Глава 46. Кровавый Холм. Часть 3.
18 марта 2018 г., 21:24
Глава 46. Кровавый Холм. Часть 3.
Сержант-майор Джеффри Бигелоу с раздражением потряс свой, в очередной раз вырубившийся, электронный бинокль. Здоровенный сорокалетний негр, бывший ротным погонялой которого бойцы за глаза звали "Бам-бам", проклинал этот странный мир, где сбоила электроника, проклинал японцев, втянувших его в эту странную войну, и проклинал наци, что не сдохли на войне прошлой. А ведь ему оставалось до пенсии всего ничего, семь месяцев - и он свободен. Небольшое ранчо и крепкая белая жена, обязательно блондинка, уже ждали его в родной Америке. Правда, ни ранчо, ни блондинка еще об этом не знали, но в этом сержант-майор проблемы не видел. А видел он ее впереди, где под покровом надвигающихся сумерек, злобные наци и не менее злобные зомби точили на него, честного солдата самой лучшей армии в мире и настоящего патриота своей страны, длинные и острые зубы, ножи, заряжали автоматы и пулеметы. А это было... неприятно. - Сэр, у меня телефон вырубился и не включается! - с обидой в голосе сказал рядовой со смешной фамилией Гамп. Этот мамкин выкормыш жутко раздражал сержанта-майора своим инфантилизмом. Даже сейчас, когда их взводу приказали сидеть на стенах и наблюдать за врагом, этот олух вместо исполнения своих непосредственных обязанностей ковырялся со своим смартфоном, надеясь посмотреть идиотские японские мультики или почитать их не менее идиотские комиксы про девок на танках. Нет бы про Бэтмена читал, или там Супермена... - Рядовой, ты охренел? Какой тебе еще телефон? Мы на войне, если ты до сих пор не понял, - начал первым снимать стружку с Гампа капрал с классической мексиканской фамилией Родригес. Его Бигелоу практически любил. Парень был тертый, прошел Ирак и Ливию, а что в капралах засиделся - так нечего пьяным китель штабному полковнику обблевывать. И ведь самое смешное - от коммандера он никакого наказания не понес. Шепард вообще к такому относилась с пренебрежением. Ну не отдал солдат штабнику честь увольнении, ну обблевал - не беда. Главное, что бы службу исправно нес и на ней не бухал. И Родригес действительно нес. И не бухал. - Отставить, капрал! Не до него сейчас. Если выживет - свое получит, - мрачно сказал Джефри, убирая подведший его девайс в подсумок и вытаскивая обычный полевой бинокль. - Ты мне лучше скажи: у меня глюки или вон та скала движется? - Сэр? Где? - капрал так же приник к биноклю. – Эмм… Сэр, кажется это не скала! - А что это по-твоему такое?! - тень от гор не позволяла как следует разглядеть эту штуку, а все электронные прибамбасы, похоже, сдохли окончательно, если судить по жутко печальной роже Гампа. - Это грёбанный танк, сэр! Это, мать его, мегатанк! - Родригес схватился за трубку полевого телефона, дико древнего аппарата, незнамо как добытого японцами. - База, это пост Чарли! Видим противника! Тут огромный танк! Нет, он реально огромный мегатанк! Нет, сэр, я читал про маусы и видел их на картинках и этот больше! Намного, вашу мать, больше! Так точно! Цель вошла в квадрат зулу-двенадцать, движется на... Пока капрал диктовал координаты супертанка, сержант-майор быстро и уверенно расставил солдат, нарезав каждому свой участок обороны, одновременно жалея, что должность корректировщика была переведена из полевой в штабную, откуда управлять дронами и беспилотниками разведки все же безопаснее, чем с передней линии. Они, стоящие на стене, были первой линией, что должна была создать видимость обороны, пока остальные занимали вторую и третью, ожидая... а вот чего следовало ожидать, Бигелоу не знал. Ему просто отдали приказ держать оборону и ждать команды отступать на вторую линию, держащую на прицеле всю стену. И эта линия была сильно покрепче их жалкой ниточки. Загнанные в капониры танки, спешно возведенные укрепления и стрелковые ячейки, баррикады из бетонных блоков, а также бессчётное количество прочего фортификационного дерьма, - и все это было утыкано стволами, как рождественская елка игрушками. Игрушками готовыми накрыть лавиной огня любого идиота, решившего, что он может с ними воевать. На третьей же линии окопался резерв и самоходки. И сейчас эти самые самоходки начали стрелять. Снаряды с воем прошли над стеной. Весь взвод, прилипший к биноклям и прицелам, ожидал, что вот сейчас они врежутся в мегатанк и разнесут его в клочья. Оторвут огромную башню с орудиями чуть ли не крейсерского калибра и наци, потеряв этот монструозный агрегат, передумают идти в атаку. Но их надежды не оправдались. Артиллерия довольно точно накрыла гиганта. Родригес не подвел. Но вот только эти самые снаряды вообще никакого вреда танку не нанесли. Зато в ответ ударила артиллерия наци, стараясь нащупать американские орудия, да и мегатанк в долгу не остался. Его орудия одно за другим выплюнули огромные снопы непривычного рыже-зеленого пламени, отправив крупнокалиберные подарки на позиции. А по равнине к холму пошли танки и пехота.***
