Актриса без маски...

Вспомни, как ты говорил тогда: "Я актёр, а жизнь моя – игра!" Что ж смотри: зал сегодня нелюдим И на сцене ты один В свете дня тонет ночь Но ничего уже не ждешь Где сменилась жизнь игрою? Где та грань? Ответь. За что же? Катарсис «Кто ты?»

POV Уильям Странное ощущение заставило меня замереть посредине комнаты, выронив стопку бумаг из рук. Неожиданное головокружение и я уже не контролирую подогнувшиеся ноги и практически падаю на пол, схватившись за голову и подавившись воздухом. Перед глазами поплыли цветные круги. Во рту появился мерзкий привкус железа, и я едва подавил желание сплюнуть. Перед глазами вспыхивали и пропадали алые искры (весьма и весьма символично). Я с некоторым трудом поднялся, но далеко уйти не удалось. Внутренности прошила резкая боль, заставившая со всего маха упасть на колени, а через секунду скрючиться на полу он невыносимого жжения. Перед глазами мелькнул тёмный плащ. Отстранённый голос сочувственно произнёс: — Извини, Уильям, но так нужно. Там ты мне помочь не сможешь, а вот испортить… Боль, сжавшая ледяными руками грудь, отступала и начало клонить в сон. Он что-то ещё прошептал (судя по интонациям, ругательное) и лица коснулась влажная тряпица. Видимо удовлетворившись результатом, он переложил меня на диван и, вздохнув, куда-то ушел. Через секунду я почувствовал, как Грелль заботливо укутал меня в покрывало и легко прикоснулся губами к щеке. — Спи спокойно, скоро это кончится и тебе не придется рисковать жизнью и репутацией, — в голосе его прозвучали тоскливые нотки. Какой он всё-таки идиот. Если его не убьют там, то я сам ему голову откручу, дабы неповадно было. В голове неожиданно наступила полная ясность. С трудом разлепив глаза, я поднялся и поборов легкую тошноту, призвал секатор. Грелль уже ушел. Всё, Сатклифф, поиграли и хватит. Я не собираюсь уступать тебе. Ты сам хотел этого и хоть ничего не помнишь… Я не имею права отпустить тебя одного. Это обозначало бы, что я сдался на твою волю. Этого никогда не будет. Итак, куда же мы направились среди ночи? Вывод только один, хоть и отдаёт гнильцой. Корвус. Видимо весточку послал он перед самым моим выздоровлением. Видит Смерть, я благодарен за такое стечение обстоятельств. Возможность немного проучить Сатклиффа и сбить с него излишнюю спесь пришлась как нельзя кстати. Сейчас важно сосредоточится на восстановлении памяти, а не бегать на переговоры к демону. Насколько я понял, он связался с игроками куда более серьёзными, а раз он сразу не собирался размениваться по мелочам, то возможно, сейчас пошел на встречу за информацией. Я запер дверь и задумался. Куда он мог пойти? Однозначно, мир смертных. Скорее всего, местом встречи будет тот самый ресторан, где они встретились в «первый раз». Признаться, в этом случае предугадать что-то очень сложно, но что-то подсказывает мне, что этот акт пьесы будет там. Это ведь единственное место, связанное для нынешнего Грелля с первыми воспоминаниями. Единственное слабое место, скажем так, белое пятно: зачем он идет на заранее обречённую на провал встречу? Я понимаю, что Сатклифф в любом случае будет пытаться выудить из демона всё, но вот захочет ли он это всё дать? Ему ведь точно что-то нужно от Грелля, ценное, но тот колеблется. Вряд ли это что-то принадлежало Корвусу, иначе бы он просто пришел и взял. Но что может понадобиться высшему? Думаю, эта вещь будет если не разгадкой, то очень близко к ней. Видимо, я очень вовремя вышел, потому что нагнал Грелля почти сразу же. Он почти незаметно дернулся и вполголоса ругнулся, оглядываясь по сторонам. Вот и не верь после этого в то, что взгляд почувствовать нельзя. Он остановился и практически безошибочно посмотрел в мою сторону. Сделав неуверенный шаг вперёд, он сплюнул, махнул рукой и понёсся в противоположную сторону. Мне не привыкать за ним наблюдать, поэтому его попытки оторваться от меня не доставили проблем. Увеличивать расстояние я не решился, потому что в