Заколдованный круг

Крепость Дарк-Маунт, на следующий день Астротрейн устало потёр оптику и, присев на низкий камень, сердито взглянул на окна Сильвергана и Старскрима. Возникло невероятное желание запустить туда ракету, но он отказался от этой идеи, вспомнив, что такое действие придёт к его собственной смерти. Он оставался на месте, пока ему не наскучила бессмысленность такого времяпрепровождения, и решил прогуляться за пределы крепости. Окрестности были объяты лёгким туманом, результатом возобновившегося промышленного процветания Кибертрона. Астротрейн прошёл добрую половину пути, заблудившись в розоватом энергоновом смоге, размышляя о своём несчастье, как вдруг на кого-то наткнулся. На самом деле, не просто на кого-то, а на.… — Ты? — сердито рявкнул он. — И я рад тебя видеть, Трейн, — ответил трёхрежимник, с беспокойным видом расправляя плечи. — Не потрудишься объяснить, почему ты ушёл из армии десептиконов? — спросил шаттл-формер, всё ещё не в силах смириться с предательством своего лучшего друга. — Мне наскучило тупое правление Гальватрона, — ответил Блицвинг, заранее раздражённый расспросами. — Не потрудишься объяснить, как можно быть настолько глупым, чтобы переспать со Старскримом? — парировал он, шлёпнув Астротрейна по шлему. — Праймус! Трейн! О чём ты только думал? Двое роботов пристально смотрели друг на друга, скрывая взаимное смятение. Даже несмотря на предательство, их старые привычки оставались неизменны, например, шлёпать друг друга по шлему, чтобы подчеркнуть свои слова. — Мне наскучило то, как я жил, — наконец ответил Астротрейн. — Скорее уж тебе наскучила жизнь в принципе. Старскрим, может быть, и привлекателен, и хорош на платформе, но он источник проблем. Я говорил тебе, Трейн, но ты не слушал! — возразил Блицвинг. — Хватит меня опекать! Два трёърежимника теперь стояли очень близко, уставившись друг на друга, как гладиаторы, готовые к бою. — Похоже, я недостаточно тебя опекал, чу-чу! — усмехнулся Бильцвинг. Удар по дентапластинам заставил его пошатнуться. Он презрительно выплюнул немного энергона. — Но никогда не поздно исправить ошибку! Трёхрежимники бросились друг на друга, мстительно колотя по первым попавшимся местам, сминая обшивку кулаками. Они били друг друга в течение доброй половины цикла, пока Битцвинг, наконец, не рухнул на колени и не поднял руку в знак капитуляции. — Ладно, ладно! Ты злишься больше, чем я! — признал танк-формер перед старым другом. — Я сдаюсь! Астротрейн опустил кулак, но сердитое выражение не покидало его лица. — Что ты знаешь о моём гневе? — рявкнул он. — Ничего! — Я знаю всё. Все в главном штабе автоботов говорят о Старскриме, Сильвергане и тебе, Трейн, — быстро объяснил Блицвинг. — Я знаю… это непросто, но ты должен забыть Старскрима. Он бондмейт Сильвергана, будущего лидера десептиконов. Ты не можешь бросить ему вызов! Окуляры шаттл-формера превратились в щелочки. Он схватил Блицвинга за шею и рывком поставил на ноги. — Что ты сейчас сказал… о Сильвергане? — прорычал он. — Он будущий… лидер десептиконов. — Лицо Блицвинга внезапно вытянулось. — Я не должен раскрывать тебе эту информацию, — сообщил он, закусив губу. — Либо ты скажешь больше, чем должен, либо вообще не будешь говорить, — возразил Астротрейн, сжимая сильнее. Танк-формер быстро сдался перед угрозами бывшего солётника. — Успокойся, Трейн. Я всё расскажу, — сказал Блицвианг, вцепившись в руку бывшего друга. — Сильверган не знает об этом, но Родимус Прайм использует его, чтобы заключить перемирие с десептиконами. На Чаар ежедневно отправляют энергон от имени Сильвергана, «нового Мегатрона». Десептиконы купились на это. Я слышал, Прайм и Магнус через несколько циклов примут их делегацию. К удивлению Блицвинга на лице Астротрейна расцвела почти свирепая улыбка, прежде чем он разжал хватку и отбросил старого друга назад. — По крайней мере, теперь у меня есть способ навредить Сильвергану, не подвергая опасности себя. С губ Астротрейна сорвался зловещий смешок, когда он направился обратно к крепости. Блицвинг невольно покачал головой, поражаясь перемене в характере Астротрейна. — Праймус, что Страскрим с тобой сделал?

