Burglary

      Утро было на редкость спокойное: никаких глупых жалоб со стороны сотрудников, никаких встреч с клиентами, ни единого запроса из бухгалтерии. Совершенно ничего. И, честно говоря, это настораживало Стайлса. Что-то тут нечисто. Будто затишье перед бурей, которая придет и сметет все на своем пути, оставив горы обломков и разрушений. Но жаловаться на это — грех, особенно Гарри, который все еще мучился с головной болью. Вчерашняя «беседа» не прошла бесследно. Всю ночь Стайлс потратил на бесконечные обдумывания своей жизни. Хотя…кому врать?! Он всю ночь думал о нем. О его словах, его действиях, о нем, таком красивом… Вся эта ситуация задела Гарри за живое, что мало кому в жизни удавалось. Никогда и никто не вызывал подобные чувства в нем. Как будто тот парень зажег в Стайлсе давно потухший огонь, бросив искру в разгорающееся пламя. Такого не должно было быть. Как такое произошло? Как этот парень смог так быстро подобраться к сердцу кудрявого? Притупляя ум алкоголем, Гарри вчера только об этом и думал, но подсознание все время подсовывало картинки, моменты, расплывчатые изображения — все, что связывало его с Луи. Стайлс размышлял, прокручивая пленку поэтапно до сегодняшнего дня, но все сводилось к тому дню, когда их взгляды впервые столкнулись. «Судьба дала возможность закончить начатое. Не упусти свой шанс». Эти слова, произнесенные вчера, все время всплывали, не давая забыть о себе. Может, он прав? Может, стоит рискнуть всем ради такого маленького шанса на успех? На то, что Гарри не будет просыпаться по ночам в поту после очередного сна о нем, таком невинном, на первый взгляд, и таком грязном, порочном в душе. Может, дать этому случиться?

