пришлось действительно посетить не один город в округе, на что ушло ещё около месяца. И за этот месяц их тела пришли в ещё больший упадок: Аллену становилось всё труднее передвигаться с почти что полностью уничтоженной ногой, а Юу всё чаще проваливался в долгий и глубокий «сон», когда сознание его покидало и звук тихо потрескивающего плеча при этом не давал покоя. Никто не ожидал, что процесс так внезапно ускорится, ведь он начался примерно лет пятнадцать назад и практически никак себя не проявлял. Однако результат постепенного разрушения был налицо. В итоге экзорцисты были полностью вымотаны столь активными поисками, которые всё больше напоминали бесплодные попытки верблюда пролезть в игольное ушко. И так одним унылым осенним вечером, когда настало долгожданное время отдыха, Юу всё же решил немного проветриться, чтобы не отключиться ещё раз за эту неделю и отвлечься от поступающих к его горлу, словно ядовитые копья, расколов. Аллен остался в их временном месте жительства, потому что уже просто не было сил передвигаться, используя Чистую Силу, а тем более пешком. Даже с тростью шаги давались ему невероятно трудно. Канда лишь пару раз осмеливался взглянуть на изувеченную ногу Уолкера, которая даже под брюками теперь выглядела неестественно и напоминала о быстротечности отведённого времени. Аллен в свою очередь не решался лишний раз посмотреть на перечерченную полосами руку Юу. Это было слишком больно и страшно для них, а чувство нарастающей тревоги ещё больше выматывало. Сухие и голые деревья, стоящие рядами вдоль тротуаров нагоняли тоску и напоминали тюремные решётки. Канда чувствовал себя неуютно среди медленно засыпающей природы, да и ему самому ужасно хотелось спать. Зевая, он наступил на очередную ветку, которая тут же с хрустом раскрошилась на несколько частей. Внутри она была пустой, и мечник о чём-то задумался, глядя на неё, и чуть было совсем не ушёл в себя, но его мысли прервал звук каблуков, что очень быстро пересекали серую брусчатку. Мимо пробежала молодая девушка, и ветер легко растрепал её светлые волосы. И Юу не мог оторвать от них взгляд — настолько красивы и знакомы они были. Блондинка, поправляя шарф, подошла к молодому человеку с небольшим букетом алых маков, украшенным ростками золотистой пшеницы. Канда замер, видя столь знакомые силуэты и слыша тихие голоса, что эхом разнеслись в его голове. А после пара медленно растворилась за ближайшим поворотом, словно их никогда здесь и не было, а экзорцисту лишь в очередной раз привиделись призраки прошлого, которое давно ему не принадлежит. — Юу! — раздался знакомый ласковый голос. Мечник обернулся и увидел юношу, которые неуверенной походкой спешил к нему навстречу, по крайней мере очень пытался спешить. Канда не сразу понял, что уже почти вернулся обратно в их жильё, но не мог точно сказать, сколько времени бродил по улицам. Может, он и вовсе никуда не уходил и всё это время смотрел на ту ветку. — Тебя долго не было, и я забеспокоился, — продолжил мальчик и внимательно осмотрел партнёра. По его мнению, тот был немного странным и словно потерянным. Сердце Юу в один миг переполнилось чувствами к этому существу, на его лице появилась самая нежная улыбка, на которую он был способен. Аллен нечасто видел такое выражение лица из-за привычки того хмуриться или скрывать свои эмоции, но каждый раз эта улыбка заставляла его сердце трепетать от наслаждения. Канда прикоснулся к его лицу, ловя чуть смущённый и мягкий взгляд, полный теплоты, к которой мечник всегда тянулся. И на мгновение показалось, что где-то хрустнула ещё одна сухая ветка, но ужас, вдруг застывший в серых глазах, говорил о другом. Рука, что ещё секунду назад так осторожно касалась любимого лица, рассыпалась, и полупрозрачный песок тут же растворился в воздухе. — О господи… — дрожа, прошептал Аллен, и не удержал солёной влаги, что скатилась из глаз. — Это ничего, — ласково проронил Юу, продолжая так же нежно улыбаться. Уцелевшей рукой он прижал юношу к себе, чтобы его успокоить, а у того просто не хватало смелости пошевелиться. — Всё хорошо, мы успеем, — шептал он на ухо, надеясь, что Аллен не услышит очередной треск раскалывающейся плоти — новая трещина перечеркнула лицо, уверенно потянулась дальше к затылку и тут же остановилась, не завершив свой путь. Аллен тяжело дышал, уткнувшись в грудь Юу и плакал, потому что даже сейчас не был готв терять его. Он крепко обхватил любимого руками, чтобы чувствовать присутствие настолько близко, насколько это возможно. Канда мягко поглаживал седые волосы. Сейчас его не волновало ничего, кроме мелочи, которая по сей день была рядом. — Я нашла, — холодно произнесла