****

Кварта Старскрима и Сильвергана Юный гладиатор выпутался из клубка ног и крыльев, плотно его облепивших, и осторожно переложил Старскрима на спину, стараясь не поцарапать крылья. Сикер неслышно застонал в перезарядке, но не проснулся. Сильверган улыбнулся, и поцеловал крылатого в лоб, проведя по идеальным чертам тёмного лица пальцем. Затем он бесшумно ушёл, оставив Старскрима наедине с его снами. Сильверган направился в ту часть крепости, в которой ещё не был, внимательно осматривая стены, панели пола и потолка в поисках следов Мегатрона. Старскрим объяснил ему, что Шлаковщик лично спроектировал это место в мельчайших деталях, сам выбирая сцены военных сражений, которые украшали коридоры и тронный зал. Для него было своего рода загадкой, как Шлаковщик мог так сильно отличаться от него, учитывая, что они разделяли одно программное обеспечение на двоих. Однако теперь все эти соображения лишь зря колыхали воздух: он ведь уже никогда не станет Мегатроном, правда? Он шёл дальше, пока не оказался во внутреннем дворике, где возвышалась статуя Мегатрона в натуральную величину. В руке Шлаковщик держал штандарт с насаженной на него головой. Правая нога статуи давила на массивное обезглавленное тело трансформера, на разбитом торсе которого была изображена автоботская инсигния. — Это изображение Оптимуса Прайма, побеждённого Мегатроном. Или, лучше сказать, сцена, которую Мегатрон мечтал воплотить в жизнь. Сильверган круто развернулся и встал лицом к незваному гостю, который следовал за ним по пятам вот уже полцикла. — Зачем ты здесь, Астротрейн? — спросил он немного раздражённо. Трёхрежимник не потрудился ответить, и прошёл мимо него, чтобы, наконец, остановиться перед статуей. — Мегатрон верил, что сможет полностью уничтожить Оптимуса Прайма, но реальность оказалась иной. Когда он смертельно ранил Прайма, лидер автоботов сам оставил его на грани уничтожения. Именно Старскрим нанёс ему последний и смертельный удар. Сильвергану не понравился взгляд, которым одарил его Астротрейн: отвергнутый любовник Старскрима что-то задумал. — Я повторяю, Астротрейн: зачем ты здесь? Готов поспорить, ты пришёл не из вежливости. Астротрейн изобразил на лице озорную ухмылку. — Ты веришь Родимусу Прайму, не так ли? — спросил он. — Тебе никогда не приходило в процессор, что он тобой манипулирует? Сильверган не смог сдержать удивлённого взгляда на своего соперника. — Это что, шутка? Лучше меня не злить, это я тебе гарантирую, — парировал он. — Я услышал достаточно. У меня нет времени на твои игры, — добавил он, уходя. — Это не шутка. Я получил информацию от своего старого друга, он рассказал мне, что Родимус Прайм регулярно отправляет десептиконам энергон, якобы от твоего имени. Он планирует назначить тебя новым лидером десептиконов. Новым Мегатроном! Сильверган был не из тех, кто показывает свои эмоции, услышав плохие новости, но слова Астротрейна совершенно выбили его из колеи. Он тупо уставился на трёхрежимника, который ответил ему дьявольской ухмылкой. Тогда Сильверган понял, что его главный соперник получает огромное удовольствие, наблюдая за его смятением, и к нему вернулось некоторое самообладание. — Ты лжёшь! — возразил он, вокалайзер затрещал от едва сдерживаемых эмоций. Ухмылка Астротрейна стала шире. — Ты не спрашивал себя, почему он переселил тебя сюда, в крепость Дарк-Маунт, символ империи десептиконов? — промурлыкал трёхрежимник. — Он хочет, чтобы его лидер десептиконов был готов к маскараду. Сильверган заскрежетал дентами, чувствуя, как энергон ударяет в лицо, и волна гнева захлестывает всё его существо. Кипя от ярости, он прожигал взглядом Астротрейна, который благоразумно отпрянул, и с трудом подавил желание избить его до полусмерти. — Я ухожу, — наконец сообщил он Астротрейну, проходя мимо него. — Берегись: если ты солгал мне, я заставлю тебя сильно пожалеть, — добавил он, бросив на высокого меха пылающий взгляд, чтобы подчеркнуть свою угрозу.

*

— Ты меня только порадуешь, — возразил Астротрейн, спокойно кивая с насмешливой улыбкой на губах. Сильверган раздражённо зарычал и пошёл прочь, даже не оглянувшись. Энергетическое поле бывшего гладиатора безошибочно выдавало его беспокойство и гнев, доказывая, что Астротрейн попал в точку. Он, очевидно, полностью доверял Родимусу Прайму, и знать, что он что-то замышляет с десептиконами и использует его, было равносильно удару в спину. — Твоя очередь страдать, Сильверган, — побормотал себе под нос трёхрежимник.

