История одной любви

      Когда зазвонил мобильник, Егор уже укладывал в чемодан последние вещи, коих оказалось не слишком много. Гораздо больше места занимали всякие подгузники, салфетки, питательные смеси и прочие необходимости для повседневной жизни малыша и его родителя. Да и времени на шоппинг не нашлось – попались горячие путевки. - Здравствуй, Егор. Это Илья Лутак тебя беспокоит. Сможешь уделить мне пару минут? - Здравствуйте, Илья Валерьянович, слушаю Вас, - настроение у Егора было на подъеме, он просто излучал флюиды счастья и добра. - Хотел пригласить тебя отдохнуть в горы. Ты, кажется, любил активный отдых? Вот я и хочу сделать тебе подарок на окончание университета. Вернее, я подумал, что тебе было бы полезно отдохнуть, и если ты не против, то я хотел бы сделать тебе такой подарок… - тараторил Илья, видимо боясь, что если он вдруг сделает паузу, то его пошлют. - Спасибо, Илья Валерьянович, за Ваше беспокойство. Но не стоит, я как раз упаковываю чемодан, у нас через три часа самолет на побережье. В этом году я решил отдохнуть не так активно. - А ты давно купил путевку? - Вчера, соблазнился сумасшедшей скидкой на горящий тур, - на волне положительных эмоций, щедро делился радостью Егор. - А ты уверен, что отель достойный, и тебе не придется делить жилплощадь с местными насекомыми? – Илья был хорошим «разведчиком» и никогда не задавал интересующие его вопросы в лоб. - Уверен. Нам там понравится. Отель «Эдельвейс», пять звезд, отзывы только положительные. И питание, и обслуживание, и анимация… Представляете, там даже ясли есть! – тут Егор почувствовал, что увлекся и чуть не сдал себя с потрохами, поэтому решил поскорее свернуть беседу. - Вы извините, Илья Валерьянович, я еще должен кое-что собрать до приезда такси. До свидания! - Да-да, конечно, хорошо вам отдохнуть!       «Информация лишней не бывает», - так всегда считал Илья Лутак. И сейчас этот принцип не дал сбоя. Он отметил, что Егор едет не один, и уделил особое внимание яслям. А это значило, что все это требовало срочных выяснений, да и планы по примирению сына с этим необычным омегой, Илья пока отменять не собирался.       Илья Валерианович раскладывал очередной пасьянс и уже который раз прогонял ситуацию снова и снова. Но картинка не хотела складываться, не хватало нескольких важных деталей – информация была неполной. - Привет, омичка, - голос Андрона вырвал его из размышлений. - Здравствуй, сынок. Какими судьбами к нам? - Да вот, завез пригласительные на ежегодный Губернаторский бал. А ты что такой задумчивый? Случилось что? – отрешенность родителя не осталась незамеченной. - Нет, все в порядке. Я с Горушкой разговаривал, - все так же отстранено сообщил омега. Андрон напрягся: - С Малиновским? – уточнил он, пытаясь спрятать свою заинтересованность. - С Шаниным, - усмехнулся Илья. - И как? У него «все хорошо, и спасибо, ничего не надо»? – не скрывая досаду, проговорил альфа. - Даже лучше. Впервые мы с ним мило поговорили, он был в настроении. И если бы не его «особое» отношение к нам, то я подумал бы, что он рад звонку. - Даже так? - Сам в шоке. На ужин останешься? - Да, с удовольствием, особенно если ты подробно расскажешь о разговоре с Георгием. - С Егором, сын, с Егором. Запомни это, особенно, если этот омега тебя еще интересует. - Запомню. Так ты расскажешь? - Да. И, надеюсь, ты тоже будешь со мной откровенным. Пойдем за стол. - Отца ждать не будем? - Он звонил, сказал, что задержится. *** - Андрон! Не юли, ты не на переговорах! Ты можешь мне подробно рассказать, что случилось вечером, накануне переезда Гошика в квартиру нанни? Ужин уже закончился и оми с сыном снова переместились в гостиную к ломберному столику, а разговор все не заканчивался и уже шел на повышенных тонах. - Да не помню я! – в сердцах рыкнул мужчина. Омега застыл шокированный такой реакцией сына. – Оми, я, правда, ничего не помню, - уже спокойней продолжил он, - Помню, как ужинали с Борисом Малиновским, он намекал, что у Гошика началась течка. Помню, что разговаривал по телефону с Ивановым, помню, что мы пошли в клуб, а потом ничего не помню. - Совсем?       