Мой Великий Гэбриель ван Хельсинг

(осторожно! Гет) Уже изрядно уставший, Гэбриель, вглядываясь вперёд, в свете зарождающегося рассвета увидел высокие шпили зданий с красными крышами. Единственное, о чём сейчас мечтал мужчина, так это зайти на какой-нибудь постоялый двор, снять комнатушку и как следует выспаться. На окраине города, как раз там, где был один из домов учёного, Ван Хельсинг приметил трактир и решительно остановил коня у крыльца. К учёному можно и позже наведаться. Кто знает, что может случиться, а тут глаза закрываются и из рук всё валится. - У вас открыто? – остановившись на пороге, Гэбриель постучал по косяку, привлекая внимание полного мужчины за стойкой. - Входи, приятель! - добродушно откликнулся тот. – У нас всегда открыто! - он протёр тряпкой стойку и улыбнулся. - Поесть или выпить? - И то, и другое, - устало отозвался Гэбриель. - А ещё поспать, да? – трактирщик кивнул. – У нас есть свободные номера. Очень удобные… - Это не имеет значения… - мужчина повернулся и присел за стоявший рядом столик. Подкрепившись, Ван Хельсинг почувствовал себя намного лучше, да и спать почти расхотелось. Он откинулся на спинку стула и оглядел помещение. Потемневшие от времени деревянные стены, мебель и вытертый пол успокаивали. Не было никаких ярких, режущих глаз пятен, в воздухе витал слабый запах пива… - Не видел тебя здесь раньше, - вдруг произнёс трактирщик и, обойдя стойку, присел на стул напротив Гэбриеля. – Нездешний? - Да, - мужчина кивнул. – Из Рима. - Ого! – толстяк присвистнул. – И что тебя заставило приехать сюда, в такую даль и глушь? Ищешь кого? - Ты знаешь человека по имени Александр Франкенштейн? – Ван Хельсинг чуть подался вперёд, глядя на собеседника. - А кто ж его не знает! – трактирщик усмехнулся. – Известная личность, чёрт бы его побрал. - А что так? – Гэбриель прищурился. - Ну раз ты из-за него сюда приехал, то должен знать, что он колдун. Так, во всяком случае, люди говорят. Злых духов вызывает и всё такое прочее… - он отмахнулся. – Суеверные идиоты… Вот кого ни послушаю, так смех разбирает. Нет, ты представь, многие считают, что он по ночам в волка превращается и бегает по окрестностям, да людей похищает и пожирает. А кто-то якобы видел, как он из волка обратно в человека оборачивался. – Трактирщик громко рассмеялся. – Вон, видишь, бочки с пивом? – он указал в угол. – А есть и покрепче напитки. Приходят ко мне удалые молодцы, вылакают по пять-шесть кружек, а потом бродят по округе, приключения ищут. И оборотней да ведьм всяких в темноте видят… Брехня всё это… - Он сцепил руки, лежащие на столе, в замок, и посмотрел на сидящего напротив мужчину. – Я знаю только, что он пытался создать эликсир бессмертия и искал способ золото из ничего добывать. А этим, если не ошибаюсь, многие занимались. Ещё в Средние Века. Так что не он первый, не он последний. Может, кто когда-нибудь и найдёт подобные рецепты, но уж точно не он и не сейчас. Я в отличие от здешних молодцев кое-что разумею, книги читаю, грамоте обучен. Родители у меня были хорошие. Много в меня вложили. Да и вот трактир этот от папаши достался. – Толстяк окинул взглядом зал и снова посмотрел на Ван Хельсинга. – Что так смотришь? Тоже думал, что он на метле по ночам летает? – он коротко хохотнул. – Ну прости, приятель, что разрушил твои радужные… - Подожди, - прервал его Гэбриель. – Но все эти слухи про оборотней должны быть на чём-то основаны. Допустим, что кто-то видел чудовище после того, как выпил, но… - А я тебе объясню, - трактирщик удобнее устроился на стуле, положив ногу на ногу. – Многие считают, что