Мир для Саймона

Густые, как сметана, сумерки опустились на землю, покрывая ее призрачным сиянием прохладной росы. Тучные облака выглядели устрашающими после захода солнца. Казалось, что они были подвешены на тонкие серебряные нити, которые натянули, словно гитарные струны. Еще немного и они разорвутся, и тогда эта невыносимая тяжесть обрушится вниз, погребя под собой Роуз и её товарищей. Девушка вздрогнула и поёжилась от таких неприятных мыслей, громко чихнув, она постаралась отвлечься от них и поэтому принялась подкармливать огонь сухими ветками и сучьями, собранными Саймоном. Огонь жадно хрустел пищей, которую ему неустанно подбрасывала девчушка. Вскидывая вверх развевающиеся языки пламени, он рисовал на черном небе огненные картины. Время тянется мучительно долго, когда человек остается наедине с собой. Когда нечем заняться, единственным занятием остается размышление, но нужно быть осторожным, потому что можно утонуть в самом себе. Мысли, словно цунами, сметающее все на своем пути, и не каждый может устоять под его натиском и не поддаться влиянию гнусных замыслов, которые шустрой рыбкой проскользают в голове. Роуз старательно избегала этих страшных мыслей, но они все равно крадучись проникали в сознание юной девушки и мучили ее уставший и больной мозг. «Ты просто мясо в их кровожадных руках», — шептал слабый мужской голос. — Заткнись, — устало проговорила Роуз. Обняв свои колени, она пристально посмотрела в огонь, яркие языки пламени оттеняли лицо девчонки, и оно казалось сморщенным и осунувшимся, совсем, как у старухи. «Посмотри правде в глаза, они даже не доверяют тебе, хоть ты и вступила в их секту, Саймон тебе все равно ничего не рассказал», — голос становился все громче и громче, и вот он разразился неприятным лающим смехом, который резал слух. — Заткнись! Заткнись! Заткнись! — умоляя, быстро шептала девушка. Схватившись тонкими ручонками за голову, она протяжно заскулила. «Ха-ха, дурочка, я же о нас забочусь, ты ведь не забыла, что это я спасал твою тощую задницу, когда тебя вышвырнули, как шавку из приюта, ты не забыла, что это я был твоим единственным другом на протяжении пятнадцати лет. Ты могла бы быть и благодарной». — Я очень благодарна тебе, а теперь, пожалуйста, исчезни, я устала, я хочу быть одна в собственной голове, — Роуз тяжело выдохнула. Задрав голову, она внимательно посмотрела на едва проглядывающую луну сквозь стену облаков. — С кем ты здесь разговариваешь? — рядом послышался голос проснувшегося Джека, который не спеша направлялся к костру. — Да так, рассуждаю вслух, — растерянно пролепетала девушка и криво улыбнулась. — А-а, ну ладно, — Джек недоверчиво кивнул и сел рядом. Довольно зевнув, он вытянул ноги вперед и потянулся. — А где Саймон? — Он ушел в лес за хворостом для костра, — глухо отозвалась девушка, снова обняв свои колени. — Почему вы меня не разбудили? — Саймон сказал, что тебе надо крепко выспаться и у нас есть лишняя пара деньков, поэтому завтра ты целый день будешь заниматься со мной. — Вот как, что ж ладно, — Джек замолчал и посмотрел на девушку, она казалась замученной и усталой, её волосы спутались, а на щеке и шее виднелась парочка свежих порезов. «Саймон мог обойтись с ней мягче, ведь она ребенок, и, пожалуй, слишком много пережила для своего возраста». — Слушай, Джек, Саймон принял меня - теперь я тоже одна из «Белого волка». Пожалуйста, расскажи мне все, что знаешь, — девушка посмотрела на него глазами, полными мольбы, при свете костра они ярко блестели и превратились из серых в черные. Джек некоторое время колебался, но потом выдохнул и сел поближе к Роуз: — Хорошо, но сначала я немного расскажу тебе о нашем капитане, — парень сложил руки в замок и начал:   — С самого детства он рос на улице, и сколько бы старьевщица не пыталась забрать его к себе, он всегда сбегал. Нет, он любил ее и был благодарен за то, что она подобрала его и выходила, но что-то всегда манило его. Загадочные лабиринты улиц, волшебные вкусы и запахи, все привлекало Саймона, и он не мог просто сидеть дома, ему хотелось исследовать каждый сантиметр города, он хотел познать его полностью. Но капитана