Okay, I Feel Better Now

POV Адам. - Это, что его дом, - Рукой указываю на здоровый особняк. Немного офигеваю от размаха его души в целом. Ну, и, от запросов тоже. Даже проскакивает мысль, тоже купить себе недвижимость, только поменьше. - Это резиденция, или лофт. Короче, называй, как хочешь. Можешь мне поверить, это не самый большой дом на Голливудских холмах. Есть ещё больше и величавее. - Я надеюсь у тебя не такой здоровый дом. А, то, я буду чувствовать себя неудобно. - Нет, конечно, у меня обычный двухэтажный дом, жена, ребенок и собака. Всё, как у обычного – канадца. Ты же знаешь, что мы не привыкли к особой роскоши. Да, и без зимы я не могу жить. После его слов, по поводу Канады, в груди защемило, то самое чувство, что я скучаю. Скучаю, по всему, что связано с «Онтарио», даже зима была самым необыкновенным временем года. Чего говорить о домашнем уюте, даже не с чем описать, всю красоту и безграничную любовь. Если там всё начиналось, то вряд ли всё и закончится именно-там. Подходим к неприступному забору. Высокие чёрные ворота, не вписываются в общий контекст с окружающим интерьером других домов и заборов. Выделяется, как бельмо в глазу. Странно, почему вдоль забора не нарисованы перевёрнутые кресты. Тогда бы точно ни с чем перепутать не возможно было бы. Хотя… чёрного забора вполне достаточно. Тревор, подходит к домофону и нажимает вызов. Пара гудков и женский голос. Момент, всего лишь, какой-то момент «Это Эмма?», но прислушавшись к акценту, прихожу в себя. Это не она. Это не тот самый, голос. Нежный голос, когда мы вдвоём, более серьёзный и немного грубоватый, когда мы на улице. Немного шипящий, когда она злиться или чем-то недовольна. Улыбаюсь, когда вспоминаю все эти моменты. Не удивлюсь, если Хэвок не знает и не замечает и доли того, что вижу я. Никогда не почувствует человека, так, как чувствую – я. Эгоизм? Да, мать вашу. Если мне это нравится, то я буду замечать даже самые не значительные моменты. Калитка двери пищит, оповещая, что можно проходить. Проходим внутрь, просторного переднего двора. Из-за забора не видно самого дома, но как оказалось, он тоже двухэтажный, единственное, что выделяло этот дом – длина. Такое чувство, что смотришь на мини корабль, нижний ярус которого, почти полностью сделан из стекла. Четыре машины, припаркованы не аккуратно, скорее абы как. Проложенная дорожка к входу, стриженый газон, поливальная система. Кажется, что ничего особенного нет. А, ведь, правда. Ничего особенного. Преодолеваем пять ступенек к главному входу. Дверь открывает горничная. - Здравствуйте, проходите, - Открывает дверь шире, чтобы мы смогли пройти. Тревор и я, киваем в знак приветствия, женщине в возрасте. - Мистер Пассаро, спустится к вам через пару минут. Вы можете подождать его здесь, или на кухне? - На кухне. - Хорошо. Желаете чего-нибудь? Чай, кофе, воды? - Ничего не нужно спасибо, - Отвечаю за нас с Тревором, он и так согласен. Мы такие «стеснительные». Ну, конечно. «Мистер-Пейден-мать-его-Пассаро. Гребаный итальяшка». Не замечаю, как сильно сжимаю руки в кулаки. Бля, я правда готов накинуться на него и разбить лицо в мясо. В какой комнате она находится. Пожалуйста, дайте мне знак. Или пусть она выйдет «вместе» с ним к нам. Где её нужно искать? А главное, как? Просторная кухня, говорит сама за себя. Пусто и не уютно. К чему такие понты? Если, ты не можешь нормально обставить свой дом. Который, больше похож на студию. Всё, я передумал брать недвижимость в Лос-Анджелесе. - Это тебе не наши маленькие домишки в Канаде. - Согласен, пусто и некрасиво. Даже не уютно. - Да, ладно тебе. Дэйв, всю жизнь живёт в Лос-Анджелесе. У них в порядке вещей не обставлять и не заставлять дом, интерьером. Чтобы была циркуляция воздуха. Жара днём невыносимая. Из-за марева, и затхлого воздуха в доме будет стоять