он душу Дьяволу продал, а кто-то говорит, что он уже бессмертен. Помню, одна женщина рассказывала, что видела однажды в окнах его дома кроваво-красный свет. И что из трубы дым выходил странного зеленоватого цвета. Потом ещё кто-то видел нечто подобное, и всё, слухи разнеслись по округе, и народ всерьёз решил, что Франкенштейн этот – колдун, а старухи ещё и Антихристом его величали. Мужчины даже собирались пойти к нему, да вытащить его и убить, но то ли струсили, то ли ещё что… А ведь просто всё – он учёный, опыты разные проводит, вот тебе и красный свет в окнах, и дым непонятного цвета. Я частенько взывал к их разуму, да только разума-то и не оказалось в их головах… Так и махнул рукой, мол, делайте, что хотите. А потом они и сами успокоились, когда в один прекрасный день обнаружили двери и окна его дома заколоченными. Кто-то, особенно смелый, забрался внутрь, а потом рассказывал, что там нет никого. Вещи все на месте, всё чисто и аккуратно, как будто хозяин просто отлучился на время. Но он так и не вернулся. Месяц уже прошёл с тех пор. Но несмотря на то, что дом брошен, люди побоялись что-то оттуда брать. А он состоятельный человек был… Говорят, в шкафах даже его одежда осталась. Но никто ничего не взял. Боятся, что быть может, колдун на всё это заклятие наложил. Я посмеялся над их страхами, но сам бы, конечно, тоже не рискнул. Мало ли что. В колдовство я не верю, но он же опыты проводил. Бывают же случаи, когда одежду или мебель ядом пропитывают. Ты сел в кресло или надел рубашку, и всё, болеть начинаешь, и никто не знает, от чего… - То есть дом пуст, и никто ничего не знает? – Ван Хельсинг вздохнул, понимая, что эта ниточка оборвана. - Точно. И ведь как испарился. Никто ничего не слышал и не видел. Так и поверишь, что его злые духи перенесли потихоньку в другое место. – Трактирщик улыбнулся. – Но с другой стороны у него же ещё дома есть. Только в самом городе. Может, он там сидит себе преспокойно и опыты проводит, а отсюда съехал, потому что народ тут дикий и недружелюбный. – Тут он глянул на дверь. – О, подожди-ка. Джола, подойди к нам! К столу приблизилась девушка в длинной красной юбке и клетчатой блузке с огромным декольте. Копна рыжих волос была небрежно собрана заколкой в виде цветка и спущена на правое плечо. Ярко-красные губы и сильно накрашенные глаза… Ван Хельсинг, окинув девушку быстрым взглядом, понял, что перед ним представительница древнейшей профессии. - Ты хотел что-то, дорогой? – она присела к толстяку на колено и обвила его шею одной рукой, при этом поглядывая на Гэбриеля. - Тут о Франкенштейне расспрашивают. Он же был твоим клиентом, верно? - Верно, - девушка улыбнулась, отпустила толстяка и встала, приблизившись к Ван Хельсингу. – И чем же такого красавчика заинтересовал злой волшебник? – она провела пальцами по волосам мужчины. - Ты что-то знаешь о нём? – Гэбриель посмотрел на девушку. Когда она только вошла в помещение, он был готов поклясться, что видит перед собой Алиру, но теперь, когда она была так близко, ему начало казаться, что вампирша, несмотря на свою кровожадность и похоть, очень даже ничего. - Знаю, - она выпрямилась и положила руку ему на плечо. – Пойдём наверх. Я всё тебе расскажу. - Я не по этой части, - сбросив руку девушки, Ван Хельсинг отвернулся. - Ну как хочешь, - она рассмеялась и кивнула трактирщику. – Я пойду к себе. Если твой гость всё же решится, скажешь, где меня найти. Проследив, как девушка поднимается по лестнице наверх, Гэбриель глянул на толстяка. Тот покачал головой. - Зря ты так, приятель. Она действительно может