Оберфюрер Эльза фон Шикльгрубер, едва выйдя из мини-портала, перенесшего ее к найденному разведчиками входу в Холм, отмахнулась от рапорта Льва и, ничуть не заботясь о чистоте собственного плаща, полезла в дыру. Несмотря на то, что практически все были уверены в невозможности контратаки противника, вышедшие за ее спиной два взвода охраны быстро заняли периметр. В начавшемся светопреставлении наступление на Холм вряд ли кто-то полезет в небольшой овраг на его склоне, невидимый со стен, да еще и находящийся на противоположной стороне от начавшегося огненного ада. - Сколько до свободного пространства? - спросила Эльза у полезшего за ней Льва. - По показаниям приборов - еще семнадцать метров. Мы смогли прорыть двадцать два, но дальше пошли валуны. На их выкапывание и растаскивание у нас уйдет порядка полусуток, - равнодушно доложил унтотен. - Не уйдет. Магов у обороняющихся нет, так что я смогу проложить нам путь, - ответила Эльза, снимая перчатки. - Агент, вы с вашей группой остаетесь в боевом охранении, в случае чего - поднимайте тревогу. Хотя, не мне вас учить. - Слушаюсь, - все так же равнодушно ответил Лев. И, немного помолчав, добавил. - Осторожнее там. Коротко козырнув, он быстро и бесшумно выбрался наружу. А Эльза, сконцентрировавшись, создала перед собой плазменную полусферу и пошла вперед, игнорируя потоки раскаленных газов, рвущихся наружу. И одновременно попыталась силой найти заинтересовавшего ее своей необычностью наемника. Найдя же - встала как вкопанная. Хитрый Юде сейчас, как и она, шел в Холм. Только сверху. А значит, Эльзе надо приложить больше усилий, чтобы побыстрее заново проложить туннель. Ведь не просто так этот наемник спускается вниз. Быстрый анализ выдал только два варианта развития событий: или наемник постарается испортить механизм Врат или же он собирается его как-то использовать. Эльза была почему-то уверена во втором варианте. Она видела "сон" про оборону коридора ариями от их бывших рабов в его сознании. Так что... кто знает, какие загадки таит в себе этот человек. А загадки дамэ оберфюрер любила.***
Капитан Саймон Бакнер захлопнул фонарь кабины и на автомате проверил крепление кислородной маски на лице. Зажигание, закрылки вниз, РУД на себя - и шестнадцатитонная машина, ревя двигателями, побежала по взлетной полосе. Пилот в этот момент лишь молился об одном - чтобы начавшие атаку наци не перенесли огонь артиллерии на ВПП и продолжали нащупывать САУ их бригады. Саймону повезло, и его F-18 успешно поднялась в воздух. Так же повезло его ведомому Джеффу Моро и капитану Квентину Ли. А вот ведомый Ли так и не смог привыкнуть к отсутствию половины привычных приборов в кокпите и, видимо не поглядев на альтиметр и забыв вручную убрать шасси, на бреющем пролетел над базой и зацепил этими самыми шасси за оборонительную стену. В результате его машина, отломав стойку, на огромной скорости понеслась к земле, врубившись в нестройные ряды солдат противника, где и взорвалась. Но это сейчас мало волновало пилотов США. Рации не работали, но сигнал Ли о том, что к ним с востока приближаются самолеты противника, Бакнер все же разглядел и смог предупредить Моро. Стоило поспешить и вывалить все девять неуправляемых двухтысячефунтовых бомб CBU с кассетной начинкой на скопления противника. А если учесть, что приборы прицеливания и наведения были сняты техниками и на борту остался только курсовой механический прицел для пушек "Вулкан"... В общем, задача была нетривиальной. Поэтому капитан даже не стал долго думать и искать достойную цель. Он просто с интервалом в секунду прожал на кнопку сброса, отправляя опасные подарочки со своих пилонов на кого Бог пошлет. Быстро облегчив машину, Бакнер успел сделать еще пару заходов и пройтись из шестистволок по пехоте, когда сверху на них свалились самолеты наци, да еще такие, что капитан даже на пару секунд забылся, глядя на них во все глаза. Из рассказов выжившего в столице местной империи японца Саймон знал, что Рейх использует хоть и "протюненные", но страшно устаревшие реактивные мессершмиты, поэтому появление в кубатуре машин типа "летающее крыло" было