***

      — Мистер Стайлс, тут к вам мужчина. Говорит, что вы его знаете, — неуверенно произнесла Джессика, передавая сообщение в кабинет Гарри. По ее тону можно было понять, что она не знает этого человека, и уж точно встреча не была заранее запланирована.       — Пошли его вежливо к черту, — отрезал Стайлс. Его настроение не способствовало никаким общениям и встречам, не сегодня, не сейчас.       — Он говорит, что вы будете рады его видеть.       — Боже, какой самоуверенный. Эх… Ладно, пускай его, кем бы он ни был, — сдавшись, фыркнул Гарри, ведь понял, что тот настырный мужчина не отстанет и уж точно не уйдет, не увидевшись со Стайлсом.       Гарри стоял у окна и наблюдал за машинами, пешеходами, улицами, которые так и манили выйти из душного офиса и прогуляться. Солнце уже начинало садиться, и алые лучи заката просачивались в кабинет. Дверь хлопнула, означая чье-то присутствие. Наверное, надо обернуться и поздороваться, но эта красота за окном так влекла уставшего начальника. Вдруг послышались медленные шаги, затем скрип пола, а затем до боли знакомый голос:       — Костюм, как вижу, вам не нужен, Мистер Стайлс? — нежно проговорил кто-то за спиной. Так не хотелось оборачиваться и рушить всю эту загадочность, хоть Гарри и знал, кому принадлежит голос.       Парень подошел еще ближе к окну, уставившись в него, как и Гарри, наблюдая за той же самой развернувшейся картиной. Она действительно завораживала. Но все же Стайлс повернул голову и столкнулся с тем взглядом, что снился ему, что он видел наяву и столько раз упускал.       — Ах да, костюм, — сказал Гарри, вспомнив о нем только сейчас. Странно, ведь он так долго искал его и так просто забыл. Думаю, то, что забило голову кудрявому, должно быть очень важным, раз он забыл о том, что еще вчера днем было главным вопросом для него. — Положите на диван, Мистер Джонсон. Спасибо, что принесли его, и упустим тот факт, что Вы же его и украли, — с едва заметной улыбкой произнес Стайлс.       Луи не заставил себя ждать и тут же отошел от окна и, оставив костюм там, где сказали, вернулся к Стайлсу.       — Гарри, — робко начал Томлинсон, от чего Стайлс слегка встрепенулся и поднял взгляд, ведь это было так несвойственно натуре Луи. Сейчас его голос был таким невинным, таким детским, таким не его, что уголки губ Гарри невольно тянулись вверх. — Я бы очень хотел загладить вину за весь причиненный Вам ущерб. Так что, Вы не против выбраться из четырех стен и развеяться?       — Я… — начал Гарри, но не сумел во время продолжить. Он был в легком шоке. Такого, думаю, никто не ожидал. И если бы кому-нибудь из друзей Луи сказали, что тот себя ведет так, то никто бы не поверил и назвал бы докладчика вруном. Это действительно было необычно. Стайлс и не мог подумать, что тот развратный парень сейчас стоит перед ним и мнется как школьник, приглашающий даму на выпускной. Почему он это делает?       — Вы что? — уточнил Луи, в случае, если он не услышал ответ, хоть и его не было. Появилось напряжение между ними, неловкость. Томлинсон в душе уже сто раз пожалел об этой идее.       — Я согласен, — раздался такой долгожданный ответ. Гарри не знал, зачем он это сделал. Он просто послушал сердце. И оно сказало: «Да». Пути назад нет.       На лице Томлинсона появилась легкая улыбка. Он опустил голову, чтобы немного скрыть ее от собеседника, но тот это заметил и немного наклонился, чтобы взглянуть опять в эти завораживающие глаза и понять, в чем дело. Но Луи лишь бросил взгляд на Стайлса. Глаза блестели, а зрачки расширились и начали бегать вверх и вниз, то посматривая на Гарри, то уходя в сторону. Стайлс наблюдал за этим, не прерываясь и чуть повернув голову на бок, чтобы разглядеть всего Луи. Это продлилось всего пару секунд, но показалось вечностью. Казалось бы, взрослые люди, а ведут себя, как подростки. Детство никогда не уходит, оно лишь отдаляется. Но никогда ведь не поздно к нему вернуться хоть на мгновение.       — Тогда вперед, — произнес Томлинсон, игриво выставив руки перед собой, чтобы пропустить Гарри. Тот, казалось, никак не отреагировал на это, но чуть пройдя вперед, оставив Луи сзади, широко улыбнулся, закусив нижнюю губу, чтобы слегка скрыть свою реакцию.       Схватив сумку, Гарри вышел из кабинета и, дождавшись, пока его спутник тоже покинет помещение, закрыл дверь. Джессика бросила удивленный взгляд на этих двоих, но ничего не сказала. Нет, они не лыбились, как два идиота, и, нет, они не бежали вприпрыжку, держась за руки. Они просто шли, как обычно это делают люди. Но только секретарша увидела эту нить, которая тянула их друг к другу. Это не интуиция. Это просто женское чутье.

***

      Выйдя за пределы Harrods, парни пошли просто гулять по улицам. Они наслаждались свежим лондонским воздухом, прекрасным закатом и компанией друг друга. Было очень приятно просто идти вперед, оглядывая переулки, слушая музыку, доносящуюся из пабов, и знать, что рядом идет тот, о ком ты думаешь днями напролет. Казалось, идут они, куда глаза глядят, но у Луи был какой-то план, судя по тому, как он сосредоточенно оглядывался, боясь пропустить поворот.       — Куда мы идем? — наконец, подал голос Гарри. — У тебя что-то запланировано? — перешел на «ты» он, от чего одна мини-стена рухнула между ними. Да, они и раньше обращались так, но сегодня повисла особая атмосфера, которая не давала парням сказать лишнего. С какой-то стороны это хорошо, но все же Гарри немного скучал по той напористости.       — Да, у меня все схвачено, — тон Луи переменился. Он, похоже, опять стал «собой», эта робость медленно уплывала куда-то вдаль, ломая очередную стену.       Парни повернули направо, и тут взору представился маленький уютный ресторанчик, оформленный в морском стиле. Томлинсон повернулся лицом к Гарри, рукой указывая путь, тем самым приглашая войти.