вонь. Так, что, всё предусмотрительно. «Да, тут уже смрадом воняет. А, от самого хозяина подавно». Садиться за стол мы не стали. Встали, по разные стороны столешницы, которая встроена в стену. Два брутальных мужика, с вальяжно расставленными руками назад, упираются в каменное основание столешницы. Ожидание. Ненавижу, это чувство. Особенно сейчас. Мысли, мысли. Калейдоскоп, того, чтобы я сейчас с ним сделал. Закопал бы на переднем дворе. Или сжег бы в покрышках. Дэйви:- Надо же, какая неожиданность, - искреннее удивление, даже сейчас чувствую, как его очко поджимается. – Ребята, какая честь. Подходит к Тревору и протягивает руки, мужские объятия. Обращается ко мне, но улыбка с лица быстро исчезает. Дэйви: - Адам, - протягивает руку, даю ответный жест. – Как ваши дела ребят? Может вы, чего-нибудь хотите? Тревор: - Да, нет, мы просто приехали поболтать. Узнать, как твои дела. Адам: - Проезжали мимо. Так сказать, - Ловлю неоднозначный взгляд Тревора. Но тут же показываю ему, чтобы не встревал. Просто не нужно. Дэйви: - Честно признаться, я удивлен. Нет, я в ахуе. В конкретном, - Что-то не так. Это видно, по его жестам, по непонятному волнению. А, волнения у него не может быть. Он родился без этого чувства. «Страх? Переживание?» Тревор: - Я слышал, ты жениться собрался? Это правда? Или бредни между нашими рок-бандами? – «Пожалуйста, скажите мне, что я ослышался». После этого вопроса, Пассаро сразу же оперился, от былого «страха и переживания», теперь ни следа. Внимательно следит за моей реакцией. Даёт понять, что для меня этот момент упущен навсегда. Чтобы я, не смел, лезть в его жизнь и жизнь Эммы. Но, дело в том, что я уже по уши в этом варюсь. Более того. Это моя борьба, и хочет он этого, или нет, я добьюсь своего. Адам: - Надо же, как интересно, - Сцепляю руки в замок. Прижимая плотнее к груди, чтобы подавить, горящую во мне ярость. Защитная реакция. Сарказм сейчас – мой самый лучший друг. – Всю жизнь, считал себя одиночкой. Самым «сексуальным вегетарианцем», не считал нужным связывать себя узами брака. И тут «Бах», как гром среди ясного неба, уже женится. Тревор: - Согласен, это, как-то странно. Потому что никто не видел твоей девушки. Когда проходил фестиваль, мне сказали об этом, я почему-то не поверил. Без обид Дэйв. Дэйви: - Дело в том, что я никому об этом не говорил. Как просочилась эта информация, я не имею понятия. Тем более, мы с «моей невестой», - Бляяять, пожалуйста, держите меня. – Появлялись на мероприятиях, нас видело очень много народу вместе. И кое с кем она знакома лично. Адам: - Ты её вообще из дома-то выпускаешь? Или она постоянно сидит в своей комнате, потому что ты боишься. Вдруг её своруют, - Немного времени потребовалось для того, чтобы он начал постепенно выходить из себя. Дэйви: - В чём вопрос Адам? Или это неудачный прикол? У вас в Канаде все так шутят? – Обращается к Тревору. Тот в свою очередь, ничего не ответил, кроме, как пожал плечами и внимательно смотрел, как между нами двумя накаляется обстановка. Адам: - Да, нет. С Юмором у меня как раз таки, всё в полном порядке. У меня, он более тонкий и с огромным смыслом, а ещё я прилагаю подтекст. А, что касается, твоего типичного и плоского юмора, вот тут можно обсудить все детали и проблемы, которые тебя напрягают. Дэйви: - Раз, ты, дохуя всевидящий, Гонтье. Может, тогда, ты скажешь, где таится проблема в моем юморе? Адам: - Да, без проблем. Хочешь прикол Тревор, - Обращаю свой взгляд на музыканта, тот внимает каждому слову. – Сидим, мы как-то с «моей девушкой», - «моей», блять, девушкой, а не твоей невестой. – Дома, заказали пиццу. Знаешь, как это бывает, когда лежишь в кровати с любимой и больше ничего нужно. Вам достаточно, что вы друг у друга есть, всё остальное не имеет значения, - Кивает головой в знак согласия. На лице