Итог игры - ничья.

Бён озадаченно потёр виски стараясь сосредоточиться на обсуждаемой теме. Он выпил две чашки кофе, но это вовсе не помогло ему взбодриться, хотя стоит признать, что он не рухнул замертво именно благодаря кофеину. В конференц-зале было слишком душно и немного тесно, хотя Бэкхён все же отвоевал себе место под солнцем, в самом конце длинного стола в мягком черном кресле. Рядом с ним сидел его школьный приятель Лухан, а напротив устроился Крис. Остальных Бэкхён не знал, хотя честно здоровался с ними каждый раз при встрече. Он сравнил всё происходящее с родительским собранием, где они, бравые отцы одиночки обсуждали своих непутёвых и крайне непослушных детей. Впрочем, слушая сейчас о проблемах других, Бэк честно старался не улыбаться как полный идиот. По крайне мере Чанёль был спокойным. В том смысле, что он не доставлял много проблем и единственное, что действительно напрягало, так это его прожигающий взгляд, но с этим вполне можно смириться и потерпеть до конца назначенного срока. Если Пак будет вести себя подобающе, то они разойдутся, как в море корабли уже через полтора месяца. В его кармане зазвонил телефон, отчего все моментально стихли и Бэкхён почувствовал себя неуютно. Он извинился и осторожно вытащил мобильный, отмечая, что номер неизвестный. — Можешь ответить, — спокойно кивает их босс Ким Чунмён, который является достаточно понимающим человеком. Во всяком случае, его телефон тоже постоянно разрывается от звонков, поэтому он относится к этому с пониманием. Бэкхён всё еще немного смущенно кивает, а затем поднимает трубку. — Сегодня просто райский день, — отмечают на том конце провода и Бён напряженно хмурится. — Кто это? — Эй, мы провели вместе целых две ночи, а ты до сих пор не узнаешь меня? Это Чанёль. — А, Чанёль, — медленно бурчит Бэк, косясь на шефа, но тот только одобрительно кивает. Ну конечно, его принципы работы с подростками вообще немного странные и Бэкхён старается в них не вникать. Он немного беспокойно интересуется у замолчавшего Пака: — Разве Хэвон не отвезла тебя в школу? — Ну да, отвезла, — соглашается он, и мужчина облегченно выдыхает. Одной проблемой меньше. — Заберешь меня после занятий в три. — Конечно, я заберу тебя, — тут же соглашается Бэкхён, хотя утверждение Чанёля вовсе не звучало как вопрос. - Извини, но у меня дела, увидимся позже. — Ладно, кстати, у меня есть для тебя кое-что, отдам при встрече. И еще, передай нуне, что я бы рад исчезнуть и оставить вас, но я не могу провалиться сквозь землю, а если я просто неожиданно пропаду, ваше время сократится примерно вдвое, пока ты будешь меня искать… — Чанёль, я же занят, — совсем уж отчаянно произносит Бэкхён, а потом неожиданно замолкает, переваривая информацию. — Погоди… что передать? — Передай нуне, что я бы рад исчезнуть и … — Я расслышал тебя. Это всё, что она сказала? — А ты хочешь добавить что-то еще? — едко интересуется Пак, видимо совсем не осознавая, что Бэкхён действительно не может сейчас говорить. — Обсудим это при встрече, — в конце концов, сдается он. У Чунмёна конечно железное терпение, но испытывать его не хочется, равно как и остаться без работы. — Ладно, жду тебя в три у школы, я к этому времени вернусь. — Хорошо, — соглашается Бэкхён, а потом до него доходит смысл слов Чанёля и он буквально подскакивает с места, — Чанёль… Алло? Чанёль? В трубке слышатся короткие гудки и Бён раздраженно засовывает телефон обратно в карман, предварительно поставив его на беззвучный. Ну что за пацан, никаких представлений о вежливости. Лухан рядом издает тихий смешок и