Во сне

На секунду Том перестал жевать и замер. Билл сел за стол напротив него и ненадолго задумался, прикидывая, с чего лучше начать. Том пристально смотрел на него, вцепившись в вилку, с обреченностью человека, готового услышать, что угодно. Наконец, Билл вздохнул и произнес: - Я практикую осознанные сны. Том нахмурился, не отводя от Билла взгляд. Поняв, что Том ничего не собирается говорить, Билл продолжил: - Это такие сны, в которых ты понимаешь, что спишь. Ведь ты же всегда, когда видишь сон, принимаешь его за действительность. А в осознанных снах такого нет. И из-за того, что ты понимаешь, что спишь, ты можешь сделать себе какой угодно сюжет. В осознанных снах возможно всё. Хоть летать, хоть по воде ходить, хоть третью руку себе отрастить, хоть отправиться в Древнюю Грецию. Можно создать себе любую локацию, любого человека, любую внешность. Можно даже превратиться в животное или в какой-нибудь предмет. Сон ограничивается только твоей фантазией. Билл замолчал, выжидательно глядя на Тома, но тот по-прежнему ничего не говорил, переваривая информацию. - Ты хотел узнать, что это за трава у меня была. Это Калея Закатечичи. Если употреблять ее перед сном, то будешь видеть более яркие сны, повысится вероятность осознанности во сне. Я заливал ее кипятком и пил отвар перед сном. - И как? Помогла?- хмыкнул Том. Всё, что сейчас говорил Билл, казалось ему дикостью. - Да,- ничуть не смутившись скептицизма Тома, сказал Билл.- Но ты не бойся. Она не считается наркотиком. Ее можно купить абсолютно легально. - Это, конечно, меняет дело…- пробубнил Том себе под нос. - Ты извини, что я устроил драку,- Билл протянул руку через стол и накрыл ею ладонь Тома.- Я просто испугался. Я никогда не видел тебя таким злым. Я в тот момент вообще не думал. - А надо было думать,- Том стряхнул его руку со своей и скрестил руки на груди.- А кофе зачем пил перед сном? Почему спал отдельно? - Дело в том, что,- со знанием дела начал Билл,- чтобы повысить вероятность увидеть осознанный сон, нужно встать под утро специально не выспавшимся. Примерно через 6 часов после того, как лег спать. И выпить кофе. И когда ты снова ляжешь спать, тебя не унесет в неосознанный сон, потому что ты будешь взбодрён. А минимум 6 часов нужно проспать, чтобы твой мозг был отдохнувшим, потому что для осознанного сна нужна энергия. Если мозг уставший, то осознанного сна не будет. Но и слишком много перед входом в осознанный сон спать не надо, иначе просто не уснешь. Здесь балансировать надо: не быть слишком уставшим или полностью отдохнувшим. - Понятно,- продолжал хмуриться Том. - А спал я отдельно, потому что для того, чтобы войти в осознанный сон, тебе не должно ничего мешать. А ты мог перевернуться. Или задеть меня. Или захрапеть,- на этих словах Билл улыбнулся.- И тогда все мои усилия были бы напрасны. - Что тебе мешало сразу рассказать мне?- Том покачал головой и с осуждением посмотрел на Билла.- Видишь, до чего довел дело. - Я боялся, что ты не поймешь меня и решишь, что я сошел с ума,- виновато произнес Билл. - Рано или поздно я бы в любом случае узнал. Всё тайное становится явным. - Да, ты прав,- Билл уставился на свои руки.- Поэтому еще раз прошу у тебя прощения. Я повел себя, как кретин. - Для тебя это естественно. Том со вздохом встал и подошел к окну. У него просто в голове не укладывалось то, что он сейчас узнал. От рассказа Билла у него на душе заскребли кошки. Он не верил ни одному его слову и не знал, как с ним дальше разговаривать. - Ты что, не веришь мне? Тому показалось, что он слышит его голос издалека. - Нет,- прикрыв глаза, отозвался Том. - Зачем мне врать тебе?- отодвинув стул, Билл подошел к нему сзади и обнял, сцепив пальцы у него на животе. - Я и не думаю, что ты врешь мне,- Том никак не ответил на объятие. - А что тогда ты думаешь? Том молчал. - Ясно. Ты думаешь, что я сошел с ума,- с какой-то обреченностью в голосе сказал Билл и отстранился.- Я знал, что так будет. И что ты предлагаешь? - А что я должен предложить?- Том повернулся к нему лицом. - Ну…- замялся Билл.