презирали и ненавидели, только лишь из-за цвета волос. Вот скажи мне, ты встречала людей с таким черным, угольным цветом волос, как у Саймона? — Хм, если подумать, то нет, я видела просто темных, но таких черных ни разу. — Да, в нашем крае это довольно редкий цвет волос, поэтому люди связывают этот цвет с чем-то мистическим и даже дьявольским. Все до сих пор верят, что люди с черным цветом волос являются посланниками смерти и несчастий, — Джек разошелся громким смехом. — И эти набожные идиоты смеют рассуждать о прогрессе. Они до сих пор не могут и шагу сделать без церкви и её ненаучных убеждений. Люди до сих пор следуют каким-то языческим традициям и верят в то, во что верили столетия назад, когда всюду полыхали великие костры инквизиции, когда топтали и давили гениальные умы человечества! Маленький человек никто перед огромным стадом… Джек опустил свою взъерошенную голову и уставился на носки своих сапог. Поняв, что он ушел от темы, он прикусил губу. — Поэтому Саймон всегда терпел издевательства и насмешки, его нередко караулили, чтобы побить, и делали это не взрослые, нет! Это делали маленькие поганцы, которых натаскивали их бестолковые богомольные мамаши. Но нашему капитану, казалось, все было ни почем: его побьют, а на следующий день он весь в бинтах и йоде выходит на улицу и снова исследует ее. И при этом он широко и счастливо улыбался, просто он был не один, у него был лучший друг и товарищ, который всегда подаст руку и выслушает. Который всегда будет рядом и не предаст. Это была его сестра — Вивьен. Они были однояйцовые близнецы, рожденные с интервалом в несколько секунд, Саймон был старшим, а Вивьен младшая. Она родилась маленькой и хилой, казалось, что пока они были в утробе матери, ее брат высосал из нее все силы. Возможно, Саймон не выдержал всеобщего гнета и сломался, если бы не было Вивьен, которая раз за разом убеждала мальчика выйти на улицу и продолжить, ведь если однажды сдаться, то потом всю жизнь будешь опускать руки. Но и сама Вивьен была той еще занозой, поскольку она тоже обладала черными волосами. Её так же ненавидели окружающие, зная это, она специально доводила их до такой степени, что они начинали брызгать слюной от бешенства. Саймон не мог кому-то позволить обидеть его сестренку, поэтому всегда заступался за нее и его били вместо нее. Если честно, то людям плевать кого бить, виновного или нет, они, как звери, были готовы накинуться на любой кусок мяса, чтобы разорвать его в клочья, — Джек перевел дыхание. Достав сигарету, он задымил и посмотрел на задумчивое лицо девушки, которая с жадностью ловила каждое его слово. Выдохнув бледный вонючий дым, он снова заговорил: — Саймон рос, умнел и становился хитрее, он понял, что стычки с толпой можно избегать, для этого достаточно знать укромные места, лазы, потайные проходы. С тех пор он стал, словно кот: он бесшумно ходил по улице, укутавшись в длинный черный плащ, ему все чаще удавалось избегать драк и перепалок, но он понимал, что вечно не может от этого убегать и рано или поздно ему все равно придется дать бой. Вскоре это случилось, ему перекрыли все пути к отступлению и хотели избить, но они не знали, что Саймон сильно изменился: он научился драться и защищать себя. После той драки многие стали уважать капитана, и наконец-то общественное гонение прекратилось, когда ему было восемнадцать лет. Но Саймон все продолжал видеть, как сильный издевается над слабым, как богатые ущемляют права бедных, как коррупционеры прислуживают тем, у кого есть деньги. Он видел несправедливость мира, и ему захотелось изменить его. Для того, чтобы это сделать, капитан начал собирать группу людей, которые желали перевернуть существующий строй и исправить мир. Он организовал орден «Белого волка». Все мы были из разных сословий и разного пола. У нас не было ничего общего, только желание изменить мир объединяло нас, и мы отдали наши сердца Саймону и Вивьен, которые умело управляли нами. Но три года назад, случилось то, чего боялись многие… Джек сделал длинную паузу во время которой он медленно вдыхал и выдыхал дым. - Я только вступил в орден, возвышенное чувство охватило