понимающе хлопает его по плечу, коллеги лишь переглядываются, а затем возвращаются к заполнению своего журнала, делая вид, что ничего не произошло. — Что-то случилось? — коротко интересуется Сухо, почти не глядя в его сторону. — Надеюсь, что нет, — нервно вздыхает Бэкхён и пододвигает к себе свой журнал «успеваемости». Он задумчиво покусывает губу, стараясь припомнить какие-то проступки Чанёля помимо вчерашней пьянки, но таковых не находится, поэтому он просто отмечает нужные ему столбики и раздраженно стучит ручкой по столу. Чёртов Чанёль, умеет же он из ничего сделать проблему, вот и как теперь Бэкхёну работать весь оставшийся день? *** Время на часах показывало, что сейчас десять минут четвертого, а значит, Бён опоздал на десять минут. Он не успевает даже до конца заехать на парковку, как слева от машины появляется Чанёль. Пригнувшись, подросток что-то высматривает, и видимо не заметив никакой угрозы, быстро выпрямляется, открывая дверь, проскальзывает на заднее сиденье. Бэкхён непонимающе хмыкает и не спеша выезжает на дорогу, краем глаза отмечая, что Чанёль всё еще сидит в согнутом состоянии. — Что ты делаешь? Что-то болит? — Нет, я молюсь, — брякает подросток, а затем выпрямляется и облегченно вздыхает. — Молишься? — Там была моя мать. Слово «мать» режет слух Бэкхёна, потому что Чанёль сказал это словно ругательство. По его лицу видно, что продолжать эту тему он не собирается, несмотря на то, что мужчине вообще-то есть, что ему сказать. — Так зачем ты от неё прятался? Пак молчит несколько секунд, а затем, отвернувшись к окну бурчит: — Они хотели отправить меня к мозгоправу.. Они замолкают практически одновременно, потому что Бэкхён просто не знает, что должен сказать в такой ситуации. Это ему нужно к психологу, а не Чанёлю, но осуждать поступки других людей он никогда не брался и не собирался. Во всяком случае, это же были его родители, наверняка они хотели как лучше, просто Пак понял и растолковал их намерения не совсем правильно. — Так что ты там хотел мне отдать? — переводит тему мужчина, припоминая утренний разговор. — А, это, — Чанёль открывает рюкзак и вытаскивает оттуда два билета в кино.- Хэвон дала мне их утром. Вообще-то билетов три и один у неё. Сеанс начнётся в… четыре! — Она для тебя нуна, — моментально исправляет его Бён и видит в зеркале, как подросток закатывает глаза. — И мне нужно вернуться на работу. — Ой, дьявол, ты всегда такой правильный? — раздраженно интересуется Чанёль и запихивает билеты обратно в рюкзак. — Я же не в клуб тебе идти предлагаю, а в кино, да и не я вообще-то предлагаю, а твоя… кто она тебе? Девушка? — Не твоё дело, — от чего-то раздражается он и ему едва удается прикусить язык, прежде чем слова, не предназначенные для ушей Чанёля будут сказаны вслух. Он ожидал, что подросток ответит ему хотя бы что-то, но Пак даже не смотрит в его сторону и Бэк едва заметно ежится, бросая на него короткие взгляды. Он же не обиделся на него? Нет, серьезно, он же не мог просто взять и обидеться, потому что это уж совсем по-детски, не хватает разве что расплакаться, наматывая сопли на кулак. «Дай мне терпения, Боже», — устало вздыхает Бэкхён и несмотря на то, что кинотеатры он крайне не любит, особенно в рабочее время, он сворачивает в нужную сторону и снова вздыхает, будто едет не на машине, а топает пешком, таща Чанёля на своём не существующем горбу. — О, так мы правда поедем? — «оживает» Пак на заднем сидении и наклоняется вперед, просовывая лицо между передних сидений. — Да, только сядь нормально, — бурчит Бэкхён, когда в нос ударяет запах