появляется улыбка, и он догадывается, о чём идёт спор и взаимная неприязнь. – И тут значит, стук в дверь. Ты думаешь «блин, как круто, пиццу быстро сделали». А оказывается это были «ФБР», вот не задача-то. Потом, бац, и твою девушку забирают, увозят в Лос-Анджелес. Вот, какое совпадение Хэвок, моя женщина пропадает, и тут ты всем заливаешь, что собираешься жениться. Но твоей девушки никто не видел. Может, пришла пора представить? Дэйви: - Кто не успел, тот опоздал Гонтье. Прекрати ревновать и пытаться, что исправить. Ты смешон. Адам: - Возможно. Но, я хотя бы умею бороться честно, и не прикрывать свою задницу «братом-адвокатом». Дэйви:- Это твои проблемы, что у тебя нет брата-адвоката. А, если бы он был, ты бы спокойно сделал бы тоже, самое. Адам: - Вот, тут я с тобой поспорю. Я не алчная скотина и не впадаю в крайности, даже когда понимаю, что проигрываю. Мне проще принять и дать ситуации протекать так, как это должно быть. Но никак не вмешивать третьи лица и их связи. Дэйви: - Зависть, Гонтье, это-смертный грех. Адам: - Говорит человек, который пропитан суицидальными наклонностями и ангстными депрессивными мотивами. Блевать, да, и только. Опустился в глазах своих фанатов, перестал работать над альбомами и над своими песнями. При этом позволяешь себе игнорировать гастрольный тур. Нагло забирать чужих девушек. Ты, как гребаный паразит, который нихуя не делает, но зато очень много воображает о себе. Дэйви: - Говорит наркоман, который стоил мне приличной суммы денег. Знаешь, Адам, я бы на твоем месте поблагодарил бы лучше. Неизвестно, где бы ты сейчас мог оказаться. Или, три года назад, мы кушали бы салатики и говорили свои речи по поводу того, что: «Он был отличным музыкантом, лучшего свет не видывал». Тревор: - Успокойтесь ребят. Хватит, это уже серьёзно, - Садится за стол, понимая, что разговор будет долгим. Адам: - Правильно Тревор. Это куда серьёзнее, чем воровать людей. Дэйви: - Мне ли молоть языком. Говорить слова, которые не подтверждены ни одним фактом. Сплошная вода, Гонтье. Но, ладно я могу всё списать на посленаркотическое изменение в твоей голове. Да, и песни в последнее время стали, недоработанными и сырыми, как гребаный отстойник, - Моя усмешка, но эта не та усмешка, где я, мог бы показать свой сарказм. Это неосознанная и выводящая меня из себя ситуация. Отрываюсь от столешницы. Подхожу к этому козлу, просто потому, что я сейчас разобью ему голову, о духовой шкаф. Да, я знаю, что сделаю. Тревор, шумного отодвигает стул, встаёт из-за стола, не спеша направляется в мою сторону. Всё-таки, хорошо, что он поехал со мной и пришёл сюда. Но, он, явно не ожидал и даже не мог представить, что ситуация начнёт набирать обороты, которые уже не возможно сбросить. Лицо в лицо. Дэйв, не будет отступать. Не сдвинулся с места. Адам: - Ты в себя, что ли поверил Пассаро? Дэйви: - В отличие от тебя, я всегда верил в себя. А теперь, когда, я каждую ночь трахаю Эмму, то моя планка поднимается настолько высоко, что самому не вериться. А, ведь, я был первый, кто сделал это, - Я почти не слышу его слов. Просто потому, что он провоцирует меня, и делает это очень хорошо. Адам: - Сделал, что? Договаривай сука…, - Рука Тревора, ложится на плечо, он не просит меня успокоиться скорее, ждет, пока не начнётся что-то серьёзное. Дэйви: - Нью-Йорк. Ты сидишь в моей студии, где работаешь над материалом. Полностью в процессе написания музыки. Какой молодец. А в это время в одном из отелей. В полной темноте. Подо мной извивается девушка, настолько всё было хорошо, что даже сейчас представляю этот момент. Как будто это было вчера. Ты записываешь музыку. Я в это время трахаю Эмму. Ты сводишь наработанные куски. А, я кончаю в неё. О, да, это было волшебно. Не выдерживаю последних слов. Силой впечатываю этого – мудака. Сжимаю ткань его