случае нападения, а также других непредвиденных ситуаций, я должен максимально быстро появиться и спасти его дурную голову. После двадцати минут блужданий, мы всё же достигли цели. Да, так и есть. Тот самый ресторан. Если рассуждать логически, то это второе место в Лондоне, путь к которому он знает более или менее точно. Первое, я так думаю, это лавка Гробовщика, но устраивать встречу там было бы невыгодно для демона. Я подошел чуть ближе. Сейчас бы дождь, потому что запах, мой запах, демон легко может почувствовать, и тогда я действительно всё испорчу. Если уж Грелль пошел на крайние меры (насколько я понял из его фразы), то дело серьёзней, чем может показаться. Без особой причины нет смысла устраивать самоубийства, так ведь? Из-за тяжелых серых туч, которые нависали над Лондоном уже какую неделю, видимость была почти нулевая. Расстояние, темнота и не слишком хорошее зрение делали своё черное дело: Грелль превратился в тёмное, едва различимое на общем фоне пятно. Тень соседнего дома качнулась, и оттуда вышел Корвус с двумя низшими в полном боевом облачении. Сатклифф сдёрнул капюшон и потянулся. Я подошел немного ближе, чтобы слышать о чём пойдёт речь. Мне необходимо знать, чем может угрожать безответственность моего подчинённого. Одно дело, когда контроль на некоторое время берут чувства, другое — когда приходит четкое понимание, что у всего этого есть черта, переходить за которую нельзя. У нас есть предназначение, которое мы обязаны выполнить. В тишине послышался судорожный выдох. Грелль не посчитал нужным скрывать свои эмоции… как и всегда. Видимо то, что Корвус притащил своих рабов вместе с собой, его слишком удивило. Надо же, актриса совершила практически фатальную ошибку. Теперь лишний шаг будет означать смерть. Наблюдать за этим… как тогда. Заигрывается. Напрочь не видит черты, которая для него не существует. Когда восстановится память, нужно заняться его перевоспитанием. В конце концов, впереди ещё вечность, нужно чем-то занять этот безумный огонёк? Сейчас шансов у него нет. Ни единого. Грелль мог бы справиться с двумя низшими, с потерями, ранениями, но ещё и высший демон ему явно не по зубам. — Приветствую вас, Корвус, — донесся до меня звонкий голос Грелля, который нарочито громко говорил, как будто специально… для кого-то. Возможно, он рассчитал всё лучше, чем представилось сразу. Возможно, у него есть поддержка или путь к отступлению. Возможно, я всё ещё ему доверяю не полностью… Я подобрался чуть ближе и вслушался в шелестящий голос демона. — Рад видеть вас, мистер Сатклифф, — Корвус чуть наклонил голову, приветствуя собеседника, — вы никак с сопровождением? — Нет, — фыркнул он, — моё сопровождение спит дома. А что насчет вашего? — Это мои слуги, — любезно пояснил он, — неужели я даже не имею права завести себе двух хороших исполнительных слуг? — Думаю, не стоило тащить их сюда. Мне вас с лихвой хватило бы, — с трагическим надрывом пропел он. Демон хмыкнул и нейтрально произнёс: — Что ж, к делу. У меня есть информация, что у вас имеется одна любопытная вещица. Я хотел бы обсудить условия заключения контракта на её получение. Итак, что вы желали бы получить в обмен? Информация, возможно, вас удовлетворит, в качестве аванса? Аванс, значит... Интересная сценка: они оба уверены в своих силах и победе в сражении. Но не окажется ли уверенность Сатклиффа блефом? Или же напротив, блефует Корвус? Зная характер демонов (а они все как один — мерзкие и расчетливые интриганы), я готов поверить во что угодно, только не в то, что он спустит Сатклиффу такой промах. — С чего вы взяли, что я её собираюсь отдавать, да ещё и вам? — он рассмеялся и подкинул на ладони маленький мешочек. Корвус качнул головой. — Мистер Сатклифф, вы, видимо, не знаете, на что она способна, — демон перехватил мешочек и практически нежно погладил. Что там может быть такого, раз даже демон относится к этому с таким трепетом? Вывод один — там артефакт. Причем довольно сильный. Грелль — безумец. Тащить такую дрянь в мир жнецов… Если будет хоть одно подозрение, что он хотя бы просто касался этого, то его бессрочно сошлют на Кордон. Практически смертная казнь. Если этот артефакт принадлежит демонам, то равновесие может качнуться в их сторону. А это может обернуться ещё большей катастрофой, чем утеря документов. А если это ещё и часть интриг высших... Ситуация абсолютно вышла из-под контроля, но ещё не поздно изменить её в свою пользу. Итак, мы имеем дело с Греллем Сатклиффом, значит смело можно брать и обдумывать самые бредовые ситуации. Кроме шуток естественно. В девяноста процентах случаев это срабатывает. Примером может послужить тот же инцидент в мире смертных. Повысила планку актриса — выходит на мировую сцену. Он когда-нибудь точно допрыгается и я сам его прибью. Допустим, что он каким-то образом связался с демонами высшего круга, то есть с приближенными к трону родами. Или одним из них. В их мире существует жесткая иерархия, и есть единый правитель, но это не мешает наиболее сильным родам демонов рвать друг другу глотки за место под солнцем. Эти твари хоть и презирают людей, но, порой ничем не отличаются от них. Нет там гражданских войн, нет даже мелких стычек, ведь Повелитель их держит в стальном захвате, но при дворе, как и в каждом государстве, развелся такой сбор ядовитых змей, что заставит позеленеть от зависти любых аристократов. Интриги, тонкие, подобные паутинке, расчет игры на сотни ходов вперёд… Всё, как всегда. Не думаю, что версии будут разниться. А то, что государство есть, сомнений нет, иначе жнецы или ангелы давно бы зачистили угрозу, оставив небольшую хорошо контролируемую группу. Итак, к сути. Корвус был при дворе, это раз, ему нужно что-то, что поможет ему либо упрочить своё положение, либо резко повысить его. Думаю, стоит оставшимся демонам только заподозрить, что причастен Сатклифф, то его уже ничто не спасёт, потому как начнётся охота… или уже началась. У него находится что-то такое, ради чего высший из приближенных к правящему роду и самому Повелителю рискнул договориться с жнецом. — Она бесценна, — обронил Грелль, без особого сопротивления со стороны демона забирая мешочек. Тот склонил голову и ледяным тоном отчеканил: — Будь по-вашему. Возможно, в следующий раз мы сможем найти общие точки соприкосновения. Но берегитесь, — он сделал паузу, — она не всегда будет вашим покровителем и уже скоро эта прелесть найдёт своего владельца. Нехорошо получится, если это буду не я, правда? — Не правда, — хмыкнул Грелль, спокойно глядя в глаза своей смерти. Чего он ждёт? Где то, зачем он пошел сюда? — Вы слишком самонадеянны, если думаете, что до этого момента не лишитесь жизни. Неужели вы считаете, что она позволит вам жить после всего этого… — Неужели вы думаете, — иронично перебил его Корвус, — что я позволю, чтобы эта информация дошла до неё. — Дойдёт, — коротко бросил Сатклифф. В голосе его звучала не то ехидство, не то полная уверенность в том, что всё выгорит. Кажется, он уже узнал всё, что хотел и теперь прикидывает, как выйти из ситуации сухим. Всё даже серьёзней, чем я предполагал, раз уж Сатклифф поддался панике. — Тень пала на ваше лицо или вы испугались? — демон щелкнул пальцами, и вокруг него начали материализовываться низшие. — Позёр, — спокойно прокомментировал Грелль, отступая на два шага и примеряясь для удара. — Не больше и не меньше, чем вы, — он хлопнул в ладони, и его окутала алая дымка. Почти как шепот донеслась до меня его последняя фраза, — у каждого есть цена. И я знаю вашу цену, мистер Сатклифф. POV Грелль Снотворное подействовало как надо. Надеюсь, что его организм справится с такой дозой, ведь это даже не яд. Но вот количество внушает некоторые опасения… Мне, конечно, не хотелось снова травить его, но для него это гораздо безопасней, чем брать его с собой. Я и так подверг Уильяма неоправданному риску, поэтому стоит обезопасить его… хотя бы частично. Он силён, но так же