Черная полоса ли, белая ли, а у кого-то копыта дырявые...

В Эквестрии тех времён существовала традиция отправлять наследников княжеств в Кантерлот на зиму для обучения в духе мира и компромисса и установления дружеских отношений между будущими правителями княжеств, чтобы исключить войны меж ними. С большой радостью Мира встретила новость о том, что она поедет от Аметистов в Кантерлот следующей зимой. Хоть она и ожидала трудного испытания от этого времени в плане того, что она будет изгоем среди отпрысков знатных фамилий из-за своего рога, но зато у неё будет много-много времени для изучения наук, а также, о, Провидение!, доступ в библиотеку Принцессы! Ну, по крайней мере, Мира надеялась на это. В Кантерлоте она встретила Афтерглоу Дэльфи, также известную как "Филли" - умственно отсталую наследницу Триединой Монархии Дэльфи, находящейся с родным Мире Мэйнхеттэном в последние годы в сложных отношениях. Ожидаемых издевательств со стороны земляков Мира не получила, потому что вдали от дома в замке Принцессы она стала для них "своей" по сравнению с "чужими" - наследниками других княжеств. Они, особенно близнецы-Хризолиты, которые приходились ей кузенами, даже защищали её, когда кто-либо пытался пройтись по её дискредитирующему собственный род облику. Увидев Афтерглоу, Мира сразу прониклась к ней жалостью, ведь она понимала каково это жить с врождённым недостатком, усложняющим жизнь и разочаровывающим окружающих. Ей хотелось защитить её от насмешек, но заводилами в этом были её земляки, которые впервые стали к ней хорошо относиться. А значит, помощь Афтерглоу станет концом отношений с ними. Наверно, даже кузены отвернутся от неё. И она сделала выбор. Довольно рослая и крепкая Уорпед Миррор почти полностью прятала за собой Филли, которая была на пару лет младше и мала даже и для своего возраста. Начав перепалку, она сразу повела себя агрессивно, намекая своей стойкой на применение физической силы, наплевав на манеры высокородных пони, которых она по идее должна была придерживаться. Опешившая лидер Мэйнхеттэнцев, ровесница Миры Книппель из Аквамаринов, прямо поставила её перед выбором между врагом Мэйнхеттэна и своими соотечественниками. На это Мира наигранно наклонила голову в задумчивости, замерла на пару секунд, а затем резко с шагом вперёд подняла голову так, что её длинный искривлённый рог незаметно со стороны чуть царапнул Книппель по носу. Суть её ответа была таковой, что с такими "соотечественниками" и врагов не надо. При этом она на мгновение глянула на своих кузенов, попытавшись показать им, что к ним эти слова не относятся. Почувствовав настрой закусившей удила Миры, Книппель вместе с остальными со словами о том, что криворогая пожалеет об этом, удалилась. Так началась опека Миры над Филли, переросшая в дружбу. Мире понравилось проводить время в обществе Филли - глупой, но такой доброй крохотной кобылки. Не держала она зла ни на кого за издевательства над ней. Мира пыталась понять и научиться этому у неё, она сама выросла довольно жестокосердной, враги её навсегда были в её памяти, а месть её всегда была многократно страшнее нанесённой ей обиды. Филли же объясняла, что пони так себя ведут от того, что не понимают друг друга, не видят, насколько прекрасны они сами и окружающие их. Удивительным было для Миры слышать такое от в прочем всегда тугой к мыслительным построениям кобылки. Мира пыталась помочь Афтерглоу научиться жить в обществе, в надежде перебить своим старанием и упорством её большой недостаток. Это занятие сильно повлияло на неё саму, потому что заставляло задумываться о глубинных принципах своего поведения, о том, что ранее было для неё подспудно очевидным. Во время занятий по развитию ума Филли Мире приходилось мысленно вместе с ней проходить заново путь построения системы мышления. Имея стимул помочь своему единственному другу, она, говоря с ней, упорядочивала и свой собственный разум, очищаясь от шелухи непоследовательности и стереотипов. Много нового удалось почерпнуть Мире в замке Кантерлота, многое же ещё оставалось непрочитанным и непонятым. Но не это было причиной нежелания Миры покидать столицу полуобъединённой Эквестрии. Страшно тоскливо было осознавать, что теперь не удастся видеться с Филли ещё очень и очень долго, почти целую вечность до следующей зимы. Уже при отъезде криворожке хотелось снова погулять с ней по парку и поболтать ни о чём лёжа на снегу у статуи драконикуса и глядя в голубое небо. Впрочем, она сможет хотя бы переписываться с ней, да ещё в юной Уорпед Миррор теплилась глупая надежда на то, что ей позволят отправиться в Балтимэр в гости к своей августейшей подруге. Родители к приезду Миры уже знали о выходках своего чада в Кантерлоте. Никогда ещё она не получала такой выволочки от них. Из-за неё на Аметистов стали коситься и чуть ли не открыто называть подстилками Дэльфи и проводниками их интересов в Мэйнхеттэне. Ссора её с Книппель Аквамарин вылилась в охлаждение отношений меж их родами и способствовала разрушению баланса интересов в Меринократии. Аметисты до этих пор являлись самым влиятельным родом в Мэйнхеттэне, теперь же многие от них отвернулись, и явного лидера в Меринократии уже не было. Тогда Мира предложила воспользоваться ситуацией и открыто встать на позиции сближения с Триединой монархией. Лайв Вайер хотела прекратить её поползновения на то, что бы советовать взрослым, но остановилась, увидев задумавшегося супруга. Тот понял, что его дочь попала в точку, что можно было аргументировать тем, что объективных причин для вражды меж княжествами нет, в то время как союз двух могущественных княжеств востока выведет их на уровень третьего центра силы в Эквестрии. Действительно, неожиданным шагом для противников станет прямое выступление Аметистов против сложившейся традиции региональной борьбы с Дэльфи. А учитывая, что Триединая находилась из-за внутренних проблем в тяжёлом положении, то от союза Монохром не откажется, пусть даже он и будет понимать, что более сильное сейчас княжество Меринократии будет доминировать в нём. Вдруг глава рода Аметистов понял, в чём причина этой вражды. Их всех водили вокруг копыта. Перед Дрэгонфлайтом один за другим представали в новом свете события прошлого и настоящего. Он осознал всю глубину власти Принцессы внутри Мэйнхеттэна и Меринократии. Ряд купеческих гильдий со штаб-квартирой в Кантерлоте, заключавших выгодные договора с теми семействами, которые стояли на "правильных" позициях в политике. Общественные организации, получавшие финансирование от меценатов, живущих в общей столице, выступавшие с критикой местного правительства. Появляющиеся словно из ниоткуда проблемы при развёртывании отраслей промышленности, призванных увеличить автономность мэйнхеттэнской экономики. Всё теперь указывало на тень, как ни парадоксально это звучит, Солнечной принцессы. Дрэгонфлайт развил бурную деятельность после своего озарения. Он встретился за беседой с главами всех влиятельных родов, сделал ряд выступлений перед прессой, усиленно стал добиваться пересмотра доктрины внешней политики Мэйнхеттэна. В новых условиях он благодушно отнёсся к просьбе Миры разрешить ей поехать в Балтимэр, тем более что повод тому был: дошли новости о том, что мать Афтерглоу свела счёты с жизнью, а сама Филли из-за этого стала неузнаваема. Подробности последнего были неизвестны. Было вполне логичным позволить Мире совершить эту поездку, представив сие как помощь в утешении горя наследницы Триединой. Хороший шаг для сближения с Дэльфи. Но взамен отец взял с Уорпед Миррор слово, что та помирится с Книппель.