Обещания

       — Я предупреждал вас: всё должно быть готово к пятнице.        — Прошу прощения, Асами-сан. Однако мои люди делают всё возможное, и...       Асами провёл ладонью по безупречно уложенным волосам и откинулся в удобном офисном кресле, прикрыв глаза.       «Я чувствую себя слишком измотанным в последнее время».       В общем-то, мужчина прекрасно понимал причину: напряжение, скапливающееся в период подготовки к крупной и рискованной сделке, давало о себе знать. Кроме того, даже дома не было ни малейшей возможности расслабиться после того, как...       «Акихито».       Бизнесмен досадливо поджал губы: почему ссора с этим маленьким чудовищем настолько сильно влияла и на работу, и на отношения с окружающими? Несмотря на, казалось бы, безукоризненно выработанную выдержку, раз за разом мужчина ловил себя на проявлении чрезмерной эмоциональности. Накапливающееся раздражение, вспышки необоснованного гнева и постоянное дурное настроение заставляли подчиненных ходить вокруг едва ли не на цыпочках и шарахаться при малейшем движении босса. А что ещё за сегодняшняя выходка? Асами помнил, какого самообладания ему стоило не отдавать Суо приказа просто насильно запереть импульсивного мальчишку дома.       Разумеется, это было бы перебором — даже у всепрощающего сердца Акихито должны быть какие-то пределы. Мужчина не знал, правда ли этот непроходимый упрямец с самого начала был намерен его одурачить. Да, пусть из-за недавней идиотской выходки Асами был чудовищно взбешён, пусть он зол и рассержен до сих пор... но в тот момент ведь его пальцы вцепились в шею мальчишки. И захлестнувшая несдержанность едва не заставила Асами перейти черту, за которой, возможно, Акихито однажды простил бы его, но никогда бы больше не стал полностью и безоговорочно доверять себя любовнику.       «Довольно. Пусть мне это и не нравится, но сегодня нужно было уступить этому сущему недоразумению немного свободы».       В конце концов, молодой фотограф, хоть и имел поразительную способность постоянно вляпываться по самое нехочу в разнообразные неприятности, в этот раз не собирался совершать ничего опасного или глупого.       Вполуха продолжая выслушивать доводы собеседника на другом конце провода, мужчина потянулся за бутылкой дорогого виски. Янтарная капля жидкости, скатившись по горлышку, одиноко капнула в стакан.       «Это ещё что такое?»       Асами непонимающе уставился на пустой стеклянный сосуд. Когда успела закончиться бутылка? Никто другой не мог посметь взять её, тогда какого чёрта...       Собеседник, казалось, был близок к панике. Мужчина, отставив в сторону бесполезный стакан, устало потёр переносицу.        — Что ж, только из-за уважения к вам я готов уступить крайний срок на два дня. Однако...       Договорить предложение якудза не успел, поскольку дверь кабинета распахнулась с несвойственной резкостью.        — Асами-сама!       Брови Асами в сдержанном удивлении поползли вверх. Даже являясь одним из приближённых, верным секретарём и незаменимой «тенью», никогда ранее Киришима не позволял себе такой открытой наглости — подобным образом врываться в кабинет босса. Мужчина явно не мог поступить так из-за неуважения, а значит, причина могла быть одна.       Случилось что-то серьёзное. Очень серьёзное.       Сердце в дурном предчувствии глухо стукнуло о ребра, а палец сам стиснул кнопку отбоя, оставляя человека на линии поперхнуться недоумением. Киришима, не теряя ни секунды, выпалил:        — Прошу прощение за вторжение, господин. Только что звонил Суо. Боюсь, вам следует немедленно приехать в свою квартиру.