упрям, поэтому пойдёт за мной до конца, а что-то внутри мне подсказывает, что там ему совсем не место. Сейчас я думаю, что мне было бы проще, если бы мы вообще были незнакомы. Иметь под боком надзирателя в качестве живого щита это довольно рискованно, потому что он может увидеть что-то, что не должен. Точнее должен, но это грозит мне дополнительными проблемами. Взять бы и одним махом избавиться от них… Сначала я хотел сыграть на этой привязанности, но сейчас просто не могу. Это довольно мощное оружие, а стоит ли прибивать таракана бревном? Да и кажется мне, что он не слишком мне доверяет, для того, чтобы идти за мной без оглядки на репутацию и ответственность. Всё же у меня нет точной информации о самом Уильяме, а доверять первому впечатлению, хоть и благоприятному, не стоит. Кто знает, что скрывается под его маской. Нужно как можно скорее выяснить, насколько я могу доверять ему. День прошел до безумия весело. В кои-то веки я всё успел: и поработать, и потрепаться с коллегами, и кое-что выяснить. Потратив свой перерыв на ползание в архиве, я узнал довольно любопытные сведения о броши, которую долгое время носил как украшение. Помог мне Гробовщик, оставив записку на рабочем столе с указанием нужной книги и стеллажа в Архиве. И на том спасибо, сам бы я её ещё довольно долго искал. В общем, ситуация в высшей степени неприятная, потому что эта вещица принадлежала раньше одной из высших демонов. В той же книге я нашел вырванную гравюру (края были неровными), которая изображала некую Адель (странное имя, как будто не демон вовсе). На роскошном платье была карандашом выделена брошь (откуда, интересно, составители взяли облик? Демоны же не должны его иметь). На самой последней страницы лежал клочок бумаги, на котором красивым изящным почерком было выведено: «Осознание, бывает, запаздывает, но бьёт очень болезненно». Гробовщик… Что же тебе от меня нужно? Мотивы твои далеки от личных, но забота предполагает отношения более близкие, чем обычное знакомство. Это довольно рискованно, действовать наугад и ни на что, кроме удачи рассчитывать не приходится, но хотелось бы определённости. Глупо доверять всем сразу, не зная их истинных мотивов. Я себе и своим ощущениям не всегда доверяю в последнее время, что уж говорить о ком-то постороннем. Особенно, если речь заходит об отступнике. На улице было довольно холодно для осеннего времени. Пронизывающий, кажущийся ледяным ветер так и норовил залезть под плащ и заморозить меня окончательно. Хорошо, что я не смертный, иначе гарантированно подхватил бы простуду и слег недели на две. Ночной город радовал почти пустыми улицами, жутким холодом и непроглядной темнотой. Фонари тускло освещали небольшие участки, остальное же… Неплохо было бы оглядеться, но отсутствие луны этому мешает, да и зрение, что уж говорить этому нисколько не способствует. Я быстрым шагом пересёк мостовую и уж думал продолжить путь, как меня остановил впившийся в затылок пристальный взгляд. Не знаю почему, но именно этот взгляд показался мне очень знакомым. Что-то связано с этим постоянным незримым наблюдением… Я обернулся и увидел только неясную фигуру на крыше дома. Через секунду она исчезла, и я сплюнул. Привидится же… Нужно спешить, я ведь не могу позволить себе опоздать. Всё же когда ты назначил встречу, было бы невежливо заставлять ждать… даже если этот кто-то демон. Я ускорил шаг, а потом и вовсе перешел на бег. Всё же опаздываю! Добежав до места встречи, я огляделся. Странное место для встречи, но, несомненно, для самого Корвуса очень удобное. Закрытая ровная площадка перед ресторанчиком довольно хорошо подходила для засады. Не думаю, что он решится, процент этого низок, так что можно рискнуть. Нужна информация, и я достану её даже с риском для собственной жизни. Потому что если я сейчас не узнаю чего-то, это может очень сильно повлиять на меня в будущем. Это шанс, призрачный, но шанс. В этой игре у меня нет права на ошибку. Или, по крайней мере, это