меня. Я с замиранием сердца присутствовал на первом своем совете. Кругом столько неизвестных людей, с которыми мне предстоит познакомится. Легкое чувство тревоги бабочками порхало в моем животе. Все были в сборе, и мы ждали только лишь Вивьен, которая, как и все приличные дамы, имела привычку опаздывать на несколько минут. Когда она наконец-то зашла, всех обдало холодом, который исходил из ее ледяных глаз. В трескающемся от напряжения воздухе повисло длительное молчание. Всем показалось, что между братом и сестрой что-то произошло: при встрече каждый из них смерил другого надменным взглядом и молча кивнул. Совет прошел на удивление тихо, никто, как обычно, громко не смеялся и не шутил. Все притихли и молча ждали окончания, чтобы поскорее избавиться от этой давящей атмосферы. После того, как совет закончился, Вивьен попросила всех остаться. — Наш ордер существует уже пять лет, — грубо бросила она. — И мы ни на ноготь не приблизились к власти или к ее свержению… — Вивьен, успокойся, не надо, — примирительно заговорил Саймон. Неуклюже улыбнувшись, он взял свою сестру за руку. — Отцепись! — гневно прошипела девушка и выдернула свою руку. — Ты - чертов тюфяк, тряпка, стремящаяся решать все миром! Ты знаешь, сколько мы народу потеряли? — Знаю, — тихо ответил командир. — Пойми ты уже наконец, что ты должен забывать о своей человечности, чтобы достигнуть цели, а иначе тебя просто сожрут! — девушка говорила все это на одном дыхании, пристально смотря в глаза брату. — Я очень долго мирилась с этим, я закрывала глаза, что мои товарищи умирают напрасно, а теперь мне это надоело, я ухожу из этого ордена, я хочу изменить этот мир, но не хочу умереть в бесславной битве, — она смерила гневным взглядом всех вокруг. — Кто хочет того, что и я, может пойти со мной. Вивьен молча встала и вышла, следом за ней сначала робко, но потом все смелее начали вставать и уходить люди. Я лишь недоумённо смотрел по сторонам, потому что ушло большинство, и даже лучший приятель Саймона, Корнелий. Это тот мужчина, который напал на Саймона у дома старьевщицы. Он доверял ему все свои переживания и тайны, после него он никого так и не подпустил к себе. Капитан закрыл свою душу, наверное, он боится, что там снова нагадят. Мне никогда не стать заменой Корнелия для него… — последние слова были брошены в пустоту, потому что Джек их почти прошептал. Роуз уныло опустила глаза, внезапно ей стало невыносимо жалко командира. Смотря на него, она и не могла представить, что пережил этот человек. И каково ему носить этот тяжкий груз на своем сердце. Вокруг царила тишина, которую нарушал лишь монотонный треск дров в костре и переливчатое щебетание ночных птиц. Некоторое время они сидели и слушали этот звук, пока со стороны леса не донеслось слабое шуршание травы. Джек повернул голову на источник шума, из-за темноты можно было разглядеть лишь силуэт, но чем ближе он подходил, тем четче и яснее он становился. Это был Саймон с огромной охапкой перевязанных дров, его черные волосы были мокрыми, поэтому они вьющимися прядками спадали вниз, а на светлой рубашке виднелись расплывчатые пятна. — Ты почему мокрый? — недоуменно пролепетал Джек. — Около леса есть небольшое озера, я и искупался на обратном пути, ведь я, в отличие от некоторых, весь день потел, — Саймон широко улыбнулся, кинув на землю дрова. — Роуз уже спит? — Саймон сел на корточки и заглянул в лицо девушки. — Да, наверное. — Тогда я отнесу ее в машину, а мы будем спать тут, — парень бережно взял девушку на руки и медленно понес в машину. Когда он вернулся, Джек уже спал. Немного посидев у костра, он укутался в свой плащ и провалился в беспокойный сон. Ноги и руки Джека затекли и онемели, прохладный утренний ветер поддувал под рубашку и штаны. С силой поднявшись с земли, парень попытался растереть замерзшие части тела, но его руки лишь безвольно свалились вниз. — Тц, черт, — недовольно проскрипел парень. Нахмурившись, он внимательно огляделся по сторонам. Солнце медленно выплывала из-за горизонта, а по лазурному небу молнией пролетали стрижи и галки. От вчерашней громады облаков ничего не осталось, лишь жалкий белый