***

Фото: https://pp.vk.me/c629410/v629410344/2373e/3jQai14oSQU.jpg       Атмосфера там была очень домашняя. Уютные диванчики, прозрачные занавески с полосатыми гардинами и большой синий якорь при входе, переплетенный морскими узлами. Изящные бра и люстры находились на приличном расстоянии друг от друга, освещая залы не полностью. Хоть и было не очень светло, но было уютно и тепло. Приятное местечко в центре Лондона. И единственный вопрос, который висел у Гарри в голове: «Почему я не был тут раньше?»       Официантка в пилотке встретила парней, провожая их к столику у окна. В зале почти не было людей. Там было тихо и спокойно. Прекрасное место, не правда ли? Луи и Гарри заказали себе вино и морепродукты, после долгих рассуждений сойдясь на том, что обоим очень приглянулось. Девушка приняла заказ и удалилась, оставив парней совсем одних.       — Гарри, — оторвал Луи парня от размышлений, уставившегося в окно. — О чем задумался?       — Это не важно, рабочие заморочки, — кротко ответил Стайлс, и между ними опять повисла та неловкость, молчание, съедавшие обоих заживо. Они просто сидели, лишь изредка поглядывая друг на друга. И никто не решался начать.       Вот уже принесли заказ, а они так и не обмолвились ни словечком. Взяв бокалы и приборы в руки, парни начали есть, медленно запивая еду вином. Это полнейшая катастрофа.       — О тебе, — вдруг, поставив стакан, произнес Гарри, на что получил удивленный взгляд Луи, который только что засунул вилку с креветкой в рот.       — Что?       — Я думал о тебе. Точнее о том, как часто ты появляешься в моей жизни в последнее время, — сказал Гарри, уклоняясь от пристального взгляда собеседника.       — И… кхг-кхгк… — поперхнулся Томлинсон, услышав подобное заявление. — Если тебе это не нравится, то я больше не появлюсь в ней, — он был разочарован, ясное дело, но виду не подавал, оставаясь невозмутимым и поедая креветок дальше.       — В том то и дело, что меня это почему-то не выводит, а наоборот… меня влечет к тебе, — заоткровенничал Стайлс, сразу же всем своим видом показав, что пожалел о сказанном, но идти на попятную не собирался. — Я должен рвать и метать, видя тебя, ведь ты, черт возьми, ограбил меня, — на этих словах Томлинсон не смог сдержать улыбки и опять же, по привычке, опустил голову вниз, но эти чудесные морщинки у глаз так и не удалось скрыть. — Но я не могу закатить истерику или зарядить кулаком тебе. Я просто-напросто не хочу этого делать.       — Просто признай, я действительно великолепно выглядел в этом костюме, — с широкой улыбкой произнес Луи, подавшись вперед и театрально подперев голову рукой, от чего напряжение окончательно спало. Гарри не выдержал такого «напора» со стороны Томлинсона и рассмеялся, показав свои ямочки, которые заставили Луи улыбаться еще шире, но уже с каким-то восхищением.       Они еще долго болтали ни о чем, так и не возвращаясь к тому разговору. Для обоих это была довольно-таки щекотливая тема, и парни решили слегка с этим повременить. Подшучивая друг над другом и, время от времени, кидая влюбленные взгляды, они просидели в этом месте еще около часа. Никто из них никуда не торопился, ведь завтра не рабочий день.       — Гарри, у меня предложение, — игриво сказал Томлинсон, не отрываясь от глаз Стайлса.       — Какое? — поинтересовался Гарри. Он явно не знал, к чему тот клонит.       Ничего не ответив, Луи схватил Стайлса за руку, от чего тот пошатнулся на месте и, схватив сумку, последовал за другом, если их можно так назвать. Томлинсон быстро расплатился, не дождавшись сдачи, и поволок Гарри на улицу. Похоже, в этой хитрой голове назрел не менее коварный план, воплощение которого не терпело отлагательств.       — Эй, я думал, мы договорились пополам заплатить, — проворчал Стайлс.       — Я тебя пригласил, а, значит, я и плачу. И точка, — отрезал Луи, на что Гарри не посмел возразить, ведь кто спорит с «точкой»?       Выйдя из ресторана, Томлинсон повел Гарри к стоянке у входа, а ничего не понимающий Стайлс лишь поддавался Луи, беспрекословно следуя за ним. Вдруг шатен остановился, от чего Гарри слегка врезался в его спину. Стайлс посмотрел вперед и увидел мотоцикл. Черный мустанг стоял у ресторана, как король среди подданных: такой красивый, такой изумительный. Гарри стоял около него, оглядывая и восхищаясь, ведь сам когда-то гонял на похожем. Но после того, как уехал из родного города, не было возможности вспомнить те времена и, как говорится, тряхнуть стариной.       — Предлагаю прокатиться в одно место. Уверен, тебе понравится, — с плохо скрываемым восторгом произнес Луи, на что получил одобрительный кивок.       Луи сел на мотоцикл, чуть подвинувшись вперед, чтобы предоставить Гарри больше места. Если честно, то он не ожидал, что Стайлс согласится, но все же надеялся на это. Обернувшись назад, Томлинсон посмотрел на Гарри, чтобы увидеть, как тот садится, и, знаете, это было то еще зрелище: одернув пиджак, Стайлс задрал рукава и резко встряхнул головой вбок, чтобы перекинуть волосы на одну сторону, а затем, сымитировав из руки расческу, зачесал непослушные локоны назад. Наблюдая за всем этим, Луи закусил губу, чтобы не издать никаких посторонних звуков, и облизнулся, что и попалось на глаза Гарри. Он уже садился в то время на мотоцикл к Томлинсону, аккуратно взявшись за плечи Луи и тихонько сжав их. Оба почувствовали это тепло, тепло прикосновения друг к другу. Такое приятное чувство.       — Готов? — спросил Томлинсон, уже натянув на себя шлем.       — Нет, — Луи явно ждал другого ответа, на что немного повернулся и непонимающе посмотрел на Гарри. Но тот лишь слегка поерзал попой на сидении и приблизился к Томлинсону так, что его грудь уперлась в спину Луи, от чего у второго пробежали маленькие электрические заряды по всей коже. Они оба почувствовали это. Это тепло, разливающееся по всему телу и дающее бабочкам в животе проснуться. Щеки Гарри покрылись румянцем, заставляя кожу пылать. Но так все равно нельзя ехать. Не все готово. Гарри медленно протянул свои руки вперед, скользя по бокам Луи и мягко обвивая того вокруг талии. Жар обдал их с головы до ног, тягуче расплываясь где-то внутри, заставляя сердца бешено колотиться. Стайлс уже давно был где-то в другом месте. Его разум полностью отключился, все просто горело внутри, а по груди пробежал табун мурашек. Спина Луи такая широкая, такая уютная. Так хотелось приподнять его футболку и запустить под нее руки, подушечками пальцев оглаживая его кожу. Гарри хотелось большего. Он прижался еще сильнее к парню перед собой, легонько кладя голову тому на плечо, и большим пальцем вырисовал маленькие круги на животе Томлинсона. А у самого Луи уже давно внизу живота завязался стальной узел, от чего сознание помутнилось. Эти дьявольски прекрасные руки так нежно обвили его талию, что это просто сводило с ума.       Так близко. Так тепло. Так безумно хорошо, что уже все мысли в голове смешались в один большой ком. Так долго они оба ждали прикосновения, такого нежного и приятного. Теплота человеческого тела — то, в чем они оба так отчаянно нуждаются. Вроде бы, дальше все просто, но не для них. Эти оба — чертовы мазохисты, которые пытают друг друга словами, взглядами, прикосновениями. Простым в этой жизни ничего не бывает, и сделать умозаключение, имея лишь одно суждение, нельзя. Но, знаете, что я вам скажу, химия между этими двумя видна сразу, и только слепой не заметит этого.