Девять месяцев разврата

***

Как часто Иккинг Хэддок болел? Интересный вопрос. Парень не отличался крепким здоровьем в детстве, но если бы он был слишком хилым, то не выжил, верно? Будущий вождь не часто болел, но время от времени простуда всё равно настигала викинга. — Почему нельзя было переждать где-нибудь ливень, а потом вернуться?! — Астрид хлопотала около кровати парня, постоянно носилась с плошками и горшками с разными отварами, от которых Иккинг то и дело морщился и кашлял. — Тогда бы ты волновалась, — он ещё раз громко откашлялся. — К чему такая суматоха, присядь хоть на минуту раз пришла. — Хэддок еле-еле похлопал ладонью по толстой шкуре яка. — Ох, Иккинг, ты весь горишь. Ничего не помогает, мне нужно сходить к Готти, — Астрид поцеловала его в лоб и встала с постели. — Ладно, только возвращайся скорее, — парень тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Хофферсон не особо владела знаниями лекаря, но как сделать простой отвар из трав она знала. Девушка поспешила к дому старушки, окружённой со дня окончания войны с драконами Жуткими Жутями. Солнце постепенно закатывалось за горизонт, поэтому начинало холодать. Лёгкий свежий ветер колыхал светлые волосы, окуная в последние минуты заката. Астрид немного поёжилась от вечернего холода и продолжила путь. На удивление воительницы у дома Готти никого не было, впрочем, как и самой старушки. Маленькие надоедливые дракончики шаловливо выглядывали из-под крыши и урчали в знак приветствия. Хофферсон решила зайти внутрь, она полагала, что главный лекарь деревни находится где-то здесь, но дом был пуст. Астрид зашла в одну маленькую комнатушку, где на полках были расставлены разные снадобья и лекарства. Увы, ни одно средство никак не было помечено или названо, да и зачем, если Готти знала всё и без этого. Девушка была в растерянности, но нужно было что-то делать. Она увидела несколько листьев, завёрнутых тоненьким кусочком ткани. Астрид понюхала, решив, что из этого растения можно сделать отвар, и Иккингу полегчает. Хофферсон до конца не была уверена, что именно лекарство, а не что-то другое было взято в доме целительницы. Она вышла из дома и увидела Готти, старушка откуда-то возвращалась, а увидев свою хозяйку, прожорливые дракончики кинулись приветствовать её громким урчанием. Девушка опустила голову от стыда, ведь она без спроса взяла чужое, но целительница дотронулась до руки Астрид и воительница посмотрела на неё. — Простите меня, — затем добавила, — это же лекарство? Старушка ничего как обычно не сказала, но тихо захихикала. Она лишь покачала головой в знак того, что не время принимать это сейчас. Астрид понимала её без слов и со спокойной душой отправилась обратно к Хэддоку. Открыв массивную дверь, на пороге показался Иккинг. Он был немного сонным, но широко улыбался и искренне радовался приходу девушки. — А ну, живо в постель! — вместо слов приветствия грозно проговорила она. — Астрид, всё в порядке, я здоров. Простуда отступила. Ладно, проходи. Хофферсон не могла понять чудесного исцеления Хэддока, но решила не думать об этом, а заварить настой для парня. Иккинг сначала противился, но услышав про совет Готти, принялся пить. — Ну, как? — с осторожностью спросила воительница. — Вкусно, хочешь попробовать? — юноша протянул кружку. — Это нужно тебе, я не буду. Девушка размышляла над реакцией целительницы, Хофферсон не могла понять, почему Готти так странно засмеялась. Астрид задумалась и невольно вздрогнула, когда руки парня обняли талию сзади. Девушка и продолжила бы так сидеть, но Иккинг переместил одну ладонь на грудь, немного сжав через ткань одежды, а другой проникнул под юбку. Хофферсон немного выгнулась и ахнула, почувствовав его пальцы. — Что с тобой? — на выдохе прошептала девушка и снова тихо простонала. — Наверное это всё твой отвар, — он ухмыльнулся и прильнул к шее, оставляя мокрую дорожку от жадных поцелуев. — Как же соскучился по тебе, — Хэддок ещё плотнее прижался к ней, чтобы она смогла почувствовать, насколько сильно он изголодался по ней. Астрид не отвечала, девушка развернулась в его объятьях и легко толкнула на шкуры, нависнув. Парня не устроил такой поворот событий, и он резко развернулся, подминая Хофферсон под себя. Иккинг буквально сдирал одежду девушки, отчего той становилось не по себе. Астрид не привыкла видеть его таким. Да, он мог быть чувственным и страстным, но не настолько. — Ты, словно зверь! — прикрикнула она на него, но тут же получила страстный поцелуй, вскруживший голову. — Иккинг… Этот отрывистый шёпот вырвался у неё непроизвольно и был похож скорее на мольбу, чем на протест. Он поднял голову. Растерянность и страсть были в его зелёных пылающих глазах, пытливо вглядывавшихся в её вспыхнувшее лицо. — Ты хочешь, чтобы я прекратил? — хрипло выдохнул Хэддок. Астрид замотала головой, то, чего она так хотела, было невозможно выразить словами. Улыбка, тронувшая его глаза, была какой-то неживой, и всё же прежде, чем он опустил ресницы, Хофферсон заметила, как в тёмных глубинах огромных зрачков сверкнуло удовлетворение. Иккинг прошёлся дорожкой поцелуев от шеи до груди и стал исследовать её кончиком языка. Его тёплое дыхание скользило по коже, поднимая в Астрид жгучие волны возбуждения. Девушка позабыла о том, что Хэддок не снял с себя ни одной вещи за всё это время, она была озабочена его состоянием даже в такой момент. Астрид изо всех сил старалась не поддаваться на провокации шатена. Она подняла лицо парня, заставляя его смотреть ей в глаза. — Это осложнения после болезни, тебе стоит поспать, — Хофферсон старалась говорить спокойно. — Нет, я... — Астрид перебила. — Я ясно выразилась, — чуть строже проговорила она. — Ладно, но только полежи немного со мной, — умолял Иккинг. — Хорошо. Как только парень уснул, девушка покинула его дом в надежде, что больше такого инцидента не произойдёт. Да, она желала его всем телом, но такого напора с его стороны Астрид никогда не видела. Девушка любила его таким, какой он есть, поэтому каждое новое проявление было самым лучшим подарком, и она искренне надеялась, что этот далеко не последний.