Страсть и последствия

      Внимание! Легкий кинк!       Лиам сидел на уроке английского и увлеченно чиркал в тетради каракули, изредка бросая взгляд в сторону преподавателя. Уроки никогда его не интересовали, Лиам предпочитал общаться с друзьями или спать, но сейчас ему вовсе не до этого.       Он волнуется о состоянии Евы. Кто знает, когда она проснется и решит наложить на себя руку. Лиам часто смотрел на наручные часы, которые на шестнадцатилетие подарил отец. Секундная стрелка была такой медленной, что, казалось, стоит.       Лиам начал отбивать пальцами ритм на парте. На парня смотрела Эмис, единственный человек, который замечал его необычное поведение. Она подходила к нему на каждой перемене, отводя его внимание от экрана телефона. Лиам неохотно смотрел на одноклассницу и слушал ее.       -Лиам, я знаю, что твоя сестра попала в аварию, а у мамы подкосилось здоровье. Весь дом держится только на тебе, и ты волнуешься, но не стоит все сваливать на себя, - бубнила Эмис, положив свои ладони на его холодные руки. – Ты всегда можешь положиться на меня. Я помогу тебе.       Эмис продолжала эту песню до конца учебного дня. Лиам же после уроков просто убегал домой, скрываясь от пустых разговоров. В голове только одно: «Надеюсь, с Евой все хорошо».       Парень забежал домой, бросив портфель в угол. Он поднялся на второй этаж, где царил полумрак. Дверь в комнату Евы была немного приоткрыта. Запереживав Лиам подбежал к входу и облегченно вздохнул, увидев Еву в целости и сохранности.       -Да? – блаженно протянула девушка, словно попав на седьмые небеса блаженства.       -Это я, - Лиам прошел вглубь комнаты, закрывая дверь в темную комнату на замок, чтобы ни одна душа ему не помешала.       -Ли-иам! – страстно растягивала девушка, маня его к себе. – Пожалуйста, подойди ближе!       Лиам послушал сестру и сел рядом с ней в недоумении. Только вчера вечером она была в полнейшем унынии и печали, пыталась себя убить, а теперь трепетно зовет его к себе.       -Ева? – спрашивает он, даже не представляя, почему она так счастлива.       -Прикоснись ко мне. – Осторожно нащупав руку брата, Ева положила ее себе на грудь, начиная делать массажные движения. – Грубее! – стонала она, когда Лиам стал беспрекословно доставлять ей удовольствие. – Коснись меня там!       Дрожащими руками Ева подняла свою ночную сорочку, оголив живот. Лиам без слов и мыслей стянул с нее трусики, к которым была прикреплена окровавленная прокладка. Внутренние раны плохо заживали из-за частых истерик Евы. Хуже всего заживали швы от операции на матку.       -Я могу порвать швы, - тихо прошептал Лиам. Но Ева хотела «этого», ее либидо взяло вверх. Она покраснела от собственных желаний и жара.       -Сделай мне приятно! – умоляла Ева, сжимая в эйфории ворот футболки Лиама. – Прошу.       Лиам осторожно приподнял бедра Евы и языком коснулся ее нетронутой розы. Сначала он только лизнул ее, но потом напористо начал целовать и немного покусывать половые губы девушки, слизывая капельки крови. Ева просила большего, она хотела, чтобы он вошел в нее всем своим естеством.       Лиам понимал, что не может заняться с ней обычным сексом, поэтому решил зайти с тылу. Также держа бедра Евы, парень языком начал обрабатывать узкую, никем нетронутую дырочку. Ева стонала и пыталась извиваться в такт действиям брата, но это причиняло боль.       Ева просто игнорировала ее. Девушке все казалось сном, в котором все можно. Она могла позволить себе хотеть брата, любить его. Это был сон, где она могла быть свободна.       -Лиам, больше! Я хочу почувствовать тебя полностью! – томно шепчет Ева.       Но Лиам продолжает нежно пытать ее, заменив язык пальцами. Он осторожно начал двигаться в сдавливающем проходе. С непривычки Ева почти кричала. Новые ощущения она воспринимала очень остро. Сначала ей не нравилось, она пыталась поднять себя вверх по кровати руками.       