что-то знать. Это я здесь сижу безвылазно, а у неё клиентов много. Мотается днями и ночами то туда, то сюда. И к учёному этому она частенько наведывалась. Я бы на твоём месте не отказывался. К тому же ты вроде отдохнуть собирался. Вот и совместишь приятное с полезным. Девчонка что надо! За это ручаюсь. - Слушай, я не… - начал Ван Хельсинг. - Проблемы что ли какие-то? – трактирщик прищурился. - Нет. Просто никогда не пользуюсь подобными… услугами. - Иногда надо. А то сидишь, как на иголках. Ну дался тебе этот учёный! Дом его всё равно пуст и тебе в любом случае придётся ехать в город, чтобы обойти остальные его жилища. Сегодня ты туда направишься или завтра – не всё ли равно? А так хоть будешь иметь представление о том, куда дальше. Зная Джолу, я смею предположить, что она и в городе могла побывать. – Он поднялся и вернулся к себе за стойку. – Смотрю на тебя и удивляюсь, - проговорил он, снова берясь за тряпку. – Вроде взрослый мужик, а ломаешься, как девственница в первую брачную ночь. Лучшим сейчас было бы отделать наглеца за подобные слова, но Гэбриель, что-то решив для себя, встал и бросил на стойку мешочек с монетами. - Где её комната? – спросил он, забирая со стола шляпу. - На втором этаже. Налево и до конца. Если что, свободный номер рядом. – Трактирщик усмехнулся. – Удачи, приятель. Толкнув дверь в комнату проститутки, Гэбриель увидел её. Она сидела на кровати и разглядывала себя в небольшое ручное зеркало. - Рада видеть тебя, - девушка улыбнулась и, отложив зеркало, поманила мужчину пальцем. - Послушай… - Ван Хельсинг прикрыл за собой дверь, прошёл по комнате и остановился перед девушкой. – Давай так. Я заплачу тебе столько, сколько нужно, и ты мне просто расскажешь всё, что знаешь об учёном. Идёт? - Я тебе не нравлюсь? – Джола склонила голову набок и посмотрела на мужчину снизу вверх. - А должна? – мужчина взял стоящий неподалёку стул, поставил его перед кроватью и присел, скрестив руки на груди. - Странный… - девушка вздохнула. – Откуда ты вообще такой взялся? - Из Рима, - Ван Хельсинг глянул в небольшое закрытое старенькой занавеской окно и снова перевёл взгляд на девушку. - Рим… - мечтательно проговорила она. – Это далеко… Неужели ты приехал сюда из-за Александра? Не поверю. - Так и есть. И для меня это очень важно. – Гэбриель чуть наклонился вперёд. – Поэтому прошу тебя ещё раз, расскажи всё, что знаешь. Мне от тебя ничего больше не нужно. Джола медленно встала с кровати и остановилась перед мужчиной. Коснулась ладонью его щеки, провела кончиком пальца по губам. Ван Хельсинг перехватил её руку. - Ты слишком напряжён, - шепнула девушка. – Позволь помочь тебе… - Ты можешь мне помочь только рассказав об Александре, - произнёс Гэбриель, пристально глядя ей в глаза. Девушка была неприятна ему, и становилась ещё более отвратительной, едва он представлял, что с ней делают её клиенты. В конце концов, она могла заразить его какой-нибудь неизлечимой болезнью, если учесть тот факт, что она тут, как говорится «одна на всех», да ещё и в городе бывает. В голове вспыхнула мысль «А тебе сейчас не всё равно, от чего умирать? Тебя могли казнить в Ватикане, могли продержать в камере и заморить голодом… А ты испугался какой-то шлюхи и её состояния здоровья. Неужели ты думаешь спокойно жить дальше после всего, что произошло вот здесь, совсем рядом?! Однако благодаря этой девушке ты можешь хоть что-нибудь узнать по тому делу, ради которого находишься здесь. И если она поведает что-то важное, ты без лишних трудностей найдёшь этого неуловимого учёного и доставишь его в Ватикан. И тогда, быть