- Может, тебе тоже стоит попробовать вызвать такой сон? Вот и убедишься, что я не сошел с ума. Кстати, в осознанном сне и вдвоем можно быть. Я бы тебя там встретил и показал, что к чему. Том почувствовал, что начинает раздражаться. - Мне делать больше, что ли, нечего?- огрызнулся он.- У меня на завтра куча домашней работы. И еще два занятия со школьниками. И если ты не забыл, я еще работаю внештатным переводчиком в одной конторе. Они мне на днях огромный материал прислали, который я должен перевести к концу этой недели и отправить им обратно. И когда, позволь спросить, я должен заниматься твоей чепухой? Это у тебя бездна свободного времени. Сидишь дома. Не работаешь, не учишься. Даже убираться нормально в доме перестал со своими осознанными снами. Не знаю, как ты, а я не люблю жить, как поросенок. Если бы твои сны помогали зарабатывать деньги и поддерживать порядок, тогда другое дело… - Подожди, Том,- перебил его Билл.- Насчет работы. Мне сегодня пришло на емейл приглашение на собеседование,- Билл приподнял ладони в примирительном жесте. - И куда?- от этой новости Том совсем не почувствовал радости. - Здесь недалеко есть книжный магазин. Я подавал заявлению на вакансию «продавец-кассир». Должны взять. Опыт работы у меня есть. - У тебя может быть какой угодно опыт работы,- фыркнул Том.- Но если ты опять заявишься на собеседование со своими пирсингами, то и дальше будешь сидеть без работы. - Меня же даже так принимали!- возмутился Билл. - Принимали,- кивнул Том.- Только потом ты умудрялся рассориться со всеми своими сотрудниками. - Ну, так я же не виноват, что большинство людей – конченые гомофобы, у которых нет ни мозгов, ни элементарной логики,- пришла очередь Билла закипать.- А я не могу спокойно работать в коллективе и периодически слышать мерзкие шуточки про п*диков. Меня это бесит! А если они заводят вдруг разговор про геев, то начинается поливание дерьмом! Зачем мне это надо терпеть? Почему такие, как мы, должны скрываться? Я не хочу скрываться и врать про несуществующих девушек. Я хочу, чтобы меня принимали таким, какой я есть! - Хочу, хочу,- передразнил его Том, тяжело опустился на стул и потянулся за пачкой сигарет, лежавшей на столе.- Я тоже много чего хочу, только я почему-то не бью себя ногой в грудь с воплями: «Я гей! Уважайте меня! УВАЖАЙТЕ!» - А я бью!- воскликнул Билл. - Бьет он,- буркнул Том и сделал глубокую затяжку.- И чего ты этим «биением» добился? Сидишь без друзей и без работы. Так теперь еще увлекся этими… снами. Только их не хватало для полного счастья. А я вкалываю на три фронта. - Я лучше буду без друзей, чем буду общаться с теми, кто пошлет меня на три веселые буквы, когда узнает о моей ориентации. Мне хватило уже таких «друзей». Спасибо хотя бы, что не убили. А ты всё трясешься перед своим Георгом. Интересно, что бы он сказал, если бы узнал, что ты у нас понятно какого цвета? Билл сказал это тоном, подразумевающим: «Он точно отвернулся бы от тебя». - Он даже не знает о моем существовании,- в голосе Билла послышалась обида. - А вот друга моего ты сюда не приплетай,- выплюнул Том.- Мы вообще-то о другом говорили. Тебе нужно работать. Вот и работай. Я долго молчал, Билл. Надеялся, что ты сам разберешься. Но мне уже надоело, что ты теряешь работу либо из-за своего внешнего вида, как будто так трудно на время работы одеться построже и вынуть пирсинг, либо из-за конфликтов с сотрудниками. Ну, не будет такого, что все люди вокруг тебя не будут гомофобами. Они всегда найдутся. Не проще успокоиться уже? И я не могу вечно содержать тебя. У нас с деньгами катастрофа. Ты понимаешь это или нет? Раз мы стали жить вместе, значит, у нас обоих теперь есть обязанности по отношению друг к другу. Как говорится, назвался груздём – полезай в кузов. А тут получается, что я взвалил всё на себя, а ты позволяешь себе кривиться и привередничать. Это эгоистично, Билл. Не получится у тебя и на ёлку залезть, и ж*пу не ободрать. Билл ничего не ответил на это. Только молча закурил, старательно отводя взгляд, и задумался. На Тома давила эта тишина. Ему внезапно захотелось выйти на улицу, чтобы проветрить голову и сбросить груз негативных эмоций. - Куда ты?