Обещания

      Как и предсказывала доктор Аикава, на третий день боль в колене начала значительно утихать, да и отёк заметно спал, впервые принося долгожданное облегчение. Устав изнывать от вынужденного ничегонеделанья, Акихито, наконец, почувствовал себя способным действовать.       Неразрешённая ссора всё ещё вызывала тревожное опасение. Однако теперь, по крайней мере, раненая нога не удерживала дома. Умом молодой фотограф понимал, что возвращение к привычной активности не порадует дурное расположение духа Асами, но...       Акихито устал ждать.       Он должен был вернуться в свой привычный распорядок дня, а в первую очередь — навестить в больнице Кио. Акихито постоянно узнавал о самочувствии Тамуры и знал, что парнишка медленно идёт на поправку. Однако чувство вины и ответственности буквально съедали фотографа изнутри, и желание убедиться собственными глазами, что его юный протеже в порядке, было почти невыносимым.       С того вечера стрельбы в «Кэйдо» прошло пять дней, и, хотя Акихито больше всего не хотелось лишний раз злить Асами, далее мириться с подобной ситуацией юноша был не намерен. По правде говоря, нетипичное поведение якудзы серьёзно беспокоило молодого журналиста, и всё же... что он, интересно, должен с этим сделать?        — Такаба Акихито... Честно, я бы тебе не советовал.       Ну конечно. Как и ожидалось, на выходе из квартиры перед носом репортёра моментально всплыла широкая грудь. Зачем Асами вообще оставляет здесь своих людей? Само собой, Акихито понимал: дело не просто в присмотре за квартирой. Этот неизлечимый собственник желает постоянно его контролировать. Следить. Не дать сделать и шагу. А сейчас и подавно — после невольного обмана и побега в «Кэйдо» Такаба вообще слабо понимал, почему его до сих пор в прямом смысле слова не посадили на цепь.       Несомненно, Асами был способен на это. Однако, вероятно, даже он не решался преступать подобную черту.       Пока не решался.       Акихито стало тошно от подобной мысли, и он недовольно зыркнул на Суо.        — Пропусти! У меня дела.       Оба понимали, что Акихито, гипотетически, волен уходить, когда желает. Однако фотограф с некоторым удивлением заставил себя признаться: кажется, этот профессиональный шкаф пытается предостеречь его от лишних неприятностей. Однако что толку сидеть в золотой клетке, если гнетущее напряжение, повисшее между ним и Асами, ни на йоту не собирается уменьшаться?       Суо явно колебался.        — Лучше бы тебе переждать бурю, — сухо заметил мужчина.       Акихито решительно поджал губы и, резко выдохнув, выпалил:        — Если у великого и ужасного очередное обострение хронического дурного настроения, то я не хотел бы встретить свою старость, когда это наконец изменится.       Кажется, уголок губы грозного телохранителя на секунду дёрнулся вверх в лёгком полусмешке... или же это Акихито только почудилось? В любом случае мужчина отклонился в сторону, давая фотографу возможность пройти.        — Спасибо. — Акихито обернулся, поспешно втискивая кнопку лифта. — Эй, надеюсь, ты не увяжешься следом?       Лицо телохранителя снова стало профессионально непроницаемым.        — Увы. Мне придётся сопровождать тебя.       «Да что ж это такое?!»       У Акихито язык чесался высказать всё, что он об этом думает, однако Суо явно не был тем, на кого есть смысл выливать поток претензий. В конце концов, он просто выполняет то, что велит босс.        — Не плетись за мной, ясно? Если так нужно, иди где-нибудь на расстоянии. Я не хочу привлекать лишнее внимание!       Акихито, упёрто стиснув пальцами ремень сумки и в нетерпении ускорив шаг, уже был готов продолжить длительную тираду, однако мужчина коротко кивнул:        — Ладно. Только поедем мы на машине.        — Что...       Фотографу захотелось взвыть.       «На машине? Знаю я, какие у господина и повелителя "неприметные" машины!»       Снова возмутиться, однако, помешала настойчивая трель телефона. Акихито глянул на дисплей и в третий раз за день едва не обмер.       