обрывок, который рассеивался с каждым дуновением ветра. В костре все еще тлело несколько углей, видимо он потух пару часов назад. Около костра, завернувшись в два плаща, довольно похрапывал Саймон. «Так вот кто забрал у меня мой плащ, из-за чего я и замерз». Джек насупился, он чувствовал, как в его руки и ноги впиваются тысячи невидимых игл, но теперь он мог шевелить пальцами и конечностями. Немного погодя, он встал и неуверенной походкой направился к Саймону, приблизившись к нему в плотную, он его бесцеремонно пнул. — Вставай. Что-то нечленораздельное и булькающее послышалось в ответ. — Вставай, Саймон, и приготовь завтрак, — настойчиво продолжал парень, пиная капитана носком своих сапог. — Тебе надо, ты и приготовь, — рыкнул он и накрыл всклокоченную голову. — Нет, я хочу сходить до озера и умыться, а ты приготовишь завтрак и разбудишь Роуз, а потом опять ляжешь спать, — не унимался юноша. Саймон тяжело выдохнул и сел в позу по-турецки, его лицо было помято, кое-где виднелись отпечатки травы. Поплотнее укутавшись в плащи, он смерил Джека презрительным взглядом. — Ой, а что это у тебя? Цветочек? — мирно начал паренек, снимая с щеки капитана, прилипший василек. Саймон тихо рассмеялся: — Ладно, так уж и быть, я приготовлю завтрак. Джек торжествующе посмотрел и радостно кивнул. Не медля, он сразу же направился к озеру. Несмотря на то, что солнце только встало, в воздухе уже витал теплый воздух. Джек бодро шел, разминая затекшие конечности. Парень почувствовал огромный прилив сил, когда он вышел к озеру, и ему показалось, что он может переплыть его несколько раз. Озеро и правда оказалось небольшим, но таким чистым, что даже на его середине можно было разглядеть дно. По краям росли приземистые ивы и невысокая осока, которые словно прятали эту природную красоту от человека. Раздевшись до гола, он оставил аккуратно сложенную одежду на берегу. Отодвигая заросли растений, он медленно заходил в воду, чувствуя, как ледяная вода обнимает его со всех сторон. Резко нырнув, он погрузился в воду полностью. По спине пробежали мурашки, а волосы встали дыбом, от такой резкой смены температуры, вынырнув, Джек погреб к противоположному берегу, хватая ртом как можно больше воздуха. Тепло с большей силой разливалось по его молодому и сильному телу, парень уже не чувствовал холода, а лишь приятное прикосновение воды, которая качала его на своих волнах. Джек вышел после того, как несколько раз проплыл туда и обратно. Капли сливались в ручейки и быстро стекали с тела. С носа непрерывно капала вода, отчего парень несколько раз чихнул. Взяв свою рубашку, он расправил ее и вытер влажное тело. Немного посидев и переводя дыхание, юноша одел всё, кроме мокрой рубашки, которую он предпочёл сначала просушить. На поляне Саймон уже приготовил завтрак и разбудил Роуз, они преданно ждали его, чтобы вместе приступить к трапезе. Завтрак состоял из пары жаренных яиц и сосиски каждому. Всё это делалось на костре, поэтому приобрело тонкий, едва уловимый запах дыма. Джек повесил свою рубашку на яблоню и присоединился к приятелям, начав завтрак. — Как же хорошо, — хором проговорили Саймон и Джек, и откинулись на траву после приема пищи, Роуз лишь удивлено посмотрела на них. — Спасибо, Саймон, — тихо проговорила она. — А, пустяки, — слабо отмахнулся капитан, довольно жмурясь. После непродолжительного отдыха Джек поднялся. Вытащив из мешка пять бутылок, он принялся расставлять их на огромном камне, который находился в пятнадцати метрах от их яблони. — Роуз, иди ко мне, — сложив руки рупором у рта, прокричал парень. Девушка послушно направилась к учителю. Когда она подошла, Джек протянул ей один из двух пистолетов. Они стояли в шести метрах от камня. — У тебя как со зрением? — Хорошо, а что? — Если у тебя плохое зрение, то стрелок из тебя выйдет плохой, так как цель будет вечно плыть перед глазами, но это не важно. Смотри, стрелять стоя ты можешь из двух позиций, из этой, — парень расставил ноги на ширине плеч и вытянул правую руку с пистолетом вперед. Прицелившись, он отстрелил горлышко одной из бутылок. — Так же ты можешь стрелять из этой позиции, — согнув правую