Мой Великий Гэбриель ван Хельсинг

Оказавшись на улице, Ван Хельсинг глубоко вдохнул свежий ночной воздух и поднял голову к усыпанному звёздами небу. После спёртого воздуха в камере немного кружилась голова, и мужчина несколько минут простоял неподвижно, привыкая к ощущениям. Путь предстоит неблизкий, но приказ есть приказ… Нет, можно было, конечно, послать Орден ко всем чертям и уехать куда-нибудь, но какой в этом смысл? Да и ехать-то некуда… Придя в себя, Гэбриель забрался в седло и дёрнул поводья, решив как можно скорее выехать за пределы города. Образы из прошлого снова возникли перед глазами. Ван Хельсинг обречённо вздохнул. Кто-то или что-то хочет выкопать из глубины веков всё, что было так тщательно скрыто и… забыто? Но зачем? «Сохрани о нём светлые воспоминания… Ведь тогда всё было хорошо…», возникли в голове слова Карла. «Катарсис… Так будет лучше… Это должно помочь…», твердил внутренний голос, и мужчина, увидев, что город остался позади, пустил коня шагом и приготовился к очередной встрече с прошлым. - Завтра на главной площади состоится казнь, - произнёс Дракула, проследив глазами за последним посетителем, скрывшимся за дверями зала. - Кто провинился на этот раз? – Гэбриель присел на подлокотник трона и положил руку на плечо князя. - За воровство. Ничего особенного, - отмахнулся мужчина. - Воровство? Законы теряют силу, Ваше Величество? – парень усмехнулся. – Или народ перестал Вас бояться? - Это уже не моё дело… - Дракула вздохнул и медленно поднялся. – Во всяком случае казнь будет показательная. - Вот как? - Гэбриель тоже встал и приблизился к правителю. – А советнику нужно присутствовать при этом? Князь внимательно посмотрел парню в глаза. Такой усталый взгляд… Гэбриелю хотелось поскорее увести его и уложить в постель, чтобы он отдохнул хоть немного, а не просиживал дни и ночи то на приёмах, то за столом в окружении горы бумаг. - Ты бывал когда-нибудь на таких… представлениях? – спросил Дракула. - Куда уж мне! Да и… не интересовало никогда. Нет, я видел… людей на кольях, но… за самим процессом не наблюдал. - Тогда решай сам. Можешь не приходить, если не хочешь. – Князь спустился с возвышения, на котором стоял трон и, дойдя до середины зала, остановился. – Но казнь будет рано утром. Если решишься, то не проспи начало. - Смешно. – Гэбриель спокойно прошёл по залу и распахнул двери. – А тебе отдохнуть бы не мешало. Дракула улыбнулся и, преодолев разделявшее их расстояние, осторожно коснулся ладонью щеки парня. - Ну уж если мой советник так считает… - он кивнул. – Пусть будет по-твоему. *** …Небо начинало светлеть, а Гэбриель всё так же стоял у окна, пытаясь собраться с мыслями и принять решение. «Я могу согласиться, сделать Владу приятное. Но тогда рискую наградить себя еженощными кошмарами. А если откажусь? – парень задумался. – Вдруг собираются казнить какого-нибудь совершенно невиновного человека! Или моего знакомого, или друга! Конечно, маловероятно, что я в этом случае чем-то смогу помочь им, но попытаться всё же можно. И если человек действительно окажется невиновен, то я заслужу ещё большее уважение со стороны Влада, да и всех жителей. Нет, определённо нужно идти…». - Верное решение, - раздался голос за спиной, и Гэбриель вздрогнул, почувствовав руку на своём плече. - Господи Боже… - парень прижал руку к груди, чувствуя, как бьётся сердце. – Ты не слишком рано проснулся? – немного успокоившись, спросил он, поворачиваясь и глядя на мужчину. - Ты разбудил меня, - тот улыбнулся. – Я услышал твоё бормотание и проснулся. И уже несколько минут слушаю твои размышления. - Я говорил вслух? Серьёзно?? «Кажется, я схожу с ума», - мелькнуло у него в голове. - Так бывает, когда очень сильно задумываешься, - успокоил князь. – Но ты, как я понимаю, не спал. - Заснёшь тут… - проворчал Гэбриель. - Ну так что, решение принято? - Кажется, да… Я же советник и везде должен сопровождать Великого Государя. - И это тоже. А насчёт того, виновен этот человек или нет, можешь быть спокоен. Его, можно сказать, поймали за руку. Гэбриель молча кивнул и посмотрел в окно на поднимающееся из-за гор солнце. *** Посмотреть на казнь пришло