История одной любви

      Первым о планах отца узнал Егор. В среду с утра ему позвонили из отдела защиты детей и предупредили о том, что на четверг соцработниками планируется посещение места жительства омеги на предмет оценки условий проживания ребенка. Безжизненным голосом соцработник сообщил, что на такие «проверки» их обычно посылают перед тем, как подать заявление на лишение родительских прав. - Скажите, а каким образом Вы определяете, кого следует проверять? – поинтересовался омега, голос его звенел от негодования. - Мы получаем жалобы от соседей, близких родственников, воспитателей или учителей. - На меня тоже написали жалобу? – изумился Егор. Врагов у него не было. По крайней мере, он о них не знал. - Да, Малиновский Борис Васильевич. Вы знакомы? - К сожалению… До свидания, буду ждать Вас в четверг, пропуск закажу заранее, если Вы перезвоните и сообщите фамилии. - Это лишнее, мы пройдем по удостоверениям.       Сначала звонок выбил Егора из колеи, но, поразмыслив, омега выдохнул с облегчением – когда обозначена проблема, пути решения ее обязательно найдутся. В конце концов, не придется больше мучаться «в ожидании зла». Омега постучался в кабинет ректора. - Михаил Павлович, я хотел отпроситься после обеда. Нужно в юридическую консультацию зайти. - Что случилось?       И парень выложил все, что узнал десять минут назад. - У нас свои юристы есть, - с этими словами он набрал номер завкафедрой гражданского права, - Тимур Викторович, помощь нужна, не найдете полчасика? Жду, - и, уже положив трубку, обратился к Егору, - Ну, что встал? Знаешь же, что Чепель кофе с молоком любит. У тебя молоко есть? - Сейчас будет! – улыбнулся Егор и побежал в столовую, где можно было купить молочка.       Через несколько минут после появления Чепеля, в кабинет пригласили профессора Хоцкого, а чуть позже приехал выпускник университета, теперь успешный адвокат Щеголеватых. Совещание затянулось больше чем на час. Проблема особых сложностей не вызывала. Получалось, что если исходить из того, что рассказал омега, то никаких законных оснований для лишения его родительских прав у суда нет. Но ведь никто не знает, что в качестве аргумента предъявит Малиновский, а одинокому омеге тяжело защититься еще и в силу общественных предрассудков. Составили список документов, которые необходимо подготовить, если дело дойдет до суда. Список лиц, которые могли бы свидетельствовать в пользу омеги. Но все в один голос заявляли, что идеальным решением будет замужество. Потому что, документы - это одно, а вот связи – это совсем другое. И жизненный опыт говорит, что последние надежней. Наличие же супруга автоматически лишает обвинения всех оснований. Так как именно супруг-альфа несет ответственность за своего омегу.       Вечером, как обычно, пришел Максим. Ужин, домашние дела, забота о ребенке – все было как в тумане. Мыслями Егор был далеко. Даже разговор с Савушкиным проходил мимо сознания. - Что-то ты напряженный сегодня, - разминая мышцы спины омеге, проговорил альфа. - У меня неприятности. Отец решил отобрать у меня сына. - Я могу тебе помочь? – с готовностью отозвался Савушкин. - Думаю, мне любая помощь понадобится, - и Егор начал подробно описывать дневные события.       Максим не перебивал, только внимательно слушал, кивал головой, время от времени одобрительно угукал. Не почувствовав осуждения, Егор расслабился, осмелел и рассказал о выводах юристов. - Крутовский самых лучших пригласил, так что у меня нет поводов им не доверять. Но решение, как буду отстаивать сына, еще не принял, - Егор замолчал.       Он не ждал от Максима ничего. Омеге было приятно, что его просто внимательно выслушали, поддержали. Он сидел, расслаблено откинувшись на широкую грудь Макса, и перебирал своими тонкими пальчиками длинные узловатые пальцы альфы. - Я готов выступать в суде на твоей стороне. Можешь на меня рассчитывать, - сказал Савушкин.       