полной неожиданностью. Машины, напоминавшие своими силуэтами огромные бумеранги с четырьмя реактивными двигателями, обрушились американцев, как рой разъяренных пчел. Капитан Бакнер пришел в себя в тот момент, когда очередь из пушек истребителя противника пересекла его курс. Рванув РУД на себя, Саймон сделал свечку, стремясь уйти на высоту, где было больше пространства для маневра. Сейчас, в начавшейся собачьей свалке каждый был сам за себя и, в отличие от оппонентов, американцы не могли надеяться на координацию действий с ведомыми. Ему и его ведомому удалось набрать высоту. А вот капитану Ли - нет. На него насели сразу две пары и пока одна прижимала самолет Квентина к земле, вторая взяла его в "ножницы", сойдясь на противокурсах и разнеся центроплан и движки очередями пушек. А на Бакнера и Моро на высоте насели еще две пары. Саймон вертелся как мог, бросая машину из стороны в сторону, постоянно крутя "бочку" и плавая в красном тумане*. Ни о какой атаке на противника и помощи ведомому не было и речи, сейчас Бакнер хотел только одного - выжить. Но когда в прицел попали те, кто сбил капитана Ли - Саймон без раздумий выжал гашетку, посылая снаряды "Вулканов" в серые силуэты с черными крестами на крыльях. И когда от одной из машин полетели куски дюраля, или из чего там наци клепали свои самолеты, капитан почувствовал эйфорию. Он смог, он попал. И не важно, что поврежденная машина не упала, а потянула куда-то на восток, дымя сразу двумя двигателями. Ничего, все равно одним меньше, а значит - пехоте будет чуть-чуть полегче. Бакнер так и не понял, почему один из самолетов противника пристроился слева, повторяя все маневры американца. Уйти от него не удавалось, так как тяговооруженность у наци была явно повыше, чем у родного, пусть и облегченного на большую часть электронного оборудования F-18. У капитана не было времени часто смотреть на этого "зеркальщика", так как остальные висели у него на хвосте. Не было его и на то, чтобы посмотреть, как идут дела у ведомого. Но все же Саймон время от времени кидал взгляды на этого странного пилота, пока не понял, что же его так в нем смущает. Пристальный взгляд на кокпит самолета противника - и капитан Саймон Бакнер, ревностный католик по жизни, взмок от холодного ужаса. На него из-под вполне обычного гермошлема с поднятым забралом и отключенной системой подачи кислорода смотрел самый настоящий мертвец с зеленоватыми огоньками в пустых глазницах выбеленного черепа. Этот ужас и стал для капитана смертельной ошибкой. Резко сбавив скорость, он стал легкой мишенью для второго пилота-унтотена и очередь из его пушек прошила F-18 от кокпита до центроплана, не оставив и шанса на выживание капитану Бакнеру, который уже не увидел, как наци аккуратно сбили его ведомого, заставив катапультировать. А на земле слегка оглушенного лейтенанта Моро захватили в плен наземные силы Рейха.***
Шепард устало откинулась на бетонный блок и начала перезаряжать тяжелый подствольник своей винтовки, оказавшийся крайне эффективным оружием против нацистских мертвецов. Вот только гранат у всей их бригады было сильно меньше, чем ходячих трупов у врага. Перезарядившись, она аккуратно высунулась из-за укрытия, оценивая ситуацию. И ситуация эта была откровенным говном. Несмотря на противодействие бригадной артиллерии, ухитрившийся немного потрепать батареи противника, его снаряды продолжали периодически падать в тылу третьей линии обороны. А вот свои тяжелые 155-миллиметровые самоходки бригада потеряла. По совершенно непонятной причине в их бортах вдруг начинали образовываться небольшие дыры. Сначала одна, потом еще, еще - и в итоге либо разбивался казенник пушки, либо детонировал загнанный в него снаряд. Плюсом к этому было потеряно три "Страйкера" из мотоманевренной группы и один "Абрамс", по башню загнанный в капонир. Никому из оборонявшихся и в голову не могло прийти, что снайпер-бронебойщик мог находится на горе в десятках километров от базы. Также Шепард не знала, что потери от этого огня могли быть несоизмеримо больше, если бы у герра Шмайсера по непонятной для него причине не запотел изнутри и не покрылся инеем прицельный комплекс его уберваффе, отчего злой, как собака, Курт, содрав противогаз и отчаянно хлюпая носом, беспомощно утаптывал снег на своей позиции, проклиная всех и вся. Но и без него положение американцев было близко к отчаянному. "Железный капут" играючи выдержал артобстрел, изредка подвывая драконитовым реактором и гудя рунной броней при особо удачных попаданиях, в ответ снеся несколькими