может, кардинал перестанет напоминать тебе о твоих грехах. Только ради того, чтобы этот ублюдок заткнулся, можно плюнуть на все приличия!». Встав со стула, Ван Хельсинг позволил девушке снять с себя плащ. - Опасный… - шепнула она с улыбкой, глядя на револьвер у него за поясом. – Это мне нравится… - Усадив мужчину на постель, Джола принялась снимать с него сапоги. – Могу я узнать твоё имя? – спросила она, садясь рядом с ним. - Гэбриель… - отозвался Ван Хельсинг и посмотрел на девушку. – Для тебя это важно? - Важно. – Она, всё так же глядя ему в глаза, взялась за ремень на его штанах. - Когда расскажешь об учёном? – напомнил мужчина. - Сначала расслабься, - улыбнулась Джола и повалила его на подушки. – Я же обещала рассказать, значит, расскажу. Или… тебя возбуждают рассказы о других мужчинах? - Нисколько… - Ван Хельсинг уставился в потолок. Если бы всё сейчас было иначе, можно было отключить сознание и постараться вспомнить ещё что-нибудь из прошлой жизни, но, к сожалению, приходилось удерживать себя в реальном мире. …Ремень с грохотом упал на деревянный пол. Следом отправились штаны… Прочертив кончиком языка дорожку по члену мужчины, Джола приподнялась. - Всё в порядке, дорогой? – вполголоса спросила она. - …ты похожа на одну знакомую мне женщину… - проговорил Гэбриель. - Понимаю, - девушка улыбнулась. – Я не обижусь, если ты будешь называть меня её именем. Если это поможет тебе расслабиться. – Она снова наклонилась к его члену. Едва Ван Хельсинг выдохнул «Алира», как возбуждение накрыло его, и он, приподнявшись и притянув девушку к себе, впился в её губы поцелуем. *** - Кто же она, эта Алира? – Джола, лёжа рядом с мужчиной, водила кончиком пальца по его груди. – Тебе стоило один раз произнести её имя, и в тебя как будто вселился дьявол. – Она улыбнулась и погладила его по щеке. – Жена? - Не моя, - вырвалось у Гэбриеля. - О, тогда больше вопросов нет, - Джола звонко рассмеялась. - Дааа! Ты ещё не забыл о своём обожаемом учёном? – девушка привстала и села верхом на мужчину, упираясь ладонями в его грудь. - Не забыл. – Ван Хельсинг заставил себя отбросить все «за» и «против» и удобнее устроился на постели, заложив руки за голову. – Трактирщик сказал, что Александр был твоим клиентом, и ты часто бывала у него. Каким он был? - Заботливым и внимательным, - девушка кивнула. – У меня есть такие же состоятельные клиенты, но все они… не чета ему. Грубые, заносчивые… Дрожат за своё состояние, ночами не спят. А он был другим. Благотворительностью занимался. Нищим помогал. Просто так, не требуя ничего взамен. Помню, несколько раз собирал здесь, внизу, нищих со всей округи, на свои деньги заказывал для них еды и питья и предлагал им выпить за его здоровье. А кто откажется от подобного? Люди его любили, ходили за ним толпой, благодарностями осыпали. Долго это продолжалось, пока один мужчина из соседнего с трактиром дома, не увидел, как из дома Александра ночью выбежала чёрная собака. Хотя по его словам это звучало как «оборотень». Потом кто-то видел странный свет в окнах… И началось. Даже нищие стали его бояться. Он как-то подал одному милостыню, а тот перекрестился и выбросил деньги. Ещё и другим сказал, чтобы не поднимали монеты, потому что они Александру принадлежали… Помню, я тогда пришла к нему… Он был очень расстроен. Не мог понять, что такого произошло и за что люди его теперь так ненавидят. Я рассказала ему всё, что знала, а он посмеялся, назвал их дикими и сказал, «В том, что я делаю, нет ничего плохого. Это наука. Однажды они все скажут мне спасибо», а потом добавил «Ведь это так