руку, он взял пистолет в обе руки. Затаив дыхание, он выстрелили в ту же бутылку, только теперь полностью разбив её. Роуз заворожено наблюдал за Джеком, как он быстро и умело стрелял из пистолета, совсем не напрягаясь. Его голый торс напрягался и расслаблялся, когда парень задерживал дыхание, а на руках проступили вены. — Из этой позы не учат стрелять новичков, потому что при ней сбивается прицел и целиться гораздо сложнее, поэтому тебя я научу только первой позиции. Давай вставай. Роуз встала рядом с Джеком, вытянув руку перед собой. Правда рука у нее вытянулась не так ровно как у парня, а по наклонной. — Ноги ставь всегда на ширине плеч, чтобы удерживать равновесие, и твоя рука должна находится прямо. Ты должна словно указывать ею на что-то, а пистолет будет её продолжением, — Джек выровнял руку девушки. — Так гораздо лучше. Девушка, закусив губу, старалась удержать руку с оружием на весу. Теперь смотри, у пистолета есть мушка и целик, ты должна их соединить, чтобы сделать это быстрее и лучше, нужно зажмурить левый глаз. Как только ты соединишь, ты должна направить их чуть ниже цели, попробуй. Роуз кивнула и, зажмурив левый глаз, принялась целиться. Руку предательски сводило и она колыхалась в воздухе, из-за этого маленький целик никак не мог соединиться с мушкой, но вот, наконец-то, они встали вместе. Переведя дыхание, девушка задержала его и медленно нажала на курок, затем последовал оглушительный звон разбившегося стекла. — Я, кажется, забыл сказать тебе, что следует задерживать дыхание во время стрельбы, но ты и так прекрасно с этим разобралась, — Джек дружески улыбнулся и похлопал девушку по плечу. Роуз вся засветилась от похвалы, чувство гордости разливалось по ее телу. Опустив, онемевшую руку она смущенно улыбалась. — Опытный стрелок может за шесть секунд уложить пять противников, — задумчиво говорил парень, — при условии, что все они в радиусе пятидесяти метров. Запомни, чем дальше противник, тем меньше вероятности того, что попадешь в него, потому что пуля отклоняется от заданной траектории, и это может стоить тебе жизни. Роуз внимательно слушала парня. — А почему вы меня учите и на шпаге драться, и из пистолета стрелять? — Потом ты сама выберешь то, что ближе тебе и с чем тебе удобней сражаться, а сейчас мы тебя учим тому, что сами знаем, ведь лишние знания никогда не повредят, — Джек опять прицелился и выстрелил в бутылку. — Бинго. Они упражнялись в стрельбе до самого вечера, только когда солнце начало близиться к горизонту, двое вернулись к Саймону, который потихоньку собирал вещи. — Как успехи? — учтиво поинтересовался капитан. — Все отлично, она довольно быстро схватывает и осваивает азы, — чеканил Джек, одевая просохшую рубашку. — Роуз, мы пока будем собираться, а ты можешь прогуляться до озера и освежиться, — проговорил Саймон. Девушка кивнула и направилась к озеру. — Что будем делать дальше? — Джек сел рядом с другом, когда они погрузили все вещи в машину. — По приезду устроим совет, а остальное я расскажу на нем. — Хорошо. Парни просидели пару минут у машины, пока к ним не вернулась Роуз. Ее рыжие волосы стали красными из-за воды, они спадали на плечи, оставляя там мокрые следы. — Ну вот и славно, — улыбнулся Джек. — Теперь мы снова можем ехать, — парень открыл дверцу машины девушке: — Прошу вас, миледи. Роуз весело заулыбалась, садясь в машину. Рядом с ней устроился Саймон, а Джек снова сел за руль. Солнце почти скрылось за горизонтом, персиковое небо и ужасающе темный лес контрастно смотрелись в сочетании друг с другом, из-за чего второе пугало и приводило в ступор, потому что оно напоминало огромную гангрену на теле человека. Девушка лениво смотрела в окно, пейзаж плыл за ним, сливаясь в одно яркое пятно. Приятная усталость сковала тело, и её клонило в сон. Роуз сильно утомилась за весь день, но это радовало ее, потому что она давно не чувствовала себя такой живой, как сегодня, ей казалось, что она могла бы преодолеть расстояние до дома бегом в припрыжку или заниматься фехтованием с Саймоном всю ночь напролет. Но мысли начали путаться и становиться все бессвязнее, девушка закрыла глаза и уснула.