футболки, прямо у горла. Локтями надавливаю на грудную клетку, чтобы, ему было тяжело дышать. Он, улыбается. Ему весело. Тревор, пытается разнять нас, отцепить мои руки. Даже не чувствую, что, что-то происходит вокруг. Адам: - Я убью тебя, Хэвок. Ты гребаное ничтожество. Не удивительно, почему твоя мамаша не может найти с тобой общий язык. Я уверен, что она жалеет, что такой – мудак, как ты появился на свет, - Спокойно. Хрипящим от злости голосом, произношу всё это. Это край. Во мне кипит сто градусов. Если, меня сейчас не остановят… Дэйви: - Она хотя бы общается со мной, потому, что я не был наркошей, и у меня никогда не было проблем с алкоголем. Да, и ещё потому что, я хорошо умел уводить девушек из – под носа, - Не понимаю, не знаю как, но мой кулак летит прямо ему в висок. Полностью накрывает. Он падает на пол и ржет, истерически ржет. Дэйви: - Ну, давай Гонтье! Давай же ещё, - Снова смех. Сажусь верхом, замахиваюсь, удар. Ещё один замах, удар не слабее первых двух. Ярость, я больше не – я. Первая кровь. Кровь на руках, на его лице. Это кровь, действует на меня, как на быка, не могу и не хочу останавливаться, только бы расхерачить ему лицо в такое мясо, чтобы он не смог больше на сцене появиться. Удар. Тревор: - Хватит Адам… - Руки Тревора хватают, за подмышечные впадины, пытается оттащить назад. Рывок в его сторону, выпускает руки и отступает на шаг назад. Вколачиваю этого - мудака в плитку на полу, где уже видно капли его крови. Или моей, да похуй, абсолютно - похуй. Мой крик. Рука Тревора обхватывает шею, вижу только локтевой сгиб, который мешает разглядеть, но не мешает делать удар. Оттаскивает назад. Тревор: - Адам, твою мать, успокойся… - С новой силой оттаскивает меня назад. Теперь, уже не могу, не дотягиваюсь до него. Тяжело дышать. Просто, не могу дышать… Неведомая сила снова заставляет выбраться из цепкого захвата. Майк: - Что здесь… - Не замечаю, что появился ещё один ушлепок. По моему лицу приходится неожиданный удар, прямо в скулу. Неожиданно и так отрезвляюще. Майк, сбрасывает меня со своего брата, и сам начинает делать то же самое, что я, делал с его братом секунду назад. Удар. Ничего не происходит, даже не чувствую. Второй. Осознаю, что сейчас я в полном дерьме. Дэйв оттаскивает брата. Тревор оттаскивает меня. Только через секунду, рассматриваю всю картину, что происходит вокруг. Напротив меня такой же, как я разъяренный Майк. Грудная клетка, от тяжелого дыхания поднимается высоко, вбирает, в себя кажется, весь воздух, но этого мало. Молчание. Только бегающие взгляды друг на друга. Даже сейчас идёт прямая провокация накинуться друг на друга, этого достаточно. Разбитая губа. Поврежденные десна, своеобразный вкус крови. Кровь, которая обволакивает глотку и сворачивается прямо внутри. От чего просвет, даже для слюны закрывается настолько, что, кажется последняя капля и всё. Туши свет. Отхаркиваю прямо на пол, вязкую слюну с примесью крови. Руки Тревора держат под самые ребра, даже шаг невозможно сделать. Дэйв держит Майка, точно так же. Адам: - Я что-то не пойму, с кем я дрался с тобой хренов ты-пидорас, или с братом твоим, которого ты в жопу долбишь. Майк: -И, тебе привет Гонтье. Хорошо, я тебе приложился, раз даже не помнишь, с кем дрался. Адам: - Дай мне только шанс, я, и твоё лицо в мясо превращу. Майк: - Ну, давай. Давай же, хули ты стоишь и языком чешешь? Давай! – Крик, который разносится по всему дому. Красная тряпка, «бах», снова срывает. Пытаюсь выбраться из рук Тревора, но понимаю, что слишком устал. Я выдохся. Тревор: - Спокойно Адам. Не нужно повторять всё. Дэйв: - Да, Гонтье, послушай умного человека. Перестань строить из себя «Геракла», ты не справишься с нами. Адам: - Да? Ты ебало своё видел? Посмотри Хэвок, я тебе обещаю, что сделаю его ещё хуже, чем сейчас. Майк: - А, я