его собственного одеколона. У него даже нет желания ругать Чанёля за то, что тот не спрашивая разрешения взял то, что ему не принадлежит. Он будет рад, если подросток просто уберет своё лицо из опасной близости к лицу Бэкхёна. Мужчине на мгновение кажется, что у него от нервов даже волосы на голове зашевелились, но буквально через секунду понимает, что шевелятся они оттого, что Чанёль смеется рядом с его головой. — Какой ворчливый, — едва слышно хихикая произносит он и на его лице вновь появляется улыбка от «уха до уха», во все тридцать два зуба. «Я должен быть с ним жестче», — мысленно напутствует себе мужчина, стараясь игнорировать Чанёля насколько это возможно. Они сворачивают еще несколько раз, и дыхание Бэкхёна заметно выравнивается, когда Чанёль все же садится нормально. Бён останавливает машину рядом с кинотеатром и выходит из автомобиля вслед за подростком. Хэвон уже ждёт их у входа и, судя по тому, как она куталась в свой шарф, ей явно холодно. Она практически сразу цепляется за локоть Бэкхёна и быстро чмокает его в губы, чем вызывает у мужчины пятисекундный ступор. Он переводит взгляд на Чанёля, но подросток увлеченно рассматривает свои кроссовки, словно показывая, что он в чужие любовные дела свой нос не суёт. Дружной или не совсем толпой из трёх человек они заходят внутрь, и Пак пристраивается к Бэкхёну с другого бока, указывая вперёд туда, где продают попкорн. — Мы же купим? — совершенно не стесняясь интересуется он, стараясь не замечать, что его буквально прожигают взглядом. «Мы — это видимо я», — снова думает мужчина и коротко кивает, делая вид, что не замечает сложившейся напряженной ситуации. Он отдает Паку бумажник и останавливается у стены:  — Я подожду тут. Подросток просто пожимает плечами и удаляется, оставляя их с Хэвон наедине. — Я вообще-то хотела сходить только с тобой, но раз уж другого выбора нет, то взяла билет и ему, — девушка кивает на стоящего у прилавка Чанёля. — Ты же знаешь, что я могу оставить его, — спокойно отзывается Бён, решая умолчать, что если бы не Чанёль, то он скорее бы всего сюда и не пришел. — Так что просто наслаждайся процессом. Хэвон пожимает плечами, улыбается, демонстрируя свою радость и снова жмётся к Бэкхёну, не спуская глаз с Чанёля. На мгновение ему кажется, что у девушки разовьется косоглазие, но подросток, к счастью возвращается раньше, чем предсказания Бэкхёна успевают сбыться. Пак молча протягивает ему вторую порцию попкорна, с абсолютно равнодушным видом игнорируя все взгляды «нуны». — Я не буду, спасибо, — бурчит Бён, отдавая свою порцию девушке и снова отмечает, что атмосфера какая-то уж чересчур удушающая. У него вновь появляется чувство, что все вокруг знают что-то такое, чего не знает он, однако мужчина отгоняет эту мысль. Они разбираются с билетами и наконец-то проходят в зал. До начала фильма ровно три минуты. Ряд посередине почти пустой. «Это потому что все сейчас на работе», — напоминает себе Бэкхён и его желудок скручивает в узел от всего происходящего. Последний раз он ходил в кино в старшей школе, с девушкой по имени Енхи. Она действительно нравилась ему, помнится, Бэкхён даже поцеловался впервые именно в этом кинотеатре и именно с ней, правда потом милая девушка куда-то испарилась, оставив после себя лишь воспоминание и разбитое подростковое сердце. Наверное, с тех самых пор он и не любит кинотеатры, однако это не меняет того, что сейчас он тут. — Давай сядем вместе, оппа, — тянет Хэвон, привлекая его внимание, но прежде чем мужчина успевает ответить, Чанёль плюхает посередине между двумя