мне обойдётся дороже, чем могло бы. Демон появился с причитающейся этим тварям помпой. Материализовался он метров за сто: как раз на таком расстоянии я мог учуять его мерзкий запах. Но нему примешивались два менее сильных, но таких же противных и заставляющих морщиться запаха. Он притащил с собой низших. Это ведь нарушение всех возможных законов! Нет, что-то тут нечисто. Корвус не пошел бы на проигрышные переговоры. Ему нужен только артефакт. Нужно думать. Так, слуги… Подождите, вроде бы у демонов такого ранга только рабы, а это значит, он может объявить их движимым имуществом… получается, даже если меня здесь порвут, он только на время не сможет проникать в этот мир. Это не будет для него проблемой. Я вдруг с какой-то пугающей ясностью осознал, что могу сейчас запросто умереть. Двое низших не проблема, на границе я сражался с большим количеством, а вот сам Корвус… Попробовать можно, но малой кровью тут вряд ли обойдётся. Плохо. — Приветствую вас, Корвус, — громко поприветствовал я демона, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало ничего лишнего. Блеф тоже неплохое оружие и им стоит воспользоваться. Дальнейший разговор был довольно предсказуем, демон крайне не оригинален и консервативен. Мерзость какая, как этой хитрой твари отдавать такую опасную вещь? Вежливую просьбу я сопроводил крайне вежливым отказом, а неприкрытую угрозу — смешком и таким же вежливым отрицанием. Артефакт бесценен. Мне не нужны проблемы с его настоящей владелицей. Снова угроза физического уничтожения, и попытка выяснить, что мне нужно, глупая на самом деле. Неужели он думает, что я увижу его маленькую армию и все выложу начистоту? Смешно получается, потому что я и сам не знаю, зачем пришел сюда. Это ведь скорее интуитивно, на предчувствии чего-то важного, а не от точного знания. Разум говорит, что соваться сюда было глупо, просто настолько откровенно глупо, что не достойно настоящего игрока. А интуиция напротив говорит, что на этой встрече я получу важную информацию. Второй я доверяю больше, потому что строить выводы на неполных данных чревато неприятными последствиями, а вот интуиция меня подводит очень редко, можно сказать, совсем не подводит. Поэтому переговоры вот-вот грозят перейти в боевые действия, где главной жертвой буду я, а внутри всё тихо и спокойно. Ни страха, ни паники — ничего. Абсолютная пустота и сосредоточение. — Тень пала на ваше лицо или вы испугались? — протянул демон, явно наслаждаясь ситуацией. Низшие закончили трансформацию, принимая изначальную форму. Из темноты на меня уставились двадцать пар красных глаз, угольками тлеющими в темноте. Фонарь моргнул и погас, оставляя меня в полной темноте. Немного приглядевшись, я с облегчением понял, что примерно вижу силуэты окружающих предметов. Большего не нужно. — Позер, — усмехнулся, вглядываясь в темноту. На нос шлепнулась огромная холодная капля, а печать во внутреннем кармашке потеплела. Запахло палёной тканью, и я почувствовал, как она вгрызается в кожу. Сжав в руке косу, я с вызовом посмотрел на алеющие глаза Корвуса. Тот качнул головой, принимая мой выбор. — Не больше и не меньше, чем вы, — хлопнув в ладони, он открыл портал и неожиданно с нескрываемым удовольствием проговорил, — у каждого есть цена. И я знаю вашу цену, мистер Сатклифф. Кажется, кое-кто пришел к ложным выводам. Что ж, на то его воля. Портал закрылся с глухим хлопком. Напахнуло серой и низшие враз бросились в атаку. Взвизгнула пила, а я прыгнул и скинул темный плащ в морду одного из демонов. Тот замешкался, и это определило его судьбу. Из прорубленной шеи хлынул фонтан. Нестерпимо сладко запахло кровью. Подойти к стене, чтобы ограничить радиус нападения… Резкая боль пронзила левую руку, и рукав рубашки мгновенно пропитался алой жидкостью. Я наотмашь ударил косой и почувствовал, как на спине расплывается ещё одно пятно крови. Крови демона. Минус два. С трудом протолкнув в лёгкие воздух, рвано выдохнул и пригнулся. Дело