обещаю тебе Адам, что за такую выходку, ты долго на свободе не проходишь. Можешь быть уверен. Если учесть, то, как ты разговариваешь и ведешь себя, в тюрьме, тебя быстро примут за «своего человека». Адам: - Отсоси, Майк. Так же, как и отсасываешь у своего брата, - Короткий смех Майка. Майк: - Спасибо, что переживаешь за наш «взаимный отсос», как ты говоришь. Только, вот есть одно – но. Этот самый отсос нам подарит – Эмма. Отсасывает она отлично, просто мастер своего дела. Ещё один рывовк, но тоже напрасно… «Fuuuck…» Дэйви: - Проваливай Гонтье, - Отпускает Майка и обходит его с другой стороны, чтобы видеть меня прямо, а не через спину своего брата. Адам: - Обязательно. Только после того, как заберу Эмму. Дэйви: - Исключено. Ты уже сделал непоправимую ошибку. Отплачивать за твой косяк, будет она, - Отрывает салфетку и прикладывает к разбитой губе. Адам: - Зачем она тебе нужна? Ты ведь просто её используешь. Дэйви: - У меня запланирована свадьба. С чего, ты взял, что я её использую? Нет, Гонтье, я – то, как раз делаю то, что должен был сделать уже давно. Тревор: - Всё, Адам. Просто, пошли, - Отпускает меня, всем своим видом просит, чтобы мы, уже свалили отсюда. Только сейчас до меня доходит, что Тревор в полной прострации. Я вижу только испуг, момент неожиданности. Соглашаюсь с ним. Эта ситуация не принесет больше плодов. Мы не придём к логическому завершению. Мой взгляд переходит от лица Треовора, на лица двоих братьев, которые вот-вот готовы защитить друг друга. Весь их вид показывает, что лучше не начинать. Именно, сейчас я понимаю, что с двумя справиться не получится. «Всё слишком плохо». Тяжело выдыхаю, чувствую, боль в районе ребер. «Блеск. Ничего особого не сделал. Зато, получил сломанное или сломанные ребра.» Адам: - Хорошо, Дэйв. Мы уходим. Но только попробуй хоть пальцем до неё дотронуться, или сделать что-нибудь из ряда вон выходящее. Хоть как-то навредишь её ребенку. Я убью тебя. Ради этого отсижу в тюрьме, но я буду знать, что такая мразь, как ты больше не ходит по этой земле. Дэйви: - Ты, опоздал Гонтье. Я, уже, давно дотронулся до неё. Более того, никакого ребенка – нет, - Последнее слово эхом отдаётся в голове. Сначала не понимаю, что он только, что сказал. Молчание. Как будто сейчас, именно в эту секунду, всё рушится. Адам: - Что значит – нет? О, чём, ты говоришь? Майк: - У неё случился выкидыш. Так, что… - Не успевает договорить, перебиваю его на последних словах. Адам: - Завали ебало, Майк. Я не с тобой разговариваю, - Он затыкается, но ни сколько не стушевался перед этими словами. «А должен был?» Дэйви: - Мне жаль, Адам, - Ему нисколько не жаль. Это всё фарс. Только на руку. Но я не верю. Сердце сжимается. Чувствую, как боль. Душевная боль бьёт прямо в грудь. Разъедает меня. Сжирает в своём водовороте. Чувствую, что подступают слёзы. На секунду закрываю глаза, всего лишь секунда, чтобы убрать это состояние. Чтобы они ничего не смогли понять. Это слишком тяжело. «Это выше моих сил. За гранью сознания». Тревор: - Пошли Адам, - Тянет меня за плечо, а второй рукой за мою руку. Но я не могу идти. Нужно. Просто, нужно уйти. И, мы уходим. Просто уходим из этого дома. От этих людей. Где-то там наверху, я знал, что она где-то наверху. Стремительно направляюсь к машине Тревора, он идёт следом, не пытаясь меня догнать. Собственно, это и не нужно. Подхожу к машине и сажу в неё. Зарываюсь руками в волосы, больно вдавливая пальцы в голову. «Я не ожидал. Я не верю». Водительская дверь открывается. Тревор садится, не спешит заводить мотор. Я знаю, что он не смотрит на меня. - Я даже не думал, что всё так… - Прерывает свои слова. Подумав, что они будут лишними и ни к чему. Это не успокоит меня. – Что ты будешь делать дальше? У тебя есть какой-нибудь план или да, хоть что-нибудь? - Нет… - Тихое – нет. Потому