креслами, не оставляя им выбора. Бён чуть улыбается и пожимает плечами, усаживаясь с левой стороны от подростка, а Хэвон нехотя отцепляется от его руки, занимая место справа. Чанёль маскирует смех под кашель, они с Бэкхёном на мгновение встречаются взглядом, и подросток игриво подмигивает, заставляя мужчину нервно заелозить на месте. Он отворачивается первым, тем самым прерывая зрительный контакт, потому что взгляд у Чанёля уж больно осознанный, совсем не как у подростков в его возрасте. «И как можно так быстро меняться?», — заинтересованно думает он, едва заметно рассматривая Чанёля краем глаза. Свет в зале тухнет и Бэк только сейчас понимает, что совсем забыл узнать, на какой именно фильм они пришли. Впрочем, его это не интересует. Он вполуха слушает приятный женский голос, который коротко пересказывает чью-то историю, а потом на экране отображается белый двухэтажный дом, примерно такой в котором всегда мечтал жить Бэк. «Старость», — вяло отмахивается мужчина, понимая, что дом интересует его куда больше, чем девушка на фоне. Глаза как-то подозрительно слипаются и Бэкхён не видит ничего плохого в том, чтобы потратить эти полтора часа на полноценный сон. *** — Оппа! — громкий голос Хэвон разнёсся по всему залу, отчего Бэкхён непроизвольно проснулся. В темноте ему с трудом удалось рассмотреть девушку и понять, что происходит. Он приподнимает голову, только сейчас понимая, что удобной подушкой служил ему Чанёль, однако подросток полностью увлечен фильмом и даже не смотрит в его сторону. — Что случилось? — без особого энтузиазма вздохнул он, стараясь говорить как можно тише. Он перевёл взгляд на экран, где кого-то как раз дорубили топором, и видимо именно это так напугало Хэвон. «Какой идиот испугается этого?» Из земли показалась чья-то кровавая рука, и в этот самый момент Бэкхён ощутил, как массивная ладонь сжимает его колено. Не то чтобы он испугался, но ему не удалось сдержать нервного смешка. Он перевёл потерянный взгляд на Чанёля, но его так и не удостоили ответным взглядом. — Неужто страшно? — ехидно интересуется он, стараясь скрыть своё собственное смущение. Рука Чанёля кажется непозволительно горячей и ощущается слишком отчетливо даже сквозь одежду.  — Тебе похоже больше, — не глядя на него, совершенно спокойно отзывается подросток и его шёпот, кажется, даже достает Бэкхёну до самого сердца. — Интересно, что там дальше? — между делом интересуется Хэвон, кидая на них короткий взгляд и снова отворачиваясь. — Вот и мне интересно, что там дальше, — с нажимом повторяет её слова мужчина. Еще бы не интересно, он ведь как чувствовал, что спокойно этот поход в кино с Чанёлем не закончится. С ним почему-то ничего спокойно и по плану не проходит. Бэкхён вообще не понимает, почему всё еще не скинул чужую руку и не взорвался нотациями о поведении. Наверное, виной всему люди вокруг, если кто-то застукает их будет еще более неловко, чем есть сейчас. Сгорая от нервов и непонятного стыда, Бэкхён дёрнул ногой в попытке смахнуть чужую конечность. На мгновение тяжесть и правда пропала, а затем мужчина отчетливо ощутил, как длинные пальцы ловко пробегаются от колена до бедра, щекоча кожу сквозь ткань джинс. Бён проглатывает образовавшийся в горле ком и тихо ахает, когда рука опускается на внутреннюю часть его бедра. — Что ты делаешь? — ледяным тоном интересуется он, стараясь унять переполняющий его гнев. Спереди сидит какая-то парочка, справа Хэвон, позади какой-то парень, а за два сиденья от них две девушки, не дай Бог, если кто-то из них обернется или заметит это случайным образом, думать