На Егора эти слова подействовали, как холодный отрезвляющий душ. Он уже не был наивным мальчиком, и понимал, что о замужестве с Максимом говорить еще рано. Но услышать от альфы, что он уже определил место Егору в своей жизни, и оно явно не первое, было неприятно. Лучше б альфа молчал, тогда у Егора хотя бы была возможность обманываться дальше. - Спасибо тебе, - еле выдавил из себя Егор, - Время позднее, тебе пора. Завтра рано вставать. ***       В четверг, как и договаривались, приехали из соцопеки. А чуть раньше к Егору пришел господин Щеглеватых. Он с наслаждением пил травяной чай, когда три угрюмые личности вошли в блок. Они дотошно осматривали комнату за комнатой, даже в кладовку заглянули. Потом задали кучу вопросов Егору, после чего попросили подписать протокол. Если до этого Щеглеватых не вмешивался, то теперь придирчиво вычитывал каждое слово. Он попросил внести в него несколько изменений, после чего дал омеге его прочитать и подписать.       Один из сотрудников службы, самый общительный из них, и, по-видимому, еще не очерствевший душой, решил подбодрить Егора и поделился информацией. Он говорил то, что Егор уже слышал от юристов, только объем информации был значительно меньше. Но и за это Егор был ему благодарен. Казалось бы, ничего неожиданного или необычного не произошло, но визит соцработников выбил Егора из колеи. Он метался по блоку, как раненый зверь и не мог дать выход своим эмоциям. Лилиан забрал Ванечку к себе с ночевкой, но омегу это не спасало. Наоборот, если капризы сына время от времени отвлекали его от тревожных мыслей, то теперь он загонял себя в угол. На Де Морелей он вообще рычал, только заслышав их голоса. - Алло, Илья? – ближе к вечеру Горушка решился позвонить Лутаку, - Это Егор. - Да, Горушка, что-то случилось? У тебя голос странный, - забеспокоился Илья Валерьянович. - Мне срочно надо выйти замуж за Андрона, - сильно нервничая, сообщил Егор. - Так, Егор, давай с начала и подробно. Что случилось? – шок, вперемешку с радостным возбуждением, поселился в душе старшего омеги.       И омежку прорвало. Он сбивался, перескакивал с места на место, и тараторил, не давая возможности вставить хоть слово, вываливал на Лутака все свои беды и боли. Когда поток иссяк, старший омега довольно сурово сказал: - А теперь ты возьмешь себя в руки и успокоишься! Что это за истерика с тобой случилась? – Егор не рассчитывал на отповедь, скорее на сочувствие, ведь он звонил Илье. А Лутак продолжил, - Ты не имеешь права раскисать! У тебя ребенок! С утра позвонишь своему адвокату и попросишь его составить брачный контракт. Условия сам определишь. А я завтра приеду и оплачу его услуги. Дальше будем действовать вместе. А сейчас прощаемся, ты мне подкинул массу срочных дел. Все остальное при встрече, - и связь прервалась.       Как ни странно, звонок помог. Егору стало значительно легче. Он не стал откладывать разговор с Щеглеватых и сразу позвонил ему.       Во всей этой истории Илья большой проблемы не усмотрел. Как говорят, если есть способ решения проблемы, то это уже не проблема, а трата времени, или денег. Времени у Ильи не было. Он давно был знаком с Малиновским и хорошо знал его характер. Этот альфа решал все дела быстро, без шума и с сокрушительным успехом. Теперь же перед омегой стояла задача опередить успешного предпринимателя.       Лутак обзвонил своих альф и, ничего не объясняя, попросил их срочно приехать домой. Потом он набрал домашний номер Ромы. Роман Власович был вне себя: - Да! – рявкнул он в трубку. - Рома, это Илья. У нас проблемка небольшая образовалась, хотелось бы с тобой посоветоваться, может, приедешь? – протараторил Илья Валерьянович. - Не сегодня, Илья! У меня тут идиот один образовался, срочно надо подлечить! – судя по рыку, «идиот» находился рядом с разгневанным омегой. - Ромочка, что ты имеешь в виду? – озадачился Илья. - Ты знаешь, что у нас есть внук? - Именно об этом я и хотел поговорить с тобой сегодня… - А ты знаешь, что мой супруг удумал? - Это и есть та самая проблемка… - Значит так, вы думайте, что можно сделать, если ОН упрется, а я побеседую с НИМ дома! - Варианты решения уже есть, Егор сам предложил… - Тогда действуйте! - Рома, а как ты себя чувствуешь? - Придушить Бориса здоровья хватит! - Не увлекайся! Помни о давлении и сердце. Если что, звони.       