множество людей. Они шумели, переговариваясь друг с другом, оглядывались по сторонам и поглядывали на помост с троном, на котором восседал князь в окружении своих верных подданных. Гэбриель, опираясь левой рукой о спинку трона, изучал толпу, удивляясь, что среди взрослых есть и маленькие дети, и подростки. Зачем приучать детей к такой жестокости с ранних лет? Родители не боятся, что подобные представления могут превратить их детей в чудовищ?? Да, они уверены, что Дракула будет ещё долго править и использовать такие… своеобразные методы для борьбы с преступниками, но… князь не вечен. И однажды его место займёт другой правитель с совершенно другими законами, а все эти дети, которые сейчас с удовольствием смотрят на то, как человека насаживают на кол, как жука на булавку, решат, что убивать – это правильно, раз во времена их детства это было обычным делом. Как итог – рост преступности. Все друг друга убивают и накалывают на колья и металлические прутья. Ну и жизнь, чёрт бы её побрал! Не хотелось бы дожить до тех времён! Но люди были спокойны, даже смеялись и просто ждали, когда приведут вора. Чуть поодаль несколько воинов затачивали длинный толстый кол. Глядя на их размеренные движения, парень начал жалеть, что согласился прийти сюда. - Гэбриель, - вдруг позвал Дракула, и парень чуть склонился к нему. – Тобой, кажется, заинтересовались, - с улыбкой проговорил он вполголоса. - Правда? И кто же это? – в тон ему спросил Гэбриель. - Видишь высокую темноволосую девушку вон там, справа? Парень чуть приподнял голову и окинул взглядом толпу. Кстати о девушках. Ему всегда казалось, что во время казни в толпе должны быть только мужчины. Хотя бы потому, что они способны выдержать подобное зрелище. Но тут и женщин было немало. И глядя в лица многих из них, Гэбриель понял, что они и сами кого угодно наткнут на деревяшку. Наконец он остановился на одной из представительниц прекрасного пола. Видно, что знатная особа, судя по дорогому платью. Высокая, стройная, длинные каштановые волосы собраны в небрежную причёску, придающую девушке ещё больше очарования. Рядом с красавицей стоял высокий пожилой мужчина, чем-то похожий на неё. Вероятно, отец. Эта пара сильно выделялась среди остальной толпы. Может, откуда прибыли? Из Будапешта, например. Гэбриель никогда не бывал в этом городе, и представлял его себе чем-то необыкновенным и недосягаемым. Парню всегда казалось, что в Будапеште вообще нет бедных или жителей со средним достатком. Только лишь знатные красивые люди с превосходными манерами. Ну а кто ещё может окружать короля? - С чего ты взял, что она смотрит на меня? – Гэбриель посмотрел на князя. – Может, это ты её очаровал. – С этими словами парень выпрямился и, решив всё же проверить предположение Влада, улыбнулся девушке. Она в ту же секунду опустила глаза, но потом глянула на парня и лучезарно улыбнулась в ответ. - Ну, что я говорил? – Дракула усмехнулся. - Надеюсь, в списке преступлений с этого дня не прибавится смертная казнь «из ревности»? – Гэбриель чуть склонился к мужчине. - Я уже припас для тебя лучший кол, - спокойно произнёс князь. - Ну если так подумать, то… - парень улыбнулся одними уголками губ и, глянув на девушку, снова посмотрел на князя, - …ты казнишь меня каждую ночь. - О чём я и говорю. – Дракула поднял глаза, в упор глядя на своего советника. – И сегодня казнь будет особенной. Гэбриель хотел ответить что-то в том же духе, но толпа зашумела особенно громко, и он повернулся, пытаясь понять, что произошло. Люди в этот момент расступились, образовав «коридор», в конце которого появились двое стражников, ведущих под руки крепкого высокого мужчину. На нём была грязная белая рубаха и серые штаны. Выглядел он подавленным и напуганным, но в то же время шаг его был твёрдым, как будто он уже давно смирился со своей участью. Парень посмотрел на воинов, затачивающих кол. Каково это, присесть на такое остриё? Он сглотнул и услышал, как глашатай начал зачитывать приговор. Гэбриель повернул голову, глянул на человека и замер. Перед глазами потемнело, и он крепче схватился за спинку трона. Голоса слышались теперь откуда-то издалека. Парень