залпами своих 283-мм корабельных пушек SKC/34 огромный кусок стены, сильно проредив первую линию обороны. Нет, бравые парни сражались отчаянно, но все же силы были откровенно неравны. Слишком большая численность противника и обилие пулеметов не давали поднять головы над краем стены. А когда этот обстрел закончился - было уже поздно. Танки с десантом на броне и штурмовики в БМП уже были под стеной, готовые начать штурм американских позиций. Но все же крови у наци первая линия попортила изрядно. По прущим вперед унтотенам и штурмгруппам лупили из всех стволов, противотанкисты зачастую в упор расстреливали из гранатометов серые танки с крестами на башнях... Пока на позиции не прорвались мехбатальоны. Легкие экзоскелеты, неуязвимые для пехотного стрелкового оружия, запрыгивали на стену и просто сметали всех с нее метлой из установленных в конечностях пулеметных спарок, а тяжелые панцеркляйны из своих наплечных пушек накрывали фугасами группы противотанкистов, укрываясь от ракет и гранат толстенными штурмовыми щитами. Нет, потери они несли и несли немалые, как от огня первой линии, так и от вступившей в бой второй, но за их стальными спинами на получившиеся от ударов "Крысы" рокады уже поднимались тяжелые танки и батальоны пехоты. Американцы с японцами, более привычные к точечному ведению войны, все теперь пасовали перед тактикой массированного штурма, прямо из времен Второй Мировой. Шепард высунулась из-за укрытия и влепила гранату в грудь зажавшему в укрытии остатки наемников пулеметчику. Ударившая в грудину граната разметала костяного стрелка, но на коммандера тут же обратили внимание живые пехотинцы противника. Под их массированным огнем бетон блока начал стремительно выкрашиваться и Джейн, плюхнувшись на живот, резво поползла от него к другому, стоявшему позади, пока солдаты ее роты прикрывали коммандера огнем. Укрывшись, Шепард зарядила последнюю гранату и утерла пот со лба. Штурм второй линии только начинался.***
Подземелье встретило сводный отряд тишиной и темнотой. Над головой уже негромко громыхало, показывая, что фрицы пошли в атаку, поэтому несущим заряд следовало поторопиться. - Куда дальше? - спросил у Жида Хазама, отцепляя карабин от пояса. - Так... - наемник достал из кармана кусок бумаги с нарисованной от руки схемой подземелья. - Мы вот тут, в конце коридора. Сейчас будет ангар с чем-то типа летающих тарелок, по периметру у него по четыре комнаты, нам туда не надо. А надо нам строго вперед, вот сюда. Тут что-то типа КПП будет, там на полу толстенная дверь валяется, почти такая же, как перед нами, - в луче фонаря наемника блеснул металл, лежащий впереди ворот. - Странно, а чего наружу лежат, а не вовнутрь? Их изнутри вынесло? - спросил Урис. - Если штурмовали отсюда, то при взрыве их должно вышибить внутрь. - А хрен его знает. Тут магия есть, могли их не взрывать, а вырывать. Да и не важно нам сейчас. Давайте... Но Жида прервал громко шикнувший Строри. Приложив палец к губам, он сурово посмотрел на остальных и прислушался. - Слышите? - тихо спросил он полминуты спустя. - Что? - Хазама тоже прислушался, но ничего не услышал. - Шипит что-то в том конце, - рука гнома указала на засыпанный выход из подземелья. - А, поверхностники, что с вас взять. В общем - там что-то шипит, как горелка ацетиленовая, но только более шкворчаще. - Та-а-а-ак... Давайте-ка свалим отсюда побыстрее, что-то мне ссыкотно, - сказал Стэнли, хватаясь за ручку ящика с зарядом. Жид тут же подхватил свою новую особо любимую игрушку с другой стороны и они с лейтенантом дружно порысили вперед. Отряд успел пройти треть ангара, когда из коридора за их спинами ударил холодный голубоватый свет, тут же, в прочем, погасший. И насмешливый женский голос с гортанным акцентом сказал на русском: - А куда это мы так спешим, Юде? - Бля-я-я-я... Я лучше пешком постою, - прохрипел Жид, быстрее рванув вперед, практически таща, как на буксире, и ящик и ничего не понимающего Уриса. Хазама не понял, что сказал этот голос, но, глядя на рванувшего вперед наемника, сообразил - дело дрянь. Поискав глазами укрытие, он было шагнул к нему, когда его остановил один из бойцов, лейтенант Коичиро Райдон. - Сэр, вы нужны внизу, с подрывниками. Мы останемся и задержим противника на сколько сможем. Остальные японцы согласно закивали и резво побежали занимать укрытия. Гном же схватил генерала за рукав и потащил вслед убежавшим вперед подрывникам. Доведя его до "КПП", Строри оглянулся на начавших пальбу японцев и махнул рукой. - Генерал, дуйте за нашими вниз. А я тут останусь, - с этими словами гном снял с ремня пулемет и разложил сошки. - Но... - Я этим сволочам покажу, как сражается подгорный народ. Авось, они тогда под наши горы и не полезут. Хазама только кивнул на слова Строри и отдал ему честь. После чего побежал к упавшему давным-давно лифту, где, шипя и матерясь друг на друга, русский и американец готовили свой последний довод к спуску.***
