Концерт отменяется

Холодный ночной воздух не располагал к долгим беседам. Робкие попытки поговорить вдребезги разлетались об языковой барьер и мелкими осколками осыпались на покрытый рытвинами асфальт захолустной российской улочки. Гнетущее молчание Ольга решилась прервать лишь, услышав в десятый раз за спиной раздраженное «Ащ!» Резко развернувшись, девушка застала Кимина, ожесточенно тыкающим в кнопки ее мобильника. Судя по всему, нужного эффекта от несговорчивого аппарата он так и не добился. - Что случилось? - Черт! Ни одного номера наизусть не помню, - парень в очередной раз выдал свое коронное «Ащ!» и вернул спутнице ее телефон. - Странно, - протянула Оля. С детства обладая феноменальной памятью, девушка легко запоминала длинные номера мобильных телефонов, до сих пор точно помня порядок цифр в самом первом номере одноклассницы, с которой перестала общаться лет пять назад. - А ты попробуй запомнить номера семи мемберов, менеджеров, стилистов, костюмеров, звукооператоров… - Кимин перевел дух и нахмурил лоб, мучительно вспоминая английские названия профессий, связанных с шоу-индустрией. Не найдя в закромах памяти ничего подходящего, он быстро загнул еще несколько пальцев, сопроводив этот процесс рядом непонятных корейских слов. - Я бы запомнила, - пожала плечами Ольга. – Давай купим поесть. Парень кивнул, разом приободрившись. Маленький круглосуточный магазинчик встретил ночных визитеров полупустыми полками и тучной продавщицей, мирно дремлющей, положа голову на руки, покоившиеся на грязном прилавке. Кимин нервно вздрогнул, когда на входе по лбу его ударило нечто круглое и плоское, разразившееся возмущенным дребезжанием. Инстинктивно отпрянув в сторону, он удивленно уставился на висящий над дверью «поющий ветер». Этот музыкальный элемент азиатской культуры настолько нелепо смотрелся на фоне обшарпанных стен и пустых полок магазина, что Кимин невольно протер глаза, чтобы убедиться, что это не сон. Но противное дребезжание убедило его в обратном. Надо отметить, что на продавщицу раздавшийся звон не произвел никакого впечатления. Призванный возвещать ее о новых посетителях, колокольчик заставил толстуху лишь немного приоткрыть один глаз и обвести полуночников сонным замутненным взглядом. Кимин хотел было приветственно поклониться «аджуме», но Ольга вовремя дернула его за полу пиджака. Традиционная азиатская вежливость менее всего была уместна посреди ночи за прилавком российского захудалого магазинчика. Оттащив парня подальше за стеллажи с товаром, Оля опасливо взглянула на хозяйку заведения. Судя по всему, толстуха не заметила робкой попытки Кимина показать свое уважение к ее возрасту. Женщина лениво проводила парочку взглядом до полок с лапшой, после чего покосилась на стойку с презервативами, стоявшую в противоположном углу магазина, снова взглянула на молодых людей, азартно копошащихся во всевозможных «дошираках», удивленно приподняла бровь и вновь погрузилась в глубокий здоровый сон. - Рамен! – восторженно вскрикнул Кимин, заставив засмотревшуюся на продавщицу Олю подпрыгнуть от неожиданности. - Тише! – Девушка торопливо закрыла парню рот ладошкой. Удивленно поморгав, певец знаками пообещал вести себя тихо. – У вас продается рамен! - Я знаю, - растерянно моргнула Оля, глядя, как кореец нежно поглаживает цветастую упаковку с лапшой быстрого приготовления. При этом на его лице блуждала мечтательная улыбка. – Если хочешь, давай купим. В глазах Кимина сверкнул азартный огонек. Он радостно закопошился в цветных упаковках, разглядывая непонятные ему надписи и силясь найти знакомые иероглифы. Ольга с легкой улыбкой наблюдала за его мучениями. В памяти тут же всплыл образ Пак Ки Мина, лидера группы «K-pop boys», старательно продуманный продюсерами. Огромные карие глаза смотрят с плакатов на фанаток с легким презрением, аккуратные губы чуть тронуты усмешкой. Каждый сезон - новый цвет волос от белоснежно-белого до иссиня-черного, но неизменная косая челка всегда касалась правого глаза острым уголком. Из одежды только кожа, заклепки и облегающие фигуру футболки. Обилие цепочек, сережек, колец, высокие платформы и перчатки без пальцев. Ни дать, ни взять – бандит с большой дороги. Или байкер, только мотоцикла рядом не хватает. Этот человек сильно отличался от потерявшегося иностранца по имени Кимин, который сейчас сидел перед ней на корточках