***

      На ходу натягивая пиджак, Асами слушал пересказ секретаря о произошедшем, и с каждым словом выражение лица якудзы становилось всё жёстче и мрачнее.        — Такаба?.. — отрывисто рыкнул мужчина, чувствуя, как сердце почему-то пропустило удар. Если с его малышом что-нибудь...        — Всё в порядке, за ним присматривает Суо. Их не было дома, когда это произошло.       Асами с силой сжал губы в тонкую линию. Акихито не пострадал — слава всем богам. Теперь можно сосредоточиться на расследовании. О том, что его маленькой ходячей катастрофе просто... повезло упереться в своем желании подышать свежим воздухом, мужчине сейчас думать не хотелось.        — Отправь на место группу Ямады, — обозначил Асами, садясь в машину. Киришима опустился напротив и дал сигнал водителю.        — Всё уже сделано, господин. Они ищут зацепки.        — Хорошо.       Испещрённый пулями холл действительно впечатлял. Тел убитого и раненого телохранителей уже не было, но на полу всё ещё виднелись кровавые разводы. Повсюду сновали подчинённые, собирая малейшие потенциальные улики.       Натянутый, словно струна, Асами кивнул на раздавшиеся приветствия, с усилием подавил поднимающуюся в груди ярость и шагнул в квартиру; Киришима — следом. В гостиной творился настоящий бардак. Мужчина беспокойно осмотрел присутствующих, пока его взгляд не наткнулся на белобрысую макушку.       Акихито был бледен, но, по крайней мере, физически цел и невредим. Непривычно тихий и незаметный, он съёжился на дальнем диване, словно не знал, куда себя деть среди мечущихся вокруг занятых людей. Заметив появление Асами, фотограф вскинул голову, и на секунду слабо улыбнулся, показывая, что он в порядке. Асами, чувствуя облегчение, коротко кивнул в ответ и повернулся к подлетевшему Суо. Сейчас молчаливая война последних пяти дней казалась такой незначительной...        — Что удалось выяснить?        — Немногое, господин. Кто-то без проблем проник в дом (консьерж ничего подозрительного не заметил), перестрелял охрану, отключил сигнализацию и ворвался в квартиру. Сложно пока понять, что искали — тут всё вверх дном. Судя по описи вещей, ничего существенного не пропало, но вам стоит взглянуть самому.        — Что-нибудь ещё? — Голос звучал подозрительно спокойно и сухо. Безжалостно.        — Если честно, — Суо слегка замялся, — всё это странно. Время выбрано рискованное, но явно с таким расчётом, чтобы вас дома не оказалось. Нападение произошло где-то после часа. Однако к моему и Такабы возвращению — в половину пятого — их уже не было.        — Есть зацепки?        — Найдены следы крови, которые, возможно, не принадлежат нашим людям. На их исследование требуется время. Пока что это всё.       Асами хмурился. Его холодные чёрствые глаза были гораздо более тёмными, чем обычно.        — По крайней мере, мы знаем, что вы не цель, Асами-сама. Вероятность того, что ей являлся кто-то из телохранителей, очень мала. Тогда не нужно было бы тратить столько времени на обход системы безопасности и вандализм в ваших апартаментах, — заметил Киришима.        — Это всё больше смахивает на личное оскорбление, — рыкнул Асами. — На данный момент я не вижу в произошедшем ни малейшего смысла.       Секретарь тоже был согласен:        — Кто бы то ни был... дерзкое заявление. Дилетант не стал бы рисковать, переходя вам дорогу таким образом.       Суо кивнул, обведя взглядом гостиную.        — Скорее всего, напавшим нужно было что-то в квартире. При условии, конечно, что весь этот бардак не для отвода глаз.        — Если работали профессионалы, — Асами презрительно фыркнул, — то они должны были догадаться, что я не стану хранить дома ничего действительно ценно...       Мужчина внезапно запнулся, уставившись куда-то поверх плеча Суо. Лицо якудзы на секунду окаменело, а затем в янтарных глазах всплеснулась такая ледяная ярость, что телохранители поспешили глянуть в том же направлении.       Асами Рюичи, замерев, смотрел на молодого фотографа, тихо пытающегося слиться цветом с обивкой дивана.        — Суо, Акихито говорил тебе заранее о своем намерении навестить того мальчишку? Договаривался с ним о визите? — быстро проговорил Асами.        — Нет, господин. Похоже, что он сам решился довольно спонтанно, — ответил мужчина, обеспокоенно переглянувшись с Киришимой. — Кажется, тот мальчик в больнице был приятно удивлен.       Повисло тяжёлое молчание.        — Значит, Акихито должен был быть здесь, — пугающе спокойно заключил Асами.       Суо медленно кивнул.        — Я отвозил его на машине, выезд из подземного гаража отдельный. Если с улицы следили, то нельзя было понять, вышел ли парень из дома.       Киришима вынужден был осторожно согласиться:        — Такаба действительно мог быть целью. Это хотя бы имеет смысл. Судя по тому, что мы сейчас знаем, такой вариант кажется наиболее вероятным. Однако рано делать окончательные выводы.        — Разумеется, — ответил Асами. Кажется, он успел возвратить свою хладнокровную невозмутимость. — Я увезу Такабу отсюда. Ни слова ему о наших подозрениях. Вы... оставайтесь здесь и найдите мне хоть что-нибудь стоящее! Звонить касательно любых новостей. Я хочу найти суку, ответственную за это, как можно скорее. Всё ясно?        — Да, босс.       Ответ прозвучал почти что хором.

