Переступить черту

Рукия шагала по заброшенной дороге. Ее окружал лес, но она не позволяла себе бояться. Автобус довез ее только до окраины Сейрейтея, до городской больницы. Дальше транспорт не ходил, а такси Рукия брать побоялась — вдруг водителю запомнится странный маршрут. Девушка решила, что вполне способна преодолеть десяток километров пешком, но на проверку дорога оказалась вовсе не легкой, и мнившийся поначалу не особенно тяжелым рюкзак уже ощутимо оттягивал плечи. Да, в тот осенний день, когда Бьякуя привез ее сюда, десять километров промелькнули за окном, будто смех. Девушка готова была ехать с братом хоть на край света, но ее слегка удивило, когда Бьякуя остановил машину возле старого дома, запрятавшегося в лесной чащобе. Издалека здание подавляло своим величием, но при приближении становились видны следы запустения. Брат рассказывал ей историю поместья. – Эта земля принадлежала нашей семье еще триста лет назад. Но у моего прапрапрадеда Гинрея первыми родились близнецы. Один из них, по имени Кога, был удачлив, силен, но заносчив, жесток и своенравен. Но Гинрей считал, что сила духа важнее силы характера и отдал предпочтение второму, который не проявлял столь блистательных талантов, но был рассудительнее, уважительнее к старшим и не столь самоуверен. Соджун был выбран наследником перед всеми членами клана, но Кога не хотел смириться с волей отца. Он воспользовался своими личными связями, чтобы подделать завещание Гинрея и завладеть родовым поместьем. Соджун не смог или не захотел оспорить подделку: возможно, связи Коги были серьезнее, возможно, новоиспеченный глава клана не захотел бросать тень на честь семьи. Как бы то ни было, двести лет назад Кучики перебрались в городской особняк, где я живу сейчас. А эта земля на протяжении долгих лет принадлежала потомкам Коги Кучики, впрочем, они были лишены права носить эту фамилию. Но богатство, приобретенное неправедным путем, не приносит благополучия. От отца к сыновьям в роду Коги передавалась алчность, а бесчестье, раз отметив отца, множилось в поступках сыновей. Последний из потомков Коги сам стал жертвой махинаций куда более крупных хищников. Однако Кучики никогда не забывают своего долга перед фамилией. Я выкупил эту землю. Дела семьи должны решаться незаметно для чужих глаз, поэтому одним из условий сделки была конфиденциальность. Последний из Кога поставил свою подпись на договоре и улетел за океан, чтобы никогда сюда не возвращаться. Теперь семейная собственность вновь принадлежит нам. Пока никто не знает об этом, осталось уладить кое-какие формальности. Но вскоре я официально объявлю о возвращении нашего исконного владения. Бьякуя устремил взор на старое поместье. Рукия посмотрела в ту же сторону. Дряхлый и обветшалый дом, ставший причиной семейных раздоров, впитавший в себя высокомерие и все самые отталкивающие черты древнего аристократического рода. Строение не вызывало у нее теплых эмоций, но она понимала, почему оно дорого брату. Честь семьи всегда была для него одной из главных ценностей. А вот парк был по-прежнему красив, заброшенность придавала ему некое меланхоличное очарование и подчеркивала величие. — Ты все тут переделаешь, да? — Я наведу здесь порядок. — Пожалуйста, не меняй ничего в саду. Мне так нравятся вольно растущие деревья и буйство трав. Бьякуя молчал, и Рукия смутилась. — Прости, наверно, я слишком много прошу. Ведь это дом твоих предков. — Если ты хочешь, сад останется таким. Это и твой дом тоже. Вот, возьми, — он протянул ей ключ. И вот она снова здесь. Девушка подходила к дому с опаской. Что ее там ждет? Раз мелькнувшее среди облаков солнце опять спряталось за тучи, и в сером мартовском свете, в окружении голых деревьев огромное поместье выглядело зловеще. Окна зашторены, сухие листья и ветки у парадного подъезда, аллея и прилегающий парк не приведены в порядок и после зимы выглядят неряшливо, неприветливо. При мысли, что ей предстоит провести здесь несколько дней в полном одиночестве, Рукия поежилась. Нет, глупости! Бьякуя сказал, что приедет сюда за ней! Она поднялась по ступенькам (они жутковато скрипнули под ногами). Ключ легко вошел в скважину, и Кутики вступила в сумрачный холл. Высокий потолок уходил в бесконечность, свет