****

Крепость Дарк-Маунт — Мог бы и подождать, пока я проснусь, прежде чем уходить, — буркнул сикер, немного раздосадованный тем, что вышел из перезарядки в одиночестве на огромной платформе. Он бы не отказался от ласки после пробуждения. — Куда вот он делся? Он отправился в свою лабораторию и ворчал на Сильвергана за его побег ещё добрый брийм, пока любопытство и досада не взяли верх. — Дорогой, где ты? Почему ты покинул меня этим утром? — спросил он, как только открыл коммлинк с гладиатором. — Мне здесь так одиноко! — пожаловался он. — Прости, маленький принц, но я должен кое-что спросить у Родимуса Прайма. Я сейчас направляюсь в главный штаб автоботов. Старскрим нахмурился, услышав голос Сильвергана. В нём ясно слышались разочарование и гнев. — Ты в порядке, Сильвер? Ты кажешься... разочарованным. Что-то случилось с временным мостом? — спросил он, внезапно испугавшись худшего. — Ничего важного. Поговорим позже. Связь прервалась, оставив Старскрима в состоянии неопределённости. Что происходит с Сильверганом? Если это не было связано с временным мостом, то проблема определённо возникла из-за Астротрейна. Что произошло между ними сегодня утром? Они поссорились? Старскрим прикусил губу и подумал о том, чтобы позвонить бывшему любовнику и узнать что точно случилось, но тут же отбросил эту идею. Астротрейн ненавидел его, он не ответит на коммлинк. Чувствуя себя потерянным и бесполезным, сикер рассеянно оглядел свою лабораторию и, наконец, сосредоточился на своем творении, лежащем на ремонтной платформе. Оно станет ключом к решению всех его проблем с трёхрежимником; элементом, который привнесёт мир между Сильверганом, Астротрейном и им самим. — Нельзя терять ни клика, — прошептал он, пытаясь убедить себя в успехе собственного плана. — Я должен разбудить тебя, сейчас же. Он решительно направился к платформе и открыл кокпит сикера в поисках камеры искры. Вскоре стало видно свечение жизненного ядра, вызвавшее дрожь в собственной искре Старскрима. Он создал жизненное ядро Сансторма из фрагмента собственной искры много ворн назад, когда его охватило такое тёмное отчаяние, что он, не колеблясь, рискнул своей жизнью, выполняя этот опасный эксперимент. Он был одарённым ученым и преуспел в создании искры клона. Сансторм всё это время находился в искусственном стазисе, ожидая, когда его полностью соберут. Теперь до его рождения оставались считанные мгновения. — Проснись, мой дорогай Сансторм, — прошептал он лежащему без сознания роботу, целуя его в лоб. Затем отступил назад и нажал кнопку на медицинском аппарате, подключенном к платформе. — Моё совершенное творение. По телу сикера пробежала голубая молния и тут же погасла в розоватой сфере жизни. Старскрим ещё раз проверил показатели медицинского оборудования и, найдя их обнадёживающими, закрыл камеру искры Сансторма. Услышав лёгкий стон, сорвавшийся с губ его создания, он удовлетворенно улыбнулся и склонился над сикером, просунув руку под шею сикера. — Тише, Сансторм. Я здесь, — заверил он, осторожно потянув его за шею и плечи, чтобы помочь принять сидячее положение. Красная оптика устремила на него вопросительный взгляд. Сансторм выглядел всё более растерянно, когда начал запрашивать данные в своём банке памяти и обнаружил, что тот абсолютно пуст. — Кто... я? — спросил сикер, голос его почти идеально соответствовал голосовой частоте Старскрима. — Кто ты? — Ты — Сансторм, мой брат. Я — Старскрим, — ответил бывший командующий ВВС. — С тобой произошёл несчастный случай на поле боя, и ты потерял память, — добавил он, повторяя ложь, которую планировал преподнести своему клону. Объяснение не успокоило серебристо-золотого сикера, только усилило панику. Старскрим обнял его, пока дезориентированный сикер не свалился с платформы. — Я ничего не помню! — всхлипнул Сансторм. — Тшш! Успокойся, Солнышко, — прошептал Старскрим и поцеловал тёмный шлем, когда Сансторм захныкал. — Я расскажу тебе всё, что тебе нужно знать о нас с тобой. Всё будет хорошо, поверь мне, — заверил он. Сансторм всхлипнул громче, готовый расплакаться, и уткнулся лицом в шею своего «брата». Старскрим продолжал шептать слова утешения и гладить его, пока не почувствовал, как его создание расслабилось в его объятиях.