Андрон молчал, пауза затягивалась. - Сы-ы-ын! – с угрозой в голосе позвал Илья. - Ничего… Помню утро… Как очнулся в холле у Малиновских, на полу, - Дрон молчал, Илья ждал. – Я привел себя в порядок, вызвал такси и уехал. Все! - А-а-а, так ты еще и «в беспорядке» был, - скорее утверждал, чем спрашивал Оми, - Сын, ты скотина!       Слова эти он не выплюнул во злобе, а скорее прошептал или прошелестел, как ветер. Потом Илья резко встал и покинул комнату. Он нашел еще несколько пазлов. Картина становилась яснее.       На следующее утро отец и сын Лутаки обнаружили в гостиной записку: «Уехал разгребать ошибки сына. Позвоню сам». Он намеренно не оставил свои координаты – не хотел, что бы за ним следом отправились его альфы.       Илья нашел Егора возле детского бассейна. Молодой, невероятно худой омега выделялся на фоне отдыхающих своей белой кожей. Он стоял в смешной детской панамке по пояс в воде и учил плавать годовалого мальчишку. Эти двое не нуждались в компании, им было настолько хорошо, что было даже завидно. - Здравствуй, Егор! - Здравствуйте, Илья Валерианович, - напрягся парень и начал озираться по сторонам. - Я один, Егор. Никто не знает, где я. И я с миром… - Если Вы сумели меня найти, то Вас найдут быстрее. Да и мир от Лутаков – весьма сомнительное удовольствие. - Ты сам мне рассказал, куда едешь. А своих я просил меня не искать.       Егор вместе с сыном выбрался из бассейна, разместил на шезлонге Ванечку и сам сел рядом. - Что Вам от меня надо, а, Илья Валерианович? Неужели, мое замужество с вашим сыном – единственная возможность решить дела? Ну не верю я в это! Вы платите такие деньжищи юристам, что они в состоянии не только несколько вариантов решения вопроса предложить, но и убедить парламент в принятии новых законов. Специально для Вас! – нервно рассмеялся Егор, - Зачем вам я? Илья, это что, такое развлечение – «придуши Гошика»? Или нет, это игра «кто быстрей достанет Гошика»! Я прав? – у парня от отчаяния начиналась истерика. – Тогда у вас получилось, а сейчас нет! Не получится! Нет больше Георгия Малиновского! Умер! Под натиском страстного жениха и опекой заботливых родителей!       Ванечка закапризничал. Егор посадил сына на колени, прижал его к себе и стал поглаживать спинку ребенка. Реакция сына немного его отрезвила: - Илья, будьте хоть Вы человеком! Ведь Вы единственный, кто пытался меня хоть как-то понять! Оставьте меня в покое, и сделайте так, чтобы Ваш сын забыл обо мне. - Хорошо, Егор. Я тебя услышал. Я постараюсь сделать так, что бы ты не испытал больше ни боли, ни унижений. Если хочешь кого-то наказать… - Да не надо никого наказывать! – перебил он старшего омегу, - Живите, как умеете, только без меня. - Я понял, Егор, понял. Не надо никого наказывать. Я сделаю все, чтобы ты был спокоен. Сюда никто не приедет, обещаю. Я сегодня же позвоню мужу и скажу, что отдыхаю с друзьями. - Обещайте, что ни Ваш сын, ни Ваш муж, ни Малиновские не приедут сюда. Вы им не скажете, что я здесь отдыхаю. Нам действительно нужно отдохнуть… - Обещаю. Только позволь мне побыть эти несколько дней рядом с вами, - Илья указал на заснувшего ребенка, - Хочу познакомиться с внуком. - С чего вы взяли, что Ванечка Ваш внук? – с вызовом разъяренной наседки выпалил Егор. - Он как две капли воды похож на Андрона, - улыбнулся Илья. – Я потом тебе его детские фото покажу, если захочешь.       