и старательно перебирал брикетики с лапшой. Усмехнувшись, девушка сжалилась над несчастным и, присев рядом, наугад выудила две пенопластовые подложки с псевдокорейским деликатесом, и уверенным шагом направилась к прилавку. Парень поспешил следом, с любопытством разглядывая полупустые полки. - А почему тут почти ничего нет? – наконец не выдержал он. - Потому что после десяти вечера продавать нельзя, - ответила девушка. - Что, совсем ничего продавать нельзя? – удивился Кимин и даже приостановился. – Но мы же с тобой сейчас тут покупаем… - Мы тут ни при чем. Мы же не алкоголь покупаем, - рассмеялась девушка. – После десяти с полок убирают спиртное, остальные товары можно продавать сколько угодно. - А почему этого «остального» намного меньше, чем спиртного? – парень почесал макушку, визуально прикидывая соотношение отсутствующего товара относительно присутствующего. На мгновение Ольга смутилась. Так и не найдя достойного ответа, она только раздраженно фыркнула и резким движением надвинула шапку парню на глаза. - Помолчи. Не вздумай тут не по-русски разговаривать. - А то что? – обиделся Кимин, возвращая шапку в прежнее положение. - А то нам эти две упаковки рамена обойдутся как целый «Мерседес»! Спросить что-либо еще парень не успел, потому что в этот момент они уже стояли перед прилавком со спящей продавщицей. Тактичное покашливание со стороны Кимина не возымело эффекта. Ольга только вздохнула и как можно громче плюхнула перед носом спящей «красавицы» выбранную лапшу. - Сколько с нас? – громогласно вопросила девушка. Продавец лениво поднялась над прилавком, щелкнула костяшками огромных деревянных счет и гнусаво пробасила: - Пятьдесят шесть сорок, - бросив томный взгляд на симпатичного азиата за спиной девушки, женщина подперла пухлой ручкой не менее внушительную щечку и кокетливо подмигнула. – Больше молодые люди ничего не желают? - Не желают, - поспешно ответила Ольга и, едва толстуха, минуя стоящий рядом кассовый аппарат, сунула отданную ей купюру в карман, за руку вытащила Кимина на улицу, не дожидаясь сдачи. Да и продавщица не стала окликать странную парочку. В конце концов, если сдачу не требуют, значит, она и не нужна. На выходе Кимин снова приложился лбом об «поющий ветер», на этот раз, просто не успев от него увернуться. Едва противное дребезжание стихло за захлопнувшейся дверью, Ольга вдохнула холодный ночной воздух и только сейчас поняла, что крепко держит спутника за руку. Ладони было тепло и на удивление мягко. Руки поп-идола больше походили на женские. Нежная гладкая кожа без намеков на трудовые мозоли, отличный маникюр, от одного взгляда на который Оле хотелось стыдливо спрятать собственные ногти. И самое главное – длинные чувственные пальцы, словно специально созданные для игры на музыкальных инструментах. Память снова услужливо подкинула вспоминание о Пак Ки Мине – солисте «K-pop boys». Сольное выступление на одном из концертов, когда певец сам себе аккомпанировал на белом блестящем рояле. Руки, порхающие над клавишами, впечатлили тогда девушку куда больше откровенно-сексуального костюма идола. Она, затаив дыхание, не сводила глаз с монитора компьютера, боясь пропустить малейшее движение. Разве могла она тогда подумать, что наступит день, когда эта рука будет сжимать ее ладонь. Щеки девушки предательски запылали, и Оля поспешила отпустить парня. Освободившись, Кимин дыхнул на озябшие пальцы и, сунув их в карманы пиджака, поежился и обратился к спутнице: - Куда дальше? - Будем искать гостиницу. - Мою? – оживился парень. - Любую, - мрачно буркнула девушка, доставая из рюкзака карту города и углубляясь в ее изучение. – Посмотри, как называется эта улица? Кореец двинулся было к углу ближайшего дома, на котором висела освещаемая мигающим светом фонаря табличка с адресом, но вовремя спохватился и недоуменно уставился на девушку. Ольга словно и не заметила глупости ситуации. Так и не услышав удаляющихся шагов, она раздраженно подняла голову и встретилась с беспомощным взглядом карих глаз. Уставшему мозгу понадобилось несколько секунд на обработку данных. Чертыхнувшись, Ольга велела парню следовать за ней и сама направилась читать табличку. - Судя по всему, в паре кварталов есть небольшая гостиница, - пробормотала девушка, вглядываясь в карту. То, что гостиница действительно должна быть небольшой, красноречиво свидетельствовало обилие