The Retribution of bloody lily

- Ты хорошо держалась там, - пробормотала Ребекка, все еще находясь под впечатлением от увиденного. В целом, эмоции древних вампиров были схожими – шок и ужасающее осознание психического расстройства собственной матери, потому что хоть убейте, но не может такое провернуть нормальный здравомыслящий человек. Хотя нет, убивать не надо, а то мало ли что. Зато теперь проблемы в характере Никлауса стали объяснимы, как никогда – еще бы, с такой-то мамашей. - У меня навязчивое желание извиниться перед тобой, - белокурая первородная потрепала меня по плечу, в то время как ее братья предпочли залить увиденное бренди. К слову, Элайджа предложил его и нам, и было бы странно, если бы мы с Бекс отказались от выпивки после такого. - Не стоит, я же не помню этого, а значит, не держу зла. Пока, - хмуро протянула я, мысленно прикидывая перспективу дальнейшего развития ситуации. Да, это была защитная реакция на внутренний конфликт в связи с полученной информацией.       В целом, внешне я выглядела спокойно. Подозрительно спокойно. Пугающе спокойно. Но внутри бушевал ураган. И затрагивал он все от мыслей до эмоций. С каждой минутой внутреннее напряжение нарастало, грозясь вылиться во внешнюю бурю, а я не могла допустить этого. Не после такого. Поэтому сообщив Майклсонам, что мне нужно побыть одной, я отправилась к себе. Что ж, хотя бы осуждения не было в их взгляде. Ведь виновата же в этом не я, так что оно и не должно было присутствовать там. Но это семейство непредсказуемо, как показал пример мести Эстер, а значит, от них можно ожидать любой эмоциональной реакции. Например, той же ненависти. Хотя она может проявиться позже.       Упав на кровать, я зашлась в безмолвных рыданиях, что со стороны явно выглядело жутко, но любой всхлип мог привлечь внимание обитателей особняка. Впервые с момента моего обращения по щекам текли слезы. Даже странно. Вампир это просто эмоциональная бомба, а до слез у меня дело как-то не дошло. Нет, я рыдала после ухода Кола. Точно, мелкий Майклсон. Мы же говорили о нем с Элайджей, когда Эстер вломилась в мое подсознание. Первородный сказал, что есть способ спасти его от проклятия ценой бессмертия. И я уже дала согласие на свое участие в роли непосредственного спонсора этого самого бессмертия. Как предусмотрительно с моей стороны. Еще не знала, какую свинью Эстер подложила мне и своим детям, а уже нашла идеальный выход из безвыходного положения со своим собственным проклятием. Ведь нет бессмертия – не проблем. Как и возрождения Блэнч де Клер. Только вот после увиденного и пропущенного через себя хочется, по меньшей мере, покончить с собой не дожидаясь ритуала, исцеляющего Кола. Но это возможно, только если я вырву сама себе сердце. А я, увы, не так хладнокровна и предана идее, как Айя. - Мать прервала наш разговор, - за своими размышлениями вкупе с эмоциональным осадком после знакомства с прошлыми жизнями, я не заметила, как в комнату вошел Элайджа. Вот он, вампирский слух во всей красе. Я отвернулась от него, стараясь не выдать слез. - Это нормальная реакция, Пейтон, - но, похоже, они не укрылись от внимания старшего Майклсона. - Разве существует нормальная реакция на подобное? – переспросила я. - Она поступила очень жестоко с тобой. И пребывать в замешательстве и ярости это правильно, - попытался подбодрить меня своим пониманием первородный вампир. - Ты даже не представляешь, что еще я испытываю кроме ярости и замешательства, - прошептала я. - Думаю, даже ты сама толком не представляешь, что испытываешь. Тебе нужно успокоиться и принять это. Никто из нас не в силах изменить прошлого. Ведь с нами мать так же поступила жестоко, - Элайджа сел рядом со мной. - Никто из вас не был влюблен в Никлауса и не сгорел из-за него на костре, - пробурчала я, напомнив себе этим замечанием маленького капризного разочарованного ребенка. - О чувствах Бьянки ко мне ты думаешь так же? – в карих глазах читалась осторожность, сопровождавшая этот вопрос. - По-моему, из всех вас повезло как раз постоянному обитателю гроба, - вспомнила я о Коле, намекая, что он единственный, кто