Строри из клана Огненного Камня печально вздохнул, глядя на багровый ствол пулемета и полез за револьвером, с большим трудом отжатым у племянника. Печалиться было от чего - отличная машинка не выдержала постоянного огня, которым гном зажимал фашистов, не давая высунуться из укрытия, перекалилась и, как и следовало ожидать, у нее повело ствол. А патроны еще оставались, целых полкороба. Но толку-то теперь от них... Даже не отдать никому. Немцы, перебегавшие от укрытия к укрытию, немного отличались от виденных ранее. Не было массивных доспехов, маски противогазов были больше похожи на свинские морды из-за расположения фильтра, а широкие плечи укрывали серых матерчатые плащи, скрывавшие под собой одни только нагрудники. Правда, вооружение не особо отличалось от виденного ранее, разве что пулемет был только у одного. Защита этих... "плащеносцев" подкачала. Японцы, пока их не перебили, смогли убить троих и ранить еще парочку, прежде чем их позиции накрыл самый настоящий невод из молний. А подобные заклинания были, как слышал Строри, прерогативой очень сильных магов. И этого следовало опасаться, ведь подобный маг вполне себе мог пробить природную невосприимчивость гномов к большинству заклинаний. Аккуратно высунувшись из-за обломка стены, Строри посмотрел, что делают его противники, после чего выставил револьвер и, прицелившись, выжал спуск. Укрытие гнома осветил хвост пламени, вырвавшегося из ствола пятидесятого калибра, но револьвер, которого отдачей просто вырвало бы из рук среднего человека, даже не дрогнул в привыкших к тяжеленому молоту руках. Тяжелая, но мягкая пуля влепилась в шлем менявшего укрытие солдата и просто отшвырнула его, размазавшись по зачарованной каске. И Строри только сплюнул, когда подстреленный застонал и кое-как начал ползти куда подальше от гнома. - Барук Кхазад!!! Кхазад Аймену!!! - прокатился по подземелью боевой клич подгорного народа и на опешивших от такого фашистов колобком выкатился яростно жмущий на спуск револьвера гном. Пять выстрелов уронили на пыльный пол троих, а после в ход пошла укрытая рунами чуть ли не в два слоя родовая секира Строри, передававшаяся из поколения в поколение. Гномий металл со скрежетом вскрывал легкую броню "плащеносцев", защитные руны вспыхивали зеленым огнем и гасли. Строри крутился волчком, постоянно сбивая прицел находящимся за радиусом поражения его секирой, и старался прикрываться теми, с кем сошелся в упор. Добрый десяток фашистов лишился конечностей или обзавелся рубленными ранами от глотки и практически до задницы. И вполне возможно, храбрый гном положил бы всех своих противников, непривычных к подобному бою, если бы... Если бы затянутая в черную кожу изящная и тонкая рука не перехватила секиру за лезвие с силой гидравлических тисков. - О-ла-ла, на меня второй раз уже бросаются с топорами. Тенденция, - слабо улыбнулась высокая черноволосая девушка в черном плаще с двумя рунами "S" на петлице. - А ведь ты мог спокойно покинуть это место, тангар. Мы бы дали тебе уйти. Мы ведь не воюем с твоим народом. - На мне долг... И я его отдаю... - пропыхтел Строри пытаясь вырвать секиру из девичьей руки. И ухмыльнулся от молнией пронзившей его идеи. - А Жид был прав - сиськи у тебя висят, и жопа маленькая. Широко улыбнувшись охреневшей от такого заявления девушке, Строри провернулся вокруг своей оси, преодолевая сопротивление и вырвал-таки секиру. Но вот ударить уже не успел. С исказившимся яростью лицом Эльза шагнула к нему и опустила ладонь ребром на шлем гнома, разваливая голову наглеца. После чего отряхнула руку от крови и мозгов, подняла с пола секиру и прошипела рассерженной змеей: - За мной. Наемника брать живым.***