что я в натуре не знаю, что мне делать и как действовать. Разгибаюсь в нормальное положение. Рассматриваю разбитые руки. Взгляд Тревора, тоже падает на мои руки, которые представляют собой, что-то из фильма ужаса. «По локоть в крови». - У тебя осталось всего несколько часов. Или же прилететь снова, когда твоя группа будет выступать в Пасадене, - К этому моменту, я потеряю её окончательно. Больше её не будет. - Это слишком долго. Как мне… - Да, к чёрту. Заебали эти вопросы. Всё равно на них нет ответа. - Я слышал, что завтра у них намечается вечеринка. Друг Хэвока пригласил его Майка и Эмму, теперь я узнал, что это настоящая девушка, вечеринка в честь дня рождения, - Шанс? Последний шанс, где я не должен тупить. Сделать всё грамотно. - Где будет проходить эта вечеринка? - «AV Nightclub». У них зарезервирован весь клуб. То есть ты понимаешь, что тебя не пустят, без пригласительного. - У тебя есть пригласительный билет? - Нет. Потому что я не знаком с его другом. Да, и я бы не пошел. Не люблю клубы. - Спасибо Тревор. Извини, что тебе пришлось всё это увидеть. Я не хотел портить тебе настроение своим приездом. - Всё в порядке Адам. Это будет между нами, ты же знаешь. Тебе нужно отдохнуть и обработать раны. Завтра. Обо всём подумаешь завтра. Попробуешь ещё раз. «Не получилось в этот раз. Получится, в следующий». POV Дэйви. Крик, который доносится со второго этажа. Разворачиваюсь к родителям, сидящим за столом и мило общающимся на свои темы. Разговор быстро прекращается, повисает тишина. Только недоуменные и вопросительные взгляды смотрят на меня. «Хрен ли вы смотрите? Я сам не знаю, что это было». Ещё один крик. Кричащий голос Катрин. - Дэйв… Дэйв…, - Ошарашенная вбегает на кухню, тяжело дышит. Пытается связать слова. - Что произошло? – Сам начинаю приходить в беспокойство, но не осознаю этого до конца. - Эмма… она…я…, - Бесполезно, понимаю, что она не скажет. Впечатлительность её губит. Бегом направляюсь в спальню. Преодолеваю ступеньки лестницы, настолько быстро, что даже не замечаю этого. Забегаю в открытую дверь своей комнаты. Эмма, лежит на полу, без сознания. Майк держит её голову. Я не понимаю, что могло произойти. Почему она лежит на полу? - Майк, что произошло? – Брат, отрывается от телефона, по которому вызывал медицинскую помощь. - Я не знаю, мы разговаривали. Просто, разговаривали, постучалась Катрин, я пошёл открывать дверь. Эмма, встала со стула и начала кричать, а потом упала, - Не отрывая телефон от уха, тараторит мне эти слова. - Звони в скорую. Я возьму её и переложу на кровать, - Майк, встаёт с колен, аккуратно опуская голову Эммы на ковер. – Нужно открыть ворота дома, чтобы машина смогла заехать, - В комнату бегают родители вместе с Катрин. - Господи, что произошло? – Мама, закрывает рот рукой в ужасе. Её начинает трясти. Она не должна видеть этого всего. - Пол, уведи мать отсюда, - Отчим, послушно кивает и берёт за плечи Пенни, в жесте, что не нужно на это смотреть. Катрин, стоит в проходе. Её рот слегка приоткрыт, но лицо как будто не меняет ни одной эмоции. Она просто застыла. - Катрин, твою мать… - Пытаюсь дозваться до сестры. Приходит в себя, смотрит на меня, с широко раскрытыми глазами. Полного ужаса. - Дэйв… у неё кровь… - Дрожащим голосом говорит мне очевидные вещи, которые я и без неё вижу. Майк, что-то тараторит в телефоне, балаган и шум смешиваются в комнате разом. А, тупая сестра, не может оторваться от вида крови между ног у Эммы. - Катрин, блять… Принеси мне ебаное полотенце, - Забегает в ванную. - Я дозвонился, они будут через две минуты. - Они здесь? Где-то рядом? - Да, у них был вызов недалеко отсюда. - Ты позвонил Шепарду? - Да, он уже в пути в центральную больницу. - Кровь не останавливается… Катрин… - Выбегает из ванной с махровым полотенцем. – Она горячая, слишком. Что