До приезда альф Илья успел заказать билеты на самолет себе и сыну, сообщил о своем времени прилета Егору. И начал складывать вещи в чемодан. ***       Илью Лутака в аэропорту встречал Лёнчик. Егора не пустили – побоялись его нервозного состояния. Армасу стоять в толпе с табличкой не пришлось. Он так часто рассматривал фотографии с моря, что знал лицо Ильи не хуже старшего омеги. Нашли общий язык они довольно быстро, проблемы способствуют налаживанию взаимопонимания. - Леонид, я хотел спросить, нам, случайно, по пути не попадутся свадебные бутики? - Думаете, стоит туда заехать? - Уверен. Времени у Егора может не оказаться, поэтому, надеюсь, он не откажется от нашей помощи. - Ну тогда парочка магазинов как раз попадется.       Илья решил остановиться у Егора. Омега отчаянно нуждался в поддержке людей, находящихся в одной «весовой категории» с Малиновским. И Лутак не стал ему отказывать. Правда, поддержка оказалась не совсем такой, на которую рассчитывал Егор. В последние дни молодой омега начал понимать, что в случае с Ильей Валериановичем, первое впечатление было обманчиво, как, впрочем, и второе.       Образ начал рушиться накануне, когда они разговаривали по телефону. А в тот момент, когда Егор увидел Илью на пороге своего блока увешанного чехлами и свертками в фирменной упаковке, а рядом Лёнчика, с фирменными пакетами в руках, сложившийся первоначально образ рухнул окончательно. Егор растерялся. Напор будущего свекра ошеломлял. - Ну что ты застыл как статуя самому себе? Приглашай нас в дом, готовь чай и давай мерить костюмы. Времени мало. Нам сегодня еще возвращать лишние. Адвокат уже был? - Здравствуйте, Илья, Лёня. Как я рад вам! – наконец-то, отмер Егор, - Проходите, конечно. Адвокат будет ближе к вечеру, ему же надо еще контракт составить, условия мы вчера по телефону обговорили. - Вот и славненько. А где Ванечка? – в Илье проснулся нанни.       Суматоха, которую внес в привычный быт Шанина Илья Валерианович, охватила всю омежью часть «профсоюза». Лёнчик и Лёвушка, лишенные удовольствия от собственных свадебных приготовлений, отрывались на подготовке церемонии Егора. Илья беззастенчиво пользовался их молодостью, мобильностью и омежьей страстью ко всяким украшательствам. Сам же Лутак старался как можно больше времени проводить с Ванечкой и Лилианом. Объединение усилий старших омег оказалась гениальным. Они дополняли идеи друг друга и были всегда друг у друга на подхвате. Получился очень гармоничный тандем. Илья знал чего хотел, а Лилиан знал, как и где это можно реализовать в его родном городе. Тем более что приходилось решать довольно неожиданные задачи. Одной из самых сложных оказалась убедить Егора в необходимости ужина в ресторане. Статус семей новобрачных требовал пафоса, а эмоциональное состояние и уровень отношений в ближайшем окружении – душевной атмосферы. Все понимали, что идея совместить такие разные вещи довольно авантюристична. Поэтому Егор настаивал на том, что лучше обойтись без ужина. Остальные омеги считали, что стоит рискнуть.       Через два дня в общежитии появился Андрон. Он сделал Егору официальное предложение. Контракт он подписал, едва пробежав глазами по тексту, никаких дополнений и изменений не потребовалось. Андрон был готов на любые условия. Внешне все выглядело по-деловому, но альфу выдавали подрагивающие пальцы и, временами, суетливые движения. Андрон не мог поверить своей удаче, иногда бросая жадные взгляды на Егора. Он понимал, что «осада крепости» после официальной церемонии легче не станет. Но твердо знал, что Егор теперь принадлежит только ему, а своего он не упустит.       