****

Главный штаб автоботов Родимус Прайм был немного удивлён, когда Брандмауэр сообщил, что в приёмной кабинета его ожидает Сильверган. Он сразу заподозрил, что гладиатор раскусил его попытки примирения с десептиконами. Чувство неловкости только усилилось, когда молодой гладиатор вошёл в кабинет, сердито сверкая оптикой. Сильверган знал о секретных переговорах с десептиконами и был взбешен тем, что ему не сообщили об этом. Родимус Прайм почувствовал, как в топливных баках образуется пустота, когда он ненадолго задумался о том, что, если Сильверган даст волю своей природной жестокости, эта ложь может привести к печальным последствиям. — Я знаю, почему ты пришёл, — наконец сказал он, надеясь, что признание в предательстве успокоит Сильвергана. — Зачем ты это сделал? — процедил гладиатор сквозь стиснутые денты. — Чего ты пытаешься достичь? Продать меня десептиконам? Родимус Прайм почувствовал ком в горле, когда понял, что Сильверган задыхается от ярости. Однако он немного расслабился, когда понял, что гладиатор пришёл безоружным: у него не было ни термоядерной пушки, ни топора. Он, конечно же, оставил их в крепости, чтобы избежать недопонимания. Другими словами, он пришёл сюда, чтобы получить объяснения, а не убивать его. Родимус Прайм вздохнул с облегчением. — Пожалуйста, присаживайся. Я всё тебе объясню, — спокойно сказал он, показывая на стоящий в кабинете удобный диван. Серебряный гладиатор неохотно подошёл к дивану и сел, в то время как Родимус Прайм устроился на стуле, стараясь держаться на безопасном расстоянии от своего опасного гостя. — Ну... Я жду объяснений! — попросил Сильверган, всё с тем же гневом в голосе. — Конечно… Я… Я обеспечиваю десептиконов регулярными поставками энергона. Я официально заявил, что ты, Сильверган, новый Мегатрон и новый лидер десептиконов, попросил меня организовать мирные переговоры между десептиконами и автоботами. Лежащие на бёдрах руки Сильвергана сжались в кулаки, но он не двинулся с места. По суровому выражению его лица Родимус Прайм прекрасно понял, что гладиатор прилагает все усилия, чтобы сдержать нарастающий гнев. — Почему ты так поступил? — Десептиконы имеют естественную склонность к насилию и беспорядкам и могут обратиться против себе подобных. Мегатрон прекрасно понимал эту проблему и правил ими железной рукой. Гальватрон держал их в узде с помощью террора. — Родимус Прайм прочистил вокадайзер, заметив, что голос у него дрожит. — Теперь у десептиконов новый лидер — Циклонус. Он может призвать к мести против тебя и автоботов. Или, возможно, он окажется недостаточно силен, чтобы удержать десептиконов в узде, что приведёт к хаосу. Прайм замолк, внимательно наблюдая за Сильверганом. Гладиатор немного успокоился и обратил на него всё своё внимание. — Я всё равно не понимаю. Почему ты солгал, говоря, что я хочу быть их лидером и послал им энергон от моего имени? — спросил Сильверган более спокойным голосом. — Разве ты не помнишь, что произошло на поле боя, когда ты бросил вызов Гальватрону? — дрожащим голосом спросил Родимус Прайм. Он встал и подошёл, чтобы сесть рядом с гладиатором. Сильверган напрягся, когда лидер автоботов положил руку ему на плечо. — Девастатор отказался раздавить тебя под своей пятой и открыто восстал против Гальватрона. Видя, что конструктиконы встали на твою сторону, другие десептиконы отказались нападать на тебя! — объяснил Родимус Прайм. — Сильверган, во время этой битвы они выбрали тебя своим новым лидером. Ты убил Гальватрона: согласно Кодексу верности десептиконов, написанному самим Шлаковщиком, ты их новый законный лидер. Молодой гладиатор уставился на него, явно шокированный. — Я... Лидер десептиконов? — он запнулся. — Ты говоришь мне правду или это очередная ложь? Родимус Прайм кивнул и улыбнулся ему. — Я не вру. Ты единственный, кто может образумить десептиконов и вернуть мир между нашими фракциями. — Он крепче сжал плечо Сильвергана. — Пожалуйста, Сильверган, помоги мне установить мир на Кибертроне, ради всех кибертронцев и других рас во Вселенной! — умоляюще добавил он. Сильверган не двигался с места, в замешательстве глядя на Прайма. То же самое чувствовалось и в его энергетическом поле: пылкий гладиатор был смущён и даже растерян. — Ты как, всё нормально? — спросил Родимус, немного обеспокоенный неуверенностью собеседника. — Я… Я никогда не думал, что однажды меня попросят возглавить часть кибертронцев или установить мир на этой планете, — признался сбитый с толку мех. — Я был создан для того, чтобы убивать, калечить, разрушать и, в конце концов, быть выброшенным на свалку, как только надоем квинтессонам. А не для того чтобы... — Ты изменил свою судьбу. Ты уже не тот гладиатор, которому суждено было стать тем, кто разрушит Кибертрон. Ты сказал «нет» этой судьбе и изменил её. Ты пример для каждого кибертронца и наш единственный шанс установить мир между нашими народами. — Родимус Прайм убрал руку с плеча Сильвергана, чтобы дать гладиатору немного личного пространства. —Что скажешь? Сильверган снова уставился на него: в его оптике до сих пор плескалось замешательство, но дискомфорта уже не было. — Хорошо. Я постараюсь помочь тебе в этом деле, — наконец чётко произнёс он. Родимус Прайм молча кивнул. — Спасибо, — сказал он с улыбкой. — Я рад, что ты согласился. Вообще-то, я ожидаю визита Циклонуса через пару циклов.

