Артиникида

Дорога через перевал оказалась куда более непроходимой, чем я ожидал. Сперва это была просто узкая тропинка, ведущая вверх, однако угол подъёма увеличивался, казалось, с каждым шагом. Уже на полпути ноги начали соскальзывать, и я с трудом удерживался, чтобы не скатиться вниз. Иногда приходилось хвататься руками за колючие ветки кустарников, на которых, не смотря на отсутствие листьев, отлично сохранились тонкие и длинный шипы. Однако для меня всё это было сущей ерундой в сравнении с тем, как тяжело давался подъём Шону. Мальчишка то и дело вскрикивал, хватаясь за мою куртку дрожащими руками. В конце концов, я просто взял его за руку и больше не отпускал, вовремя подлавливая при очередном его соскальзывании. Однако, к моему удивлению, после этого Шон не стал спокойнее, как я предполагал, а лишь начал падать ещё чаще. –Я больше…не…могу… – запыхавшись, пробормотал он, когда мы практически добрались до конца подъёма. Мне и самому было нелегко, но что для бога смерти физическая нагрузка? Все затраченные в пути силы быстро восстанавливаются энергией, черпаемой отовсюду, позволяя мне не ощущать усталости. –Эй, чего вы там застряли? – крикнула мне сверху Селена, для которой подъём, похоже, был детской забавой. Что уж говорить об Ароне. Даже Честер, и тот обогнал нас двоих, пытаясь догнать своего хозяина. –Постарайся, осталось совсем чуть-чуть. – Уговариваю я мальчишку, хоть и сам понимаю – не может он. Действительно не может. –Я…попробую… – голос совсем тихий, обессиленный. Последнее время он плохо ел и побывал во многих стрессовых ситуациях. Даже частый сон, что по большей части был пребыванием без сознания, не спасал его от переутомления. Чёрт, что если это и повлечёт за собой его гибель? Не позволю! –Ладно, не мучайся. – Подтягиваю его к себе за руку и закидываю себе на спину. Такой лёгкий, вроде бы вчера казался мне тяжелее… Неужели он так быстро теряет калории? –Ник… не надо…я сам могу… – неубедительно бормочет он мне на ухо, но не сопротивляется. –Отдохни. – С немалым усилием, но всё же делаю шаг. Осталось совсем чуть-чуть… *** –Мда… – многозначительно выдохнул Арон, обобщив тем самым наши мысли. Мы стояли на пике перевала и смотрели на предстоящий маршрут, по которому следовало спускаться. –Я…туда не хочу! – тихо возразил Шон выглядывающий из-за моей спины. –А я высоты боюсь! – взвизгнул хвостатый, пряча лицо за ладонями. –Тебе-то чего бояться, ты же бессмертный? – удивился мальчишка, косясь на Честера. –Не знаю… – красноволосый и сам задумался, – …я всё равно боюсь! –Так, поспешу вас огорчить, но выбора у нас нет. – Селена ещё раз окинула взглядом склон, ведущий вниз. – В принципе на вид куда страшнее, чем на самом деле. Расслабьтесь. –Легко сказать… – Шон обречённо вздохнул, но спорить не стал. Выбора у нас действительно не было. –Хотите, я пойду первой? – предложила девушка. Возражений не последовало, как впрочем, и согласия. Селена бодро улыбнулась и, развернувшись спиной вперёд, начала спускаться, придерживаясь руками за всё, что могло как-то помочь удержаться. Выждав немного, за ней последовал Арон. Хвостатому ничего не оставалось, как поборов свой страх, последовать его примеру. Остались только мы с Шоном. Мальчишка подошёл к тому месту, где было удобнее всего начинать спуск, но по его побледневшему лицу я понял, что всё это изначально было плохой идеей. Он не сможет. Подхожу к мальчишке со спины и аккуратно обнимаю за плечи, наклоняясь к его уху. –Я тебя не брошу. – Произношу искренне, чувствую, как он вздрагивает, но не оборачивается, а затем на мгновение касается кончиками пальцев моей руки, лежащей у него на плече. Всего на мгновение, однако, в этом жесте ему удалось передать мне всё, что он хотел. Доверие. Шон подходит к самому краю, опускает одну ногу вниз, затем другую. Я следую за ним. Спуск действительно очень крутой, почти отвесная стена. Теперь не удивительно, что