Tumblr Boy

Дни сереют. Тэхен уже неделю без Чонгука, не отвечает на сообщения, не смотрит в его сторону в школе и на прогулки перестал выходить. Он прячется в панцире неделю, в особо холодные дни забираясь под пуховое одеяло и всё равно нехотя отмечая, что с объятиями Чонгука со спины ничего и близко не стояло. Он невероятно скучает. Вроде бы ничего не изменилось, только редких переписок в полночь и под утро не стало, но это так остро ощущается, что Тэхен понял: все его дни обретали смысл благодаря этим коротким перепискам. Тэхен отчаянно нуждается. Нет никаких заморочек в школе, дома всё прекрасно, жизнь какая-то ровная и слишком спокойная, как назло, именно сейчас, когда есть невероятное желание думать о чем-то ином, занять мысли хоть чем-нибудь, но не Чонгуком. Но судьба ведь всегда такая: когда нуждаешься, ждёшь — ничего, отрекаешься, забываешь — вот оно, держи. Только не забудь побиться в истерике немного, так сказать, по закону жанра. Да, Тэхен уже с судьбой бороться готовится и ищет проблему самостоятельно, специально нарушая школьные правила. Где-то в среду, уже на четвёртый день собственного отречения от желанного Чонгука, он лезет в драку со своим одноклассником. Тот, конечно, не мастер спорта, но кое-что умеет, а сравнивать его с хилым Тэхеном, так он вообще — спортсмен. Первым начал Тэхен, со всей силой замахнувшись ему в скулу, тот отскочил, прижал ладонь к больному месту. Вмиг взгляд у него сменился со всегда доброжелательного в свирепый и Тэхену больше не удалось его тронуть. Дальше эта драка была больше похожа на театр с одним лишь актером, а остальные так, массовка, не двигаются и служат для декорации. Тэхен выступил в роли груши для битья, не способный даже подняться и попытаться отбиться после сделанных ударов. Действия происходили в классе, прямо во время перемены на обед. Дверь класса была открыта, и Чонгук с его друзьями как раз проходили мимо. Бросив мимолётный взгляд (потому что тамблерам нельзя останавливать взгляд на ком-то дольше доли секунды), он успел разглядеть только высокого парня с ободранными кровоточащими кулаками и Тэхена, лежащего на земле и согнувшегося пополам. Чонгук трус, каких только поискать. Он никогда не отличался особой решительностью и стойкостью характера, наверное, именно по этой причине судьба наделила его красотой, чтобы хотя бы за нею люди тянулись, не то совсем один остался бы. Чонгук благодарил её каждый день, ведь именно она помогла ему занять завидное место в обществе, за ним все ухаживали и его слова уважали. Поэтому, Тэхен был совсем не к месту, он мог пошатнуть наработанную годами репутацию, и это жутко волновало. Но отказаться он не мог от него по одной неоспоримой причине: он любит Тэхена. А раз в дело вмешалась любовь, Чонгук, до этого управляемый только разумом, сейчас в тупике. Сердце хочет хоть один раз взять бразды правления на себя, но разум тоже не сдаётся: с роду управлял, и без боя опускать руки не собирался. Вот так Чонгук провёл неделю: в голове происходила чуть ли не гражданская между сердцем и разумом. Ни тот, ни другой не планировали сдаваться, а за неделю эти мысли Чонгука изрядно потрепали: он был готов сдаться сам. Забить на все — и на любовь, и на статус, просто пожить немного, как обычно, чтобы первой и последней мыслью в голове не было: "Как же я должен поступить?Бороться или сдаться?". Честно говоря, к концу недели Тэхен готов сам пойти и попросить прощения. Ну, не самый стойкий он человек, семь дней стали пыткой, а все обиды на Чонгука уже давно забыты и даже появилась обида на себя: за то, что ушёл тогда, а не выслушал объяснения после. Ведь по сути, Чонгук предупреждал, что их отношения будут за семью замками, но Тэхен почему-то все равно надеялся, что Чонгук откажется от статуса и всей прилагающейся почётности ради него. Тэхен слишком романтичный и возлагал слишком много надежд на Чонгука, который не был готов и половины осилить. Тэхен собирается извиниться в понедельник, сразу с утра, ещё до начала уроков, потому что терпеть больше сил нет. Чонгук к концу недели был на волоске от нервного срыва. Кажется, с утра он нашёл в копне черных смоляных волос один седой. И это стало ещё одной каплей в чаше терпения. Где бы он ни был, что в школе, что дома, его не покидали эти размышления. Одно противоречит другому, он уже по сто раз в уме перечислил достоинства и недостатки каждого из вариантов, но к окончательному решению прийти не мог. Кажется, он ждал чего-то, чего обычно ждут люди нерешительные и боязливые: знака свыше. Это как подстраховка, если всё выйдет хуже, чем оно могло быть, выбрал бы он другое, он может списать всё на судьбу, мол, так уж суждено. Воскресным утром он выходит на прогулку в одиночестве, настороженно осматриваясь, не происходит ли вокруг чего-нибудь из ряда вон выходящего, чтобы, так сказать, "выйти на контакт" с самой судьбой. Он долго идёт, и по дороге видит лишь счастливые семьи за окнами многоэтажек, одну влюблённую пару, мило воркующую по дороге домой и