- Мэм, на связи полковник! - крикнул практический в ухо Шепард подползший связист, протягивая трубку полевого телефона. - Шепард на связи! - Джейн пришлось поднапрячь голосовые связки, чтобы докричаться до командира бригады сквозь грохот взрывов. - Коммандер, что с первой линией? Почему я от них не получаю докладов? - Сэр, первая линия уничтожена, вторая связана боем. Почти все танки уничтожены, мы под тяжелым обстрелом. Нам нужно подкрепление! - Проклятье. От спецгруппы сообщений не поступало? - Никак нет. И скорее всего не будет. - Отбой, - буркнул полковник. Шепард тяжело вздохнула, с тоской глядя на купол Врат. Положение с каждой минутой становилось все хуже. Чудовищный мегатанк все же дополз до стены, и сейчас его огромная башня возвышалась над ее остатками, время от времени ведя огонь из своих монструозных пушек по американским позициям. К счастью, остатки стены не давали опустить эти пушки ниже горизонта, а крутая рокада не позволяла "Крысе" заползти выше. Остальные же немецкие танки, старательно прячась за укрытиями и своими подбитыми товарищами, старались не попасть под огонь. Неуязвимость этих танков была поставлена под вопрос массированными залпами из противотанковых пушек и выпущенными прямой наводкой ПТУРами "Абрамсов". Да, прицельные комплексы не работали, но пролететь пару сотен метров, не отклоняясь от цели, ракета могла. Противотанковые гранатометы тоже оказались вполне эффективны, но только если по одному танку работало их не менее пяти. Первая пара снарядов перегружала щит, еще пара - руническую защиту брони, ну а пятая эту самую броню вскрывала. Но такая атака не заканчивалась без жертв. За каждого подбитого "крестоносца" американцы платили дорогую и кровавую цену. Пехота, старающаяся прикрывать свои машины, старательно заливала свинцом любое возможное укрытие, не жалея патронов. Экипажам "Абрамсов" требовалось намного меньше усилий, что бы спалить того же Е-50М или Е-100, не говоря уже о старых "Львах". Два попадания ПТУРом - и бронированная по самое не хочу громада младшего брата "Мауса" весело горела зеленоватым огнем. Кумулятивные снаряды тоже оказались эффективны против толстой немецкой брони, хотя их и требовалось не менее 5-6 штук на машину. Вот только машин у наци было очень много. По ушам, игнорируя демпферы наушников, снова ударил грохот взрыва. Очередной снаряд из орудий «Крысы» накрыл позиции, поднимая тучу пыли. Сперва Шепард не обратила на это особого внимания… Пока не поняла, что танк отработал по позициям наемников. - Медик! – хрипло заорала коммандер. - Здесь, мэм. - Возьми пару бойцов и проверь, остались ли выжившие на позиции, куда сейчас влупил этот ублюдок. Если да – потом доложишь, кто именно, - сейчас это было единственное, что Джейн могла сделать для Жида. А ведь она обещала ему приглядеть за его соратниками. – И заткните кто-нибудь дыру в обороне! Медик и пара капралов шустро и аккуратно рванули к позиции, а следом за ними ползло еще полвзвода. Довольно быстро медик осмотрел тела наемников, после чего споро начал перевязывать выживших, не обращая внимания на ад сражения вокруг. И вскоре приставленные к нему солдаты потащили двоих в тыл. Медик собрался было приступить к третьему, но, едва прикоснувшись, тут же отстранился и начал собирать свое хозяйство в подсумки. - Ну что, капрал? – спросила Шепард, когда медик наконец добрался до нее. - Двое, мэм. Один длинный, переломы, контузия, множество осколков в теле, но выживет, если в течение трех часов в больницу доставят. Второй был с катаной, тоже переломы и контузия. И из-за своего меча лишился глаза, вырезало обломком. Но жить будет. Третьего спасти не успел, у него, похоже, один из осколков у сердца был. - Ну хоть двое… - пробормотала Шепард. – Связь! Дай штаб! - Мэм, связи нет. Наверное, провод перебило… - Ну так ползи, чини. Мы тебя прикро… - договорить не дал раздавшийся в трубке голос полковника. - Внимание всем. Приказываю оставить удерживаемые рубежи второй линии и отступить на третью. Повторяю – оставить рубежи второй линии и отступить на третью. Обеспечить эвакуацию раненых, медтранспорт уходит через Врата в первую очередь. О получении приказа доложить. - Шепард, приказ приняла! – крикнула в трубку коммандер. И заорала во всю мощь. – Отступаем к следующей линии!***
- Ну что, на сколько ставим? – спросил лейтенант у наемника. - На сейчас, - пыхнув дымом, произнес Жид, делая последнюю затяжку и доставая ключ. - В смысле на сейчас? А как же мы? - Ты выстрелы слышишь? – В ответ лейтенант неуверенно кивнул. – Так вот, это Хазама. А значит, что они уже здесь и заслон наверху перебит. Старик долго не протянет, так что… Сам понимаешь. Нам не уйти. Так что давай – раз-два и в Вальхаллу. - Дерьмо, - нервно заозирался сапер. - А тут выхода запасного точно нет? - Откуда я знаю? Я тебе что, все эти катакомбы лично строил? – сплюнул Жид. - Нет, если тебе будет от этого легче – давай подождем минут пять, пока ты тут все осмотришь. Как раз придут нацисты, убьют