Осколки

Мне снилось... Как можно назвать приснившееся тебе воспоминание? К тому же воспоминание о том, чего на самом деле не было? Я словно бы видел себя со стороны. Себя и Чиффу, Кеттарийского Охотника. Мы вместе шли по Темной Стороне, точнее, он вел меня, тащил на встречу с этим проклятым цветком, силу которого захотел получить. Сейчас я со стороны видел, как беззвучно шевелятся наши губы, но не мог вспомнить слов, звучавших тогда. Я чувствовал собственный страх, боль и бессилие. А еще ощущал торжество, нетерпение, насмешливое недоумение Кеттарийца, который, кажется, искренне не понимал, почему я не пляшу от радости, узнав, что я всего лишь его случайная полезная выдумка. Я что-то говорю, говорю... И вдруг в мир врываются языки Синего Пламени. Я содрогаюсь от безмолвного крика ярости, последнего крика Охотника и вижу, как его искаженное ненавистью лицо пожирает пламя. И тогда я, я сам – сторонний наблюдатель трагедии, которой в реальности не происходило, кричу. Я не знаю, кто я, где я сейчас нахожусь, правда это или сон, и единственное, чего хочется, это кричать, кричать, чтобы непереносимая, разрывающая душевная боль выплеснулась наружу. Джуффин не раз говорил мне, что я могу обойтись без чего угодно. Возможно, так и есть. Но из любого правила бывают исключения. И мое персональное исключение я только что собственноручно уничтожил. Единственное во всех мирах существо, которое по-настоящему имело для меня значение. Это напоминало особо извращенное самоубийство - словно вместе с Джуффином сгорела часть меня. Самая, а возможно, единственно важная часть. Невыразимо больно и настолько же глупо - понять это только сейчас. Из кошмара меня вытащили, точнее выдернули. Я проснулся на той же кровати, где уснул, рядом с Джуффином, который тряс меня за плечи. Зубы стучали от ужаса, в голове билось одно отчаянное: «Нет! Нет! Нет!», все тело свело судорогой. - Макс, успокойся, это сон, просто сон, слышишь? – говорил он, но на меня подействовали не сами слова, а просто звук его голоса и прикосновение горячих рук. Он жив. Он здесь. Я рванулся вперед, цепляясь за него, обнимая. Мне было страшно, безумно страшно, что происходящее сейчас - сон, а тот кошмар, виденный ранее, правда. Но ощущения упорно утверждали обратное. Джуффин до хруста в костях обнял меня в ответ, продолжая говорить что-то и успокаивающе гладя по волосам. Реальность медленно возвращалась, и я, наконец, пришел в себя достаточно, чтобы осознать ситуацию и смутиться. В то же мгновение шеф отпустил меня и чуть отстранился. Больше у него вряд ли получилось бы, не те размеры у кровати. - Спасибо, - мой голос звучал сорвано. - Как ты меня вытащил? - добавил я, с легким (на большее меня не хватало) удивлением отмечая, что впервые обращаюсь к нему на «ты». - Это был не магический сон, а обычный кошмар, поэтому разбудить тебя было не сложно, - он слегка пожал плечами, похоже ничуть не удивленный, а, кажется, даже довольный моей фамильярностью. – Кстати, о кошмарах. Что тебе приснилось? Больше всего на свете мне не хотелось отвечать, но и врать я тоже совершенно не желал, поэтому честно замотал головой, опуская взгляд. - Как хочешь. Не пытать же тебя, в самом деле, - Джуффин, похоже, совсем не обиделся. – Давай спать в таком случае. - А, - я запнулся, - если этот сон... - Поэтому я и хотел выяснить, что тебе снилось, - вздохнул шеф, выжидающе глядя на меня: не передумаю ли. Я не передумал. - Ты же сказал, этот сон не магический, - протянул я. - Не магический, - подтвердил он. – Я не сторонник половинных мер и, конечно, предпочел бы выяснить, что именно причинило тебе такую боль, - я невольно вздрогнул, - но, так и быть, покараулю твой сон. Если что-то случится, сразу разбужу. Слов у меня не нашлось, поэтому я адресовал ему благодарный взгляд. - Спи уж, чудо, - Джуффин укутал меня одеялом, слегка коснулся рукой моих волос, и я мгновенно уснул, на этот раз, к счастью, без сновидений.