прекрасно – жить вечно». – Джола наклонилась и поцеловала Гэбриеля. Прижав девушку к себе, мужчина углубил поцелуй. - И что же было дальше? – наконец отстранившись, проговорил он. - С каждым днём становилось всё хуже… - продолжала девушка. – Мужчины со всей округи собрались здесь и принялись думать, что делать дальше. Наперебой рассказывали о том, что видели и слышали. Конечно, чистейшей воды выдумки… Но хозяин тебе наверняка рассказывал… В общем, они надумали пойти в дом к Александру, чтобы разобраться во всём, а его самого убить, хотя у них были предположения, что он бессмертен. Я в ту же ночь пришла к нему и рассказала всё. Уговаривала уехать. Он обещал подумать, но медлил. Да и все эти «народные восстания», - девушка усмехнулась, - вроде бы затихли. Но… через некоторое время он и правда исчез. Я по-другому и сказать-то не могу. Вещи оставил, даже из одежды ничего не взял. Испарился. - Я слышал, что в городе есть несколько домов, принадлежащих ему, - напомнил Гэбриель. – Трактирщик сказал, что ты бывала там. - Что ещё этот толстяк про меня говорил? – девушка рассмеялась. – Нет, дорогой. Все мои клиенты здесь. – Она устроилась головой на плече мужчины и, помолчав немного, спросила, - Скажи честно, ты веришь во все эти россказни о нём? - Я верю только в то, что видел сам. Но слухи должны быть основаны на чём-то. Трактирщик считает, что все эти видения из-за крепких напитков, но… - Значит, ты веришь в существование оборотней? – Джола приподнялась и посмотрела на Ван Хельсинга. – Я ещё могу понять здешних людей с их извечными суевериями, но ты… приехал из такой далёкой и, я уверена, просвещённой, страны… Там же Ватикан. Разве Церковь одобряет подобные… помыслы? Гэбриель усмехнулся. «Знала бы ты, чего только ни одобряет Ватикан», - подумал он. - А ты? – спросил мужчина. – Веришь? - Не знаю… - девушка вздохнула. – Я слышала, что несколько лет назад в соседней Трансильвании на людей нападали вампиры, но… кто знает, как там всё было на самом деле… - Вампиры… – Ван Хельсинг отвёл взгляд. В голове мелькнуло «Прекращай этот разговор!». - Что с тобой? – Джола погладила его по волосам. - Всё хорошо. – Гэбриель снова посмотрел на неё. – Я тоже слышал нечто подобное, но не уверен, что это правда. - А знаешь, я дам тебе совет. – Девушка села и пригладила растрёпанные волосы. – Проберись в дом Александра, и осмотри его. Насколько я знаю, те, кто туда забирался, обошли только два этажа, а там есть ещё и подвал. Вряд ли наши «храбрецы» спускались туда. Быть может, что-то да найдёшь. Подсказку какую, куда он мог деться. Если, конечно, не боишься. – Тут она глянула на лежащий на полу револьвер. – Хотя, с этой штукой и я не побоялась бы. - Хороший совет, - Ван Хельсинг кивнул. – Пожалуй, я так и поступлю. - Но отоспись сначала, - девушка встала и начала одеваться. – Можешь остаться здесь, я всё равно сейчас ухожу и вернусь завтра, ближе к вечеру. – Она затянула шнуровку на блузке, поправила юбку и поймала на лету мешочек с монетами. – Ещё совет, - произнесла девушка, подходя к мужчине и присаживаясь рядом с ним. – В дом этот лучше заходить вечером или ночью. - Вот как? – Гэбриель приподнялся. – Думаешь, спящие днём злые духи выйдут меня встречать и расскажут все свои тайны? - Нет. Днём на улице много людей. Могут заметить, как ты там что-то высматриваешь. Ещё подумают чего. Ну, мне пора, - Джола напоследок поцеловала мужчину, встала и направилась к двери. - Спасибо, - произнёс Ван Хельсинг ей вслед. – За всё. - Если понадоблюсь, ты знаешь, где меня искать, - улыбнулась девушка и вышла из комнаты.