тропинка сюда была такой неприметной и практически не выделяющейся среди дикой природы. Этим маршрутом никто не ходил. Разве что желающие полюбоваться видом, но в это время года их было немного. Влажная почва сильно усложняла задачу. Мелкие камни то и дело сыпались вниз, опора часто уходила из-под ног. Но мне было не страшно. Всё своё внимание я сосредоточил на мальчишке, на каждом его шаге, каждом напуганном вздохе. Я старался держаться к нему как можно ближе и ни за что не упустить момент, когда ему потребуется моя помощь. Шаг за шагом мы медленно преодолевали расстояние, которое казалось бесконечным. Время словно замедлилось, минуты тянулись как часы. Мне так хотелось поскорее обезопасить Шона, что это желание напрочь вытеснило все мысли из моей головы. Наверно, так я ещё ни за кого в своей жизни не переживал. –Ник! – послышалось снизу. Я дёрнулся, мальчишка тоже. Благо все остались на своих местах, и никто не сорвался. Особенно он. – Вы далеко! «Око»! Голос Селены звучал обеспокоенно даже на немалом расстоянии. И у неё было достаточно причин для беспокойства. Нас не должны вычислить, только не сейчас. Если отшельники сообразят, что мы направляемся к «шву», то весь наш план полетит к чертям. Запасного у нас нет, поэтому при таком раскладе мы однозначно проиграем, и не сражение – мы проиграем войну. Слишком многое поставлено на карту, слишком многое в наших руках и малейшая неосторожность повлечёт за собой не самые благоприятные последствия. –Надо немного поторопиться. – Объясняю я Шону, но тут же спешу добавить: – Только осторожно. –Хорошо. – Мальчишка кивает и продолжает спускаться, но неудачно ставит ногу и… начинает съезжать вниз. Пальцы судорожно хватаются за камни, впиваются в землю, но никак не могут найти подходящую опору. – Ниииииик! Пытаюсь что-то сделать, ускоряюсь, насколько позволяет положение, стараюсь подать ему руку, пока он окончательно не соскочил. Мальчишка напугано кричит моё имя, измазывая руки в грязь. Широко распахнутыми от страха глазами он умоляюще смотрит на меня, а я уже и не думаю прятать лицо под капюшон. Может, будет даже лучше, если я смогу приказать ему не сорваться, держаться крепче, не паниковать… Наконец, Шон находит подходящий выступ, чтобы суметь остановиться. Опасность временно миновала. Осознав это, мальчишка начинает судорожно хватать ртом воздух, будто только что вынырнул из воды, дрожа при этом всем телом. Знал бы он, как сильно я испугался… –Не шевелись! – выкрикиваю я, когда до Шона мне остаётся буквально пара метров. Совсем чуть-чуть, и я смогу схватить его за руку. Только тогда мне станет спокойнее. Пусть это не обеспечит ему стопроцентную безопасность, но я приложу все возможные усилия, чтобы с ним ничего не случилось. –Мне страшно… – шепчут его губы, и он делает шаг в мою сторону. Зачем, чёрт возьми? Я же велел ему не шевелиться! Мальчишка срывается вместе с очередным ненадёжным камнем и летит пару метров вниз, умудрившись схватиться рукой за удачно попавшийся на пути кустарник. Вижу, как он морщится от боли – наверняка шипы глубоко вонзились в кожу. Но всё это мелочи по сравнению с падением с такой высоты. Посмотрев вниз, вижу поднимающуюся нам навстречу Селену. На шее у неё привязан мешочек с амулетом. Подмога уже близко. Шон, только не сорвись, держись, прошу тебя… *** Легко смотреть в глаза смерти, когда ты в чём-то уверен. Когда знаешь наверняка, когда всё решается в считанные секунды… Я действительно не боялся приставленного к моему горлу ножа, не боялся того пьяницу в переулке, когда кинулся защищать Ника… Уверенность, она лишает страха, превращает его в твоё оружие. Уверенность в неизбежности смерти или же в необходимости защитить того, кто тебе дорог. Каждый раз находясь в опасной ситуации, я чувствовал, как меня переполняла эта самая уверенность. Однако сейчас… страшно умирать в сомнениях… В такие моменты понимаешь, какой ты на самом деле