могло произойти? - Выйди Катрин… - Майк со всей серьезностью смотрит на сестру, потому что дальше будет разговор, не требующий лишних ушей. Катрин знать не обязательно. Дверь за сестрой закрывается. - Это всё из-за наркоты, Дэйв. Выкидыш из-за этого, организм не справляется. - Возможно. Сейчас это не имеет значения. Главное, чтобы она осталась жива. Ребенок меня не интересует. - Ты продолжишь делать это? - Я не решил. Но точно уверен, что этот ребенок мне не нужен. - В крови обнаружат наркотики. - Для этого нам и нужен Шепард. Он сделает анализы в своей лаборатории, чтобы никто, ничего не знал. - Ты не понимаешь? Анализы берут сразу, чтобы понять, что с ней происходит? Может это обычная инфекция? Тем более им нужно проверить толерантность к лекарствам и аллергическую пробу. - И что дальше, Майк? Мы что не отвертимся? Мне лично похуй, - Он лишь посмотрел на меня. Не винящим взглядом. Просто кивнул, понимая, что ничего не заканчивается. Да, и заканчиваться не собирается. Дверь в комнату неожиданно распахивается. -Парамедики приехали, - В комнату входят три человека с носилками. Выпускаю свою руку из-под головы Эммы. Встаю с кровати, чтобы не мешать. - Что произошло? – Один из медиков обращается к нам, пока Эмму оперативно кладут на носилки, ставят катетер, что вводят. Всё это мелькает перед глазами. Пропускаю вопросы, мимо себя. Майк взялся отвечать на каждый вопрос относительно Эммы. Мне не до этого. - Кто из вас поедет в больницу, - Носилки выносят из комнаты. Только после этого прихожу в себя. - Я поеду. Мы все поедем. - Хорошо, тогда вам лучше ехать на своих машинах, потому что в нашу, поместятся только двое. - Мы поедем на своих машинах, - Медик, кивает головой. Щёлкает ручкой, стержень заходит в основание. Убирает ручку в карман. Разворачивается и уходит из комнаты. - Поехали, Дэйв, - Рука Майка ложится на плечо. Что-то вроде успокаивающего жеста. «Разве я не спокоен?» «Откуда, такое спокойствие?» Машина скорой добирается до больницы раньше нас. Мы же успели постоять в пробке. Доктор Шепард отзванивался каждые пятнадцать минут. Рассказывая, что и как проходит. В больнице нас встречает медсестра, которая уже была предупреждена, что мы появимся. Для нас выделили комнату ожидания. Мать и Отца пришлось оставить, дома, им это не обязательно видеть и знать. Расхаживаю по этой тошнотворной комнате из угла в угол. Ожидание. Терпение. Только не сейчас. Только не сегодня. Майк, смотрит в одну точку, подперев телефон к щеке. Изредка, ему приходят сообщения, на которые он не спешит отвечать. Катрин. О, господи, Катрин, просто плачет и бесит меня своим видом. Правда, не самое подходящее время, чтобы плакать о человеке, которого ты ненавидишь и презираешь. Собственно и не веришь, тоже. Что за показуха? Что за псевдо-переживание? Доктор Шепард заходит в комнату. Останавливаюсь. Ловлю на себе взгляд. Не одобрительный взгляд, укоряющий взгляд. Даже ненависть, кажется, проскальзывает во всем этом обличии, доктора. Ничего не говорю. Но, Шепард и так всё понимает, без слов. - У неё выкидыш… - Три слова, которые не несут в себе ничего удивительного для меня. Но, только, не для Катрин. - Как выкидыш? – Рассматривает нас с Майком, с теми же слезами на глазах, которые кажется, стали ещё гуще и влажнее. – Вы знали, что она беременна? Вы знали? Почему вы молчите? - Замолчи, Катрин, - Успокаиваю сестру. Она быстро замолкает, закрывает лицо руками. - Состояние очень плохое. Ребёнок умер ещё четыре дня назад. - Из-за чего? - Из-за, стресса. Вообщем сама по себе она, как… у меня нет слов, чтобы подобрать верное определение. Мне её жалко. Чисто по человечески. - Она останется в больнице? Или её можно будет забрать под домашний присмотр? - Как скажет главный врач. Если, он разрешит вам взять её под домашний присмотр, то я – лично