****

Лаборатория Старскрима Бывший ученый не мог оторвать взгляда от ярко окрашенного сикера. Хотя он и делал вид, что работает за компьютером, на самом деле краем глаза наблюдал за Санстормом, составляя очень точный отчёт о его поведении. После краткого приступа слезливости серебристо-золотой сикер успокоился и попросил энергона, а затем и восковой душ. Сейчас Сансторм заканчивал сушить нагрудную пластину, вытирая последние капли воскового шампуня. По языку тела сикера Старскрим мог сказать, что он одарён такой же грацией и чувственностью, как он сам. «Да, Астротрейн втюрится с первого взгляда», — подумал он, позволив улыбке тронуть свои губы. Но она быстро исчезла, потому как на стол перед ним приземлился кибертронский аналог губки. — Что ты делаешь? — спросил Старскрим, бросив вопросительный взгляд на своё творение. — Я не хочу здесь оставаться, здесь слишком темно и уныло. Я хочу выйти наружу, — без тени колебания в голосе ответил Сансторм. Он скрестил руки на груди и гордо вздернул подбородок. —Я слишком красив, чтобы оставаться в этом отстойнике! — добавил он, смотря свысока. — Ты что..? — Старскрим чуть не упал со стула и уставился на своего клона, разинув рот. «Праймус, он унаследовал моё эго... если не хуже», — в шоке подумал он. — Брат, я хочу прогуляться! — настаивал Сансторм, а затем выдал: — Я уверен, что кто-то посторонний помнит о моём совершенстве и сможет рассказать мне о моём прошлом. Старскрим издал нервный смешок, прежде чем взять себя в руки. — Тебе нужно немного отдохнуть, Солнышко. Мы выйдем наружу чуть позже, — сказал он в надежде, что это удовлетворит капризного близнеца. — Нет! Я ХОЧУ ВЫЙТИ СЕЙЧАС ЖЕ! — завопил Сансторм так громко, что Старскриму пришлось прикрыть аудиосенсоры. — Я ХОЧУ ВЫЙТИ. Я ХОЧУ УВИДЕТЬ ДРУГИХ МЕХА. Я СЛИШКОМ ИСКЛЮЧИТЕЛЕН, ЧТОБЫ ПРЯТАТЬСЯ В ЭТОЙ ДЫРЕ! — Сансторм, успокойся! — Я НЕ ХОЧУ УСПОКАИВАТЬСЯ! Я ХОЧУ ВЫЙТИ НАРУЖУ! Старскрим прикусил нижнюю губу и быстро оценил ситуацию. Должно быть, в личностных программах Сансторма произошёл сбой, который усилил его эгоистичные и капризные стороны. Взглянув на клона, он заметил, что сикер стал очень раздражённым. Существовал риск, что Сансторм нападёт на него, если не получит желаемое. Старскрим был уверен в своей силе и опыте воина, он легко мог справиться с Санстормом, однако не хотел причинять ему вреда. — Хорошо, Солнышко, мы немного прогуляемся на свежем воздухе. Всего на цикл, хорошо? После мы вернемся сюда, и ты хорошенько отдохнёшь, — предложил Старскрим. «А потом я помещу тебя в стазис и взгляну на твои глюканутые программы», — мысленно добавил он. Сансторм изобразил торжествующую улыбку и грациозно сложил крылья.