одинокого старика с тростью, старомодной шляпой и подтяжками. Связи между всеми этими людьми он особой не находит, поэтому переключает внимание с людей на окружающую среду в общем, на то, с какой частостью дует ветер и проплывают облака. Но ветер, к сожалению, дул беспорядочно, а небо было ярко-голубого, открытого цвета без единого облачка. Чонгук в шаге от признания поражения. — Это ты, Чон Чонгук? Чонгук думает с секунду, мол, точно ли меня окликнули или это галлюцинации от недосыпа, и, воспроизведя в мыслях всё ещё раз, уверяется: точно. Поворачивается, а на него осуждающим взглядом смотрит женщина лет сорока и смутно напоминает ему кого-то из знакомых. — Это ты моего сына надоумил в драку влезть? Теперь он понял, кого напоминает эта женщина. Тэхен в юбке. Чонгук не знал, как уверить его маму, что он не причастен к драке, и, вообще, у Тэхена небольшие проблемы в личной жизни. — Нет-нет, я просто... его друг! И я знаю, почему он всё это делает. У него сейчас небольшие проблемы в личной жизни...— Чонгук неловко потирает шею и смотрит виновато на женщину. — Знаю я эти проблемы! Уже успела прочитать его дневник! У Чонгука вмиг выпучились глаза, и он начал поглядывать назад: продумать путь к отступлению надо заранее. — И..и...Что вы там нашли?— с опаской спросил Чонгук. — Только имени не знаю, везде почему-то маркёром закрашены, но девушка, похоже, не из лучших. Какая-то расфуфыренная, вся из себя, судя по записям. Чонгук облегченно выдыхает, хватаясь за сердце, потом вспоминает, что здесь совсем не один и что надо кое-что придумать. Но тут у него возникает вполне логичный вопрос. — А откуда вы обо мне узнали? — Ты стал первым другом моего сына, он поставил фотографию с тобой на заставку своего телефона, и ты там единственный в списке контактов. Женщине вдруг позвонили, и она скоро отошла, обещая скоро вернуться, и даже не заметила, как Чонгук удивился. Единственный друг? А как он жил все это время без друзей? Разве можно быть настолько отшельником, чтобы не заиметь хотя бы одного друга? — Мне срочно нужно уезжать, но ты понял, о чем я пришла поговорить. Похоже, ты и сам знаешь, что у Тэхена сейчас все тяжело и ему необходима поддержка кого-то вроде тебя. Чонгук кивает часто и кланяется, пока женщина не скрывается из виду. Теперь, когда диалог закончен, размышления об этой дилемме захлестывают его с двойной силой. "Так может это и был знак?"— все ещё сомневается Чонгук. Похоже, он не только нерешительный, но и тормознутый немного. * Утро понедельника. День, когда решается судьба Чонгука, точнее, он думает, что решается, хотя на самом деле это только до конца средней школы, а это два года. Каждый человек в какой-то степени зависим от социума, а он-то уж слишком перебарщивает, с детства пытаясь слепить себя по-новому, так, как надо. Но истинная натура всегда жила где-то в глубине, зарытая упорными стараниями и фальшью. — Я ушёл,— кричит он с прихожей. Итак, вот оно. Новая страничка в его жизни. То, чего он так долго опасался и втайне желал. Раскрытие. Осталось десять минут пешком, три скучных урока и ровно тогда, когда настанет обеденный перерыв, он просто без слов сядет возле Тэхена. Конечно, он уже представляет осуждающие взгляды со всех сторон, которые будут подавлять, но он пообещал самому себе: он это сделает, несмотря ни на что. "Давай поговорим. Можешь прийти в уборную на четвёртом. Это срочно",— пишет Тэхен в какаотоке, но почему, как и зачем не объясняет. Чонгук думает, что Тэхен уже не хочет с ним встречаться. Ведь в таких случаях всегда все самое плохое на ум приходит раньше. Он уже планирует сходу сказать о своём решении, что они могут встречаться публично, чтобы не дать Тэхену сказать эти обидные слова. — О, Гуки, ты пришёл так быстро,— лепечет неуверенно Тэхен, ведь его уверенность только что встретилась с реальным Чонгуком и помахала рукой на прощанье. — Слушай, только не перебивай. Я знаю, что ты хочешь сказать, но дай мне ещё один шанс? Я могу всем рассказать, что встречаюсь с тобой, Боже, да хоть матери расскажу, но правда она потом меня из дома выгонит. Неважно, главное, прости меня за тот раз, я правда никогда не хотел причинить тебе вреда, а ты ещё подрался недавно, а я тебе даже не помог, прости, прости... Чонгука прорвало. За все эти недели мучений он наконец смог выговорится, и он не мог перестать судорожно извиняться, опираясь ладонями о его плечи. Тэхена это обеспокоило. — Ты не виноват, это всё я, успокойся. Ты можешь и дальше быть тамблером, мы всё равно будем вместе,— Тэхен лучезарно улыбается, и впервые за все их знакомство, Чонгуку Тэхен кажется чем-то вроде солнца. Чем-то ярким и согревающим. — Правда? — Да. Я ведь уже выпускаюсь скоро. Мне не важно, знает ли кто-то или нет. Главное, знаем мы оба. У Чонгука глаза превращаются в две маленькие радужки и сводит скулы от улыбки, потому что он неимоверно рад такому всепрощающему и доброму Тэхену. Он мягко его обнимает и коротко прикасается к губам. Этого достаточно, чтобы выразить всю его радость.