Но Лиама это начало забавлять. Одной рукой он удерживал ее бедра, чтобы она не вырвалась и не навредила себе, а другой он продолжал ее изводить. Девушка не успевала дышать, дорожка слюны побежала по ее щеке, а глаза начали закатываться. Она впервые получала анальный оргазм.       Но парень не позволил получить этот первый опыт. Он резко остановился и вытащил свои пальцы. Послышался звук расстегивающейся ширинки. Ева замерла в ожидании, она открыла еще недавно зажмуренные глаза и посмотрела на парня.       -В этот раз попробуем с ним, - Лиам вытащил из кармана презерватив, который распаковал так виртуозно, что казалось, это было в его крови или он тренировался сутки напролет. Чуть ли не одним движением она натянул латексный футляр на член.       Не желая причинять сестре боль, он сначала терся своим эрегированным достоинством вокруг колечка ее ануса, затем осторожно отворил эти ворота. Ева с охом крикнула, почувствовав боль. Это отличалось от пальцев. Когда Лиам делал это рукой, все было больше похоже на массаж.       Но теперь ей казалось, что ее разрывает изнутри. Ева руками впилась в подушки и простыни, пока корчилась, пытаясь отстраниться. Своими движениями она причиняла себе только больше боли. Но Еве казалось, что весь его ствол трется о швы в ее животе.       Недавние стоны превратились в крики, но Лиам уже не намеревался прерывать веселье. Он всем телом навалился на девушку, не давая ей свободы движения. Парень начал кусать и облизывать ее соски, сминая ладонями груди.       Он двигался нежно, позволяя Еве привыкнуть к новым чувствам, чтобы потом начать бесцеремонно вдалбливаться в ее тело до самого основания. По щекам девушки бежали реки слез, она хотела плакать, но давилась всхлипами и собственными соплями.       Лиам закрыл рот Евы рукой, стоило ей только один раз крикнуть громко. Он продолжал вторгаться ее тело, теперь уже кусая ее шею и ключицу. На коже девушки оставались слезы его зубов, некоторые даже кровоточили, но эта боль заглушала ту обжигающую агонию, которая бушевала ниже.       У девушки из влагалища текла кровь, пачкающая простыни и наполовину снятые штаны Лиама. Вся комната с ее закрытыми и зашторенными окнами провоняла кровью, потом и спермой. Лиам уже находился на пике, ему не хватало пары толчков, чтобы низвергнуть все свои соки в тело Евы, податливо держащей ноги раздвинутыми.       Действие таблеток подходит к концу, и разум Евы освобождается от навеянного тумана. Боль чувствуется сильнее, как если бы тысячи игл пронзили ее по очереди и на большой скорости сбил грузовик. Ева сначала, как через пленку, посмотрела на размытое лицо человека, отчаянно двигающегося в ее теле, затем закричала:       -Лиам, остановись! – слабыми, почти ватными руками она начала бить грудь парня. – Прекрати! Это неправильно.       Разгоряченный после необычной практики и напуганный видом крови, текущей по бедрам сестры, он просто резко схватил ее за горло, просто вдавив в кровать и сказал:       -Ты сама этого хотела! Вымаливала трахнуть тебя! – в лицо почти кричал он ей.       -Это не я, - выдавила он, пытаясь убрать его неожиданно большую руку. – Это таблетки.       -Какие еще таблетки!? – крикнул он, сильнее вдавливая девушку в кровать.       Ева ничего не говорила, она уже пришла в себя и ей теперь хватит ума молчать. Даже если Лиам сейчас убьет ее, она не скажет, что пьет экстази. Она не признает, что употребляет наркотики. Это ниже ее достоинства!       Но парню уже не нужны слова. Он смотрел Еве прямо в глаза. Ее зрачки были расширенны и были похожи на два темных блюдечка с зеленой каемочкой. Он не заметил этого сначала, потому что его привлекли другие части тела девушки. Вопрос «Что ты употребляла?» отпал как-то сам, когда Лиам увидел маленький бумажный конвертик с одной маленькой белой таблеткой.