*

Старскрим решил привести Сансторма в заброшенную часть крепости Дарк-Маунт, в которой хранились старые статуи Мегатрона и военные реликвии. Никому не нравилось прогуливаться среди этих кривляющихся штампованных статуй Шлаковщика. Риск наткнуться на кого-либо был минимален. — Кто это? — спросил Сансторм, указывая на статую. — Он выглядит старым и уродливым, но от него исходит какая-то сила и харизма. Старскрим одарил его полуулыбкой. — Это Мегатрон, раньше он был нашим лидером. Также известен как Шлаковщик, потому что превращал своих врагов в пепел благодаря термоядерной пушке, — тихо объяснил он. — Я был одним из его солдат? — Конечно, ведь в начале войны ты был одним из моих сотриадников. Ты, наверное, не помнишь, но я был первым заместителем Мегатрона, а также командующим его ВВС! — объяснил Старскрим. — Тогда ты действительно был важной персоной! — Сансторм бросил восхищённый взгляд на своего так называемого брата. Старскрим почувствовал, как его переполняет гордость. — Это хорошо. Мне бы не хотелось быть братом неудачника! А то я уж заподозрил в тебе одного из них из-за ужасного места, в котором ты живешь, — закончил Сансторм с чувственной ухмылкой. Трехцветный сикер снова разинул рот, неверяще глядя на своего клона, поражённый уровнем его эгоизма и самомнения. — Хм… Давай заглянем во вторую комнату, — наконец ответил Старскрим, увлекая Сансторма к следующей двери. Они вошли в другое большое помещение, украшенное мрачными фресками и бесчисленными статуями, в основном изображающими Шлаковщика. — Кто это? — спросил Сансторм, указывая на ряд статуй. — Я же сказал тебе, это Мегатрон, — ответил Старскрим, всё ещё потрясенный последним комментарием Сансторма. Он даже не потрудился посмотреть, о чем Сансторм говорит. — Здесь много статуй в его честь! — Нет, я говорил не о статуях, идиот! Я про этого меха... Старскрим бросил полный ужаса взгляд на Сансторма, не веря, что клон посмел назвать его «идиотом», а затем в сторону неизвестного меха. Выражение его лица стало ещё более испуганным, когда он узнал робота, который стоял рядом со статуей, изображающей тройку трёхрежимников: Октана, Блицвинга и… «Нет, только не Астротрейн! Такую личность Сансторма ему видеть не следует!» — в панике подумал он. Он схватил клона за запястье и потянул сикера назад. — Мы сейчас же уходим! — заявил он, потянув сильнее, когда Сансторм начал упираться. — Пора возвращаться в мою лабораторию! — Эй, оставь меня в покое, придурок! — запротестовал серебристо-золотой сикер и, наконец, пнул Старскрима в колено. Сикер вскрикнул от боли и ослабил хватку на руке мстительного клона, который с радостью убежал из-под его контроля в направлении Астротрейна. — Эй, ты, стой! Я хочу задать тебе вопрос!