не был замешан в моем бурном прошлом. - Ну, почему же? Финн провел там еще больше времени, - иронично заметил древний вампир, - кстати, ты была права. Если бы я был в курсе угрозы проклятия, то не позволил бы Биянке умереть. Но, к сожалению, это произошло бы лишь из опасений за безопасность семьи. Здесь проглядывает еще один циничный ход матери – она знала, что ради сохранности друг друга мы идем на любые поступки, нередко включающие в себя сопутствующие жертвы. И Биянка была одной из них. - Сказал бы ты об этом Никлаусу в тот период, - хмыкнула я, - я прекрасно понимаю, что не случившееся спасение, как и ее смерть были исключительно ради Майклсонов. В этом не было ничего личного. Мне не приснилось – вы действительно нашли способ снять с Кола проклятие? – напрямую перешла я к интересующей меня теме, съезжая с обсуждений нашего совместного прошлого, которое все равно не изменить и не вычеркнуть никак. - А мне не показалось, и ты действительно дала согласие на это? – вопросительный взгляд глаз цвета виски выдавал неуверенность Элайджи в моем здравомыслии в момент, когда я делала это. - Совершенно верно, - решительно кивнула я, подтверждая свой выбор. - А вот я неуверен, что подобное самопожертвование – хороший вариант, - теперь к нам присоединился Никлаус. Без приглашения, как и всегда, и это явно не очень-то волновало его. - Никто даже не сомневался в этом, - язвительно намекнула я на прямую заинтересованность этого древнего в дальнейшем времяпровождении младшего брата в гробу. А что? После воспоминаний о бурном романе и обжигающем его окончании то, что произошло между нами в мастерской, не кажется таким уж пугающим событием.       Берилловые глаза зажглись авантюрным огоньком после моего замечания – гибрид отметил про себя, что я не особенно разбита встречей с Эстер. Кстати, тут он ошибся. Я разорвана в клочья. Взорвана на кусочки и истерта в пыль. Но не намерена сдаваться. Тем более, снятие проклятия с Кола, возможно, принесет мне долгожданное освобождение. - Откуда мы знаем, что найденная вами ведьма – это не часть плана нашей матери? Как мы могли заметить – она весьма творчески подошла к проклятию лилии, так почему же ей не подослать к нам свою ставленницу, дабы закончить начатое? – Никлаус намеренно проигнорировал мою фразу. Не могу поверить, что ему не хотелось пререкаться со мной в такой-то момент. - Ариана хоть могущественна, но молода и не бессмертна, - возразил старший Майклсон, - исключено, что она исполняет ее поручение. - Она возрождалась от жизни к жизни, как феникс, - кивнул в мою сторону гибрид, - а ты считаешь, что наша мать не нашла бы способ связаться с Арианой, перетянув ее на свою сторону долгожданной победой над кровососущими тварями, которых она сотворила? – скептично взглянул Клаус на брата. - Ты не доверяешь мне, Никлаус? – неприятное удивление читалось во взгляде Элайджи. И гибрид, подбирая ответ, замешкался на мгновение. Замешкался, отвечая на вопрос о доверии к собственному брату. А я еще имела какие-то претензии по поводу отношения ко мне.       «М-да, Ник, это провал» - не удержалась я от ехидного мысленного комментария, за что удостоилась сердитого взгляда берилловых глаз. - Мы уязвимы перед матерью больше, чем ты думаешь, Элайджа. Я лишь хочу быть уверен, что ваш ритуал не станет началом падения всей семьи, - ловко ушел тот от ответа, - тем более из вас двоих только ты способен принимать трезвые решения, - в мою сторону отправился еще один взгляд, на этот раз насмешливо-колкий. - На что это ты намекаешь? – естественно, я отреагировала на его выпад. - Ты эмоционально нестабильна, дорогуша. Не всякий после такого сможет принимать обдуманные решения. А ты и подавно. Так что оставь пока свое бессмертие при себе, и позволь нам разобраться во всем. Тем более, опыта в магических делах у нас явно больше. Ты же только умело перегрызаешь ведьмам глотки, - Никлаус буквально вернул меня с небес на землю. А точнее отчитал, как нерадивую ученицу. Ну да, он же мой так называемый учитель. Только сейчас повел себя, как заносчивый кретин.       «Да, наслышана я о твоем опыте» - мысленно фыркнула я, вновь возвращаясь к нашей позорной сцене в мастерской. Вообще, Квинн, что за черт?! У тебя в голове весь компромат на гибрида, а ты апеллируешь только моментом, где готова была отдаться ему не раздумывая!       Может, он таки прав, и после встречи с Эстер твой мозг потек, давая сбой? Нет, определенно это наложило отпечаток на мое теперешнее поведение, но к тому моменту я еще не знала о целом чемодане жизней, тянущемся за мной очень неприятным багажом. - Это мое бессмертие, Ник! Не ты дарил мне его, не тебе и принимать решения насчет его сохранности! – взвилась я на этого Майклсона, который лишь покачал в ответ головой, демонстрируя, что выступление мое не имело успеха и оказалось весьма неубедительным для него.       «Какой запал! Направить бы его в нужное русло!» - наконец-то и Клаус воспользовался преимуществом общения со мной. Но было ли оно таковым в данный момент, учитывая слова первородного?       «К счастью я знаю, как временно нейтрализовать тебя, love, позволив тем самым нам с братом завершить разговор» - в следующее мгновение мое воображение заполнили чувственные образы из недалекого прошлого. И я говорю не о встрече с безумной мамашей Майклсон.       Мои пальцы на его плечах, и губы послушно, податливо и не в меру страстно отвечают на поцелуй. Порочная откровенность осталась мне послевкусием в тот вечер.       Стон от прикосновения к моей коже и взгляд голодного хищника, готовящегося напасть на свою жертву. Ведь именно так смотрели на мое падение берилловые глаза там, в мастерской, когда Клаус обнажил меня, поддавшуюся искусной волчьей игре. - Никлаус! – злобно вскрикнула я, старательно скрывая смятение от навеянных им воспоминаний. Ну, точно сын своей матери! Так же коварен и беспощаден!       Ладно, случай в мастерской или же тот чертов поцелуй. Тогда мы были наедине. Но сейчас, вот так хладнокровно проецировать эти отнюдь не прохладные мысли в моем сознании. Да еще и во время разговора о моем, все еще, бойфренде и миссии по его спасению. Ужасающая порочность! Хотя, зная этого древнего гибрида – он и не на такое способен, будучи невероятно искушенным альфа-самцом. - Что, дорогуша? – с невинным удивлением обратился ко мне он. - Напомни, зачем он нам нужен здесь? – возмущенно переспросила я у Элайджи. - Чтоб своей трезвой расчетливой логикой помешать вашей излишней эмоциональности, - нараспев протянул Клаус, встречаясь с недоуменным взглядом старшего брата, пребывающего в удивлении от собственной «излишней эмоциональности», о которой только что заявил гибрид. - У меня сомнения в целесообразности нашего разговора, - недовольно протянул старший Майклсон, взирая на второго представителя первородного семейства в этой комнате. - Поэтому я предлагаю решить все внизу, - ухмыльнулся Клаус, - тем более, кому-то давно уже пора в кровать, - улыбка гибрида стала шире, когда он обратился ко мне, прямо намекая, что я снова не буду участвовать в решении своей же судьбы. И Элайджа согласился с ним. Поэтому, несмотря на мои протесты, они оба покинули комнату. - Вы ничем не лучше своей матери! – выкрикнула я Майклсонам вслед, запустив подушкой в закрывшуюся дверь. Будто их разговор наедине что-то изменит. Увы, как и любая моя попытка вмешаться в диалог древнейших.       Как бы мне не хотелось признавать это, но Ник прав – все сегодняшние событие вкупе с напряжением, возникшим в комнате под натиском двух первородных, изрядно вымотали меня. Хотя, не назвала бы поведение Элайджи натиском, но он лучше знает, что делать. Старший Майклсон решительно настроен на спасение младшего брата, и явно выступает сейчас в роли его, а значит и моего, адвоката. Поэтому мне просто стоит подождать. Что я и намереваюсь делать, приняв горизонтальное положение. Кстати, пока есть время привести свои мысли в менее хаотичный вид. Не уверена, что с кошмаром, творящимся в моей голове после встречи с Эстер у меня выйдет расслабиться, но нужно попробовать, ведь воспоминания там будут всегда, а отдых нужен сейчас.       