21 century toyz

POV Картмана.       С того дня, как педик разревелся на уроке, прошла неделя с лишним. Черномазый перенёс тусовку на следующую пятницу, ведь его черномазые родители сделали то же самое со своей поездкой в Нигерию или куда там.        Мы ждали каждый день, но нихера. Кенни, с некоторых пор начавший проявлять наличие интеллекта, меня изрядно удивил. Думаю, когда я буду придумывать план по уничтожению этой секты, из-за которой Баттерс ревел, я сделаю нищеброда своим главным помощником, голова у него варит.       Вообще, я думаю, девчонка просто всё преувеличила. Она у нас впечатлительная. И пугливая. И никто не должен знать, что я эту девчонку хочу.       Конечно, геи сосут. Во всех смыслах. Но сукин Баттерс - это единственная вещь, на которую я могу дрочить. Он весь из себя хрупкий, податливый, улыбчивый. Почему-то меня не ненавидит, ну, только иногда, например, когда пнул меня после христианского тяжёлого концерта и показал видео, где я Бритни Спирс изображаю, гадёныш. И когда я начал понимать свою гейскую сущность, я чуть не сдох от отвращения. Я пытался трахать проституток, и вроде бы вставало, но не так, как с ночных передёров на Марджорин.        А ещё я знаю, что эта сука по уши влюблена в нищеброда, за что я его какое-то время ненавидел и несколько раз убивал, но потом понял, что не в Кенни дело.       Баттерс думает, что выражение удовольствия на его лице при случайных прикосновениях Кенни - незаметны, что никто не видит, как он пялится на широкую спину и подтянутое, но всё же дрыщеватое тело в бассейне, раздевалке или летом, когда слишком жарко. Когда Кенни положил свою ебучую руку на плечо Скотчу в тот день, девчонка зарделась и расслабилась.       Да, Кенни точно знает, вот только я тоже, и это хуёво.       - Меееееееемь, - кричу я. - Сделай печенье, пжааалста.       - Хорошо, поросёночек, сейчас сделаю!       Мама не меняется. Она вообще не стареет. И голос тот же. Она красивая и добрая, и я действительно рад, что у меня такая мама. Я бы не выдержал ёбнутой Брофловски или самой обычной Стэновой мамаши, они бы меня с ума свели. И хорошо, что мы вдвоём, никакая сука не будет пленить мямочкино сердце, кроме меня.       Мама приготовила печенье и принесла ко мне.       - Кушай, поросёночек, я так тобою горжусь, ты у меня такой умненький, - говорит она про недавно присланное поздравительное письмо из Пенсильвании.       Я говорю ей, что люблю её. Она немножко в шоке говорит, что тоже меня любит. Я редко это говорю.       - Ну иди, иди уже, я буду собираться к Токену.       - Ладно, дорогой, но только, как приедешь, позвони мне, и не забудь взять пижамку.       - Хорошо, мам.       Стэн будет ночевать у Токена, Кайл будет ночевать у Токена, вообще все сегодня ночуют у Токена, так сказали родителям. Да и с какой-то стороны это правда, только вот все думают, что их мальчики ( девчонки сказали мамашам, что собираются у Бебе на пижамную вечеринку ) и эта милая афроамериканская семья будут одни, на пьяную оргию никто и подумать не может, ведь все родители Южного Парка такие тупые. Кроме мямы, она просто доверчивая.       Я кладу в портфель текилу, бутылочку японского отрезвителя, камеру и пижаму ( ну на всякий ) .       Когда я захожу в огромное поместье Токенов, многие уже там. Стемнело наполовину, из окон первого этажа доносится относительно спокойная музыка. Я вижу Токена.       - Держи, нигер, - кладу я ему в руки текилу.       - Бля, Картман, заебал, - доносится мне вслед, я показываю фак.       - Тимме! - взрывается даун, когда я вхожу в огромных размеров гостиную.       - И тебе привет, - говорю я и хлопаю инвалида по плечу. Какая тут публика, в прямом смысле все.       На кухне встречаю Кайла.       - Привет, Кайл.       - Привет, жиртрест.       - Ну я же по-хорошему, вонючий ты жид.       - Я заранее, - скривляется он в ухмылке и поднимает стаканчик со скотчем.       Я открываю холодильник, там куда всякого дерьма, а на столе ещё и империя чипсов и пиццы. Мы с Кайлом возвращаемся в гостиную. Стол уже ломится от бухла, на него в данный момент кладут свои ящики с пивом Стэн и Кенни, рядом осторожно протискивает водку Баттерс.       - Бля, пацаны, спасибо за пиво, тут его и правда дефицит, - подходит Токен. - Все типа такие крутые, начинают сразу с вискаря или водки, совсем пить не умеют. А ты, Баттерс, молодец, я думал, придётся тебя просто так пускать.       