В университете в эти дни Егор загрузил себя работой по максимуму. Даже старался не отвлекаться по пустякам, а в свободное время, если вдруг такое появлялось, он читал в Интернете законы и примеры из судебной практики. Чем больше читал, тем сильнее запутывался. Зайчик старался не выпускать друга из поля зрения ни на минуту. Как только у Шанина между бровей показывалась вертикальная морщинка, Лёвушка начинал одолевать омегу важными вопросами, типа «какого цвета нужно купить Андрону рубашку – снежно-белую или молочно-белую». Егор бесился, грозился прибить друга, но отвлекался от скорбных мыслей.       Как-то во время обеденного перерыва, в ректорат заглянул Максим Савушкин. Это был первый визит после того, как он высказал «искреннее» желание помочь Егору. Альфа заскочил на чашечку чая, об этом говорила коробка с пироженками в его руках. Он помогал накрывать на стол, когда увидел на пальце Егора кольцо: - Смотрю, ты принял решение, как будешь защищаться от отца. - Да, ты все верно заметил. - Признайся, никто у тебя ребенка не отбирает, просто это предлог такой, чтобы замуж побыстрее выйти. - Как тебе такое в голову пришло? - Да ладно, не оправдывайся. Теперь это уже не имеет значение. Хотя мне не приятно, что ты мной попользовался! – гневно сверкнул глазами Максим. Потом схватил пирожные и вышел, хлопнув дверью. - Что это было? – уточнил ошарашенный Егор. - Оскорбленное альфячье самолюбие. Жалко парня. Он, наверное, сам хотел тебе предложение сделать. - Не хотел. В его планах мне отводилась роль любовника. - Офигеть…       Через неделю, в пятницу, Егор Шанин и Андрон Лутак обручились в небольшом старом храме, что находился в пригороде. Это место когда-то давно нашел Лилиан, он же договорился о церемонии. Прошло все тихо и по-семейному уютно. Егор даже сумел расслабиться и испытать счастье, как будто эта свадьба была настоящей. Он не отстранялся от Андрона, когда тот обнимал, позволял себя целовать и даже отвечал альфе.       Ужин в ресторане был почти идеальным. Условности были соблюдены в деталях: громадные букеты живых цветов, шелковые скатерти, дорогая посуда. Все было предусмотрено. Даже то, как в зал «просочились» ушлые журналисты. А вот за закрытыми дверями уже было все по-свойски. Даже присутствие незнакомых Егору людей, то ли чиновников, то ли предпринимателей, не нарушило атмосферы, которая возникала во время встреч «членов профсоюза». Всего на ужин было приглашено чуть больше тридцати человек.       Поздно вечером, молодые супруги, смыв с себя заботы прошедшего дня и переодевшись в шелковые пижамы, сидели на громадной кровати в номере для новобрачных. Между ними на подносе стояли шампанское и клубника, которые скорее выполняли роль разделительной полосы, а не привычную – изысканного деликатеса. Егор посмотрел в глаза мужу и сказал то, что собирался озвучить еще в первые минуты после приезда Дрона: - Андрон, давай сразу договоримся, что прошлое мы обсуждать не будем. Никогда. Теперь для меня те события – история из жизни знакомого омеги, не больше. Но это не значит, что я не помню, каким жестоким ты можешь быть. Тем не менее, я тебе благодарен за то, что ты встал на мою сторону и согласился оформить со мной официальные отношения. Больше ничего просить не имею права. Я же обещаю, что пока мы считаемся супругами, не знаю, сколько это продлится – полгода, или год - твоей репутации ничего не будет угрожать. - Теперь я тебя никуда не отпущу. Ты мой, и изменить это я не позволю никому. Я обещаю сделать тебя счастливым, - голосом, не терпящим возражений, ответил Дрон и убрал поднос, - Сейчас ты устал, надо поспать.       И альфа, развернув Егора спиной к себе, прижал его к своей груди, укрыл их одеялом и засопел супругу в макушку. И Егор впервые в жизни почувствовал себя совершенно неуязвимым.