Но меня ненадолго оставили одну, и в моей комнате снова оказался один из представителей первородного семейства. Конечно, как можно расслабиться и подумать хоть о чем-то в доме, где параллельно с тобой обитает неугомонный древний гибрид? - Клаус, ты вообще хоть когда-нибудь спишь? – фыркнула я, вынужденно принимая сидячее положение. Ведь не на спящую меня он пришел любоваться. Стоп, Квинн, с этим вышла промашка – спящую тебя Никлаус рисует. Кстати, а сколько вообще прошло времени с момента, как они с Элайджей отправились на тайное совещание совета директоров? - А ты хочешь исполнить мне колыбельную? Будь уверена, Квинн, вы с матерью лишили меня сна на ближайшие ночи точно, - ядовито усмехнулся Майклсон. - Оу, добро пожаловать в клуб, - хлопнула я в ладоши. - Собирай свои вещи, - гибрид швырнул на кровать дорожную сумку, принесенную с собой. Это уж точно не мольберт, а значит, Клаус притащился ко мне не для умилительного рисования в лунном свете. - Зачем? Ты…отпускаешь меня? – недоуменно покосилась я сначала на нее, затем на первородного. Да, это маловероятно, но попробовать стоило. - А я уж было думал, ты забыла, как задавать глупые вопросы, - съязвил он, опираясь на спинку кресла, в котором не единожды ждал моего пробуждения по утрам. Не для завтрака в постель, а то это воспоминание звучит чересчур романтично. Это были пытки, расспросы, взаимные угрозы, мои слезы и мольбы о пощаде. Ну, вот, правильные мысли наедине с Ником! Не те предательские жаркие фантазии, что были в мастерской!       Что ж, для спора с Никлаусом просто не было сил, поэтому я послушно поднялась с кровати, и, отправившись к шкафу, выгрузила из него стопку одежды.       Древний с неким любопытством наблюдал за моими манипуляциями, явно изумляясь по поводу затянувшегося молчания и отсутствующих расспросов. Я же настолько устала от происходящего, что просто-напросто не хотела вдаваться в них и комментировать ситуацию. Ну, ладно, отчасти это было принципиально. И, оказалось, что я значительно терпеливее тысячелетнего гибрида, ведь он сдался первым: - Нужна помощь, love? – деловито поинтересовался Клаус, демонстративно потирая ладони. - Вот еще, - язвительно хмыкнув, отрезала я. - Ну, как знаешь, - разведя руки в стороны, он ухмыльнулся со смиренным ехидством. - Ладно, Ник, что все это значит?! Одна из твоих циничных шуточек? Или игр? Я соберу вещи, таким образом, убрав все следы своего пребывания в этом доме, и ты закопаешь меня в ближайшем лесу? Тогда спешу огорчить тебя – одной сумки мне будет мало, и вообще для всего гардероба придется копать отдельную могилу, - да, с возвращением Ребекки домой, количество тряпок в моем шкафу еженедельно росло в стабильной геометрической прогрессии, - или ты сбросишь меня в болото? - Наконец-то! Я уж было подумал, что мать окончательно промыла тебе мозги! – воскликнул Майклсон, и я запустила в него парочкой футболок, которые первородный не только поймал, но еще и, свернув, с показушной бережностью отправил в недра сумки. - Ты едешь к Элайдже, - изрек Клаус настоящую причину сбора вещей. И главное – гаденыш все это время скрывал ее в своих мыслях! - Все, наигрался? - Временно, - добавил он, - мне нужно уехать на несколько дней. И если за одним ребенком, проживающем в этом доме, присмотрят мать и тетка, то второе беспомощное существо получило в качестве попечителя первородную няньку. - Вау, как великодушно с вашей стороны, - протянула я. - С его стороны. Я же предлагал временно уложить тебя в гроб рядом с Колом, - усмехнулся гибрид. - Пока меня не будет – не вздумайте провести этот чертов ритуал, - продолжив, процедил Клаус. - Ну, конечно, - язвительно хмыкнула я, - глупо было думать, что все разрешится без твоего заключительного слова, - я полностью сосредоточила внимание на упаковке вещей, но Никлаус, схватив меня за руку, вынудил оторваться от этого занятия и посмотреть ему в глаза. - Пейтон, дождись меня. Это очень важно, - медленно, тихо и вкрадчиво произнес он. И я не знаю, что вызвало во мне большую дрожь – прикосновение Майклсона или то, как он назвал меня. - Я думала, ты уже забыл мое имя. Кому это важно, Ник? – взгляд зелено-голубых глаз будто прожигал