Баттерс со счастливой улыбкой принимает бутылку пива.       Насчёт пить не умеют - это правда. Пить умеют только десять человек максимум - я, Стэн, Кайл, Кенни, Токен, Крэйг, Клайд и Бебе, ну может ещё и Баттерс, он тоже с нами бухает раз-два в месяц. Ещё с нами всегда Твик, но он ёбнутый. Остальные - полные дауны, эти лохи берут пример с фильмов, в которых только плоскому, как Тестабургер, которая сейчас вот заглатывает порцию моей текилы, юмору и научишься. POV Кайла.       Я уже выдул бутылок пять пива и пару стаканчиков скотча, когда Токен зовёт всех (нашу обычную компанию, а не каких-то левых из школы) в гостиную. Из левых тут только Венди, виснущая на Стэне.       - Итак, - находящийся навеселе Токен кладёт на мягкий ковёр эту штуку со стрелочкой от Твистера. - Будем играть в правду или действие.       Все одобрительно галдят, обожаю эти игры. Да ладно, все обожают. Пьяненьким всё можно.       - Венди, объясняю правила: мы крутим стрелочку, и на кого она попадёт, тому и загадывают. А загадывает тот, который был. Ну ты поняла. Итак, первая у нас всегда Бебе, давай, детка.        Бебе хихикает и вертит стрелочку. Она совершает оборот и показывает на Твика.       - Ооооооооо, - все захлопали в ладоши.       - Твик, правда или действие? - подмигивает Бебе.       - Какой стресс, какой стресс! - восклицает растрёпанный блондин, но всё же говорит: - Правда, наверное...        Бебе хитро сверкает глазами и говорит всеми уже предсказанный вопрос:       - Твик, а ты девственник?       Довольно обаятельный девственник кивает и чуть в обморок от стресса не падает. Все хлопают Твику и бьют по плечам.       - Крути, крошка, - говорит Бебе, и Твик подчиняется.       На этот раз честь выпадает Венди.       Люди ещё больше галдят. Я залпом выпиваю предложенный кем-то стакан какой-то мути.       - Товарищи! - Токен, покачиваясь, встаёт на ноги. - Прошу помнить, что в нашей игре нужно выполнять всё, и предела для грязи, - он вскидывает руки, - нет. Вам скажут трахнуть - вы трахнете, ясно? И выбирать два раза подряд правду нельзя.       Венди кивает.       - Так что молитесь Господу о том, чтобы за этот вечер стрелка ни разу не показала на вот этого молодого человека, - Токен ладонью указывает на Кенни. Все смеются. - Смейтесь, господа, но все ли помнят, как Доновану пришлось напоить директрису и вставить ей, мм?       Улюлюканье и оханье достигает немыслимых пределов. Кенни с бутылкой виски в руке развязно хохочет. Все знают, что он пьёт жестче всех, хотя никогда не напивался до предела, каким-то образом он остаётся в своём уме после литров бухла.       - Ах да, и Картмана тоже не советуем, - плюхается Токен на место. - Никто не хочет ведь целовать его обувь и уважать его власть, да, Крэйг?       Крэйг, стянувший свою шапку, краснеет и смеётся. На его глаза падает чёрная чёлка.       - Венди, - после этого отступления говорит Твик. - Правда или действие?       Венди выбрала действие, поняв, что Твик ничего такого не попросит. Токен смеётся, а Твик слегка улыбается. Эта улыбка открывает Венди тихий омут Твика, и она загорается.       - А почему бы Венди не продолжить играть с нами без своей кофточки? - невинно спрашивает Твик, после чего следует целый залп аплодисментов.       Венди развязно улыбается и медленно стягивает с себя кофточку, оставшись в юбке и кружевном нижнем белье лилового цвета, потрясающе обхватывающего её упругие груди. Стэн ничуть не возражает, он признаёт закон, что пьяненьким можно всё.       - Шала-ава! - восклицает Бебе и протягивает ей пластиковый стаканчик. Я не вижу, что там, но раскрасневшаяся Венди его с радостью принимает.       - Венди, крути!       Венди крутит, и стрелочка показывает на Бебе.       - Бебе-е! - кричит Венди. - Ну, что?       - Действие, - сделав глоток текилы, отвечает золотоволосая.       - Бебе, - ухмыляется Венди.       Все замирают.       - Отсоси Баттерсу.       Гостиная взрывается охами. Я кричу вместе со всеми и смотрю на бедного Баттерса, всего красного и жалостливо смотрящего на...Кенни. Ну конечно Кенни. Эх, Баттерс. Бебе горячая, к тому же умная, не будь ты пидором...       Бебе тем временем встаёт и берёт Стотча за руку.        - Баттерс, ты знаешь правила, - говорит она, я слышу её только потому, что сижу рядом, все продолжают свистеть и гоготать.       Они удаляются на верхний этаж. Никто не сомневается в том, что Бебе выполнит действие Венди.