не видел больше ни толпу, ни острого кола, который держали воины… Он пристально смотрел на мужчину, которого должны были сегодня казнить. Смотрел и не мог отвести взгляд. «Что он делает здесь?!» - вертелось в голове. Вдруг наступила тишина, и Гэбриель как будто очнулся. Толпа во все глаза смотрела на него. Глашатай замер с листком в руках, переводя взгляд с подсудимого на парня. Сам подсудимый, внезапно побледневший, не смотрел в землю, как раньше, а так же уставился на Гэбриеля. - Ты в порядке? – Дракула поднялся с трона и щёлкнул пальцами перед глазами парня. – Посмотри на меня. Что произошло?? Пробормотав что-то нечленораздельное, Гэбриель снова глянул на подсудимого. - Ублюдок… - прошептал он и, повернувшись, спрыгнул с помоста, после чего кинулся на мужчину. - Мразь! – парень, повалив человека с ног, принялся избивать его. – Я думал, что ты сдох! Надеялся!! Ублюдок! Паскуда! Мужчина, вывернувшись, прижал Гэбриеля к земле, ударив его в лицо… Пыль, поднявшаяся вокруг дерущихся, окутала их и толпу, а так же воинов, пытавшихся разнять мужчин. Наконец им это удалось, и они скрутили подсудимого, хотя он продолжал вырываться и выкрикивать ругательства. Гэбриель и сам пытался высвободиться из рук Дракулы, который старался оттеснить парня назад и уговаривал успокоиться. Немного отдышавшись, Гэбриель снова попытался вырваться, но князь удержал его. - Подонок! – парень смотрел на человека. – Думал, я не знаю ничего?! Думал, меня не было тогда дома, когда ты убивал её?! – выкрикивал он. - Гэбриель! О чём ты говоришь?! – Дракула рывком развернул парня к себе. – Кого он убил?! - Я говорил, что меня усыновила сестра моей матери… - Гэбриель выдохнул. – У неё не было ни детей, ни мужа… И этот, - он кивнул на мужчину, которого удерживали стражники, - приходил к ней. Сколько себя помню, частенько приходил… Она его ненавидела и боялась. Говорила, если скажет что против, он может сорваться… Да он и так срывался почти каждый вечер. Бил её, меня терпеть не мог… А она меня защищала… Прикрывала собой, принимая удары на себя… - Парень замолчал, а потом, глянув на князя, продолжал. – В тот вечер я был на чердаке… Не помню, что там делал… Увидел из окна, что он идёт… Шатало его из стороны в сторону… Ну и зашёл он в дом, и сразу же орать начал, посуду бить, стулья и столы разбрасывать. Она что-то возразила, кажется, и он рассвирепел… Я тогда спустился по лестнице вниз и увидел, как он ударил её, повалил на пол и начал избивать ногами… А потом остановился, схватился руками за голову и бросился из дома… Мразь! – Гэбриель снова посмотрел на человека. – Она мне как мать была!!! - Если бы я знал… - подал голос подсудимый, и толпа, как по команде, повернулась к нему. - … если бы я знал, что ты был там… - То что?! – Гэбриель вырвался из рук Дракулы и сделал шаг вперёд, но тот снова сдержал его. - …надо было и тебя пришибить, щенок! – рявкнул мужчина. Кто-то в толпе ахнул, поражаясь дерзости этого человека. Люди смотрели на него с ужасом и отвращением. Многие знали ту женщину, да и его тоже. Дракула молча кивнул воинам, и они, подхватив кол, направились к месту, где нужно было его установить. Мужчину повели следом. И тут на него как будто нашло осознание того, что сейчас произойдёт. Он вдруг начал вырываться и кричать, упираться ногами в землю и молить о пощаде. - Пойдём… - князь потянул Гэбриеля за руку. - Нет. – Тот остановился, глядя на подсудимого. – Я должен это увидеть. – Парень, высвободив руку, направился к месту казни. – Она так же кричала, помнишь?! – бросил он мужчине. Ван Хельсинг поёжился от налетевшего вдруг ветра и плотнее закутался в плащ. Хотя… тут не столько от ветра было холодно, сколько от воспоминаний. Он ведь тогда и правда досмотрел представление до конца. И испытал облегчение, когда вглядывался в исказившееся от боли лицо того мужчины. Как будто камень с души упал. Да и сейчас тоже стало легче. То ли от этого воспоминания, то ли ещё от чего. Но осознание того, что женщина, вырастившая его, отмщена, заставило Гэбриеля улыбнуться. Тогда, стоя на площади, у кола с наткнутым на него человеком, и сейчас, когда он направлялся в Будапешт.