буду за ней смотреть. Проводить все необходимые манипуляции. - Нам нужно забрать её, - Шепард, недоверчиво качает головой. Его спокойствие переходит в полное беспокойство. Которое не нужно объяснять. - Скажи мне Дэвид, - Собирается с мыслями, чтобы задать вопрос. Достаточно серьёзный вопрос, и, я уже знаю, что это за вопрос. – Откуда в её крови нашлись тяжелые наркотики? Переглядываемся с Майком. - Она уехала в Нью-Йорк, по делам. Встретилась со своим давним другом, который является наркоманом. Вообщем, этот человек подсадил её снова на наркоту. Подсадил на то, от чего мне пришлось доставать её очень долгое время, - Катрин, резко переводит взгляд в мою сторону. В её голове тысяча вопросов, но ни на один она не получит ответ. Даже не поворачиваюсь в её сторону. - Ясно, - Короткое «ясно». Шепард, разворачивается к двери, видимо больше он не хочет находиться в нашем, а особенно в «моём» обществе. – Я позвоню вам с утра. Сообщу, чем закончилось обследование Эммы. - Спасибо, док. Выходит из комнаты. Тишина. - Она наркоманка? – Блять, как не к месту этот вопрос, сейчас. Просто не к месту. - Хватит, Катрин. Это дело Дэйва и Эммы. Не лезь, куда не просят, - Спасибо Майк, что исправил эту ситуацию за меня. Я, правда, уже не в силах выносить всё это. - И не смей говорить родителям, - Как можно жестче, стараюсь произнести эти слова. - Родители должны уехать. Эмма, должна находиться в спокойствии и тишине. Катрин, ты уедешь с ними. - Почему – я? Почему вы выпихиваете меня из своей семьи? Почему, какая-то наркоманка, стала важнее, вам двоим чем – я? - Ты нам важна, как и прежде. Но, Эмма будущая жена Дэйва. А значит, она является нашей семьей, так же, как и ты. - Это всё полная херня. Вы что-то намудрили. Причём косяк у вас конкретный. - Поехали домой, - Не выдерживаю больше этого балагана, от своей приставучей сестры. Если она останется в доме, то всё пойдёт к херам. Мне это не нужно.       Смываю кровь с разбитой губы. Раковина забрызгана кровью. Полотенце в крови. Она ответит мне за эту кровь. Если, этот гондон, думает, что может себе позволять подобные вещи, то он ошибается. Спасибо Майку, за то, что ответил за меня. В любом случае, Гонтье всегда судит с горяча, так же, как и Эмма. Нет, нормальных мыслей в голове. Только головная боль, которая долбит в висках. Долбит настолько сильно, что отдается во все раны на лице. Кажется, что из-за этого кровь течёт ещё больше. Представляю лицо Шеперда, когда он увидит меня завтра. Хотя, для него это будет не удивительно. Он уже понимает, что здесь, в этом доме, между нами тремя, творится, что-то, что нельзя выносить. Далеко зашло. Всё слишком далеко зашло. Думал ли, я, что жизнь повернется вот таким вот образом? Конечно, нет… Всего лишь один человек. Какая-то – женщина, смогла взбаламутить двух мужиков, которые, раньше были друзьями. А что сейчас? Больше нет, и не будет это дружбы. Всё поменялось. Рассматриваю свои раны. «Да-а, в ближайшее время, можно забыть о концертах». Две таблетки обезбаливающего. Последний раз смотрю на себя. Выхожу из ванной. Взгляд притягивает, как Эмма лежит в чёрной атласной пижаме. Страх в глазах. Этот постоянный страх в глазах. Ничего не поделать. - Это был Гонтье? – Нерешительный вопрос, но всё-таки позволила себе задать его. - А, что? Скучала по своему дружку? – Отворачивает голову. Смотрит в окно. - Что с твоим лицом? Подхожу к кровати с её стороны. Поднимает глаза на меня. Рукой провожу, от подбородка вниз к шее. Цепляю пальцами оборку чёрного кружева. - Мужчину украшают шрамы. Тебе не нравится? - Тебя ничего не украшает, - Моя ухмылка. Эта девчонка знает, что говорить, как преподнести свою мысль и себя. Разве, я должен отдавать её Гонтье? Не думаю. - Раздевайся, - Послушно приподнимается, снимает не нужную для меня вещь. – Умница. Моя девочка.