Асами? Какого дьявола, он ведь ещё из дома выйти не успел!       Юноша остановился и потёр переносицу. Наверное, сам Суо или кто-то из тех двух других шкафоподобных ребят, что остались в холле, доложил боссу.       «А чего, собственно, я ожидал?»       Акихито до жути не хотелось ещё больше расстраивать Асами. Однако дальше продолжаться негласный домашний арест просто не мог. В конце концов, пора уже перешагнуть неприятный осадок от событий пятидневной давности.        — Да?       Акихито и сам не заметил, как нажал на кнопку принятия вызова. Фотограф моментально ощутил лёгкую панику: отсутствие хоть какого-нибудь нормального разговора за последние дни заставляло чувствовать себя не в своей тарелке.        — Мне кажется, или кто-то был весьма болен?       Голос не был злым или нетерпеливым — обычный спокойный, твёрдый и чуть надменный тон. Однако скорость, с которой Асами отреагировал на маленькую вольность Акихито, указывала на сильную рассерженность и недовольство.        — Нога... в полном порядке. Между прочим, размяться даже полезно...        — Вот как.       Такаба сжал трубку. Разговор решительно не клеился. Ну почему между ними всё всегда должно быть так сложно? Парень вздохнул и резким жестом взъерошил волосы. К чёрту всю неуверенность!        — Асами.        — Да.        — Я же ненадолго. Буду дома к вечеру. Я... — Акихито хотел добавить «обещаю», но вовремя прикусил язык. Не нужно этих пустых фраз. В случае подорванного доверия подобное разбрасывание слов могло только навредить.        — Уж постарайся, — холодно ответил Асами, а затем неожиданно выдал: — И только попробуй успеть найти неприятности.       «Какого?!»       Акихито медленно выдохнул сквозь зубы, заставляя себя успокоиться, и тихо пробубнил:        — Я даже не буду это комментировать.       Мужчина, определённо, до сих пор был очень зол. Однако... их отношения, по крайней мере, сдвинулись с мёртвой точки.        — Как хочешь.       Голос якудзы был строгим и сухим, но Акихито не мог не услышать нотки недовольства. В любом случае, мужчина хотя бы не стал предъявлять бессмысленные претензии, и это уже определенно могло назваться маленьким, но всё же прогрессом.        — Асами... — фотограф покосился на громоздкую фигуру телохранителя, тактично замершую в отдалении, — твоя тень может не ползти за мной следом?        — Нет.        — Но...        — Нет.       Спорить дальше, видимо, было бесполезно.        — Ладно.       Что ж, наивно было предполагать, что Асами уступит ещё хоть в чём-нибудь — и потому пока что вполне достаточно и одной маленькой победы.       Засунув телефон в карман, Акихито поплёлся в сторону ожидавшего в гараже Суо. К великой радости фотографа, телохранитель успел выбрать вполне себе не вычурное транспортное средство. Слава богам, не придётся привлекать к себе излишнее внимание, заявляясь к воротам городской больницы на каком-нибудь дорогущем лимузине!        — Куда тебе? — уточнил Суо, садясь за руль.        — В больницу. Мне надо...        — Я понял.       Верно. Мужчина ведь и был тем, кто непосредственно позаботился о Кио, и, разумеется, прекрасно знал, где он сейчас.       Всю дорогу Акихито точило ноющее беспокойство, вызванное ничем иным, как чувством вины. Сейчас он, наконец, сможет увидеть Кио — несчастного парнишку... которому так и не сумел помочь. Отчаянное положение семьи заставило Тамуру обратиться к частному фотодетективу. Однако ничего хорошего так и не вышло: профессиональная настойчивость и упёртость Акихито в его стремлении выяснить правду, неожиданно сыграв злую шутку, перекинулись на наивного юношу. И это едва не стоило ему жизни.       Акихито не знал, правда ли Кио тогда оттолкнул его от пули. Быть может, юный заказчик и сам не соображал, что творит. Однако факт оставался фактом: они потерпели унизительное поражение, и сейчас предпринимать хоть какие-нибудь малейшие действия было смертельно опасно. Любая попытка доказать махинации управляющего дома, в котором снимала квартиру семья Тамуры, может просто-напросто вывести на них людей Уэно.        — Акихито? Какой сюрприз! Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть!       За невесёлыми размышлениями Такаба даже не заметил, как успел найти нужную палату. При виде живого и улыбающегося Кио губы фотографа сами потянулись в радостную улыбку, однако замерли, когда Акихито сумел его хорошенько рассмотреть.        — Ох, Кио... — растерянно выдохнул репортёр.       Парнишка действительно выглядел плохо: очень бледный, осунувшийся и тревожный. И это только внешние проявления; Акихито прекрасно мог себе представить, какую моральную травму мог получить его нерадивый протеже. Ладно ещё сама стрельба, сумасшедшая погоня и ранение... но то, какой ужас можно пережить, просто оставшись в одиночестве, истекая кровью в ожидании неизвестно чего... Это определённо слишком жестоко для простого молодого парнишки.        — Ну же, не делай такое скорбное лицо, — с укором заметил Тамура, прерывая мрачные мысли Акихито. — Ты так и собираешься стоять в дверях или всё же войдешь и подаришь мне, наконец, мой шоколад?       Акихито хмыкнул и, подойдя к кровати Кио, протянул парнишке купленный заранее пакет со сладостями и фруктами.        — Я счастлив, что с тобой всё хорошо.       Возможно, парнишка был даже излишне весёлым, что вполне могло оказаться всего-навсего психологической защитой. Однако это было, несомненно, лучше, чем впадать в депрессию или дрожать от страха.        — Да, я тоже... — Кио внезапно запнулся и уставился на него пугающе серьёзно. — Акихито. Мне не нравится, что у тебя такое... виноватое выражение. Это просто нечестно!        — П... почему?       Тамура вздохнул, отложив на прикроватный столик свёрток с подарками, и покачал головой.        — Потому что это я должен вымаливать у тебя прощение! Только я виноват, что произошла... вся эта дрянь. Ты предупреждал меня быть осторожным. Но если бы я не попёрся в этот проклятый клуб или не потерял бы твой фотоаппарат, ничего бы не случилось!       Акихито, казалось, ударили под дых. Получается, каждый винит в случившемся себя?        — Ты не виноват в этом...        — Кто знает? Но... я утянул тебя в свои проблемы. А не имел права поступать так эгоистично!        — Кио...        — Пожалуйста, дай мне выговориться! — Парнишка упрямо зажмурился, не желая слушать. — Когда ты ушёл, чтобы... отвлечь этих громил, я чуть с ума не сошел. Тебя могли поймать или убить... мы могли погибнуть оба.       Растерявшись, Такаба попытался что-нибудь ответить, но в это время Кио решительно сжал кулаки и снова покачал головой.        — Чёрт возьми, я даже не знаю, что за люди пришли тогда спасти меня и кто оплачивает всё это лечение! Или почему полиция не задала ни одного вопроса?.. — Парнишка смял пальцами простынь и снова вскинул голову. В его глазах читались беспокойство и лёгкий упрёк. — Акихито... на что тебе пришлось пойти, чтобы устроить всё это?       Да уж, наивно было предполагать, что Кио не станет задавать вопросов. Акихито смотрел в его живые карие глаза, и внезапно... внезапно что-то щёлкнуло в груди, словно нить, удерживающая душу неким непонятным грузом, наконец, лопнула, и по телу разлилась бесконечная волна облегчения. Что стало причиной такой неожиданной перемены? Просто Акихито вдруг понял: всё, что произошло за последние пять дней — нарушенное обещание, побег в «Кэйдо», полученная травма и эта ужасная ссора с Асами — было не напрасно.        — Это не имеет никакого значения, — неожиданно улыбнувшись и легко потрепав взъерошенные волосы Кио, ответил Акихито. — Ты жив... мы оба живы, и это главное. Нет смысла решать, кто и в чём виноват. Пока что просто нужно собраться с силами и выжидать... пока не настанет время разобраться с твоим сволочным домовладельцем.       Глаза Кио расширились в изумлении.        — То есть ты... не собираешься бросать это дело?       Акихито поджал губы почти обиженно, а затем ухмыльнулся.        — Разумеется, нет! Это было бы... хах, непрофессионально.       На такое дерзкое заявление Тамура Кио мог только расплыться в улыбке.