- спросил Билл, когда Том пошел в коридор и начал надевать ботинки. - Пойду прогуляюсь,- глухо ответил Том. - Ладно… Буду ждать тебя. - Угу. Не взглянув на Билла, Том подхватил лежавшие на тумбочке ключи, толкнул плечом дверь и покинул дом. На дворе стояло бабье лето. Ярко светило солнце, пригревая пока еще теплыми лучами, будто хотело подарить людям напоследок остатки своего тепла перед предстоящей морозной зимой. На нежно-голубом небе не было ни облачка. Такая погода всегда поднимала Тому настроение, но только не сейчас. Несмотря на обволакивающую его теплоту солнечных лучей, внутри у него был холод. Недолго думая, он пошел в близлежащий небольшой парк, который можно было полностью пройти минут за 20, да и то медленным шагом. Сейчас там практически никого не было. Еще бы – время лишь около 13:00, будний день. Все сейчас на учебе или на работе. Пока он шел по извилистым нешироким покрытым мелким камнем дорожкам парка, ему встретилась только бабуля с собачкой, да молодая мама с коляской. По пути Том рассматривал растущие вдоль дорожек украшенные пестрыми листьями деревья, ветви которых, легко покачиваясь при несильном ветре, понемногу стряхивали с себя золотые листья. Он присел на лавочку и устало откинулся на спинку. На него навалилась апатичная усталость, вызывая желание уснуть прямо здесь и сейчас. Он с досадой подумал о том, что не может долго гулять и что дома его ждет гора переводов. А так хотелось закрыть глаза и позволить приятному шуму листвы убаюкать себя. Этот парк напомнил ему, как они с матерью часто гуляли здесь, когда он был совсем маленьким. Конечно, с тех пор парк сильно изменился: детские площадки стали другими, более современными, давно исчезли песочницы, в которых он так любил ковыряться, на пустыре, который раньше был закатан асфальтом и где он так любил бегать и кататься на своем велосипедике, была теперь баскетбольная площадка. Но несмотря на все изменения, парк хранил в себе дух его детства. Неприятный разговор с Биллом вызвал в Томе целую цепочку грустных воспоминаний, погружающих его в пучину печали и тоски. Он терпеть не мог в себе эту манеру - стоило случиться какой-нибудь одной неприятности, как он начинал вспоминать всё плохое, что с ним до этого произошло. А плохого в его жизни было более, чем достаточно. Он очень скучал по ушедшей несколько лет назад из жизни матери, вспоминал первые месяцы жизни без нее, скучал по беззаботно-счастливому детству, по школе, по старым друзьям, с которыми у него по окончании школы разошлись жизненные пути. Когда у них с Биллом завязались отношения, он с головой погрузился в них, радуясь тому, что в его жизни появилось что-то стабильное. Любовь и забота о Билле избавили его от душевной пустоты и чувства одиночества, поэтому сейчас их ссоры выбивали его из колеи. За то недолгое время, что они с Биллом знакомы, Том успел полюбить его всей душой со всеми недостатками и теперь уже не представлял своей жизни без него. «Ладно. Я придумаю, как выбить эту дурь из его головы» - твердо решил Том и, взяв себя в руки, отправился домой. Он никогда не позволял себе подолгу хандрить. Да и времени у него на это особо не было. Выйдя из лифта, Том услышал доносившийся из-за двери их квартиры шум пылесоса. Когда он открыл дверь, его взору предстал взлохмаченный Билл. Он старательно пылесосил ковры в прихожей. - Ты прав – я правда запустил квартиру. Вот решил исправиться,- крикнул Билл, не выключая пылесос и не отрываясь от своего занятия. Тому было непривычно видеть Билла таким покладистым. Как правило, тот был не прочь покапризничать, а уж свою вину и вовсе никогда не признавал, а сегодня мало того, что извинился перед ним, и не раз, так еще и решил убраться. «Все-таки не стоило мне быть с ним слишком мягким» - сделал вывод Том. Переодевшись в домашнюю одежду, Том до позднего вечера корпел над переводами, лишь изредка прерываясь на то, чтобы перекусить. Убравшись, Билл тихо сидел в другой комнате и ни разу не зашел к нему, за что Том был ему очень благодарен – ему нужно было успокоиться, привести мысли в порядок, доделать необходимую работу, а завтра с новыми силами попытаться разобраться в сложившейся ситуации.