условных знаков, украшавшее искомый дом. В одном здании предполагалось размещение одновременно магазина, парикмахерской, нотариальной конторы, фирмы по коррекции веса, офиса парфюмерной компании и банкомата при небольшом отделении банка. Поскольку в обозримом пространстве современных офисных высоток не наблюдалось, можно было с полной уверенностью предположить, что гостиница на самом деле представляла собой несколько комнат с почасовой оплатой для вполне понятных мало приличных целей. Как она будет объяснять это уникальное явление русского сервиса Кимину, Оля еще не придумала. Да и вообще рассчитывала внести ясность в происходящее только в том случае, если парень сам поинтересуется. Из размышлений Олю выдернул спутник, резко дернувший ее за руку, тем самым заставив остановиться. Обернувшись, она увидела, что Кимин, как зачарованный, смотрит куда-то перед собой. - Смотри, как красиво, - выдохнул парень и махнул рукой перед собой. Они шли вдоль набережной. Темная вода сибирской реки волнами бросалась на серый бетон и разбивалась на тысячи ледяных осколков в бесплотной попытке убежать из-под днища идущего по реке прогулочного катера. Судно переливалось множеством огней, отражавшихся в мутной водной глади. Раздробленные рябью, блики света напоминали рой суетливых светлячков, облепивших судно. На другом берегу была точно такая же набережная, засаженная рядом ярких фонарей. Река неспешно ползла меж двух бетонных берегов, закручиваясь водоворотами у мостов и вея холодом на полуночных путников. Кимин смотрел на воду и огни, как ребенок впервые смотрит на фейерверк. Оля несколько раз обшарила взглядом берег реки, но так и не нашла повода для восторга. - Что ты увидел? - Я вспомнил, - выдохнул кореец, снимая шапку и приглаживая растрепавшиеся волосы. – Вспомнил реку Хан. Ночью она такая же красивая, как эта. Оля еще раз огляделась, чтобы убедиться в здравости своего рассудка. В качестве подтверждения прекрасно выступила пустая смятая банка из-под пива, с упорством сонной мухи бившаяся в серый камень набережной. Ничего общего этот пейзаж с самым романтичным местом Сеула не имел, и иметь не мог. Ни тебе сверкающих гирлянд, ни круглосуточных ресторанов, ни величественных теплоходов и юрких лодок, ни красочных фейерверков в небе… Лишь сухой размеренный стук мусора об бетон. - У тебя хорошее воображение, - хихикнула Оля, отводя глаза от надоевшей банки. - Просто я соскучился по дому, - вздохнул Кимин, снова натягивая шапку на мгновенно покрасневшие от холода уши. - Обещаю, что завтра верну тебя в группу, - Ольга ободряюще хлопнула парня по плечу. – Отыграете концерт, и вернетесь обратно. - Спасибо, я верю тебе. – Кимин мягко улыбнулся. Молодые люди стояли на берегу реки, облокотившись о парапет, и молча смотрели на реку. Веселый теплоход давно проплыл мимо, растворив в ночи свои веселые ноты и яркие огни. Река потемнела и теперь уже не вызывала никаких ассоциаций со своей великой сестрой Хан. Кимин украдкой покосился на свою спутницу. Девушка задумчиво глядела на фонари противоположного берега и думала о чем-то своем. Огни отражались в ее глазах и играли озорными искорками. Оля улыбалась своим мыслям самыми уголками губ. Длинная непокорная прядь выбилась из «хвоста» и теперь навязчиво щекотала лицо. Девушка заправила прядь за покрасневшее от холода ухо и вернулась к созерцанию ночной реки. Кимин испытал легкий укор совести. Ольга ради него пожертвовала своим временем и даже шарфом. А он? А он, как теленок, покорно идет за ней, забыв о том, что из них двоих мужчина все-таки он. И это ему пристало заботиться о хрупкой девушке, стоящей рядом и тихонько дышащей на замерзшие пальцы. Резко развернувшись, кореец схватил Олины ладошки и потер их своими. Опешившая девушка не успела ничего возразить, как ей на голову натянули еще и шапку поп-идола, которая тут же сползла ей на глаза. Приподняв краешек несговорчивой детали одежды, Оля недоуменно взглянула на смущенного певца, прятавшего покрасневший нос в одолженном у нее же шарфе. - Ты чего? - Ничего, - Кимин нехотя оторвался от парапета. – Ты замерзла. Так куда нам идти? - Туда, – махнула рукой обескураженная Ольга, одновременно пытаясь стянуть с себя чужую шапку. - Отлично! – оживился парень, сильнее натягивая головной убор Ольге на глаза и, схватив ее за руку, резко потащил девушку в указанную ею сторону.