почти не проникал сквозь плотные портьеры. Рукия осторожно закрыла за собой дверь, защелкнула замок и огляделась. Затем прошла по первому этажу. Заброшенные пустые комнаты, большая гостиная с камином, столовая, еще несколько комнат, о предназначении которых было трудно догадаться, так как из них была вынесена вся мебель. Пол, шторы, поверхность немногочисленных сохранившихся предметов обстановки – все было покрыто густым слоем пыли. Девушка дошла до кухни, единственного светлого помещения, окна которого не были зашторены. Попробовала отвернуть кран – вода текла. Уже хорошо. Открыла шкафы, и вдруг в одном из них обнаружила упаковку бутылок с минералкой. Она явно была принесена недавно. Бьякуя? Он уже здесь? Тут Кутики увидела отпечатки мужских ботинок, отчетливо просматривающиеся на пыльном полу. Сердце забилось, как сумасшедшее, и, непроизвольно ускоряя шаг, девушка пошла по следу. Широкая лестница вела на второй этаж, вправо уходил коридор. Дверь в самом конце была распахнута настежь. Уже не сверяясь со следом, повинуясь предчувствию, Кутики пошла к ней, затем побежала. Сейчас она увидит Бьякую, бросится ему на шею, и пусть даже он рассердится, что она так несдержанна. В комнате царила тьма. Скудный мартовский свет едва просачивался сквозь плотную ткань шторы, вырисовывая мужской силуэт в пальто с высоким воротником. — Бьякуя! Мужчина обернулся. В ту же секунду зажегся электрический свет. Позади Рукии стоял отвратительного вида громила и ухмылялся. А мужчина, которого она приняла за брата, был вовсе не похож на него. — Вот и ты! — вкрадчиво произнес он. — Долго же ты плутала в темноте. Извини, но я не люблю дневного света. — Кто вы? — Ох. Эти бесполезные вопросы. Ну, меня зовут Арониеро. И что, тебе это о чем-то говорит? Хватай ее, Глотенерия! Громила пошел на Рукию, девушка отпрыгнула, проворство помогало ей увернуться, но, хоть комната была большая, долго так продолжаться не могло. Арониеро решил помочь напарнику, пошел на нее с ножом. Вдвоем они зажимали ее в угол. Рукия понимала, что выхода нет, а Глотенерия уже протянул к ней руку. И тут дверь с грохотом слетела с петель. Нападавшие оглянулись. На пороге стоял Гриммджоу Джаггерджак. — Чем это вы тут заняты? Веселитесь? А старого друга примете в вашу компанию? Арониеро с Глотенерией расслабились, хотя и не до конца. — Пантера! Да мы и без тебя ее почти поймали. —Почти не считается. Эта девочка умеет проходить сквозь стены. Да, малышка? Только сегодня без твоего мальчика тебе придется несладко, это же он у нас специалист по преодолению законов пространства и прочим фокусам. Гриммджоу достал катану. — Эй, погоди, она нужна Айзену живой! — запротестовал Арониеро, но тут же был проткнут навылет клинком. Мужчина захрипел и рухнул на пол. Следующий удар сразил ничего не успевшего предпринять Глотенерию, только фонтан крови взвился вверх. Рукия задрожала. Гриммджоу казался ей куда более страшным, чем поверженные им бандиты. Девушка попыталась прошмыгнуть у него под рукой, но, конечно, ей это не удалось. —Куда торопишься, детка? — Джаггерджак схватил ее за плечо, клинок катаны блеснул прямо перед глазами. Кутики зажмурилась, но удара не последовало. Гримм стоял и как-то странно на нее смотрел. Когда он шел за девушкой, им руководила упрямая привычка во всем настоять на своем. Сбежав вместе с девчонкой прямо из-под его носа, Гранц переиграл его, а Секста никому не позволял одерживать над собой верх. И вот жертва в его руках, достаточно одного взмаха катаны, только что с ним? Наверное, это слабость после ранений, и в голове помутилось, но на месте маленькой брюнетки привиделась Орихиме, и взгляд у нее был не испуганный, а умоляющий. Гримм вспомнил, как Иноуэ держала его за руку, когда его колотила лихорадка, и он не мог даже стоять на ногах. Он и теперь не слишком-то уверенно на них держится, хоть и не покажет никому и не при каких обстоятельствах. И уж сил нанести один-единственный удар у него хватит. А что дальше? Джаггерджак вдруг подумал, что не хочет бежать из маленького домика, расположенного на окраине больничного парка. Только как он туда вернется после убийства, как посмотрит в глаза Орихиме? Послышались шаги, и в дверях показался Заэль с Форникарасом в руке.