трус. Любой человек боится боли и это факт. Адреналин в крови, конечно, способен притупить сознание, но одно дело напороться на нож, где после секундной боли уже ничего не будет иметь смысл, и совсем другое дело катиться по крутому склону, осознавая, что возможно в этот самый момент ломаются твои кости и страдают органы. Это страшно… Я чувствовал, как глубоко впиваются в мою ладонь острые шипы, но это уже не казалось мне таким болезненным. Пока я пытался ухватиться пальцами хоть за что-то, успел настолько изрезать руки об мелкие камни, что мог не замечать этой боли. Мгновенно зашедшая в порезы грязь вызывала жжение, руки стали какого-то тёмно-бордового оттенка из-за смешавшейся с землёй крови. Но это ведь ерунда, это ведь заживёт… Если, конечно хилый кустарник удержит меня и я не сорвусь вниз, где до ближайшей относительно ровной поверхности лететь метров десять… –Шон, ты как? – чьи-то руки обхватывают меня за пояс. Поворачиваю голову и вижу Серафиму, непонятно когда успевшую подняться обратно. – Отпускай уже этот куст, я тебя держу. –Давай помогу! – это уже Ник. Чувствую, как меня хватают за руку чуть выше локтя и крепко держат. Они оба по очереди помогают мне спуститься, вернее просто волокут меня на себе, как ценный багаж. Помогать им у меня не особо получается, так как тело своё я контролирую с трудом. Какая-то неописуемая слабость овладела мной, превращая в беспомощную куклу. Я даже умудрился задремать, прикрыв глаза. В себя я пришёл только тогда, когда меня уложили на землю и слегка похлопали по щекам. Не больно, едва ощутимо, но всё же достаточно, чтобы привести меня в чувство. Тут же я понял, что голова моя лежит не на земле, а на коленях девушки, а рядом сидит брюнет, челка которого мешает увидеть глаза. Артур просто стоит чуть в стороне, а возле него суетится Честер, обеспокоенно поглядывая то на меня, то на Серафиму. –Шон, ты что-нибудь чувствуешь? – интересуется блондинка, волосы которой падают мне прямо на лицо. Ответить не получается, поэтому я лишь отрицательно киваю. –Почему, у тебя ведь… – растерянно тараторит Ник, но его перебивают. –Видимо, от шока не отошёл. – Голос Артура звучит наиболее спокойно из всех присутствующих. – Скоро почувствует. –А что…со мной? – всё-таки выдавливаю из себя, пытаясь понять, что собственно у меня должно болеть. Я действительно ничего не чувствую, абсолютно. Такое блаженное состояние, будто лежу в тёплой ванне, и ничего не беспокоит. Только лёгкая растерянность от происходящего и зарождающееся где-то глубоко внутри чувство паники от слов серебристоволосого. –В принципе ничего смертельного, ногу порезал, когда падал. – Объясняет девушка, и я перевожу взгляд на свою распоротую штанину, испачканную в кровь. Странно, я даже не заметил… – Рана средней глубины, думаю, можно не зашивать, но обработать и наложить повязку необходимо. Да и идти теперь ты вряд ли сможешь… –Надеюсь, у тебя есть с собой всё необходимое? – вопрос Ника прозвучал как «ну же, скажи, что мы не влипли…» –Не хочу тебя огорчать, но нет. – Серафима чуть подтолкнула меня за плечи, помогая перейти в сидячее положение. У меня немного закружилась голова, но виду я не подал, молча пережидая, пока перед глазами перестанет плыть. Интересно, а головой я случайно не бился? –И…что нам делать? –Если у меня всё получится, и Совет пошлёт свой отряд нам на подмогу, у них будет достаточно сил залечить его рану в два счета. Только… – девушка замолчала. И мне показалось, что причина её молчания понятна всем, кроме меня. Ну, может ещё и хвостатого… – Ладно, идём. *эээ...о данном кусочке сказать мне нечего...не знаю, от него я не в восторге, но и понять что не так тоже не в моих силах...вам судить (простите, что так мало...вроде три дня писала, а вышло только это...всё-таки осознание того, что утром идти в школу сильно мешает вдохновению) з.ы: автор в приподнятом настроении от арта)))большое спасибо*))