*

Астротрейн поморщился, когда столь знакомый пронзительный голос достиг его аудиосенсоров. У сикера хватило наглости обратиться к нему после всего, что произошло. — Оставь меня в покое! Я думал, в прошлый раз я ясно дал понять: я не хочу тебя больше видеть! — прорычал он, не оборачиваясь. — Дырявая шестерня! — бросил он, уходя. Он остановился, когда почувствовал, как холодное дуло пушки упёрлось ему в затылок. — Никто не поворачивается ко мне спиной и не оскорбляет меня! — Нет, остановись! Астротрейн напрягся, услышав два голоса: они были очень похожи, но в то же время неуловимо отличались друг от друга. Что-то было не так… — Что, шарк побери, ты творишь, Скример? — застонал трёхрежимник и обернулся. — Тебе ещё не надоели твои...? Астротрейн потерял дар речи, когда его оптика встретилась с ярко-красными линзами на ангельски прекрасной тёмной лицевой пластине, по которой расплылась дерзкая улыбка. — Вот так-то лучше! — прошептал прекрасный сикер, опуская нуль-луч. Он подошёл ближе, позволив тонкому стеклу своего кокпита коснуться литой нагрудной пластины Астротрейна. — А теперь скажи мне, красавчик, ты меня помнишь? — Чт…что? — Сбитый с толку шаттл-формер смотрел на сикера, который с соблазнительной улыбкой чувственно положил тёмную руку ему на предплечье. Это был голос Старскрима, его дразнящее поведение, его манера снисходительно разговаривать, но не его цветовая схема. Искра Астротрейна вспыхнула в груди, как в старые добрые времена, когда его бондмейт так очаровательно его дразнил. Однако что-то неуловимо изменилось. — Кто… Кто ты такой? — Сансторм, немедленно прекрати! Словно во сне, настоящий Старскрим, прихрамывая, подошёл к ним, схватил своего золотого близнеца за локоть и бесцеремонно оттащил его назад, несмотря на протестующий крик. — Мне очень жаль… Мы должны уйти сейчас же! — извинился он, уводя негодующего брата прочь. — Убери от меня свои руки! — взвизгнул серебристо-золотой сикер и, наконец, ударил Старскрима по лицу. — Я хочу поговорить с этим меха… наедине! — Как ты смеешь давать мне пощечину? — заскулил Старскрим, с возмущённым видом потирая щёку. Оптика Астротрейна переключилась с трехцветного сикера на двухцветного, анализируя каждый дюйм их обшивки. Он заметил шок на лице первого и гнев на лице второго. Сканирование их энергетических полей позволило ему осознать невероятную реальность. — Клон! Ты создал собственного клона! — воскликнул он, свирепо глядя на Старскрима. — Ты что, спятил? Сикер поспешно подошёл к нему, в панике жестикулируя. — Послушай, Астро, это недоразумение. Я отведу Сансторма в свою лабораторию, и тогда мы поговорим вдвоём. Так нормально? Ответ совершенно не устроил Астротрейна. — Нет, это не нормально! Я хочу, чтобы ты объяснил мне, зачем ты создал клона и почему ты здесь, с ним, в этом пустынном месте! — прорычал он, теперь уверенный, что это новая уловка Старскрима, призванная унизить его, Астротрейна. — Это вышло случайно, клянусь! — ответил Старскрим, поднимая руки в знак капитуляции. — Успокойся! — О, ну конечно, случайно? — Астротрейн заскрежетал дентами и пронзил сикера сердитым взглядом. — Тогда не потрудишься объяснить, почему этот маленький сикер пытался меня соблазнить? — Он не пытался тебя соблазнить! — О, да, ещё как пытался! Он прижимался ко мне кокпитом и погладил предплечье, — усмехнулся Астротрейн. — Что клон, что оригинал: одного поля кристаллы! — Хватит меня оскорблять! — Старскрим сердито сверкнул оптикой. — И, между прочим, если сикер тебя касается, это вовсе не значит, что он хочет с тобой интерфейса! — добавил он низким, угрожающим голосом. Терпение Астротрейна готово было лопнуть, и он всерьёз обдумывал возможность выбить из сикера весь шлак. — Ох, ну простите, моё мнение о сикерах основано на моём опыте общения с тобой, — прорычал он и шагнул ближе к Старскриму. Он наклонился над меньшим мехом, стараясь избежать телесного контакта. — Разве ты не помнишь? Малейшего прикосновения к крыльям было достаточно, чтобы превратить тебя в самого грязного интера, какого только видел Кибертрон за всю свою историю! — выплюнул он. В очередной раз разозлившись, сикер едва смог сдержать ярость и поднял нуль-лучи. — Тебе лучше извиниться передо мной за эти оскорбления, или я заставлю тебя их выкрикивать! — пригрозил он. — Серьёзно? Ты забыл, что если причинишь боль мне, то причинишь боль и себе, и Сильвергану? — холодно парировал Астротрейн, скрестив руки на груди. — Пожалуйста, начинай... — поддразнил он. Сикер немедленно опустил оружие и пристально посмотрел на бывшего любовника. — Ублюдок! — Дешёвый интер!

*

Сансторму стало совсем скучно. Старскрим и красавец-трансформер спорили уже целый брийм и совсем забыли о его присутствии. Юный сикер почувствовал себя униженным и покинутым, что глубоко задело его самолюбие. — Может, уже прекратите спорить и ответите на мой вопрос? — взвизгнул он наконец в приступе раздражения. Двое других недовольно на него посмотрели. — Заткнись! — сказали они одновременно, прежде чем вернуться к перебранке. Сансторм дрожал от гнева, его энергон буквально кипел. Он сжал кулаки, испытывая сильное искушение пристрелить двух наглых конов, которые, не удовлетворившись его игнорированием, ещё и оскорбили его. — Вы глупые… низкопробные... отвратительные… кретины! — наконец выкрикнул он. — АААААААРРРХХХ! — закричал он, но безрезультатно, Старскрим и другой мех продолжали осыпать друг друга оскорблениями с редким энтузиазмом. Определённо раздосадованный, Сансторм решил, что лучший способ отомстить за свою гордость — это презирать их. Он больше не станет с ними разговаривать. Он развернулся, взмахнув крыльями, и ушёл. — О, так это я тебя соблазнил? Только послушай себя! Ты чуть не изнасиловал меня в первый раз! — услышал он вой Старскрима. — Я... изнасиловал тебя? Сам-то себя послушай! В тот вечер ты был согласен на всё! — прогремел высокий мех. — Хм! Отвратительный и пустой разговор! — надменно заключил Сансторм, нервно складывая и расправляя крылья. — К счастью, я выше этого, но мой брат меня сильно разочаровывает. Он продолжил путь по огромному помещению, населённому только статуями военачальника десептиконов, которые провожали его бесстрастными взглядами. Остановившись перед одной из них, чтобы рассмотреть её поближе, он был в некотором роде покорен лицом Мегатрона: черты его лица были резкими, но всё же не лишены красоты, или, если быть более точным, необузданной привлекательности. Однако он нашёл его менее притягательным, чем высокого серо-фиолетового робота, который спорил со Старскримом. — Я становлюсь таким же глупым, как мой брат, если думаю о таких тривиальных вещах? — поругал он себя. — Мне и правда пора подышать свежим воздухом! Сансторм осмотрел помещение в поисках двери или хотя бы окна и заметил в углу группу из трёх громоздких тёмных роботов. — Эй! Вы! Не знаете, где здесь выход? — спросил он. Однако три робота не ответили ему и даже не посмотрели в его сторону, что окончательно вывело сикера из себя. — Я с вами разговариваю, придурки! И хочу получить ответ! — закричал он, направляясь к ним с разъяренным выражением лица. Оказавшись перед одним из роботов, который стоял к нему спиной, он ударил его по голове. — И смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Робот повернулся к нему лицом, и Сансторм ахнул, увидев клыки и единственный окуляр. Он в страхе отпрянул, когда чудовищный робот угрожающе зарычал. — Не... не приближайся ко мне, — заикаясь, пробормотал он, поднимая нуль-лучи.