нас, разрядят бомбу, а потом нам же ее в итоге и подкинут. И никакой супермен с бетменом и мстителями нам не поможет… - Пять минут... – вздохнул лейтенант. - Ты больной? - Меньше не получится. Предохранитель на бомбе не позволит. У наемника от этой новости даже выпал изо рта окурок. - А вот теперь мы действительно в дерьме... - И что нам делать? Жид зло сплюнул: - Что делать, что делать… Прожить еще пять минут, чтобы красиво умереть. Как подтверждение слов Жида, до саперов донесся гулкий хлопок гранаты. Им обоим и без объяснений было понятно, что генерал не продержался обещанные десять минут. Урис молча посмотрел в глаза наемника и, тяжело вздохнув, начал выставлять время. Пять минут ноль-ноль секунд. Воткнув ключ в приемник, лейтенант проследил за такими же действиями наемника и молча, на пальцах, начал обратный отсчет. Три… Два… Один! Едва большой палец сложился в кулак, Жид и Урис практически синхронно повернули ключи. С тихими щелчками начался обратный отсчет… - Так вот зачем ты сюда шел, Юде, - голос в конце зала заставил саперов, обломавших ключи в замках у основания, рвануть в укрытия и вскинуть оружие. – Идея хороша, но вот прыти вам не хватило, мы уже пришли. И да, у меня к тебе появился вопрос, мой дорогой наемник: я и правда так некрасива? На выпученные глаза укрывшегося за каким-то блоком наемника не менее удивленный Урис только прошептал «Тяни время» и постучал пальцем по часам. - Я такого не говорил, - выкрикнул Жид. - А твой ручной гном сказал мне совершенно обратное, - едва Эльза закончила говорить, как укрытие наемника прошило несколько пуль. Жид рыбкой нырнул за другое и прижался к полу, нащупывая скар. Но вот только винтовка осталась лежать на его прежней позиции со срезанным пулей ремнем. Оскалившись, наемник выдернул из кобуры пистолет. - Он нагло врал. Фигурка-то у тебя ого-го. Это он такую тактическую хитрость применил. - Да? Это он зря, никакая хитрость не стоит разбитого черепа, - сказал все тот же голос над ухом Уриса и хрупкие, но чудовищно сильные руки взяли его на болевой захват. – И да, Юде, тебе мат. Деактивируйте бомбу, и тогда я вас пощажу. Жид, вскинув пистолет, злобно посмотрел на прикрывшуюся лейтенантом Эльзу и целящихся в него пару солдат за ее спиной. Девушка чуть нажала на вывернутый самым садистским способом локоть лейтенанта, заставив его завыть от пронзившей руку боли. - Ну же, давай, бросай оружие и идите, отключайте бомбу, - оберфюрер слегка ослабила захват. Слегка подумав, наемник кивнул и начал опускать пистолет… И, мгновенно вскинув его, дважды выстрелил в американца, после чего перенес огонь на солдат Эльзы, одновременно срываясь с места. И попал. Голова одного из немцев дернулась, когда пуля пробила противогаз, а второй со стоном осел, держась за живот. Сама же Эльза прикрылась от пуль телом лейтенанта. - Как говорят у меня на родине – хрен вам, фрицы, в ягодицы. Русские не сдаются. - Оно и видно. Как у вас там: За Родину, за Сталина? Вот и давай, решай – ты за них умираешь или отключаешь ваш последний довод и живешь дальше. Тебя никто не тронет, даю слово офицера. - Нужно мне твое слово, - Жид, укрывшийся буквально в метре от заряда, довольно ухмыльнулся. До взрыва осталась чуть больше минуты. – И вообще: я твое кунг-фу в рот макал! Выскочив из-за какого-то технологичного агрегата, наемник высадил магазин в сторону госпожи оберфюрер и упал, зарычав от боли. Прилетевшие в ответ пули из ее вальтера были точнее. Парочка прошила мякоть левой руки, а еще одна, самая меткая, попала в грудь. Жиду показалось, что его со всей дури пнул великан, если таковые в этом мире водились. Беретта отлетела при падении на пару метров, но с таким же успехом она могла бы и улететь в соседнюю галактику. Не дотянуться. Правая рука нырнула под куртку, нащупывая рукоять верного люгера, и, вырвав его, Жид открыл огонь по подходящей к нему девушке. И тут Эльза показала высший класс, просто отбивая пули засветившимися ладонями. А когда магазин кончился – стремительно подскочила к наемнику, выбила пистолет из его ладони и, не прикладывая усилий, подняла здоровенного мужика одной за шкварник, как нашкодившего котенка. - Ну и? Что ты там собирался в рот макать? – с улыбкой спросила Эльза. - Да так… Девять… Восемь… Семь… Шесть... - начал было считать Жид, но могучая оплеуха, отвешенная тонкой женской ручкой, отправила его в беспамятство.***