***

      Глядя на проплывающие за стеклом дома и деревья, Акихито, наконец, смог почувствовать некое подобие внутреннего спокойствия и ясности. Образ бледного, но радостного и живого Кио, всё ещё стоял перед глазами.       «Мне повезло, что на свете есть люди с такой доброй душой, как у тебя, Акихито».       Кожа на руке до сих пор мягко горела приятным теплом — он уже собирался прощаться и уходить, когда парнишка, неожиданно схватив его за запястье, тихо прошептал: «Спасибо».       Не зря. Да, всё произошедшее не было напрасным. Если испорченные отношения с Асами были ему платой за спасение жизни друга... что ж, тогда это можно назвать справедливой ценой.       «И сегодня вечером мы во что бы то ни стало обязаны поговорить».       Акихито сжал кулаки и опустил голову. Нельзя было сказать, что он не нервничал. Непредсказуемость поведения якудзы вселяла тревогу: что не так пойдёт на этот раз? Непохоже, чтобы самого Асами не тяготила их ссора, однако... оба до сих пор не сделали ни шагу для примирения. Акихито не знал, как объяснить свой побег. Асами не желал прощать. Замкнутый круг.        — ... Ты в порядке? Мы приехали.       Голос Суо выдернул Акихито из окончательного скатывания в мрачные мысли.        — Да. Конечно, в порядке.       Он не лгал? Наверное, нет. Акихито взъерошил волосы и глубоко вдохнул.       «Хватит ныть! Может, он и правда напугал меня той ночью, но... Я сам в этом виноват. Если Кио жив только благодаря Асами... Это я должен ещё раз умолять его попытаться простить меня».       Акихито улыбнулся, облокотившись о стенку лифта. С решимостью пришло и успокоение: будь что будет. Чем закончится их разговор, не так уж важно. По крайней мере, он хотя бы попробует вернуть всё на круги своя.       «Может, приготовить ужин? Вроде в холодильнике был запас продуктов...»       Погрузившись в мысли, Акихито шагнул на нужный этаж вслед за Суо.        — Вот дерьмо!..       Мгновение — и сильная рука неожиданным рывком толкнула его назад и в сторону.        — Что...       Широкая спина телохранителя закрыла обзор, и всё внутри фотографа похолодело, когда подозрительную тишину пронзил щелчок возводимого курка.        — Молчи, — тихо проговорил Суо. — И держись за мной, понял?        — Что происх...       Акихито запнулся, когда взгляд его упал на ручку двери, ведущую в холл перед квартирой Асами.       Те два оставшихся шкафа что... закрыть за ними не могли? Почему тогда...       Суо, перехватив поудобнее оружие, резко толкнул плечом дверь.       Акихито показалось, что у него из-под ног разом выбили землю. Все стены были покрыты следами от пуль; на полу растеклась кровь — много крови — и оба телохранителя, так раздражавшие Акихито утром, неподвижно лежали на полу в неудобно выгнутых позах.       «Что тут...»        — ... аба. Такаба!       Кто-то ощутимо тряс его за плечо. Акихито, борясь с подступившей тошнотой, медленно перевёл взгляд с распростёртых тел, и перед глазами фотографа сфокусировалось лицо Суо.        — Я должен проверить дом! Ты остаёшься здесь, понял? В квартиру ни шагу!       Акихито вяло, заторможенно кивнул. Может, ему всё это снится? Быть не может... Это же не привычные разборки мафиози в криминальных подворотнях. Это ведь дом Асами... и его дом! Он собирался сейчас думать об ужине, так какого чёрта...        — Возьми. Если что, кричи.       Суо скрылся за входной дверью, а ладони Акихито неожиданно нащупали пистолет. Металлический холод сунутого телохранителем оружия, словно пощёчина, мгновенно отрезвил мысли.       Это всё происходит на самом деле. Не сон. И не шутка.       Фотограф бросился к ближайшему лежащему на полу человеку, и пальцы, не обращая внимания на липкую кровь, коснулись чужой кожи, пытаясь нащупать пульс.       Секунда, три, пять, десять... Тишина. Ни единого толчка.       «Мёртв...»       Простая констатация факта. На негнущихся ногах Акихито поднялся и шагнул к другому телохранителю.       «Суо... Суо, где же ты? Стрельбы не слышно, но...»        — Ой!       Внезапно в пальцы отдал слабый толчок, и сердце молодого репортёра забилось сильнее. Руки сами, почти наугад, нащупывали на кнопках телефона номер вызова скорой помощи, а дрожащий голос сбивчиво диктовал знакомый адрес.       «Он жив, жив! Слава богам... Жив!»        — Такаба! — предупреждающе раздался голос Суо. — Я вхожу.       Акихито выдохнул, разжимая на чужом оружии побелевшие пальцы. Можно подумать, он вообще стал бы стрелять... Пистолет со стуком звякнул о пол.        — В квартире чисто. Кто бы это ни сделал, он уже ушёл, — сказал телохранитель, поднимая оружие. Второе своё он, однако, в кобуру не спрятал.        — Один ещё жив, — тихо пробормотал Акихито. — Я вызвал скорую...        — Хорошо. — Суо быстро опустился рядом. — Принеси аптечку и бинты. Я попытаюсь что-нибудь сделать.       Кивнув, Акихито умчался. Мужчина, одной рукой ослабляя галстук раненого коллеги, второй сердито жал кнопки мобильного.        — Киришима, — выпалил телохранитель, едва на другом конце подняли трубку. — Почему я не могу дозвониться до босса?!       Собеседник начал что-то объяснять, но Суо прервал его:        — Неважно. Боюсь, тебе всё же придётся побеспокоить Асами-сама. — Телохранитель окинул взглядом холл, неожиданно ставший местом зверской перестрелки. — У нас неприятности.