*

Старскрим и Астротрейн прекратили свои препирательства, услышав крик Сансторма. В их памяти всплыли самые мрачные часы сикера, когда ему приходилось ежедневно проходить через трёпку от Мегатрона. До их слуха донёсся второй крик, ещё более ужасный, чем первый: это был крик боли и страха, очень похожий на предсмертный хрип. Двое трансформеров потрясенно посмотрели друг на друга. — Сансторм! Сансторм! Где ты?! — крикнул Старскрим, бросаясь в направлении криков, Астротрейн следовал за ним по пятам. Они быстро добрались до атриума, где Сансторм лежал на полу, как раз вовремя, чтобы увидеть, как тёмный и громоздкий робот оторвал половину крыла у избитого сикера, а затем тяжело пнул его в спину. Старскрим сразу узнал единственный окуляр, огромную клыкастую пасть и массивные крылья. — Вампирикон! — воскликнул он, привлекая внимание ужасной машины. Двое других представителей его вида продемонстрировали свои зловещие очертания, выйдя из тени гигантской статуи. — Что? Кто они?! — спросил Астротрейн, доставая винтовку из сабспейса на бедре. — Вампириконы… Они пришли из прошлого, чтобы забрать меня! — ответил Старскрим, трясясь от страха. — Только через мой труп! — ответил трёхрежимник, бросаясь на монстров. — Прикрой меня! Старскрим с недоумением наблюдал, как Астротрейн бьет вампирикона кулаком в лицо. Древний робот упал навзничь, освобождая спину Сансторма. Двое его помощников немедленно бросились на Астротрейна, который приготовился к удару. Собравшись с духом, сикер активировал нуль-лучи и прицелился в двух вампириконов. Они зашипели, когда лазер попал им в спины, и с громким лязгом упали на пол. — Быстрее! Надолго их это не задержит! — крикнул Старскрим, подбегая к Сансторму. Он перевернул его и почувствовал, что его искра раскололась надвое от степени повреждений сикера. — О, моё бедное Солнышко, — прошептал он. — Мне... больно… пожалуйста… помоги, — простонал Сансторм, по его щекам бежали энергоновые слёзы. — Поторопись, Старскрим! Нам нужно бежать отсюда! — настаивал Астротрейн, опускаясь на колени и просовывая руку под спину и плечи Сансторма и поднимая его с пола. Инстинктивно, избитый сикер обхватил Астротрейна за шею и плечи, пряча лицо в его широкой груди. — Вот так, держись крепче, — тихо сказал трёхрежимник, а затем посмотрел на Старскрима. — Выход вон там! — сообщил он, указывая подбородком. Они бежали так быстро, как только могли, и их темп увеличился, когда они услышали, что шаги трёх нападавших становятся всё громче и громче. Старкрим буквально бросился к панели управления двери, лихорадочно набирая код. — Они близко! — услышал он. Дверь, наконец, распахнулась, позволив Старскриму и Астротрейну выбежать в коридор. Сикер с той же паникой снова набрал код, и дверь закрылась как раз вовремя, придавив ногу одному из вампириконов, когда тот попытался заблокировать её. Вскоре по коридору разнеслось эхо сильных ударов по металлу. — Мы должны найти охранников и поднять тревогу, — сказал Астротрейн. — Они казались очень сильными. Это лишь вопрос времени, прежде чем они выломают дверь. — Он взглянул на Старскрима, который выглядел очень напугано. — Ты в порядке? Старскрим испуганно уставился на бывшего любовника, не в силах вымолвить ни слова. Лицо его внезапно исказила отвратительная гримаса, и он указал на другой конец коридора. Трёхрежимник обернулся и увидел, что проход в десяти метрах от них перекрыт ещё одним вампириконом. Посмотрев в другую сторону, он заметил, что очередной древний робот перекрыл им путь к отступлению. — Шлак побери! Мы окружены! — выругался он, когда Старскрим прижался к нему в поисках защиты.