- Да мне насрать! Сама за руль садись и вывози их! – бешено орала Шепард на плачущую сисястую японку. Эта дура, бросив оружие, оставила позицию, когда увидела, что одного из раненых наемников, и побежала к эвакотранспорту, совершенно не обращая на летающие вокруг пули и осколки. Рванувший за ней командир, Шепард даже вспомнила в горячке его имя – Итами, словил в спину пару попаданий. Хорошо хоть эта дура оглянулась и, подхватив командира, потащила его к своей цели. И даже прикрыла его собой от взрыва, когда один из панцеркляйнов решил лупануть из своей «ахт-ахт»** по машинам с ранеными. На удивление – неудачно, погиб только водитель, которому этот самый снаряд просто снес голову с плеч. - Мэм… - жалобно залопотала что-то девчонка, у которой Джейн на шевроне прочитала фамилию – Курибаяши. - Молчать! В машину, к Вратам! Быстро! – резкие команды вкупе с оплеухой сделали свое дело – сисястая шмыгнула носом, отдала честь и прыгнула за баранку машины. Выдохнув, Шепард развернулась в сторону боя. После гибели штаба и как минимум трети отступающих войск под артобстрелом наци, коммандер осталась одна из высших командиров. Быстро назначив первых попавшихся лейтенантов своими замами, она нарезала им простую задачу – отступать за Врата, бросая тяжелую технику и вытаскивая раненых. Если возможно – на машинах. Нет – на себе. И солдаты рвали жилы, но старались, вытаскивали… Зачастую – уже мертвых. Еще чаще – сами погибая в процессе. А неумолимый серый вал из шагоходов и пехоты подходил все ближе. Хорошо хоть танки уже не могли пройти по развалинам баррикад, не рискуя снять себе гусеницы. Но даже если бы прошли – останавливать их было уже нечем. Американцы потратили все. Сейчас все реже и реже строчили пулеметы, а пехотинцы, негромко матерясь, скупо добивали последние магазины. Шепард не сразу поняла, что случилось. Весь холм казалось одновременно «подпрыгнул». Земля покрылась трещинами, из которых в небо взмыли фонтаны грунта. В следующее мгновение твердь ухнула вниз, увлекая в образовавшийся котлован как защитников, так и нападавших. Поле боя мгновенно превратилось в мешанину из тел и обломков, погрузившись в хаос. Сама Джейн оказалась на самом краю этой воронки, и, схватившись за вынырнувший из земли прут арматуры, с ужасом смотрела, как гаснут оказавшиеся теперь на склоне Врата. Спустя считанные секунды они исчезли, буквально растворившись в воздухе. Кое-как поднявшись на ноги и осмотрев поле боя, стрельба на котором окончательно стихла, Шепард просто бросила свою винтовку себе под ноги. Через пару секунд к ней присоединился пистолет. - Всем бросить оружие! Мы сдаемся! – прокричала она что есть силы, поднимая руки.***
Бледная как полотно Рори Меркури, поддерживаемая под руку сестрой Жида и Тукой, с надеждой и отчаяньем смотрела на выезжающие из Врат машины, полные раненых солдат. Грязные, закопчённые и окровавленные лица пустыми глазами равнодушно смотрели на девушек. И так – в каждой машине. - Да сколько их? – тихо прошептала Лелей, прижимая к груди посох. Стоявшие рядом Бозес и Пина только крепче сжимали кулаки, глядя на раненых. - А сколько тех, кто там лег? – в тон ей ответила Рори. – Проклятье, ну где же ты… - Успокойтесь, - Дарья погладила апостола по плечу. – Вполне возможно, что он лежит в кузове проехавших машин. Или сражается там, по ту сторону. - И скорее всего – в самом пекле, - бледно улыбнулась Рори. – Так на него похоже… Когда из Врат стали пешком выходить солдаты, таща своих товарищей на руках, Рори просто и без затей посадили на асфальт. А сами девушки бросились вперед, помогая тащить раненых к стоящим неподалеку палаткам с красными крестами. Поток идущих из-за Врат нарастал, и Рори боялась моргать, стараясь не пропустить знакомое и любимое лицо. Но его все не было. Лица сливались в сплошную карусель, мельтешили туда-сюда… А его не было. Вглядывающаяся в них Меркури даже пропустила момент, когда Врата исчезли. Лишь заметив облегчение на лицах окружающих, она поняла, что это все. С трудом встав, апостол поплелась к той палатке, где командовала сестра ее дорого человека. - Ну что? – тихий вопрос отвлек Дарью от перевязки очередного раненного. - Пока не знаю, - покачала девушка в ответ головой. – Но подожди отчаиваться. Ты сама видишь, какое тут столпотворение. Сейчас просто некогда бегать по палаткам, искать его. Да и кто знает, может он сейчас без сознания, у него может быть изуродовано лицо… Много вариантов. Но знаю пока одно – двоих русских недавно увезли в госпиталь. Что с ними, кто они – пока не известно. Так что жди, надейся. Это все, что я могу тебе посоветовать. Если что узнаю – сообщу. А пока – вернись в больницу и помолись за него.