***

      «С каких это пор возвращение домой стало походить на второсортный боевик?»       Потряхивало до сих пор. Теперь, когда скорая увезла едва живого подстреленного громилу, а квартиру заводнили суровые люди в чёрном, Акихито было сложно вспомнить момент, когда он чувствовал себя настолько бесполезным. Беспомощным — да, но как раз сейчас ему позарез хотелось сделать хоть что-нибудь нужное. Так нет же — сиди здесь и не путайся под ногами!       Отчасти фотограф понимал, что он ничем не может помочь людям Асами. Они знают свою работу. Но бездействовать в перевёрнутой верх дном собственной квартире, зная, что где-то там, за порогом, стены изрыты пулями, а с пола до сих пор не смыта кровь, было невыносимо.       Минуты тянулись издевательски бесконечно. Лишь на одно мгновение Акихито стало чуточку лучше — он услышал поднявшийся шум и оживлённые голоса и, ощутив на себе беспокойный взгляд, вскинул голову и встретился с внимательными золотыми глазами. Асами подбадривающе кивнул, и фотографу на секунду показалось, что на лице мужчины промелькнуло едва ощутимое мимолётное облегчение.       Затем Асами поджал губы, отвернулся и принялся донимать своих людей. По его напряженным плечам было видно, как сильно он разозлён. Конечно, нехорошо и даже мерзко так думать в подобных обстоятельствах — но Акихито чувствовал себя отчасти успокоенным, что этот гнев в кои-то веки был направлен не в его сторону.       Погрузившись в свои мысли, Акихито не сразу понял, что рядом с ним кто-то стоит. Сколько... времени прошло?        — Пойдем. — Низкий твёрдый голос прозвучал совсем близко, и перед фотографом появилась протянутая широкая ладонь. — Мы сейчас же уезжаем.        — К-куда? — пробормотал юноша, с заторможенным удивлением хватая руку Асами.       Они не касались друг друга так давно, что у Акихито разряд пробежался от кончиков пальцев к позвоночнику — кровь мгновенно прилила к лицу, и почему-то закружилась голова. Или это просто Асами слишком резко потянул его с дивана?..        — В другую квартиру, конечно, — милостиво пояснил глава японской мафии, отпуская ладонь питомца, после чего Акихито получил направляющий в сторону выхода несильный шлепок между лопаток. — Или ты собираешься спать здесь?       Акихито, и правда, внезапно почувствовал настойчивое желание убраться из этого места поскорее. Сейчас квартира Асами казалась чужой. Нежилой. Нереальной. Он сходит с ума, или уже все стены насквозь пропитались запахом крови?..       Едва сообразив схватить свою куртку, Акихито быстрым шагом направился к лифту, стараясь не смотреть по сторонам, пересекая холл. В сопровождении Киришимы и трёх незнакомых горилл, они с Асами спустились вниз.        — Подожди меня в машине, — велел Асами, безапелляционно захлопывая перед носом фотографа дверь.       Мужчина с совершенно нечитаемым выражением лица о чем-то переговаривал с хмурящимся секретарём, а в полумраке автомобильного салона Акихито почему-то стало трясти ещё сильнее.       «Что за ерунда? — кисло подумал юноша, сцепляя ледяные пальцы в замок. — Пора бы уже отойти. Веду себя — хах — как новичок зелёный».       Через несколько минут Киришима попрощался с боссом, три другие шкафа погрузились во вторую машину, а Асами, открыв дверь с противоположной стороны, опустился на сидение рядом. Машина тронулась.        — Почему ты не остаёшься здесь? — выпалил Акихито, прерывая собирающуюся было возникнуть тишину. От звука ровного дыхания Асами тело начало стремительно превращаться в комок нервов — они пять дней не были настолько близко.        — Пока что нечего здесь делать. Если будут новости, мои люди сообщат, — после небольшой паузы скупо прозвучал ответ.        — А что... с тем громилой? Он выживет?        — Пока неизвестно. Врачи делают, что могут.       Акихито замолк, уставившись куда-то вниз.       «Я ведь даже имён их не знаю... Надеюсь, хотя бы с одним бедным парнем всё будет нормально».       Неожиданно фотограф почувствовал на себе внимательный взгляд.        — ... Ты в порядке?       Фраза прозвучала с неожиданной мягкостью — совсем не обманчивой или провоцирующей — и Акихито безвольно застыл, мучительно затаив дыхание. А затем почему-то осознал, как сильно замёрз, хотя в комфортном дорогом салоне просто не могло быть настолько холодно. До смерти хотелось прильнуть к тёплому и сильному телу, но Акихито понимал: даже если пришла новая беда, это не значит, что Асами просто так забыл прошлые грехи.        — Д-да. Всё хорошо.       Снова ложь. Внутренний голос язвительно передразнил:       «Всё хорошо, неужели? Очнись! Ты сам не свой из-за трупа, просто ставшего жертвой очередных криминальных разборок. Неужели мало на улицах насмотрелся? Или в Гонконге перетрусил меньше?»       Поднять глаза не было сил. Не хватало только приносить ещё больше забот Асами своими неожиданно расшатавшимися нервами.        — Врунишка, — усмехнулся мужчина. — У тебя руки дрожат.        — Что? Тебе... показалось. — Акихито уже хотел смущённо убрать сложенные ладони с колен, но внезапно их накрыла широкая рука.       Первой мыслью было вырваться, однако чужие пальцы сжали сильнее.        — Ну так что?       Дьявол! Волна почти забытого успокоения и чувства защищённости пронеслась по всему организму. Плавясь под теплом рук Асами, Акихито понял, что, кажется, снова начинает сдавать позиции. И когда он успел стать таким мягкотелым?        — Ну? — ещё раз надавил этот невозможный тиран.        — Я... я сам не знаю! — растерянно сдался Акихито. — Слишком расслабился, наверное. Казалось бы... я видел вещи и похуже, но... Почему тогда меня всё это настолько потрясло? Почему так, Асами?       Глава преступного мира всея Японии невозмутимо щёлкнул зажигалкой. Глубоко затянувшись сигаретным дымом, Асами, наконец, ответил:        — Что ж, жертвы кровавой перестрелки — это явно не то, что ожидаешь увидеть, возвращаясь домой, правда? Твоя реакция вполне нормальна.       Разумеется, Асами был прав. Акихито и сам осознавал нечто подобное, но от озвученных вслух мыслей почему-то стало легче.       «Я ведь привык иметь дело с полнейшим беззаконием... но сейчас действительно просто не мог предвидеть ничего подобного. Был рад после встречи с Кио, думал об ужине... И тут такое».        — Что им было нужно?        — Пока... неизвестно.       Расстроенный, юноша даже не заметил секундную паузу перед ответом.        — Искали что-то, да? Надо же, как повезло — вернись я немного раньше...        — Акихито, — внезапно бархатный голос прозвучал хмуро и строго, — посмотри на меня.       Повинуясь неведомой силе, молодой фотограф несмело поднял взгляд, и Асами, нетерпеливо подцепив подбородок юноши, заставил его лицо оказаться прямо напротив своего. Золотые глаза пылали в отблесках проносящихся мимо уличных фонарей.        — Меня бесит тот факт, что кто-то посмел нагадить прямо у меня дома и напугать тебя. Я принимаю вызов — никогда и никому не спущу с рук причинение вреда тому, что мне принадлежит. Кто бы ни был причастен к произошедшему, он буден найден и сполна заплатит за это. Я обещаю.       Акихито не ответил — чувствовал только кожей дыхание Асами, и от этого сердце нервно колотилось в груди. Мужчина, прекрасный во всём ужасе своего гнева, и не ждал никакого ответа. Да что, в общем-то, можно было сказать? Фотограф прекрасно мог догадываться, каким бывает возмездие Асами Рюичи.       Якудза опустил руку и потянулся за настойчиво завибрировавшим телефоном. Там, где лица только что касались тёплые пальцы, кожа Акихито буквально горела.        — Тебе больше не стоит переживать об этом деле. Я во всем разберусь, — добавил Асами, доставая трубку. — А сейчас лучше отдохни: ты перенервничал, а ехать нам не так уж мало.       Акихито прислонил голову к стеклу, устало прикрыв глаза. И правда — только сейчас он почувствовал жуткую измотанность. Думать не хотелось ни о чем. Убаюканный тихим и монотонным голосом Асами, Акихито сам не заметил, как вскоре соскользнул в сон.