Хевласка. — Нужно идти. Сейчас налево и прямо. Юу отреагировал первым и, взяв, Уолкера за руку, буквально потащил в указанном направлении. Тот ещё с минуту пытался успокоиться, события проносились слишком быстро, чтобы всё осознать. Аллен не был уверен, как долго они шли, но ему показалось, что всё расстояние было пройдено в мгновения ока. Экзорцисты оказались у больницы, и также рьяно, насколько это было возможно, прошли внутрь. Теперь мечник явно сожалел о потерянной части тела, ведь он мог просто взять Аллена в охапку и понести на руках. Впрочем, оставалось совсем немного, но именно это и заставляло так спешить. На лестнице юноша упал, окончательно потеряв ногу. Уолкер стушевался и не сразу смог встать даже с помощью Юу. Они оказались у палаты и несколько минут не решались войти, несмотря на сложность сложившейся ситуации. Канда крепко прижимал к себе стройную фигуру, пока тот открывал дверь. Внутри было тусклое освещение и тревожно пищали медицинские аппараты. Аллена усадили на стул у постели, и, когда оба немного отдышались, то стали собираться с мыслями. Экзорцисты сразу узнали её. Лицо уже взрослой женщины осунулось и побелело от болезни, а вместо пышных изумрудных волос вокруг головы была повязка, состоящая из бинтов. О нахождении жизни в этом истощённом теле свидетельствовали лишь показатели приборов. — Видимо, сигнал стал очевиднее из-за того, что её состояние резко ухудшилось, — заключила Хевласка, глядя на неутешительные данные с экранов аппаратуры. — Тело не выдерживает силы кристалла, но и без него функционировать не может. Она скоро умрёт. А потому… — Что ты хочешь сказать? — прервал Аллен, хотя и сам понимал, к чему всё идёт. — Я сам всё сделаю, — спокойно сказал Канда, медленно обнажая катану левой рукой, чем привёл Уолкера в ужас. — Подождите, мы ведь не можем вот так просто… — юноша закрыл лицо руками, борясь со внутренними противоречиями. — Одному не получится, потому что сил недостаточно, — объяснила Хевласка. — Вам нужно ударить одновременно и со всей отдачей, чтобы он раскололся. Кристалл необходимо достать из груди. Повисло мрачное молчание. Юу ничего не говорил, предоставив Аллену возможность самому принять решение. Уолкер сидел неподвижно, тихо и долго, ненавидя себя за то, что колеблется в самый ответственный момент. Юноша поднял на Юу жаждущий ответа взгляд и получил его. Шрам, протянувшийся через серьёзное и невозмутимое лицо, пустой правый рукав и уверенные синие глаза. Аллен не мог, он просто не мог оставить его, он не мог бросить его сейчас. Всё, что каждый из них делал, было ради друг друга. — Прости меня, — неровно прошептал седой экзорцист, активируя Чистую Силу и тяжело поднимаясь со стула. Канда встал рядом, обнимая со спины. — Прости меня, — всё твердил он. Острые чёрные когти медленно вонзались в хрупкое, уже практически неживое тело, пока не ощутили нечто твёрдое. В этот момент Аллен перестал сомневаться, понимая, что сделает всё ради того, чтобы закончить эту миссию. Ради Юу и ради себя. Ради того, чтобы та любовь, которую они пронесли до последнего вздоха, смогла вновь родиться и позволить им снова быть вместе. И всё закончилось быстрее, чем оба успели это осознать. И все кристаллы Чистой Силы разом исчезли из этого мира. Канда сидел на полу, обнимая рукой Аллена, и тот прижался к его груди, наблюдая за тем, как их тела медленно исчезают. Вскоре от них ничего не останется. — Юу, ты помнишь тот день, когда влюбился? — спросил Уолкер, сам удивляясь этому вопросу. — Нет, — коротко ответили ему. — А ты? — И я нет, — был слышен тихий смешок. — Мне теперь кажется, что я просто всегда любил тебя, — ни капли не смущаясь прошептал, а затем добавил с ухмылкой: — Зато я помню, как ты пытался признаться, но засмущался и решил просто поцеловать, а не получилось. — Не напоминай. Я тогда был готов умереть от стыда, — невольно Канда тоже усмехнулся. — Аллен, послушай меня очень внимательно, — серьёзно начал он, понимая, что это последний шанс что-то сказать. — Не знаю, как ты это сделаешь, но постарайся запомнить. Юноша поднял голову и посмотрел на Канду, ожидая, что он скажет. — Я приду за тобой, слышишь? Просто дождись меня. Я обязательно приду. — Ты, главное, сам не забудь, — вновь усмехнулся он. — В таком случае я сам тебя найду. У меня же будет умная собака. — Ты, наверное, никогда не повзрослеешь, — Юу растрепал волосы на седой макушке и закрыл глаза. Аллен лишь пробурчал, что тот навсегда останется занудой, и вскоре его веки тоже опустились. Они наслаждались минутами, что могли быть вместе перед самым долгим расставанием, пока каждый не совершил свой последний вздох, с которым была завершена их миссия.