меня, но в этот раз в нем не было привычного огня ехидства и насмешливого надменного превосходства. - Моей семье. И Колу в том числе. Если вы снимете проклятие ценой новых проблем с матерью и ее этой…лилией, то не стоит даже пробовать вытаскивать кинжал из его сердца. - Ее лилия – это я, Никлаус. - Разве ты хочешь вновь чувствовать то, что чувствовала Блэнч? Не думаю. Я мог бы приказать тебе не делать этого, но я прошу, - его понимание и обращение ко мне на равных, словно вновь обрушило меня в пропасть. Впервые он говорил со мной так. Признаюсь, я боялась оставаться с ним наедине после моих укоризненных шуточек касаемо мастерской. Но сейчас мне было вдвойне страшнее, учитывая, с какой стороны проявил себя первородный, будучи до этого лишь жестоким деспотичным садистом. Нет, я знала, что с близкими Никлаус может быть другим. Вот только я не вхожу в круг этих вампиров. - Я мог бы выразить тебе свое сожаление по поводу твоей судьбы, предрешенной нашей матерью… - Но ты не будешь этого делать, потому что никогда не делаешь так, - закончила я фразу за гибрида. - Может, ты действительно что-то знаешь обо мне, дорогуша, - улыбнулся Майклсон, и я улыбнулась ему в ответ, не в силах противостоять чарующей силе ямочек на его щеках. - Но порой я жалею, что это был не я, - продолжил Ник. - Ты настолько древний, Никлаус, что понять, о чем ты говоришь, не лазя в твой мозг, практически невозможно, - вздохнула я. - Я говорю о сожалении, что первым тебя узнал Элайджа, - ответил первородный, с интересом наблюдая за моей реакцией. А наблюдать было за чем – я, удивленно наморщив лоб, ошарашено уставилась на гибрида, все еще держащего меня за руку. - Если брать в расчет слова Эстер, то первым меня явно узнал ты, - скептично хмыкнула я, - и вообще к чему ты заговорил об этом, Ник? - Любопытно было бы узнать тебя еще невинным, ничего не подозревающим беззаботным беззащитным человеком, - пояснил он. - Знаешь, именно такой я была в тот момент, когда вы ворвались в спортзал, лишая меня всего этого и открывая мне все «прелести» теперешней жизни, включая ту, что вампиры это отнюдь не сказки, - не сдержалась я. - Я говорю о вашей первой встрече, Квинн, - недовольно протянул Клаус. - И что бы ты сделал, окажись тогда на месте своего старшего брата? – это был, скорее, саркастично-риторический вопрос, чем желание получить реальный ответ. - Вероятнее всего, то же, что и он, - явно ушел от ответа древнейший. - Брось, Ник! – возмутилась я, - мы же оба знаем, что уже через несколько мгновений я умирала бы где-нибудь в подворотне, а то и посреди этого бара. - Как знать, - пожал плечами гибрид, окончательно запутывая меня в происходящем, - кстати, Квинн, я тут подумал, что ожившие эмоции одной болгарской ведьмочки – весьма заманчивая перспектива для меня, - лукаво улыбнулся Никлаус, поняв что наговорил лишнего. Нет, он никогда не говорит ничего зря. Но в условиях скорого оживления его младшего брата это было неуместно. Наверное. А, и Клаус, наконец, отпустил мою руку, теперь в стороне забавляясь моим замешательством вкупе с возмущением. - Уйди с глаз моих долой, Ник! Эти несколько дней без тебя – мой долгожданный отпуск, - подыграла я ему, демонстративно отворачиваясь после.       Такой нестандартный разговор с первородным гибридом лишил меня спокойствия, заставляя вдвойне задуматься над происходящим и над тем, что было далеко позади – в прошлых моих жизнях. И теперь я невероятно сильно желала смерти во время ритуала, дабы не разбираться со всем этим «добром» после него, будучи смертной, да еще и запутавшейся во всех своих грехах.       Благо, по дороге в дом Элайджи, он предусмотрительно не нарушал устоявшееся молчание, давая мне возможность самозабвенно копаться в своей голове. Когда же мы оказались на месте, я сразу отправилась в отведенную мне комнату, извинившись и пообещав старшему Майклсону осмотреть особняк утром. И то ли я окончательно выбилась из сил, то ли это было от осознания, что Кол и Клаус относительно далеко от меня, но оказавшись в кровати, я сразу же уснула, к моей большой радости, не видя ни единого сновидения.