Егор снова окуклился и начал строить вокруг себя стену. - Егор, Егор, я тебе обещал, что никто ничего не узнает! Не придумывай себе ничего, - поспешил успокоить парня старший омега. И немного тише добавил, - Просто буду верить, что ты сам ему однажды скажешь о сыне… Если посчитаешь возможным. Да и Ванечке это будет нужно.       Сердце Егорушки защемило. Илья действительно был единственным во всей этой истории, кому доверял парень. Да и если у Ванечки появится любящий нанни, будет здорово. - Хорошо, оставайтесь. Но я Вам ничего не обещаю – ни внимания, ни дружбы, ни встреч в будущем. - Меня все устраивает, - улыбнулся Лутак. Первый бой был выигран. - И еще, с Ванечкой будете видеться только в моем присутствии. И даже не думайте его украсть! Я лично придушу каждого, кто примет участие в этой затее!       Илья завис. Он и не предполагал, насколько глубоко недоверие к Лутакам. - И в мыслях не было, - растерянно произнес он. – Егор, неужели все так плохо? Неужели ты думаешь, что Лутаки способны на уголовное преступление? - Илья Валерьянович, изнасилование является уголовным преступлением? - Да, является… - Тогда - да! Способны. - Ты хочешь сказать, что Андрон тебя изнасиловал? Тогда? На даче у одногруппника? - На даче Артемьева не было ничего, я уже не раз говорил об этом. Изнасиловал он меня позже. Но говорить об этом я не хочу. - Прости, - крупная слеза покатилась по щеке Ильи, он понял, когда это случилось и уже понимал, как это было, - Я вырастил мерзавца… - Илья, если Вы хотите отдыхать в нашей компании, то Вам лучше не затрагивать темы, связанные с Георгием Малиновским. Мы с Ванечкой приехали сюда отдыхать, а не рефлексировать.       Ваня Илью признал сразу. Он таскался за своим нанни хвостиком, постоянно норовил забраться на ручки, а плавать соглашался только с Ильей. Когда Ванечка просыпался, то звал своего «ноня», и только когда видел его, готов был умываться и завтракать. Из-за капризов Ванечки, омеги расставались только после того, как ребенок засыпал, а появлялся Илья в номере у Шаниных раньше, чем просыпался Егор.       Сначала парня обуревала жуткая ревность, но потом он вспомнил, как легко ребенок шел на контакт с сотрудниками и со студентами, а буквально через пару дней он оценил помощь Ильи и сдался. Правда, время от времени, порыкивал то на одного, то на другого. Но больше так, для порядка. Илья видел все это и принимал линию поведения Егора. А о сверх-коммуникабельности своего внука он ничего не знал, поэтому буквально таял от внимания Ванечки. Лутак вообще в эти дни стал образцовым свекром. Он был готов на многое, если не на все, ради общения с внуком и примирения сына с Егором.       С Германом Архиповичем Илья общался почти каждый день. Он рассказывал почти все, что происходило вокруг него, но, как и обещал, ни разу не проболтался о своей настоящей компании. По совести сказать, Герман даже не обратил на это внимание, его даже не удивило, что его активный и любознательный, если не сказать любопытный, супруг ни разу за все время отдыха не съездил ни на одну экскурсию. Только однажды, в самом начале отдыха, он поинтересовался, каким образом омега собирается разгребать ошибки сына и о каких ошибках идет речь. На что Омега ответил: - Придет время - узнаешь!       Зная из личного опыта, что супруга можно пытать каленым железом, но он все равно ничего не скажет, Герман замолчал и больше не задавал лишних вопросов.       Егор был против того, что бы Илья фотографировался с Ванечкой, лишние улики ни к чему. Но донести эту мысль до местного фотографа не представлялось возможным, и тот, обнаружив в Илье благодарную, а главное, очень платежеспособную модель, казалось, стал его персональным летописцем.