об этом Бэкхёну попросту страшно. — Ах, он милый, — восклицает Хэвон рядом, когда на экране появляется симпатичный мужчина лет тридцати, — хотя, наверное, странно говорить такое, когда пришла в кино с парнем. «С парнем, которого сейчас лапает другой парень», — мысленно отвечает ей Бэкхён, а на деле молчит, боясь, что голос дрогнет или что-то в его словах заставит Хэвон посмотреть в их сторону. Ему кажется, что прямо сейчас он проходит девятый круг ада, желудок сворачивается в узел, в горле встает ком, а тело давно покрылось холодным потом, несмотря на то, что Бэкхён готов взорваться и всё его тело словно находится в огне. «Чёрть, чёрт, чёрт», — панически бьется в его голове, потому что у него нет ни одной правильной мысли, и он всё еще ощущает руку Чанёля… там. — Ты в порядке? – спокойно уточняет Пак, будто это не его рука находится у Бэкхёна между ног. — Ох, — совершенно по-идиотски выдает он, чувствуя себя полным извращенцем. Он мечтает сию же секунду рассыпаться на атомы прямо здесь и сейчас. - Убери руку, если не хочешь её лишиться. — Ты про эту? — ничуть не стесняясь интересуется Чанёль, медленно, самыми кончиками пальцем проводя по его ширинке вниз, заставляя Бэкхёна подавиться воздухом и окончательно растерять все мысли. — Чанёль…это не смешно, — кое-как собирая слова в кучу мямлит он, перехватывая подроста за кисть и сжимая её с такой силой, будто мечтает переломить. До конца фильма примерно пять минут и Бэкхён ощущает, что ему не хватает воздуха, его тело горит и становится буквально ватным. Мысли рассыпаются, а руки дрожат. — Я и не шучу, — ловко выкручивая руку, отзывается подросток, накрывая ладонь Бэкхёна своей и неуклюже переплетая их пальцы с силой сжимая их в замке. Бёну на мгновение кажется, что он готов расплакаться, что он не грозный полицейский, а какая-то школьница-девственница, которую того и гляди завалят прямо в этом кинотеатре. — Прекрати, — снова едва слышно шепчет он, но замолкает на выдохе, ощущая как его руку подносят к теплой щеке, на мгновение соприкасаясь с ней пальцами, а потом горячие и сухие губы касаются его кожи, в мягком поцелуе. Он теряет не только слова, но и силы, забывая даже сопротивляться. Лицо Чанёля теперь еще ближе, он выглядит отстраненно и незаинтересованно, но вспотевшие ладони и бегающий взгляд выдают его истинные…чувства? Бэкхён вообще не уверен, что происходящее можно охарактеризовать хоть каким-то разумным словом. Свет в зале, наконец, зажигается, Бён настолько резко подскакивает с места, что пугает даже Хэвон. Он дергает рукой, вырывая её из захвата Чанёля и толкая его плечом, устремляется к выходу, не оборачиваясь даже на ничего не понимающие крики девушки. Кожу, где её коснулись губы Чанёля всё еще жжёт адским пламенем, он передвигается с такой скоростью будто за ним гонятся черти. — Не красиво вот так убегать, — раздается чуть позади него и Бэкхён застывает на мгновение, оживая ровно в тот момент, когда Чанёль протягивает к нему руку. — Не смей трогать меня, — ровно и холодно командует он, отстраняясь от него, как от прокаженного. Его кулаки чешутся в желании встретиться с лицом Чанёля, и дабы уберечь и себя и его от лишних проблем, Бён разворачивается, и на ходу натягивая на себя куртку, выходит на улицу, шарахая дверью с такой силой, будто желает, чтобы она слетела с петель. Он садится в машину и обессиленно прикладывает голову к рулю. Голова гудит, а щеки предательски горят и Бэкхён не знает чего в нём больше, гнева или смущения. «Чёртов Пак Чанёль! Виноват. Виноват ко всем херам и абсолютно во всём!»