дрянь. Я метнулся между двух несущихся мне навстречу тварей и полоснул одному из них поперёк туловища, немного перестаравшись потому что низший буквально развалился пополам. Я ещё раз возблагодарил себя за предусмотрительность и за то, что не стал брать ножи. В такой ситуации они бы только мешали, а секундное промедление грозило бы смертью. Вздох. Поворот. Вздох. Проскользнуть между телами, проткнуть шею, отрубая голову, вздох. Главное не забывать дышать, иначе гробовая крышка станет ближе. Вздох. Нелепое падение, и крупное тело демона, навалившееся сверху. Я извернулся и стилетом ткнул в лицо взвизгнувшей твари. Руку прошило сильной болью, дыхание сбилось, и мир закружился. Удар, поворот, удар, кровь, кровь… Нападавших не уменьшилось, а мои силы понемногу кончались. Превозмогая боль, я зажал в левой руке стилет и, не глядя, пустил в толпу. Ночную тишину разорвал мой короткий всхлип, когда когти демона пробили ногу. Дикая боль и танец до помутнения сознания. Почти глухая темнота, звериные рыки, когда удается дотянуться до кого-нибудь. И сводящий с ума запах крови. Неосторожная атака на грани авантюризма и вот я уже лежу на мостовой, а мне в лицо летит собственная коса, которую резко выдернули из ослабленной руки. Вспышка и искры перед носом, на секунду какое-то странное чувство дежавю и боль в глубоких ранах. — Сатклифф, — рассерженно шипит знакомый голос, и демон передо мной лишается головы. Я приподнял голову и увидел смазанную тень, которая металась около меня, не подпуская демонов ближе. Воздух наполнился предсмертными хрипами и тяжелый запах усилился. Уильям… Через минуту бой был окончен. Спирс брезгливо осмотрел площадку и направился ко мне. Наклонившись, он вздернул меня за воротник и приподнял над землёй. Раны радостно отозвались порцией жуткой боли, но я лишь сжал зубы и посмотрел в наполненные яростью глаза. Я буквально чувствовал, что надзиратель был зол до чертиков и для того, чтобы убить меня, ему не хватало ещё чуть-чуть. Он ещё секунду морозил меня взглядом, а потом щёку обожгла пощёчина. — За нарушение правил, — в голосе совсем явно слышалось бешенство. Вторая заставила мир пошатнуться, но и отрезвила, поэтому я продолжал держаться в сознании. — За недоверие, — хлёсткая фраза была больнее, чем удар и на душе стало совсем погано. Третья пощёчина была отпущена без комментариев, хотя впрочем, понятно, за что… Что же я делаю? Он прижал меня к себе и глухо спросил: — Почему ты такой идиот? — Не ваше дело, — тихо шиплю от боли, когда он сжимает левую руку. Я бы тоже обиделся на такую неблагодарную дрянь, так что в чем-то я даже согласен с ним… Но как же больно сердце… — Ошибаетесь, диспетчер, — ледяным тоном отчеканил он, бережно подхватывая меня на руки и уже менее официально, — только попробуй, дернись, брошу, и будешь добираться сам. — Хорошо же, — с трудом проговариваю я, впиваясь ногтями в ладонь. Уильям хоть и старался нести аккуратнее, но регенерация латает раны слишком медленно, чтобы боль ушла. Откуда-то пришла мысль, что когда процесс будет запущен, мне будет ещё хуже. Периодически теряя сознание от боли, я всё-таки продержался до дома. Спирс, не говоря ни слова, раздел, отмыл и уложил меня на кровать. Ощупав ногу, он пробормотал, что рана слишком глубокая, чтобы затянуться быстро, но кровь уже практически остановилась. Всё так же молча он перевязал все раны и, накрыв меня одеялом, приложил ладонь ко лбу. Я прищурился, наблюдая за ним. Осмотрев меня, он отвернулся, и уж было собрался уходить, но я, повинуясь неожиданному беспокойному чувству, схватил его за рукав окровавленного пиджака. — Останься, — жалкий шепот. Докатился. Он дернулся и, осмотрев меня, чертыхнулся, поджал губы и… подоткнул одеяло. Осмотрев критически получившийся результат, Спирс хмыкнул и обронил: — Я не собирался уходить. Ледяная лапа на сердце разжалась, и я закрыл глаза, проваливаясь в сон и чувствуя на губах теплое прикосновение. Наверное, показалось…